Ответственность за срыв переговоров
Подборка наиболее важных документов по запросу Ответственность за срыв переговоров (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Ответственность за срыв переговоров: по итогам реформы
(Пасенко Ю.И.)
("Закон", 2025, N 8)1. Развитие теории ответственности за срыв переговоров
(Пасенко Ю.И.)
("Закон", 2025, N 8)1. Развитие теории ответственности за срыв переговоров
Статья: Преддоговорный этап при заключении договора на торгах
(Керселян А.С.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 9)С другой стороны, чаще всего в подобных соглашениях умалчивается о самых ярких проявлениях преддоговорной ответственности (срыв переговоров, предоставление неверной информации и т.п.) или эти нарушения описываются самым общим, абстрактным способом. В такой ситуации даже при наличии соглашения для привлечения к ответственности нужно будет обращаться к стандарту поведения, который разработан для общих случаев, в которых отсутствует соглашение. Иными словами, даже если в соглашении о ведении переговоров будет написано "Стороны обязуются вести себя по отношению к друг другу добросовестно и необоснованно не срывать переговоры", слова "добросовестно" и "необоснованно" все равно будут толковаться через обращение к стандарту поведения, разработанному для общих случаев, а не по правилам о толковании договоров, при котором суд пытается определить истинную волю сторон. Здесь встанет вопрос о применении деликтного права. Поэтому остается неясно, насколько такая договорная ответственность будет реально договорной. К тому же будет выглядеть несколько противоречивым, что одно и то же действие в зависимости от подписания или неподписания соглашения, в котором есть довольно абстрактное предложение, будет иметь разную правовую природу и режим ответственности, хотя по степени интенсивности отношения отличаются слабо, просто в одном есть бумажный документ - соглашение, а в другом нет.
(Керселян А.С.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 9)С другой стороны, чаще всего в подобных соглашениях умалчивается о самых ярких проявлениях преддоговорной ответственности (срыв переговоров, предоставление неверной информации и т.п.) или эти нарушения описываются самым общим, абстрактным способом. В такой ситуации даже при наличии соглашения для привлечения к ответственности нужно будет обращаться к стандарту поведения, который разработан для общих случаев, в которых отсутствует соглашение. Иными словами, даже если в соглашении о ведении переговоров будет написано "Стороны обязуются вести себя по отношению к друг другу добросовестно и необоснованно не срывать переговоры", слова "добросовестно" и "необоснованно" все равно будут толковаться через обращение к стандарту поведения, разработанному для общих случаев, а не по правилам о толковании договоров, при котором суд пытается определить истинную волю сторон. Здесь встанет вопрос о применении деликтного права. Поэтому остается неясно, насколько такая договорная ответственность будет реально договорной. К тому же будет выглядеть несколько противоречивым, что одно и то же действие в зависимости от подписания или неподписания соглашения, в котором есть довольно абстрактное предложение, будет иметь разную правовую природу и режим ответственности, хотя по степени интенсивности отношения отличаются слабо, просто в одном есть бумажный документ - соглашение, а в другом нет.
Нормативные акты
Постановление Конституционного Суда РФ от 14.02.2013 N 4-П
"По делу о проверке конституционности Федерального закона "О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях и Федеральный закон "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях" в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы и жалобой гражданина Э.В. Савенко"В связи с этим сама по себе процедура согласования места и времени проведения публичного мероприятия, предусмотренная Федеральным законом "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях" в редакции Федерального закона от 8 июня 2012 года N 65-ФЗ, в истолковании, данном Конституционным Судом Российской Федерации в его решениях, не может рассматриваться как нарушающая конституционные права граждан. Но данная процедура согласования, как показывает практика, редко заканчивается в разумные сроки. Нередко она затягивается вплоть до последнего дня перед проведением мероприятий. И в таком случае эта норма запрещает агитацию в течение всего времени подготовки к мероприятию. А согласовать место и время, как показывает практика, бывает очень трудно, а иногда и невозможно, поскольку каждая сторона изначально воспринимает предложения оппонента как неприемлемые. В условиях, когда ни одна из сторон не несет ответственности за затягивание и срыв переговоров о месте и времени проведения мероприятия, а спор между ними фактически не может быть перенесен в суд, организаторы мероприятия оказываются в зависимом от представителей органов публичной власти положении, поскольку, чтобы сообщить заранее участникам о проведении мероприятия в определенном месте и в определенное время, они обязаны принять условия противной стороны.
"По делу о проверке конституционности Федерального закона "О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях и Федеральный закон "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях" в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы и жалобой гражданина Э.В. Савенко"В связи с этим сама по себе процедура согласования места и времени проведения публичного мероприятия, предусмотренная Федеральным законом "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях" в редакции Федерального закона от 8 июня 2012 года N 65-ФЗ, в истолковании, данном Конституционным Судом Российской Федерации в его решениях, не может рассматриваться как нарушающая конституционные права граждан. Но данная процедура согласования, как показывает практика, редко заканчивается в разумные сроки. Нередко она затягивается вплоть до последнего дня перед проведением мероприятий. И в таком случае эта норма запрещает агитацию в течение всего времени подготовки к мероприятию. А согласовать место и время, как показывает практика, бывает очень трудно, а иногда и невозможно, поскольку каждая сторона изначально воспринимает предложения оппонента как неприемлемые. В условиях, когда ни одна из сторон не несет ответственности за затягивание и срыв переговоров о месте и времени проведения мероприятия, а спор между ними фактически не может быть перенесен в суд, организаторы мероприятия оказываются в зависимом от представителей органов публичной власти положении, поскольку, чтобы сообщить заранее участникам о проведении мероприятия в определенном месте и в определенное время, они обязаны принять условия противной стороны.
Распоряжение ОАО "РЖД" от 19.12.2016 N 2579р
"Об утверждении инструкции о порядке обслуживания и организации пропуска скоростных электропоездов "Ласточка" всех модификаций на инфраструктуре ОАО "РЖД"б) после включения заградительной сигнализации и срыве пломбы по средствам связи, включенным в систему регистрации служебных переговоров, сообщает о случившемся ДСП по соседним станциям или ДНЦ, и при наличии устройств поездной радиосвязи информирует машинистов поездов о включении заградительных светофоров и о наличии препятствия, должностным лицам, принимает меры к его устранению. По мобильным средствам связи сообщает дежурному диспетчеру дистанции пути.
"Об утверждении инструкции о порядке обслуживания и организации пропуска скоростных электропоездов "Ласточка" всех модификаций на инфраструктуре ОАО "РЖД"б) после включения заградительной сигнализации и срыве пломбы по средствам связи, включенным в систему регистрации служебных переговоров, сообщает о случившемся ДСП по соседним станциям или ДНЦ, и при наличии устройств поездной радиосвязи информирует машинистов поездов о включении заградительных светофоров и о наличии препятствия, должностным лицам, принимает меры к его устранению. По мобильным средствам связи сообщает дежурному диспетчеру дистанции пути.
Статья: Выход из переговоров как основание преддоговорной ответственности в российском и зарубежном праве
(Чистяков П.Д.)
("Актуальные проблемы российского права", 2021, N 11)В статье анализируются критерии недобросовестного прекращения переговоров как основания преддоговорной ответственности. Выделяется 3 состава недобросовестного прерывания переговоров: 1) вступление в переговоры без намерения заключить договор и их последующее прерывание; 2) произвольное прекращение переговоров при наличии у контрагента уверенности в заключении договора; 3) несвоевременное информирование контрагента о выходе из переговорного процесса. Затем анализируются критерии недобросовестного срыва переговоров: наличие у контрагента разумной уверенности в заключении договора и отсутствие уважительной причины разрыва деловых контактов. Данные критерии актуальны только для второго состава недобросовестного прекращения переговоров. Для привлечения к ответственности за вступление в переговоры без намерения заключить договор и за последующий выход из них устанавливать подобные критерии не требуется, а в случае несвоевременного информирования о разрыве деловых контактов необходимо установить только один критерий - наличие у контрагента разумной уверенности в заключении договора. По общему правилу участники преддоговорных отношений вправе вести параллельные переговоры с другими лицами. Данная возможность может быть ограничена посредством заключения соглашения об эксклюзивности. В то же время в некоторых случаях вступление в параллельные переговоры может быть квалифицировано в качестве недобросовестного поведения и без заключения подобного соглашения.
(Чистяков П.Д.)
("Актуальные проблемы российского права", 2021, N 11)В статье анализируются критерии недобросовестного прекращения переговоров как основания преддоговорной ответственности. Выделяется 3 состава недобросовестного прерывания переговоров: 1) вступление в переговоры без намерения заключить договор и их последующее прерывание; 2) произвольное прекращение переговоров при наличии у контрагента уверенности в заключении договора; 3) несвоевременное информирование контрагента о выходе из переговорного процесса. Затем анализируются критерии недобросовестного срыва переговоров: наличие у контрагента разумной уверенности в заключении договора и отсутствие уважительной причины разрыва деловых контактов. Данные критерии актуальны только для второго состава недобросовестного прекращения переговоров. Для привлечения к ответственности за вступление в переговоры без намерения заключить договор и за последующий выход из них устанавливать подобные критерии не требуется, а в случае несвоевременного информирования о разрыве деловых контактов необходимо установить только один критерий - наличие у контрагента разумной уверенности в заключении договора. По общему правилу участники преддоговорных отношений вправе вести параллельные переговоры с другими лицами. Данная возможность может быть ограничена посредством заключения соглашения об эксклюзивности. В то же время в некоторых случаях вступление в параллельные переговоры может быть квалифицировано в качестве недобросовестного поведения и без заключения подобного соглашения.
Статья: Деликтная квалификация преддоговорной ответственности в российском праве: pro и contra
(Чистяков П.Д.)
("Закон", 2022, N 5)В то же время можно допустить ситуации, когда преддоговорные убытки будут общими для нескольких участников переговоров. Так, помимо расходов на проведение переговоров, в составе преддоговорной ответственности компенсируется утрата возможности заключить договор с третьим лицом <29>. Допустим, два долевых собственника дома ведут переговоры о заключении договора купли-продажи с потенциальным покупателем. В результате недобросовестного срыва переговоров покупателем и снижения рыночных цен на недвижимость продавцы лишаются возможности заключить договор на текущих рыночных условиях. В таком случае продавцы смогут заключить договор купли-продажи с другим покупателем на измененных рыночных условиях, а разницу в цене взыскать с недобросовестного контрагента. Очевидно, что поскольку данный договор может быть заключен только при объединении усилий двух сособственников дома, то и убытки от утраты возможности заключить аналогичный договор являются для них общими. Думается, в такой ситуации возможно допустить предъявление солидарных требований о возмещении преддоговорных убытков.
(Чистяков П.Д.)
("Закон", 2022, N 5)В то же время можно допустить ситуации, когда преддоговорные убытки будут общими для нескольких участников переговоров. Так, помимо расходов на проведение переговоров, в составе преддоговорной ответственности компенсируется утрата возможности заключить договор с третьим лицом <29>. Допустим, два долевых собственника дома ведут переговоры о заключении договора купли-продажи с потенциальным покупателем. В результате недобросовестного срыва переговоров покупателем и снижения рыночных цен на недвижимость продавцы лишаются возможности заключить договор на текущих рыночных условиях. В таком случае продавцы смогут заключить договор купли-продажи с другим покупателем на измененных рыночных условиях, а разницу в цене взыскать с недобросовестного контрагента. Очевидно, что поскольку данный договор может быть заключен только при объединении усилий двух сособственников дома, то и убытки от утраты возможности заключить аналогичный договор являются для них общими. Думается, в такой ситуации возможно допустить предъявление солидарных требований о возмещении преддоговорных убытков.
Статья: Влияние примирительных процедур на степень процессуальных рисков заинтересованных лиц
(Звягина Н.С.)
("Третейский суд", 2021, N 3/4)Применение института преддоговорной ответственности за недобросовестное поведение участника письменных и (или) устных переговоров очевидно, поскольку это в полной мере согласуется с самой правовой нормой ст. 434.1 ГК РФ. В то же время применение данных положений не предусмотрено при уклонении стороны от подписания медиативного соглашения или срыве процедуры медиации.
(Звягина Н.С.)
("Третейский суд", 2021, N 3/4)Применение института преддоговорной ответственности за недобросовестное поведение участника письменных и (или) устных переговоров очевидно, поскольку это в полной мере согласуется с самой правовой нормой ст. 434.1 ГК РФ. В то же время применение данных положений не предусмотрено при уклонении стороны от подписания медиативного соглашения или срыве процедуры медиации.
Статья: Деликтная квалификация серой зоны обязательственного права: практический анализ
(Керселян А.С.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2024, N 11)Как известно, в качестве общего правила в случаях негативного нарушения доверия защите подлежит негативный интерес. Относительно преддоговорной ответственности это закреплено как в иностранной доктрине <45>, так и в отечественном праве <46>. Такая позиция во многом строится на идее, что в основе преддоговорной ответственности лежит принцип свободы ведения переговоров. Лицо, помимо перечисленных в законе случаев или добровольно принятого обязательства, не может быть понуждено к заключению договора и к возмещению позитивного интереса, являющегося экономическим эквивалентом заключения договора. Само по себе прерывание переговоров не является чем-то неправильным и служит проявлением принципа свободы договора. В таком случае ответственность за внезапный и неоправданный срыв переговоров не может наступать в том же объеме, как при позитивной доверительной ответственности. Правопорядок не навязывает сделку лицу, которое нарушает преддоговорные обязанности, а указывает ему на необходимость возмещения убытков. В случае с culpa in contrahendo такая ответственность строится по принципу возмещения негативного интереса, т.е. восстановления такого положения потерпевшего, как если бы он вовсе не участвовал в этих отношениях.
(Керселян А.С.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2024, N 11)Как известно, в качестве общего правила в случаях негативного нарушения доверия защите подлежит негативный интерес. Относительно преддоговорной ответственности это закреплено как в иностранной доктрине <45>, так и в отечественном праве <46>. Такая позиция во многом строится на идее, что в основе преддоговорной ответственности лежит принцип свободы ведения переговоров. Лицо, помимо перечисленных в законе случаев или добровольно принятого обязательства, не может быть понуждено к заключению договора и к возмещению позитивного интереса, являющегося экономическим эквивалентом заключения договора. Само по себе прерывание переговоров не является чем-то неправильным и служит проявлением принципа свободы договора. В таком случае ответственность за внезапный и неоправданный срыв переговоров не может наступать в том же объеме, как при позитивной доверительной ответственности. Правопорядок не навязывает сделку лицу, которое нарушает преддоговорные обязанности, а указывает ему на необходимость возмещения убытков. В случае с culpa in contrahendo такая ответственность строится по принципу возмещения негативного интереса, т.е. восстановления такого положения потерпевшего, как если бы он вовсе не участвовал в этих отношениях.
Статья: Как не попасть в реестр недобросовестных поставщиков
(Терских В.)
("Юридический справочник руководителя", 2024, N 9)4) собрать и представить в УФАС России доказательства уважительности причин срыва сроков.
(Терских В.)
("Юридический справочник руководителя", 2024, N 9)4) собрать и представить в УФАС России доказательства уважительности причин срыва сроков.
Статья: Принципы гражданско-правовой ответственности
(Журдэн П.)
("Вестник гражданского права", 2021, NN 4, 5, 6; 2022, N 1)В первую очередь договор должен существовать, что исключает пред-, около- или постдоговорные ситуации. Так, обман, допущенный контрагентом на переговорах по заключению договора, как и грубый и убыточный срыв переговоров, влечет лишь деликтную ответственность: договор еще не сформирован. Безбилетный пассажир, претерпевший вред, не сможет попасть в договорное поле: он не был стороной договора. Точно так же, как и обладающий чем-то без основания или уже без основания (скваттер, арендатор, получивший уведомление о прекращении договора): договора нет или теперь больше нет.
(Журдэн П.)
("Вестник гражданского права", 2021, NN 4, 5, 6; 2022, N 1)В первую очередь договор должен существовать, что исключает пред-, около- или постдоговорные ситуации. Так, обман, допущенный контрагентом на переговорах по заключению договора, как и грубый и убыточный срыв переговоров, влечет лишь деликтную ответственность: договор еще не сформирован. Безбилетный пассажир, претерпевший вред, не сможет попасть в договорное поле: он не был стороной договора. Точно так же, как и обладающий чем-то без основания или уже без основания (скваттер, арендатор, получивший уведомление о прекращении договора): договора нет или теперь больше нет.
Статья: К вопросу об отзыве согласия супруга на совершение сделки
(Петрановский И.А.)
("Арбитражные споры", 2023, N 1)Кроме того, заключение предварительного договора не свидетельствует со всей неизбежностью, что будет заключен основной договор. На наш взгляд, предварительный договор следует воспринимать как принятие лицами обязательств по переговорам, чтобы ответственность за их срыв была не деликтная, а договорная <20>.
(Петрановский И.А.)
("Арбитражные споры", 2023, N 1)Кроме того, заключение предварительного договора не свидетельствует со всей неизбежностью, что будет заключен основной договор. На наш взгляд, предварительный договор следует воспринимать как принятие лицами обязательств по переговорам, чтобы ответственность за их срыв была не деликтная, а договорная <20>.
Статья: Применимость континентального принципа добросовестности к заверениям об обстоятельствах
(Соскиева А.А.)
("Вестник арбитражной практики", 2023, N 2)После введения законодателем ст. 431.2 в ГК РФ, отечественные цивилисты полагали, что отныне преддоговорная ответственность будет применяться только в случае срывов переговорного процесса, а при наличии договора будет применяться новая статья, предполагающая самостоятельный институт заверений <12>, на практике все оказалось не так однозначно. Как справедливо проанализировала ситуацию А.Н. Кучер еще в 2015 году, тенденция в отношении института заверений в России как механизма, заимствованного из Англии, такова, что "мы, даже при скромной сложившейся судебной практике, наблюдаем "скатывание" в "континентальный" манер развития института заверений об обстоятельствах" <13>. Много отказных решений по ст. 431.2 ГК РФ судами было дано по причине отсутствия разумности, добросовестности в действиях лица, которое, соответственно, не постаралось узнать всю необходимую по сделке информацию у контрагента <14>. С учетом анализа судебной практики, с сожалением приходится констатировать, что нынешняя ситуация тоже далека от идеала <15>.
(Соскиева А.А.)
("Вестник арбитражной практики", 2023, N 2)После введения законодателем ст. 431.2 в ГК РФ, отечественные цивилисты полагали, что отныне преддоговорная ответственность будет применяться только в случае срывов переговорного процесса, а при наличии договора будет применяться новая статья, предполагающая самостоятельный институт заверений <12>, на практике все оказалось не так однозначно. Как справедливо проанализировала ситуацию А.Н. Кучер еще в 2015 году, тенденция в отношении института заверений в России как механизма, заимствованного из Англии, такова, что "мы, даже при скромной сложившейся судебной практике, наблюдаем "скатывание" в "континентальный" манер развития института заверений об обстоятельствах" <13>. Много отказных решений по ст. 431.2 ГК РФ судами было дано по причине отсутствия разумности, добросовестности в действиях лица, которое, соответственно, не постаралось узнать всю необходимую по сделке информацию у контрагента <14>. С учетом анализа судебной практики, с сожалением приходится констатировать, что нынешняя ситуация тоже далека от идеала <15>.
Статья: Форма сделок и идентификация их сторон в электронной коммерции
(Тебенев И.К.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2024, NN 3, 4)В предлагаемой трактовке оба варианта защищают добросовестного участника договора от срыва другой его стороной намеченной программы отношений. Разница состоит лишь в том, что в первом случае пострадавшая от некооперативного поведения сторона может рассчитывать лишь на возмещение ее негативного интереса в связи со срывом переговоров, тогда как во втором случае речь идет о полноценном нарушении договора и ответственности по модели позитивного интереса. При этом, как кажется, второй из перечисленных вариантов лучше отвечает ожиданиям участников договора, поскольку разрыв момента заключения договора и момента, когда акцепт фактически был доведен до оферента, несколько контринтуитивен.
(Тебенев И.К.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2024, NN 3, 4)В предлагаемой трактовке оба варианта защищают добросовестного участника договора от срыва другой его стороной намеченной программы отношений. Разница состоит лишь в том, что в первом случае пострадавшая от некооперативного поведения сторона может рассчитывать лишь на возмещение ее негативного интереса в связи со срывом переговоров, тогда как во втором случае речь идет о полноценном нарушении договора и ответственности по модели позитивного интереса. При этом, как кажется, второй из перечисленных вариантов лучше отвечает ожиданиям участников договора, поскольку разрыв момента заключения договора и момента, когда акцепт фактически был доведен до оферента, несколько контринтуитивен.
"Правовая адгезия, или Реабилитация по-французски: о значимости компромисса в урегулировании несостоятельности"
(Ионцев М.А.)
("Статут", 2023)Переходя ко второму элементу - благопристойности, следует указать на то, что содержание этого элемента выражается в обязанности не нарушать общепринятых норм делового поведения (например, не создавать очередей из ожидающих кредиторов, так как администратор обязан рационально планировать время, выбирать удобные места и время для ознакомления с материалами дела). Сюда также входит обязанность следовать нормам этикета. Так, в случае если употребление ненормативной лексики повлечет срыв крупных переговоров или утверждения плана, утрату контрагента, администратор будет нести деликтную ответственность в пользу имущественной массы <1>.
(Ионцев М.А.)
("Статут", 2023)Переходя ко второму элементу - благопристойности, следует указать на то, что содержание этого элемента выражается в обязанности не нарушать общепринятых норм делового поведения (например, не создавать очередей из ожидающих кредиторов, так как администратор обязан рационально планировать время, выбирать удобные места и время для ознакомления с материалами дела). Сюда также входит обязанность следовать нормам этикета. Так, в случае если употребление ненормативной лексики повлечет срыв крупных переговоров или утверждения плана, утрату контрагента, администратор будет нести деликтную ответственность в пользу имущественной массы <1>.