Отличие функции от полномочия
Подборка наиболее важных документов по запросу Отличие функции от полномочия (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2023 год: Статья 226 "Особенности исчисления налога налоговыми агентами. Порядок и сроки уплаты налога налоговыми агентами" главы 23 "Налог на доходы физических лиц" НК РФ
(АО "Центр экономических экспертиз "Налоги и финансовое право")Как указал суд, признавая позицию налогового органа правомерной, материалами дела подтверждается, функции ИП - управляющего не отличаются от полномочий директора. Дополнительные услуги, предусмотренные договором, фактически ИП не оказывались. Выплата вознаграждения управляющему осуществлялась вне зависимости от результатов его деятельности по руководству.
(АО "Центр экономических экспертиз "Налоги и финансовое право")Как указал суд, признавая позицию налогового органа правомерной, материалами дела подтверждается, функции ИП - управляющего не отличаются от полномочий директора. Дополнительные услуги, предусмотренные договором, фактически ИП не оказывались. Выплата вознаграждения управляющему осуществлялась вне зависимости от результатов его деятельности по руководству.
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Алгоритм конституционализации законодательства о сборах неналогового характера в Российской Федерации
(Крусс В.И.)
("Налоги" (журнал), 2025, N 1)Принципиально-рамочный характер Федерального закона N 247 нужно поверить логикой солидарного (партнерского) функционально-целевого соучастия государства в решении задач, требующих профильного финансового обременения обладателей неотчуждаемых прав и свобод. Выражением чего могут стать реплики таких, например, установлений Конституционного Суда РФ, как возможность сложных (многоуровневых) нормативных конструкций, определяющих существенные элементы неналоговых обязательств (включая размер платы) на подзаконном и субфедеральном уровнях. Первоначальное (базовое) санкционирование федеральным законодателем соответствующих публично-властных функций и полномочий принципиально отличается от непосредственного установления и (или) определения порядка уплаты (взыскания) платежей <16>. В теории конституционного правопользования эксплицированы формы такого опосредования, и система российского законодательства содержит примеры субфедерального соучастия, делегированного и подзаконного регулирования и даже муниципального ограничивающего воздействия на субъекты фискально-экономических обязанностей <17>, конституционность которых не ставилась под сомнение.
(Крусс В.И.)
("Налоги" (журнал), 2025, N 1)Принципиально-рамочный характер Федерального закона N 247 нужно поверить логикой солидарного (партнерского) функционально-целевого соучастия государства в решении задач, требующих профильного финансового обременения обладателей неотчуждаемых прав и свобод. Выражением чего могут стать реплики таких, например, установлений Конституционного Суда РФ, как возможность сложных (многоуровневых) нормативных конструкций, определяющих существенные элементы неналоговых обязательств (включая размер платы) на подзаконном и субфедеральном уровнях. Первоначальное (базовое) санкционирование федеральным законодателем соответствующих публично-властных функций и полномочий принципиально отличается от непосредственного установления и (или) определения порядка уплаты (взыскания) платежей <16>. В теории конституционного правопользования эксплицированы формы такого опосредования, и система российского законодательства содержит примеры субфедерального соучастия, делегированного и подзаконного регулирования и даже муниципального ограничивающего воздействия на субъекты фискально-экономических обязанностей <17>, конституционность которых не ставилась под сомнение.
"Проблемы строительного права: сборник статей"
(выпуск 3)
(сост. и отв. ред. Н.Б. Щербаков)
("Статут", 2024)Прежде всего, отличие прослеживается в сущности функций лица, на которого возложены полномочия по урегулированию спора. Так, на арбитра налагаются обязанности по предоставлению каждой из сторон возможности изложить свою позицию в устных слушаниях, предоставить все доказательства, предусмотреть все процедуры, требуемые обстоятельствами конкретного дела, для того, чтобы обеспечить наиболее справедливую процедуру урегулирования рассматриваемого спора. Стандарт для соблюдения критерия справедливости при таком методе довольно высок и требует последовательного соблюдения всех процедур. Эта характерная особенность арбитражного разбирательства является в некотором смысле и ее недостатком, поскольку в случае достаточно сложных споров это может привести к использованию столь же дорогостоящих и длительных процедур, как разбирательство в государственных судах. Помимо прочего, это в каком-то смысле стесняет и самого арбитра в своих полномочиях. Как уже было не раз отмечено, адъюдикация ставит в приоритет скорость рассмотрения спора. Безусловно, все требования, направленные на соблюдение права сторон на справедливое разрешение дела, беспристрастности арбитра, применимы и к адъюдикации, но они являются второстепенными по отношению к обязанности рассмотреть спор в строго определенный временной промежуток. По этой причине допустима ситуация, когда адъюдикатор в силу ограниченности во времени может быть вынужден или обязан совершить те или иные действия (или, наоборот, отказаться от их совершения), которые при рассмотрении спора в арбитраже и будучи совершенными арбитром воспринимались бы как нарушение требования об обеспечении справедливого рассмотрения спора (к примеру, отказ от устных слушаний по всем правилам). В то же время эти требования в адъюдикации могут быть сочтены излишними, обременительными и потенциально рискуют помешать вынести приговор в наиболее короткий срок <1>.
(выпуск 3)
(сост. и отв. ред. Н.Б. Щербаков)
("Статут", 2024)Прежде всего, отличие прослеживается в сущности функций лица, на которого возложены полномочия по урегулированию спора. Так, на арбитра налагаются обязанности по предоставлению каждой из сторон возможности изложить свою позицию в устных слушаниях, предоставить все доказательства, предусмотреть все процедуры, требуемые обстоятельствами конкретного дела, для того, чтобы обеспечить наиболее справедливую процедуру урегулирования рассматриваемого спора. Стандарт для соблюдения критерия справедливости при таком методе довольно высок и требует последовательного соблюдения всех процедур. Эта характерная особенность арбитражного разбирательства является в некотором смысле и ее недостатком, поскольку в случае достаточно сложных споров это может привести к использованию столь же дорогостоящих и длительных процедур, как разбирательство в государственных судах. Помимо прочего, это в каком-то смысле стесняет и самого арбитра в своих полномочиях. Как уже было не раз отмечено, адъюдикация ставит в приоритет скорость рассмотрения спора. Безусловно, все требования, направленные на соблюдение права сторон на справедливое разрешение дела, беспристрастности арбитра, применимы и к адъюдикации, но они являются второстепенными по отношению к обязанности рассмотреть спор в строго определенный временной промежуток. По этой причине допустима ситуация, когда адъюдикатор в силу ограниченности во времени может быть вынужден или обязан совершить те или иные действия (или, наоборот, отказаться от их совершения), которые при рассмотрении спора в арбитраже и будучи совершенными арбитром воспринимались бы как нарушение требования об обеспечении справедливого рассмотрения спора (к примеру, отказ от устных слушаний по всем правилам). В то же время эти требования в адъюдикации могут быть сочтены излишними, обременительными и потенциально рискуют помешать вынести приговор в наиболее короткий срок <1>.
Нормативные акты
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2021 N 21
"О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против интересов службы в коммерческих и иных организациях (статьи 201, 201.1, 202, 203 Уголовного кодекса Российской Федерации)"18. В отличие от хищения чужого имущества с использованием служебного положения злоупотребление полномочиями или злоупотребление полномочиями при выполнении государственного оборонного заказа, совершенные с целью извлечения выгод и преимуществ для себя или других лиц, образуют такие деяния лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации, которые либо не связаны с изъятием чужого имущества (например, получение имущественной выгоды от использования имущества не по назначению), либо связаны с временным и (или) возмездным изъятием имущества.
"О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против интересов службы в коммерческих и иных организациях (статьи 201, 201.1, 202, 203 Уголовного кодекса Российской Федерации)"18. В отличие от хищения чужого имущества с использованием служебного положения злоупотребление полномочиями или злоупотребление полномочиями при выполнении государственного оборонного заказа, совершенные с целью извлечения выгод и преимуществ для себя или других лиц, образуют такие деяния лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации, которые либо не связаны с изъятием чужого имущества (например, получение имущественной выгоды от использования имущества не по назначению), либо связаны с временным и (или) возмездным изъятием имущества.
Постановление Конституционного Суда РФ от 01.12.1999 N 17-П
"По спору о компетенции между Советом Федерации и Президентом Российской Федерации относительно принадлежности полномочия по изданию акта о временном отстранении Генерального прокурора Российской Федерации от должности в связи с возбуждением в отношении него уголовного дела"Соглашаясь с позицией Конституционного Суда о том, что решение о временном отстранении Генерального прокурора от должности должно быть принято за пределами прокуратуры, другой государственно - властной инстанцией федерального уровня, не нахожу оснований исключать из этого процесса Совет Федерации. Именно Совет Федерации, в отличие от Президента, наделен Конституцией ключевым, решающим для выполнения служебных функций Генеральным прокурором полномочием - назначением и освобождением от занимаемой должности.
"По спору о компетенции между Советом Федерации и Президентом Российской Федерации относительно принадлежности полномочия по изданию акта о временном отстранении Генерального прокурора Российской Федерации от должности в связи с возбуждением в отношении него уголовного дела"Соглашаясь с позицией Конституционного Суда о том, что решение о временном отстранении Генерального прокурора от должности должно быть принято за пределами прокуратуры, другой государственно - властной инстанцией федерального уровня, не нахожу оснований исключать из этого процесса Совет Федерации. Именно Совет Федерации, в отличие от Президента, наделен Конституцией ключевым, решающим для выполнения служебных функций Генеральным прокурором полномочием - назначением и освобождением от занимаемой должности.
Готовое решение: Какие функции у налоговых органов
(КонсультантПлюс, 2025)Функции и полномочия межрегиональных инспекций ФНС России (МИ ФНС России) отличаются для инспекций:
(КонсультантПлюс, 2025)Функции и полномочия межрегиональных инспекций ФНС России (МИ ФНС России) отличаются для инспекций:
Статья: Должностное лицо или управленец в организации?
(Яни П.С.)
("Законность", 2024, N 12)1. Как следует из п. 1 примечаний к ст. 285 УК РФ, должностными лицами в статьях гл. 30 УК признаются лица, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в том числе в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, государственных внебюджетных фондах. В отличие от должностных лиц закон относит в п. 1 примечаний к ст. 201 УК к выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, за исключением организаций, указанных в п. 1 примечаний к ст. 285 УК, либо в некоммерческой организации, не являющейся государственным органом, органом местного самоуправления либо государственным или муниципальным учреждением, в том числе лицо, постоянно, временно либо по специальному полномочию выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в этих организациях.
(Яни П.С.)
("Законность", 2024, N 12)1. Как следует из п. 1 примечаний к ст. 285 УК РФ, должностными лицами в статьях гл. 30 УК признаются лица, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в том числе в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, государственных внебюджетных фондах. В отличие от должностных лиц закон относит в п. 1 примечаний к ст. 201 УК к выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, за исключением организаций, указанных в п. 1 примечаний к ст. 285 УК, либо в некоммерческой организации, не являющейся государственным органом, органом местного самоуправления либо государственным или муниципальным учреждением, в том числе лицо, постоянно, временно либо по специальному полномочию выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в этих организациях.
Статья: Развитие правовых положений о защите социальных прав работников в дореволюционной России (начало XX в.)
(Гусев А.Ю.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2021, N 4)Участниками страховых товариществ являлись работники и владельцы нескольких предприятий. Контрольные функции за страховыми товариществами сохранили (в отличие от окружных инженеров) фабричные инспекторы, к полномочиям которых было отнесено ведение списков предприятий, которые обязаны были участвовать в страховых товариществах, вынося распоряжения владельцам предприятий о привлечении их к участию в страховых товариществах (п. 8, 10).
(Гусев А.Ю.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2021, N 4)Участниками страховых товариществ являлись работники и владельцы нескольких предприятий. Контрольные функции за страховыми товариществами сохранили (в отличие от окружных инженеров) фабричные инспекторы, к полномочиям которых было отнесено ведение списков предприятий, которые обязаны были участвовать в страховых товариществах, вынося распоряжения владельцам предприятий о привлечении их к участию в страховых товариществах (п. 8, 10).
Статья: Отдельные аспекты использования искусственного интеллекта в контрольно-надзорной деятельности таможенных органов
(Кожуханов Н.М.)
("Вестник Российской таможенной академии", 2023, N 2)По нашему мнению, контроль можно рассматривать в двух смыслах - широком и узком. В таком случае контрольная деятельность в широком смысле будет охватывать надзор и контроль в узком смысле, которые идеологически связаны, но выступают самостоятельными категориями. Надзор отличается от контроля в узком смысле по нескольким показателям. Например, надзор реализуется в горизонтальной плоскости, т.е. вне системы вертикальной субординации (надзор прокуратуры за соблюдением законности по различным направлениям). Субъект, осуществляющий надзор, выявляя нарушения, не несет солидарной ретроспективной ответственности в случае неисполнения предписаний исполнителем, по результатам проведенных проверочных мероприятий (протест, представление и т.п.). Ключевым для надзора является соблюдение законности, контроль есть реализация управленческой функции. Надзор является непрерывным действием, связанным с поддержанием законности, контроль может быть как длящимся, так и эпизодическим. Надзор - прерогатива деятельности государственных органов, контроль может быть реализован как государственными, так и негосударственными органами. В рамках надзора управленческие и административные полномочия реализуются в усеченном виде, в отличие от контроля, где управленческая функция является ключевой. Отметим, что показать орган, который осуществляет исключительно надзор или контроль в узком смысле слова, довольно затруднительно. Правильнее было бы сказать, что контроль и надзор сочетаются в работе различных органов. В рамках контроля и надзора создается инструментарий, позволяющий в широком смысле контролировать различные процессы. Такая парадигма как бы сближает три существующих подхода в понимании данных институтов.
(Кожуханов Н.М.)
("Вестник Российской таможенной академии", 2023, N 2)По нашему мнению, контроль можно рассматривать в двух смыслах - широком и узком. В таком случае контрольная деятельность в широком смысле будет охватывать надзор и контроль в узком смысле, которые идеологически связаны, но выступают самостоятельными категориями. Надзор отличается от контроля в узком смысле по нескольким показателям. Например, надзор реализуется в горизонтальной плоскости, т.е. вне системы вертикальной субординации (надзор прокуратуры за соблюдением законности по различным направлениям). Субъект, осуществляющий надзор, выявляя нарушения, не несет солидарной ретроспективной ответственности в случае неисполнения предписаний исполнителем, по результатам проведенных проверочных мероприятий (протест, представление и т.п.). Ключевым для надзора является соблюдение законности, контроль есть реализация управленческой функции. Надзор является непрерывным действием, связанным с поддержанием законности, контроль может быть как длящимся, так и эпизодическим. Надзор - прерогатива деятельности государственных органов, контроль может быть реализован как государственными, так и негосударственными органами. В рамках надзора управленческие и административные полномочия реализуются в усеченном виде, в отличие от контроля, где управленческая функция является ключевой. Отметим, что показать орган, который осуществляет исключительно надзор или контроль в узком смысле слова, довольно затруднительно. Правильнее было бы сказать, что контроль и надзор сочетаются в работе различных органов. В рамках контроля и надзора создается инструментарий, позволяющий в широком смысле контролировать различные процессы. Такая парадигма как бы сближает три существующих подхода в понимании данных институтов.
"Правовое регулирование внешней торговли услугами в цифровой экономике: монография"
(Ворникова Е.Д.)
("Юстицинформ", 2024)Кроме функций регулирования и разрешения споров, операторы платформ в ряде случаев могут удерживать платежи. Правовая природа удержания платежей является дискуссионным вопросом, однако указанное полномочие однозначно усиливает регулирующую функцию платформ и отличает их от обычных экономических посредников. Например, Avito удерживает денежные средства, поступившие от покупателя, до момента доставки ему товара продавцом. Продавец получает оплату, когда покупатель подтвердит получение заказа в приложении. При этом в случае нарушений со стороны продавца покупатель может отказаться от заказа и получить денежные средства обратно <256>. На платформе Youla в момент выбора исполнителя оплата резервируется на специальном счете и хранится там до окончания оказания услуг. Платформа гарантирует возврат оплаты заказчику в случае ненадлежащего оказания услуг исполнителем, а исполнителю - своевременную оплату в случае успешного выполнения заказа <257>.
(Ворникова Е.Д.)
("Юстицинформ", 2024)Кроме функций регулирования и разрешения споров, операторы платформ в ряде случаев могут удерживать платежи. Правовая природа удержания платежей является дискуссионным вопросом, однако указанное полномочие однозначно усиливает регулирующую функцию платформ и отличает их от обычных экономических посредников. Например, Avito удерживает денежные средства, поступившие от покупателя, до момента доставки ему товара продавцом. Продавец получает оплату, когда покупатель подтвердит получение заказа в приложении. При этом в случае нарушений со стороны продавца покупатель может отказаться от заказа и получить денежные средства обратно <256>. На платформе Youla в момент выбора исполнителя оплата резервируется на специальном счете и хранится там до окончания оказания услуг. Платформа гарантирует возврат оплаты заказчику в случае ненадлежащего оказания услуг исполнителем, а исполнителю - своевременную оплату в случае успешного выполнения заказа <257>.
Статья: К вопросу об отграничении причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (ст. 165 УК РФ) от злоупотребления полномочиями (ст. 201 УК РФ)
(Креховец А.В., Никифорова А.А.)
("Российский следователь", 2021, N 2)По мнению А.С. Зериной, в ст. 165 УК РФ закреплен "общий случай причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием" <3> по отношению к злоупотреблению полномочиями посредством причинения имущественного ущерба вышеуказанным способом. Аналогичная позиция продемонстрирована в работах Н.И. Панова, который, сравнивая схожие составы (ст. 165 и 285 УК РФ), утверждал, что причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием "в случае совершения его должностным лицом "трансформируется" в должностное преступление, поскольку полностью поглощается соответствующими статьями УК РФ об ответственности за должностные преступления" <4>. Тем самым автор указывает на то, что при совершении общеуголовного преступления лицом, использующим свое служебное положение, квалифицировать его следует по соответствующей статье, предусматривающей ответственность за злоупотребление такими полномочиями. Н.Е. Кравцовой также предложено рассматривать злоупотребление полномочиями в качестве специальной нормы. В первую очередь она акцентирует внимание на различия в субъекте, взяв за основу тот факт, что в ст. 201 УК РФ он специальный - лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации, тогда как "субъектом при причинении имущественного ущерба является только частное лицо, и им не может быть лицо, выполняющее управленческие, организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции" <5>.
(Креховец А.В., Никифорова А.А.)
("Российский следователь", 2021, N 2)По мнению А.С. Зериной, в ст. 165 УК РФ закреплен "общий случай причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием" <3> по отношению к злоупотреблению полномочиями посредством причинения имущественного ущерба вышеуказанным способом. Аналогичная позиция продемонстрирована в работах Н.И. Панова, который, сравнивая схожие составы (ст. 165 и 285 УК РФ), утверждал, что причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием "в случае совершения его должностным лицом "трансформируется" в должностное преступление, поскольку полностью поглощается соответствующими статьями УК РФ об ответственности за должностные преступления" <4>. Тем самым автор указывает на то, что при совершении общеуголовного преступления лицом, использующим свое служебное положение, квалифицировать его следует по соответствующей статье, предусматривающей ответственность за злоупотребление такими полномочиями. Н.Е. Кравцовой также предложено рассматривать злоупотребление полномочиями в качестве специальной нормы. В первую очередь она акцентирует внимание на различия в субъекте, взяв за основу тот факт, что в ст. 201 УК РФ он специальный - лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации, тогда как "субъектом при причинении имущественного ущерба является только частное лицо, и им не может быть лицо, выполняющее управленческие, организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции" <5>.
Статья: Прокурор в судебных стадиях уголовного процесса Российской империи перед Судебной реформой 1864 года (правовое положение, деятельность и доктрина реформирования)
(Горбачев В.П.)
("Журнал российского права", 2023, N 9)Вопрос о реформировании судебной системы и функций прокуратуры поднимался и на правительственном уровне. В конце 1820-х гг. руководитель Второго отделения императорской канцелярии М.А. Балугьянский подготовил проект реформирования судебной системы, который наряду с надзорной функцией прокуратуры в уголовном процессе предусматривал наделение прокуроров и стряпчих ранее отсутствовавшей у них функцией обвинения <51>. В отличие от такой позиции известный государственный деятель, член Государственного совета М.М. Сперанский в своем проекте "Учреждения для управления губерний" в судебной сфере предусмотрел только надзорные полномочия прокуратуры, а о ее обвинительной функции в проекте ничего не говорилось <52>. Указанные проекты в 1828 и 1829 гг. были рассмотрены специальной правительственной комиссией <53>, однако законами они не стали.
(Горбачев В.П.)
("Журнал российского права", 2023, N 9)Вопрос о реформировании судебной системы и функций прокуратуры поднимался и на правительственном уровне. В конце 1820-х гг. руководитель Второго отделения императорской канцелярии М.А. Балугьянский подготовил проект реформирования судебной системы, который наряду с надзорной функцией прокуратуры в уголовном процессе предусматривал наделение прокуроров и стряпчих ранее отсутствовавшей у них функцией обвинения <51>. В отличие от такой позиции известный государственный деятель, член Государственного совета М.М. Сперанский в своем проекте "Учреждения для управления губерний" в судебной сфере предусмотрел только надзорные полномочия прокуратуры, а о ее обвинительной функции в проекте ничего не говорилось <52>. Указанные проекты в 1828 и 1829 гг. были рассмотрены специальной правительственной комиссией <53>, однако законами они не стали.
Статья: Входят ли отношения, складывающиеся при рассмотрении дел арбитражными судами, в предмет гражданского процессуального права (в продолжение одной научной дискуссии)
(Казиханова С.С.)
("Вестник гражданского процесса", 2022, N 4)В.Ф. Тараненко считал, что самостоятельность арбитражного процессуального права доказывается существованием глубоких различий между арбитражными судами и судами общей юрисдикции. Однако указанием на самостоятельную роль арбитражных судов как органов, осуществляющих правосудие, и на регулирование порядка их образования и деятельности отдельными законами значительные расхождения автору показать не удалось. Следует отметить, что в своих работах 80-х гг. XX в. В.Ф. Тараненко практически по тем же критериям проводил сравнение судов с арбитражами, и тогда им в действительности были выявлены существенные отличия между ними по организационному построению, задачам и содержанию выполняемых функций, порядку, формам деятельности, объему предоставленных полномочий <26>.
(Казиханова С.С.)
("Вестник гражданского процесса", 2022, N 4)В.Ф. Тараненко считал, что самостоятельность арбитражного процессуального права доказывается существованием глубоких различий между арбитражными судами и судами общей юрисдикции. Однако указанием на самостоятельную роль арбитражных судов как органов, осуществляющих правосудие, и на регулирование порядка их образования и деятельности отдельными законами значительные расхождения автору показать не удалось. Следует отметить, что в своих работах 80-х гг. XX в. В.Ф. Тараненко практически по тем же критериям проводил сравнение судов с арбитражами, и тогда им в действительности были выявлены существенные отличия между ними по организационному построению, задачам и содержанию выполняемых функций, порядку, формам деятельности, объему предоставленных полномочий <26>.
Статья: Комментарий к Федеральному закону от 07.06.2025 N 144-ФЗ "О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации"
("Нормативные акты для бухгалтера", 2025, N 12)Новая редакция статьи 244 ТК РФ, вступившая в силу с 1 сентября 2025 года, отличается от предыдущей редакции только в части полномочий госорганов по утверждению перечней работников, работ и типовых форм договоров. Ранее эта функция возлагалась на Правительство, теперь - на Минтруд.
("Нормативные акты для бухгалтера", 2025, N 12)Новая редакция статьи 244 ТК РФ, вступившая в силу с 1 сентября 2025 года, отличается от предыдущей редакции только в части полномочий госорганов по утверждению перечней работников, работ и типовых форм договоров. Ранее эта функция возлагалась на Правительство, теперь - на Минтруд.
Статья: К вопросу об институте и категории "государственная служба" в административном праве
(Саидов З.А., Куракин А.В.)
("Административное право и процесс", 2025, N 10)С.С. Студеникин относительно понятия государственной службы писал, что "государственная служба - отношение того или иного лица к государству, в силу которого это лицо получает полномочия осуществлять в той или иной форме государственные функции" <20>. Профессиональные функции и интеллектуальный характер деятельности - вот что отличает государственную службу от иных видов трудовой деятельности человека.
(Саидов З.А., Куракин А.В.)
("Административное право и процесс", 2025, N 10)С.С. Студеникин относительно понятия государственной службы писал, что "государственная служба - отношение того или иного лица к государству, в силу которого это лицо получает полномочия осуществлять в той или иной форме государственные функции" <20>. Профессиональные функции и интеллектуальный характер деятельности - вот что отличает государственную службу от иных видов трудовой деятельности человека.