Передача имущества от дочерней компании материнской
Подборка наиболее важных документов по запросу Передача имущества от дочерней компании материнской (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2024 год: Статья 251 "Доходы, не учитываемые при определении налоговой базы" главы 25 "Налог на прибыль организаций" НК РФ
(АО "Центр экономических экспертиз "Налоги и финансовое право")По мнению ИФНС, долг по договору займа, прощенный материнской компанией дочернему обществу, образует внереализационный доход последнего, поскольку прощенный займодавцем долг не означает передачу имущества в контексте применения положений подп. 11 п. 1 ст. 251 НК РФ.
(АО "Центр экономических экспертиз "Налоги и финансовое право")По мнению ИФНС, долг по договору займа, прощенный материнской компанией дочернему обществу, образует внереализационный доход последнего, поскольку прощенный займодавцем долг не означает передачу имущества в контексте применения положений подп. 11 п. 1 ст. 251 НК РФ.
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Готовое решение: Как одной организации безвозмездно передать недвижимость в собственность другой организации
(КонсультантПлюс, 2025)2.1. Особенности оформления договора между материнским и дочерним обществами
(КонсультантПлюс, 2025)2.1. Особенности оформления договора между материнским и дочерним обществами
Статья: К вопросу о субординации требований кредиторов, возникших после возбуждения дела о банкротстве
(Шевченко И.М.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 6)Некоторое движение в сторону осознания некоей особой внутригрупповой или товарищеской каузы можно было проследить еще в Постановлении Президиума ВАС РФ от 4 декабря 2012 года N 8989/12. В нем суд надзорной инстанции указал на то, что сделка по передаче имущества дочернего хозяйственного общества материнской компании (ОАО "Концерн ПВО "Алмаз-Антей") необязательно имеет под собой каузу дарения (causa donandi), поскольку у такой сделки имеется цель увеличить прибыль группы лиц в общем.
(Шевченко И.М.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 6)Некоторое движение в сторону осознания некоей особой внутригрупповой или товарищеской каузы можно было проследить еще в Постановлении Президиума ВАС РФ от 4 декабря 2012 года N 8989/12. В нем суд надзорной инстанции указал на то, что сделка по передаче имущества дочернего хозяйственного общества материнской компании (ОАО "Концерн ПВО "Алмаз-Антей") необязательно имеет под собой каузу дарения (causa donandi), поскольку у такой сделки имеется цель увеличить прибыль группы лиц в общем.
Статья: К проблеме скрытых дивидендов в современном российском праве в контексте защиты прав миноритариев
(Жужжалов М.Б.)
("Закон", 2022, N 6)В связи с этим, с одной стороны, совершенно верно такое понимание данного запрета было принято в Постановлении Президиума ВАС РФ N 8989/12 (дело "Алмаз-Антей"), но, с другой стороны, несмотря на свой прогрессивный характер, это Постановление не может быть признано достаточно мотивированным, потому что высший суд в итоге ушел от окончательной квалификации действия, определив его просто как "не дарение". Такой прием неуместен, потому что взаимодействие между компаниями, образующими группу, подчиняется нормам корпоративного права, и это неспроста - они учитывают интересы кредиторов коммерческих организаций. Как следствие, Президиум ВАС РФ, допустив одностороннюю передачу имущества дочерней компанией материнской, поставил кредиторов в довольно опасное положение, не вспомнив, что участники хозяйственных обществ должны поддерживать капитал хозяйственного общества как гарантию прав кредиторов, а потому свободная передача имущества дочерней компанией материнской возможна только в пределах такого финансового показателя, как чистая прибыль. Для остальных случаев установлены строгие корпоративные процедуры, прежде всего выкуп акций - этот инструмент рационален, когда акции котируются на бирже, но Федеральный закон от 26 декабря 1995 года N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (далее - Закон об АО) допускает его и для непубличных компаний - и уменьшение уставного капитала (см. в этой связи п. 3 ст. 29 Закона об АО) <6>. Существует ряд ограничений по выплате дивидендов <7>, которые руководители хозяйственных обществ также обязаны соблюдать и будут нести ответственность, даже если действовали во исполнение решения материнской компании <8>. Наконец, можно отметить, что Постановление прояснило ситуацию только в случаях прямого корпоративного контроля, тогда как передача имущества в рамках группы компаний (как и сама эта категория) остались в неопределенном состоянии. Например, как смотреть на безвозмездную передачу между сестринскими компаниями?
(Жужжалов М.Б.)
("Закон", 2022, N 6)В связи с этим, с одной стороны, совершенно верно такое понимание данного запрета было принято в Постановлении Президиума ВАС РФ N 8989/12 (дело "Алмаз-Антей"), но, с другой стороны, несмотря на свой прогрессивный характер, это Постановление не может быть признано достаточно мотивированным, потому что высший суд в итоге ушел от окончательной квалификации действия, определив его просто как "не дарение". Такой прием неуместен, потому что взаимодействие между компаниями, образующими группу, подчиняется нормам корпоративного права, и это неспроста - они учитывают интересы кредиторов коммерческих организаций. Как следствие, Президиум ВАС РФ, допустив одностороннюю передачу имущества дочерней компанией материнской, поставил кредиторов в довольно опасное положение, не вспомнив, что участники хозяйственных обществ должны поддерживать капитал хозяйственного общества как гарантию прав кредиторов, а потому свободная передача имущества дочерней компанией материнской возможна только в пределах такого финансового показателя, как чистая прибыль. Для остальных случаев установлены строгие корпоративные процедуры, прежде всего выкуп акций - этот инструмент рационален, когда акции котируются на бирже, но Федеральный закон от 26 декабря 1995 года N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (далее - Закон об АО) допускает его и для непубличных компаний - и уменьшение уставного капитала (см. в этой связи п. 3 ст. 29 Закона об АО) <6>. Существует ряд ограничений по выплате дивидендов <7>, которые руководители хозяйственных обществ также обязаны соблюдать и будут нести ответственность, даже если действовали во исполнение решения материнской компании <8>. Наконец, можно отметить, что Постановление прояснило ситуацию только в случаях прямого корпоративного контроля, тогда как передача имущества в рамках группы компаний (как и сама эта категория) остались в неопределенном состоянии. Например, как смотреть на безвозмездную передачу между сестринскими компаниями?
"Крупные сделки и сделки с заинтересованностью. Итоги реформы"
(отв. ред. А.А. Кузнецов)
("Статут", 2024)Кроме того, несмотря на буквальное содержание текста нормы, требование о получении согласия акционеров признается судами применимым не только к сделкам в отношении всего имущества, но также и к сделкам по продаже отдельных активов, в частности, по продаже существенной части активов либо отдельных особо ценных объектов, таких как недвижимость <1>. При этом в судебной практике и доктрине ведутся длительные дискуссии о том, какой процент отчуждаемых активов требуется для применения данной нормы, и отмечается, что спустя более 100 лет с момента принятия нормы так и не найден окончательный ответ на данный вопрос <2>. В судебной практике Верховного суда Германии, в частности, в знаковом деле Holzmuller <3>, впоследствии уточненном в делах Gelatine <4>, был установлен порог в 80% активов общества как требующий согласия акционеров материнской компании для передачи данного имущества дочернему обществу <5>. В литературе, по аналогии с нормой о необходимости получения согласия супруга на отчуждение всех или большей части активов другим супругом (§ 1365 Германского гражданского уложения, далее - ГГУ), предлагается ориентироваться на порог 90% <6>, хотя в целом признается неопределенность в отношении точного количественного порога <7>.
(отв. ред. А.А. Кузнецов)
("Статут", 2024)Кроме того, несмотря на буквальное содержание текста нормы, требование о получении согласия акционеров признается судами применимым не только к сделкам в отношении всего имущества, но также и к сделкам по продаже отдельных активов, в частности, по продаже существенной части активов либо отдельных особо ценных объектов, таких как недвижимость <1>. При этом в судебной практике и доктрине ведутся длительные дискуссии о том, какой процент отчуждаемых активов требуется для применения данной нормы, и отмечается, что спустя более 100 лет с момента принятия нормы так и не найден окончательный ответ на данный вопрос <2>. В судебной практике Верховного суда Германии, в частности, в знаковом деле Holzmuller <3>, впоследствии уточненном в делах Gelatine <4>, был установлен порог в 80% активов общества как требующий согласия акционеров материнской компании для передачи данного имущества дочернему обществу <5>. В литературе, по аналогии с нормой о необходимости получения согласия супруга на отчуждение всех или большей части активов другим супругом (§ 1365 Германского гражданского уложения, далее - ГГУ), предлагается ориентироваться на порог 90% <6>, хотя в целом признается неопределенность в отношении точного количественного порога <7>.
Статья: Обход преимущественного права покупки
(Громов А.А.)
("Вестник гражданского права", 2021, N 1)Логичным следствием этого выступает то, что в рамках правового поля образуются сделки, направленные на отчуждение имущества, которые являются безвозмездными, но не обладают вторым квалифицирующим признаком дарения, а потому не являются дарением. В частности, такой сделкой была признана безвозмездная передача дочерним обществом имущества в пользу материнской компании <92>. Не исключено, что подобные сделки рассматриваются как возмездные, во-первых, ввиду наличия презумпции возмездности в п. 3 ст. 423 ГК РФ, а во-вторых, с целью избежания последствий, предусмотренных подп. 1 п. 1 ст. 575 ГК РФ.
(Громов А.А.)
("Вестник гражданского права", 2021, N 1)Логичным следствием этого выступает то, что в рамках правового поля образуются сделки, направленные на отчуждение имущества, которые являются безвозмездными, но не обладают вторым квалифицирующим признаком дарения, а потому не являются дарением. В частности, такой сделкой была признана безвозмездная передача дочерним обществом имущества в пользу материнской компании <92>. Не исключено, что подобные сделки рассматриваются как возмездные, во-первых, ввиду наличия презумпции возмездности в п. 3 ст. 423 ГК РФ, а во-вторых, с целью избежания последствий, предусмотренных подп. 1 п. 1 ст. 575 ГК РФ.