Ограничение территории дистрибьютора
Подборка наиболее важных документов по запросу Ограничение территории дистрибьютора (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2024 N 20АП-2897/2024 по делу N А23-70/2023
Требование: О взыскании денежных средств и признании незаконным решения об одностороннем отказе от договора.
Решение: В удовлетворении требования отказано.При этом суд области обоснованно исходил из того, что из представленной ответчиком Декларации на товары от 08.08.2022 N 10005030/080822/3211930 усматривается, что экспортером выступала компания OFTALABS Ltd, которая на тот момент еще имела статус официального дистрибьютора компании Lumcnis. Факт приобретения истцом поставленных ответчику принадлежностей к Аппарату М22 у официального дистрибьютора OFTALABS Ltd., полномочия которого были ограничены территорией Болгарии, и их последующий ввоз на территорию Российской Федерации по декларации на товары от 08.08.2022 не свидетельствует о законности введения спорных товаров в оборот на территории Российской Федерации, поскольку правообладатель товарного знака "LUMENIS" - компания Lumenis (Израиль) не давала своего согласия на введение в гражданский оборот на территории Российской Федерации товаров, маркированных принадлежащим ей товарным знаком, ни компании OFTALABS Ltd. (Болгария).
Требование: О взыскании денежных средств и признании незаконным решения об одностороннем отказе от договора.
Решение: В удовлетворении требования отказано.При этом суд области обоснованно исходил из того, что из представленной ответчиком Декларации на товары от 08.08.2022 N 10005030/080822/3211930 усматривается, что экспортером выступала компания OFTALABS Ltd, которая на тот момент еще имела статус официального дистрибьютора компании Lumcnis. Факт приобретения истцом поставленных ответчику принадлежностей к Аппарату М22 у официального дистрибьютора OFTALABS Ltd., полномочия которого были ограничены территорией Болгарии, и их последующий ввоз на территорию Российской Федерации по декларации на товары от 08.08.2022 не свидетельствует о законности введения спорных товаров в оборот на территории Российской Федерации, поскольку правообладатель товарного знака "LUMENIS" - компания Lumenis (Израиль) не давала своего согласия на введение в гражданский оборот на территории Российской Федерации товаров, маркированных принадлежащим ей товарным знаком, ни компании OFTALABS Ltd. (Болгария).
Постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2023 N 05АП-4975/2023 по делу N А51-6410/2023
Требование: О признании недействительными дополнительных соглашений к договору купли-продажи, взыскании убытков, неустойки, почтовых расходов.
Решение: В удовлетворении требования отказано.Вышеуказанная переписка сторон свидетельствует о том, что истец был надлежащим образом проинформирован ответчиком об обстоятельствах, в связи с которыми возникла необходимость увеличения сроков поставки предмета лизинга, а именно: проблемы на пропускном пункте на границе, связанные с карантинными ограничениями на территории Китая и задержками поставок "Глонасс". Данные обстоятельства были подтверждены прилагаемой к письмам ответчика официальной информацией от дистрибьютора.
Требование: О признании недействительными дополнительных соглашений к договору купли-продажи, взыскании убытков, неустойки, почтовых расходов.
Решение: В удовлетворении требования отказано.Вышеуказанная переписка сторон свидетельствует о том, что истец был надлежащим образом проинформирован ответчиком об обстоятельствах, в связи с которыми возникла необходимость увеличения сроков поставки предмета лизинга, а именно: проблемы на пропускном пункте на границе, связанные с карантинными ограничениями на территории Китая и задержками поставок "Глонасс". Данные обстоятельства были подтверждены прилагаемой к письмам ответчика официальной информацией от дистрибьютора.
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
"Параллельный импорт и исчерпание исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности. Сотрудничество в сфере развития национальной промышленности и импортозамещение: монография"
(Шахназаров Б.А.)
("Проспект", 2023)Так, например, одним из ключевых положений дистрибьюторских договоров, опосредующих экспортно-импортные отношения сторон, является ограничение территории ведения бизнеса дистрибьютора: на поставку товара вне пределов указанной в договоре территории требуется получение предварительного согласия правообладателя в контексте положений о территориальном ограничении действия дистрибьюторских договоров и интеллектуальных прав правообладателей. Кроме того, в дистрибьюторских договорах часто содержатся условия, согласно которым дистрибьютор обязан получить предварительное согласие правообладателя на продажу товара определенной категории покупателей (например, государственным органам и организациям с государственным участием) либо установлена квота на количество товаров, которые могут быть проданы одному покупателю <1>.
(Шахназаров Б.А.)
("Проспект", 2023)Так, например, одним из ключевых положений дистрибьюторских договоров, опосредующих экспортно-импортные отношения сторон, является ограничение территории ведения бизнеса дистрибьютора: на поставку товара вне пределов указанной в договоре территории требуется получение предварительного согласия правообладателя в контексте положений о территориальном ограничении действия дистрибьюторских договоров и интеллектуальных прав правообладателей. Кроме того, в дистрибьюторских договорах часто содержатся условия, согласно которым дистрибьютор обязан получить предварительное согласие правообладателя на продажу товара определенной категории покупателей (например, государственным органам и организациям с государственным участием) либо установлена квота на количество товаров, которые могут быть проданы одному покупателю <1>.
Статья: Трансграничный дистрибьюторский договор в национальном законодательстве и международной коммерческой практике
(Власова Н.В.)
("Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения", 2023, N 3)Согласно Типовому контракту дистрибьюторским договором может быть ограничена территория сбыта продукции дистрибьютором посредством закрепления его обязательства: либо не продвигать продукцию на территориях, зарезервированных поставщиком для самого себя или предоставленных им другим исключительным дистрибьюторам (ст. 12.A) <57>; либо не продавать товары потребителям за пределами договорной территории (ст. 12.B). В примечаниях к данным статьям отмечается соответствие наднациональному праву ЕС первого варианта, тогда как второй вариант не рекомендуется включать в договоры с дистрибьюторами из стран ЕС.
(Власова Н.В.)
("Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения", 2023, N 3)Согласно Типовому контракту дистрибьюторским договором может быть ограничена территория сбыта продукции дистрибьютором посредством закрепления его обязательства: либо не продвигать продукцию на территориях, зарезервированных поставщиком для самого себя или предоставленных им другим исключительным дистрибьюторам (ст. 12.A) <57>; либо не продавать товары потребителям за пределами договорной территории (ст. 12.B). В примечаниях к данным статьям отмечается соответствие наднациональному праву ЕС первого варианта, тогда как второй вариант не рекомендуется включать в договоры с дистрибьюторами из стран ЕС.
Нормативные акты
Постановление Конституционного Суда РФ от 12.03.2026 N 13-П
"По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 1362 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами акционерного общества "Санофи Россия" и компании "Вертекс Фармасьютикалз Инкорпорейтед"1.1. Компания "Вертекс" - фармацевтическая компания из США, основным видом деятельности которой являются проведение исследований и клинических испытаний, разработка и производство лекарств на основе собственных изобретений. Один из ее главных продуктов - лекарственный препарат под торговым наименованием "Трикафта", в котором используются изобретения, запатентованные в соответствии с российским законодательством, а АО "Санофи" - единственный его официальный дистрибьютор на территории России. В свою очередь, общество с ограниченной ответственностью "Медицинская исследовательская компания "МИК" (далее - ООО "МИК") является дистрибьютором аргентинской компании "Тютор С.А.С.И.Ф.И.А.", иностранного производителя лекарственного препарата "Трилекса", эквивалентного препарату "Трикафта".
"По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 1362 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами акционерного общества "Санофи Россия" и компании "Вертекс Фармасьютикалз Инкорпорейтед"1.1. Компания "Вертекс" - фармацевтическая компания из США, основным видом деятельности которой являются проведение исследований и клинических испытаний, разработка и производство лекарств на основе собственных изобретений. Один из ее главных продуктов - лекарственный препарат под торговым наименованием "Трикафта", в котором используются изобретения, запатентованные в соответствии с российским законодательством, а АО "Санофи" - единственный его официальный дистрибьютор на территории России. В свою очередь, общество с ограниченной ответственностью "Медицинская исследовательская компания "МИК" (далее - ООО "МИК") является дистрибьютором аргентинской компании "Тютор С.А.С.И.Ф.И.А.", иностранного производителя лекарственного препарата "Трилекса", эквивалентного препарату "Трикафта".
Постановление Конституционного Суда РФ от 13.02.2018 N 8-П
"По делу о проверке конституционности положений пункта 4 статьи 1252, статьи 1487 и пунктов 1, 2 и 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью "ПАГ"В целях учета указанных конкурирующих прав и интересов в их сопряжении законодательство многих стран использует принцип исчерпания прав (первой продажи или введения в оборот), означающий, по общему правилу, ограничение действия исключительного права на товарный знак, т.е. свободный оборот товаров, если они на законных основаниях уже введены в гражданский оборот непосредственно правообладателем или с его согласия. При этом возможность импорта продукции независимо от согласия производителя товара или его официального дистрибьютора (параллельный импорт) во многом зависит от того, какой вид (режим) исчерпания прав установлен в правовой системе того государства, на территорию которого ввозится соответствующая продукция, - национальный, региональный или международный.
"По делу о проверке конституционности положений пункта 4 статьи 1252, статьи 1487 и пунктов 1, 2 и 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью "ПАГ"В целях учета указанных конкурирующих прав и интересов в их сопряжении законодательство многих стран использует принцип исчерпания прав (первой продажи или введения в оборот), означающий, по общему правилу, ограничение действия исключительного права на товарный знак, т.е. свободный оборот товаров, если они на законных основаниях уже введены в гражданский оборот непосредственно правообладателем или с его согласия. При этом возможность импорта продукции независимо от согласия производителя товара или его официального дистрибьютора (параллельный импорт) во многом зависит от того, какой вид (режим) исчерпания прав установлен в правовой системе того государства, на территорию которого ввозится соответствующая продукция, - национальный, региональный или международный.
Статья: О правомерности требования к предоставлению дилерских соглашений участниками закупок по Закону N 223-ФЗ
(Милонаец О.)
("Прогосзаказ.рф", 2021, N 10)По своей природе дилерское соглашение - это документ, в рамках которого посредник покупает товар у дистрибьютора и реализует его на определенной территории. При этом, как правило, дистрибьютор не может продавать товар на этой территории кому-то еще. Дать определение дилерского договора по ГК РФ невозможно - закон не выделяет данную конструкцию в самостоятельный вид.
(Милонаец О.)
("Прогосзаказ.рф", 2021, N 10)По своей природе дилерское соглашение - это документ, в рамках которого посредник покупает товар у дистрибьютора и реализует его на определенной территории. При этом, как правило, дистрибьютор не может продавать товар на этой территории кому-то еще. Дать определение дилерского договора по ГК РФ невозможно - закон не выделяет данную конструкцию в самостоятельный вид.
Статья: Административная практика
("Вестник Института госзакупок", 2022, N 9)Кроме того, закупаемый товар находится в свободном обороте на территории РФ, следовательно, любой участник закупки, соответствующий требованиям законодательства, может осуществить поставку такой продукции. Выбор контрагентов (официальных дистрибьюторов), у которых потенциальный участник закупки может приобретать товар, характеристики которого соответствуют требованиям заказчика, описание объекта закупки не ограничены.
("Вестник Института госзакупок", 2022, N 9)Кроме того, закупаемый товар находится в свободном обороте на территории РФ, следовательно, любой участник закупки, соответствующий требованиям законодательства, может осуществить поставку такой продукции. Выбор контрагентов (официальных дистрибьюторов), у которых потенциальный участник закупки может приобретать товар, характеристики которого соответствуют требованиям заказчика, описание объекта закупки не ограничены.
Статья: Компенсация за нарушение исключительного права в виде двукратной стоимости контрафакта и убытки правообладателя
(Иванов Н.В.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2022, N 3)Другим примером возникновения дополнительной упущенной выгоды от последующей перепродажи товара может быть ситуация, при которой правообладатель по каким-либо причинам распространяет свой товар преимущественно на ограниченной территории. Если последующее распространение осуществляется на территории, на которой традиционно действует правообладатель, то вероятность возникновения упущенной выгоды от таких действий будет велика. Если же незаконный распространитель действует на территории, на которой правообладатель и его дистрибьюторы товар не распространяют, то негативный эффект от такого распространения в виде упущенной выгоды правообладателя может быть значительно меньшим. Говорить о дополнительной имущественной выгоде в такой ситуации, скорее всего, не приходится.
(Иванов Н.В.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2022, N 3)Другим примером возникновения дополнительной упущенной выгоды от последующей перепродажи товара может быть ситуация, при которой правообладатель по каким-либо причинам распространяет свой товар преимущественно на ограниченной территории. Если последующее распространение осуществляется на территории, на которой традиционно действует правообладатель, то вероятность возникновения упущенной выгоды от таких действий будет велика. Если же незаконный распространитель действует на территории, на которой правообладатель и его дистрибьюторы товар не распространяют, то негативный эффект от такого распространения в виде упущенной выгоды правообладателя может быть значительно меньшим. Говорить о дополнительной имущественной выгоде в такой ситуации, скорее всего, не приходится.
Статья: Роль дистрибьюторского договора в гражданском обороте табачной и никотиносодержащей продукции
(Перехожих И.В.)
("Цивилист", 2023, N 4)Другое преимущество дистрибьюторского договора заключается в том, что он позволяет дистрибьютору минимизировать риск конкуренции со стороны других продавцов и потери своих инвестиций. В рамках договора возможно предусмотреть легальные ограничения на число и категорию других дистрибьюторов, которые могут продавать тот же продукт на территории, а также определить эксклюзивные права дистрибьютора на определенную территорию или рыночный сегмент. Это позволяет дистрибьютору иметь больший контроль над реализацией товара и защитить свои инвестиции.
(Перехожих И.В.)
("Цивилист", 2023, N 4)Другое преимущество дистрибьюторского договора заключается в том, что он позволяет дистрибьютору минимизировать риск конкуренции со стороны других продавцов и потери своих инвестиций. В рамках договора возможно предусмотреть легальные ограничения на число и категорию других дистрибьюторов, которые могут продавать тот же продукт на территории, а также определить эксклюзивные права дистрибьютора на определенную территорию или рыночный сегмент. Это позволяет дистрибьютору иметь больший контроль над реализацией товара и защитить свои инвестиции.
Статья: Возможности экспорта лекарственных средств при принудительном лицензировании
(Латынцев А.В.)
("ИС. Промышленная собственность", 2025, N 4)Однако данные ограничения не распространяются в отношении добросовестных покупателей (например, независимых дилеров, дистрибьюторов) и иных приобретателей продукции (в том числе лекарственных средств), реализованной на территории Российской Федерации их изготовителем, осуществляющим производство в том числе в рамках принудительного лицензирования.
(Латынцев А.В.)
("ИС. Промышленная собственность", 2025, N 4)Однако данные ограничения не распространяются в отношении добросовестных покупателей (например, независимых дилеров, дистрибьюторов) и иных приобретателей продукции (в том числе лекарственных средств), реализованной на территории Российской Федерации их изготовителем, осуществляющим производство в том числе в рамках принудительного лицензирования.
Статья: Договорное регулирование отношений конкуренции
(Истомин В.Г.)
("Конкурентное право", 2024, N 3)Здесь следует отметить, что некоторые формально запрещенные антимонопольным законодательством соглашения могут быть признаны допустимыми, если ими не создается возможность для отдельных лиц устранить конкуренцию на соответствующем товарном рынке, не налагаются на их участников или третьих лиц ограничения, не соответствующие достижению целей таких соглашений, а также если их результатом является или может являться совершенствование производства, стимулирование технического либо экономического прогресса, повышение конкурентоспособности товаров российского производства или получение покупателями определенных преимуществ. Так, закрепление за дистрибьюторами определенных территорий для сбыта продукции производителя может стимулировать дистрибьюторов к более активному продвижению данного товара на соответствующей территории, а запрет на заключение сделок с теми или иными контрагентами может быть обусловлен специфическими свойствами товара или необходимостью поддержания производителем своей высокой репутации. Поэтому вслед за развитием экономической теории правоприменительная практика многих стран постепенно стала рассматривать ограничивающие конкуренцию вертикальные соглашения с позиции их общей допустимости, за исключением ситуаций, когда их антиконкурентный эффект установлен антимонопольным органом или судом;
(Истомин В.Г.)
("Конкурентное право", 2024, N 3)Здесь следует отметить, что некоторые формально запрещенные антимонопольным законодательством соглашения могут быть признаны допустимыми, если ими не создается возможность для отдельных лиц устранить конкуренцию на соответствующем товарном рынке, не налагаются на их участников или третьих лиц ограничения, не соответствующие достижению целей таких соглашений, а также если их результатом является или может являться совершенствование производства, стимулирование технического либо экономического прогресса, повышение конкурентоспособности товаров российского производства или получение покупателями определенных преимуществ. Так, закрепление за дистрибьюторами определенных территорий для сбыта продукции производителя может стимулировать дистрибьюторов к более активному продвижению данного товара на соответствующей территории, а запрет на заключение сделок с теми или иными контрагентами может быть обусловлен специфическими свойствами товара или необходимостью поддержания производителем своей высокой репутации. Поэтому вслед за развитием экономической теории правоприменительная практика многих стран постепенно стала рассматривать ограничивающие конкуренцию вертикальные соглашения с позиции их общей допустимости, за исключением ситуаций, когда их антиконкурентный эффект установлен антимонопольным органом или судом;
Статья: Дилерский договор
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Законодательством не ограничен круг субъектов, которые могут выступать сторонами дилерского договора. Поскольку дилерский договор заключается в рамках ведения предпринимательской деятельности, его сторонами являются юридические лица или индивидуальные предприниматели. С одной стороны, как правило, выступают производители товаров или крупные дистрибьюторы (дилеры), с другой - торговые компании или индивидуальные предприниматели.
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Законодательством не ограничен круг субъектов, которые могут выступать сторонами дилерского договора. Поскольку дилерский договор заключается в рамках ведения предпринимательской деятельности, его сторонами являются юридические лица или индивидуальные предприниматели. С одной стороны, как правило, выступают производители товаров или крупные дистрибьюторы (дилеры), с другой - торговые компании или индивидуальные предприниматели.
Вопрос: Об НДС при импорте из Республики Беларусь товаров, приобретаемых российской организацией и реализуемых другой российской организации с доставкой со склада белорусского поставщика.
(Письмо Минфина России от 22.12.2023 N 03-07-08/124878)Вопрос: Общество с ограниченной ответственностью (далее также - Организация, ООО), будучи резидентом Российской Федерации (далее также - РФ), является официальным дистрибьютором на территории РФ товаров, производимых Закрытым акционерным обществом (Республика Беларусь, далее также - Производитель, ЗАО).
(Письмо Минфина России от 22.12.2023 N 03-07-08/124878)Вопрос: Общество с ограниченной ответственностью (далее также - Организация, ООО), будучи резидентом Российской Федерации (далее также - РФ), является официальным дистрибьютором на территории РФ товаров, производимых Закрытым акционерным обществом (Республика Беларусь, далее также - Производитель, ЗАО).
Статья: Антимонопольные иммунитеты и их статус в современном законодательстве и антимонопольном правоприменении
(Борзило Е.Ю.)
("Конкурентное право", 2025, N 2)- Обязательство пользователя реализовывать, в том числе перепродавать, произведенные и (или) закупленные товары, выполнять работы или оказывать услуги с использованием принадлежащих правообладателю исключительных прав по установленным правообладателем ценам, а равно обязательство пользователя не осуществлять реализацию аналогичных товаров, выполнение аналогичных работ или оказание аналогичных услуг с использованием товарных знаков или коммерческих обозначений других правообладателей. Здесь мы видим два условия в одном. Необходимость следовать ценовой политике правообладателя имеет несколько причин. Во-первых, создавая единую сеть по модели франчайзинга, правообладатель стремится поддерживать единые стандарты обслуживания. Условная пицца должна стоить одинаково во всех регионах с примерно одинаковым уровнем развития. Второе - зачастую правообладатель более осведомлен о надлежащем уровне цен и не готов к закрытию франшизы в связи с возросшими аппетитами пользователя. С антимонопольной точки зрения - это антиконкурентная практика по установлению цен. Следующий за ценовым ограничением запрет, по сути, повторяет запрет сотрудничества с конкурентами с такой же правовой квалификацией с антимонопольной точки зрения.
(Борзило Е.Ю.)
("Конкурентное право", 2025, N 2)- Обязательство пользователя реализовывать, в том числе перепродавать, произведенные и (или) закупленные товары, выполнять работы или оказывать услуги с использованием принадлежащих правообладателю исключительных прав по установленным правообладателем ценам, а равно обязательство пользователя не осуществлять реализацию аналогичных товаров, выполнение аналогичных работ или оказание аналогичных услуг с использованием товарных знаков или коммерческих обозначений других правообладателей. Здесь мы видим два условия в одном. Необходимость следовать ценовой политике правообладателя имеет несколько причин. Во-первых, создавая единую сеть по модели франчайзинга, правообладатель стремится поддерживать единые стандарты обслуживания. Условная пицца должна стоить одинаково во всех регионах с примерно одинаковым уровнем развития. Второе - зачастую правообладатель более осведомлен о надлежащем уровне цен и не готов к закрытию франшизы в связи с возросшими аппетитами пользователя. С антимонопольной точки зрения - это антиконкурентная практика по установлению цен. Следующий за ценовым ограничением запрет, по сути, повторяет запрет сотрудничества с конкурентами с такой же правовой квалификацией с антимонопольной точки зрения.
Статья: Теоретические и практические аспекты правового регулирования ограничивающих конкуренцию вертикальных соглашений
(Истомин В.Г.)
("Журнал российского права", 2022, N 9)Конкретные виды запрещенных российским антимонопольным законодательством вертикальных соглашений указаны в ч. 2 ст. 11 Закона о защите конкуренции. Так, запрещаются вертикальные соглашения, если они приводят или могут привести к установлению цены перепродажи товара, за исключением установления максимальной цены его перепродажи, а также соглашения, которыми предусмотрено обязательство покупателя не продавать товар хозяйствующего субъекта, который является конкурентом продавца. При этом второй запрет также имеет исключение: он не распространяется на соглашения об организации покупателем продажи товаров под товарным знаком либо иным средством индивидуализации продавца или производителя. В юридической литературе широко распространено мнение, что предусмотренные ч. 2 ст. 11 Закона о защите конкуренции вертикальные соглашения запрещены per se, т.е. в силу факта их заключения, без необходимости установления и доказывания причиненного ими антиконкурентного эффекта <14>. Вместе с тем в соответствии с п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 марта 2021 г. N 2 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства" (далее - Постановление N 2 Пленума ВС РФ) соглашения хозяйствующих субъектов, за исключением указанных в ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции, могут быть признаны недопустимыми, если антимонопольным органом будет доказано, что результатом реализации или целью договоренностей, достигнутых между хозяйствующими субъектами, являлось недопущение (ограничение, устранение) конкуренции на товарном рынке. С учетом того что в ч. 1 ст. 11 речь идет о горизонтальных картельных соглашениях, можно сделать вывод, что в настоящее время российские правоприменительные органы ориентированы на необходимость установления наступления или возможности наступления антиконкурентных последствий при доказывании наличия ограничивающего конкуренцию вертикального соглашения. В выпущенном Федеральной антимонопольной службой письме от 11 сентября 2009 г. N АК/40092 также содержалось положение о том, что вертикальное соглашение между хозяйствующими субъектами может быть признано не соответствующим антимонопольному законодательству, если такое соглашение приводит или может привести к ограничению конкуренции. Кроме того, на предусмотренные в ч. 2 ст. 11 Закона о защите конкуренции вертикальные соглашения распространяются общие правила о допустимости антиконкурентных действий в случае достижения в результате их осуществления положительного эффекта, что также свидетельствует о необходимости оценки таких соглашений с учетом их последствий. Подобный подход представляется оправданным и в целом соответствует тем тенденциям, которые имеют место в том числе в зарубежной правоприменительной практике при квалификации вертикальных соглашений в качестве запрещенных. Например, в решении по одному из дел Верховный суд США отметил, что правило per se не должно применяться "только для административного удобства", а также указал на необходимость руководствоваться правилом разумности, предполагающим учет информации о соответствующем бизнесе, анализ "истории, характера и последствий договорных ограничений", в том числе при оценке соглашений об установлении минимальной цены перепродажи товара <15>. Антимонопольные нормы ЕС также не содержат абсолютных запретов per se на заключение каких-либо вертикальных соглашений. Однако некоторые виды ограничительных условий изначально предполагаются антиконкурентными, это так называемые жесткие ограничения конкуренции (severe restrictions of competition). К ним, в частности, относятся установление минимальных и фиксированных цен перепродажи, ограничение розничной продажи конечным потребителям, некоторые виды территориальных ограничений для контрагентов, установление недопустимости взаимных поставок между дистрибьюторами. Но даже и они в индивидуальном порядке могут быть признаны допустимыми при наличии установленного положительного эффекта.
(Истомин В.Г.)
("Журнал российского права", 2022, N 9)Конкретные виды запрещенных российским антимонопольным законодательством вертикальных соглашений указаны в ч. 2 ст. 11 Закона о защите конкуренции. Так, запрещаются вертикальные соглашения, если они приводят или могут привести к установлению цены перепродажи товара, за исключением установления максимальной цены его перепродажи, а также соглашения, которыми предусмотрено обязательство покупателя не продавать товар хозяйствующего субъекта, который является конкурентом продавца. При этом второй запрет также имеет исключение: он не распространяется на соглашения об организации покупателем продажи товаров под товарным знаком либо иным средством индивидуализации продавца или производителя. В юридической литературе широко распространено мнение, что предусмотренные ч. 2 ст. 11 Закона о защите конкуренции вертикальные соглашения запрещены per se, т.е. в силу факта их заключения, без необходимости установления и доказывания причиненного ими антиконкурентного эффекта <14>. Вместе с тем в соответствии с п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 марта 2021 г. N 2 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства" (далее - Постановление N 2 Пленума ВС РФ) соглашения хозяйствующих субъектов, за исключением указанных в ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции, могут быть признаны недопустимыми, если антимонопольным органом будет доказано, что результатом реализации или целью договоренностей, достигнутых между хозяйствующими субъектами, являлось недопущение (ограничение, устранение) конкуренции на товарном рынке. С учетом того что в ч. 1 ст. 11 речь идет о горизонтальных картельных соглашениях, можно сделать вывод, что в настоящее время российские правоприменительные органы ориентированы на необходимость установления наступления или возможности наступления антиконкурентных последствий при доказывании наличия ограничивающего конкуренцию вертикального соглашения. В выпущенном Федеральной антимонопольной службой письме от 11 сентября 2009 г. N АК/40092 также содержалось положение о том, что вертикальное соглашение между хозяйствующими субъектами может быть признано не соответствующим антимонопольному законодательству, если такое соглашение приводит или может привести к ограничению конкуренции. Кроме того, на предусмотренные в ч. 2 ст. 11 Закона о защите конкуренции вертикальные соглашения распространяются общие правила о допустимости антиконкурентных действий в случае достижения в результате их осуществления положительного эффекта, что также свидетельствует о необходимости оценки таких соглашений с учетом их последствий. Подобный подход представляется оправданным и в целом соответствует тем тенденциям, которые имеют место в том числе в зарубежной правоприменительной практике при квалификации вертикальных соглашений в качестве запрещенных. Например, в решении по одному из дел Верховный суд США отметил, что правило per se не должно применяться "только для административного удобства", а также указал на необходимость руководствоваться правилом разумности, предполагающим учет информации о соответствующем бизнесе, анализ "истории, характера и последствий договорных ограничений", в том числе при оценке соглашений об установлении минимальной цены перепродажи товара <15>. Антимонопольные нормы ЕС также не содержат абсолютных запретов per se на заключение каких-либо вертикальных соглашений. Однако некоторые виды ограничительных условий изначально предполагаются антиконкурентными, это так называемые жесткие ограничения конкуренции (severe restrictions of competition). К ним, в частности, относятся установление минимальных и фиксированных цен перепродажи, ограничение розничной продажи конечным потребителям, некоторые виды территориальных ограничений для контрагентов, установление недопустимости взаимных поставок между дистрибьюторами. Но даже и они в индивидуальном порядке могут быть признаны допустимыми при наличии установленного положительного эффекта.