Оговорка о публичном порядке
Подборка наиболее важных документов по запросу Оговорка о публичном порядке (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Нормы непосредственного применения и оговорка о публичном порядке: проблема разграничения
(Аширбакиев Р.М.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 2)"Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 2
(Аширбакиев Р.М.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 2)"Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 2
Нормативные акты
"Гражданский кодекс Российской Федерации (часть третья)" от 26.11.2001 N 146-ФЗ
(ред. от 08.08.2024)Статья 1193. Оговорка о публичном порядке
(ред. от 08.08.2024)Статья 1193. Оговорка о публичном порядке
Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 26.02.2013 N 156
<Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о применении оговорки о публичном порядке как основания отказа в признании и приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений>ПРЕЗИДИУМ ВЫСШЕГО АРБИТРАЖНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
<Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о применении оговорки о публичном порядке как основания отказа в признании и приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений>ПРЕЗИДИУМ ВЫСШЕГО АРБИТРАЖНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
"Гражданский процесс: учебник"
(под ред. А.В. Габова, В.Г. Голубцова, С.Ж. Соловых)
("Статут", 2024)50. Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о применении оговорки о публичном порядке как основания отказа в признании и приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений: информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26 февраля 2013 г. N 156 // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2013. N 5. - Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о применении оговорки о публичном порядке как основания отказа в признании и приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений 2013 г.
(под ред. А.В. Габова, В.Г. Голубцова, С.Ж. Соловых)
("Статут", 2024)50. Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о применении оговорки о публичном порядке как основания отказа в признании и приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений: информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26 февраля 2013 г. N 156 // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2013. N 5. - Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о применении оговорки о публичном порядке как основания отказа в признании и приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений 2013 г.
Статья: Иностранное судебное решение и его влияние на действительность арбитражного соглашения (анализ российского и иностранного опыта)
(Костин А.А.)
("Вестник Пермского университета. Юридические науки", 2024, N 3)Как было отмечено выше, иностранные судебные решения обладают свойством преюдиции для российских судов в том случае, если они соответствуют условиям признания. Наличие у иностранных судебных решений свойства преюдиции означает, что выводы иностранных судов относительно определенных фактических обстоятельств обязательны для российских судов (при соответствии иностранного судебного решения условиям признания). Данное обстоятельство создает предпосылки для применения российским судом оговорки о публичном порядке в связи с возникновением на территории Российской Федерации двух судебных актов, содержащих взаимоисключающие выводы <38>. Следует подчеркнуть, что преюдициальная сила касается только фактических обстоятельств, установленных иностранным судом, а не выводов суда о недействительности арбитражного соглашения, основанного на регулировании арбитража в стране вынесения решения <39>.
(Костин А.А.)
("Вестник Пермского университета. Юридические науки", 2024, N 3)Как было отмечено выше, иностранные судебные решения обладают свойством преюдиции для российских судов в том случае, если они соответствуют условиям признания. Наличие у иностранных судебных решений свойства преюдиции означает, что выводы иностранных судов относительно определенных фактических обстоятельств обязательны для российских судов (при соответствии иностранного судебного решения условиям признания). Данное обстоятельство создает предпосылки для применения российским судом оговорки о публичном порядке в связи с возникновением на территории Российской Федерации двух судебных актов, содержащих взаимоисключающие выводы <38>. Следует подчеркнуть, что преюдициальная сила касается только фактических обстоятельств, установленных иностранным судом, а не выводов суда о недействительности арбитражного соглашения, основанного на регулировании арбитража в стране вынесения решения <39>.
Статья: Признание решений иностранных судов по делам о трансграничной несостоятельности в разрезе компаративистского анализа
(Скопцова Е.И.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 7)Для оценки второго довода необходимо проанализировать особенности оговорки о публичном порядке в качестве защитного инструмента отечественного правопорядка.
(Скопцова Е.И.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 7)Для оценки второго довода необходимо проанализировать особенности оговорки о публичном порядке в качестве защитного инструмента отечественного правопорядка.
Статья: Критерии визуализации публичного порядка при приведении в исполнение решений иностранных арбитражей: вопросы процессуального права
(Печегина П.Д., Дьяконова М.О., Синицын С.А.)
("Международное публичное и частное право", 2024, N 3)1. Нарушение фундаментальных правовых начал (принципов) как основание для отказа в признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения. Вопрос о том, что следует понимать под фундаментальными правовыми началами или основополагающими принципами, имеет общий характер. Свойство фундаментальности правовых начал связывается с их высшей императивностью, универсальностью, особой общественной и публичной значимостью. Очевидно, что к таким началам как элементам российского публичного порядка прежде всего относятся принципы, нашедшие закрепление в Конституции Российской Федерации <3> и конкретизированные в нормах федерального законодательства. При анализе судебной практики государственных судов по спорам о признании и приведении в исполнение (об отмене) состоявшегося арбитражного решения <4> выявлены в том числе следующие принципы, нарушение которых влечет применение судами оговорки о публичном порядке: принцип добросовестности поведения сторон и прежде всего иностранного резидента (со стороны иностранного резидента); принцип равенства сторон гражданско-правовых отношений; принцип соразмерности гражданско-правовой ответственности (соразмерность неустойки и процентов последствиям нарушения обязательства, начисление процентов на неустойку) <5>; принцип виновного характера ответственности (наличие форс-мажорных обстоятельств) и др.; принципы справедливости и разумности (возложение негативных последствий исключительно только на ответчика и полное освобождение истца от таких негативных последствий); фундаментальные принципы процессуального права (принцип справедливого судебного разбирательства (например, применение санкций на территории места арбитража и в Евросоюзе к российскому резиденту)).
(Печегина П.Д., Дьяконова М.О., Синицын С.А.)
("Международное публичное и частное право", 2024, N 3)1. Нарушение фундаментальных правовых начал (принципов) как основание для отказа в признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения. Вопрос о том, что следует понимать под фундаментальными правовыми началами или основополагающими принципами, имеет общий характер. Свойство фундаментальности правовых начал связывается с их высшей императивностью, универсальностью, особой общественной и публичной значимостью. Очевидно, что к таким началам как элементам российского публичного порядка прежде всего относятся принципы, нашедшие закрепление в Конституции Российской Федерации <3> и конкретизированные в нормах федерального законодательства. При анализе судебной практики государственных судов по спорам о признании и приведении в исполнение (об отмене) состоявшегося арбитражного решения <4> выявлены в том числе следующие принципы, нарушение которых влечет применение судами оговорки о публичном порядке: принцип добросовестности поведения сторон и прежде всего иностранного резидента (со стороны иностранного резидента); принцип равенства сторон гражданско-правовых отношений; принцип соразмерности гражданско-правовой ответственности (соразмерность неустойки и процентов последствиям нарушения обязательства, начисление процентов на неустойку) <5>; принцип виновного характера ответственности (наличие форс-мажорных обстоятельств) и др.; принципы справедливости и разумности (возложение негативных последствий исключительно только на ответчика и полное освобождение истца от таких негативных последствий); фундаментальные принципы процессуального права (принцип справедливого судебного разбирательства (например, применение санкций на территории места арбитража и в Евросоюзе к российскому резиденту)).
Статья: Оговорка о публичном порядке как инструмент разрешения коллизий между светским и религиозным правом в США
(Ирхин И.В.)
("Конституционное и муниципальное право", 2021, N 7)"Конституционное и муниципальное право", 2021, N 7
(Ирхин И.В.)
("Конституционное и муниципальное право", 2021, N 7)"Конституционное и муниципальное право", 2021, N 7
Статья: Получение из-за границы свидетельских показаний по гражданским делам с использованием видео-конференц-связи
(Щукин А.И.)
("Вестник гражданского процесса", 2023, N 4; 2024, N 6)<30> См.: Богатина Ю.Г. Оговорка о публичном порядке в международном частном праве: теоретические проблемы и современная практика. М.: Статут, 2010. С. 25 - 26.
(Щукин А.И.)
("Вестник гражданского процесса", 2023, N 4; 2024, N 6)<30> См.: Богатина Ю.Г. Оговорка о публичном порядке в международном частном праве: теоретические проблемы и современная практика. М.: Статут, 2010. С. 25 - 26.
Статья: Взаимосвязь квалификации и публичного порядка в международном частном праве
(Тариканов Д.В.)
("Журнал российского права", 2024, N 3)Конфликт квалификаций и оговорка о публичном порядке в международном частном праве могут применяться для достижения политико-правовых целей правопорядка суда. Анализ судебной практики и специальной литературы о ней свидетельствует о возрастании интереса к вопросу взаимодействия указанных двух инструментов для заявленных целей.
(Тариканов Д.В.)
("Журнал российского права", 2024, N 3)Конфликт квалификаций и оговорка о публичном порядке в международном частном праве могут применяться для достижения политико-правовых целей правопорядка суда. Анализ судебной практики и специальной литературы о ней свидетельствует о возрастании интереса к вопросу взаимодействия указанных двух инструментов для заявленных целей.
Статья: Автономия воли сторон как источник международного частного права
(Москвитин Ю.М.)
("Хозяйство и право", 2025, N 6)В целях формирования понимания сущности такого правового явления, как автономия воли сторон, представляется необходимым отдельно рассмотреть вопрос о том, обладает ли она правонаделительным эффектом. Ответ на данный вопрос сам по себе видится краеугольным камнем для обоснования возможности сторон формировать частный закон, регулирующий их отношения. Еще с советских времен существует точка зрения, рассматривающая автономию воли исключительно как санкционированную государством коллизионную норму, не имеющую в отрыве от нормы внутреннего правопорядка никакого эффекта, т.е. имеет место непризнание автономии воли в качестве источника международного частного права <8>. Однако в юридической науке высказывается также противоположная позиция, согласно которой автономия воли сторон обладает правонаделительным эффектом <9>. В контексте обозначенной дискуссии представляется необходимым согласиться с точкой зрения Т.В. Новиковой, приходящей на основании анализа актуальных тенденций развития института автономии воли в России и зарубежных странах к выводу о наличии правонаделительного эффекта на имеющихся примерах признания последующего выбора права, подразумеваемых соглашений о выборе права, расщепления статута, а также идеи о приоритете выбора сторон в контексте определения применимого права <10>. Принимая во внимание существование в международном частном праве данных феноменов, вывод об исключительно коллизионном характере автономии воли сторон мыслится необоснованно суженным пониманием рассматриваемой правовой категории. Сама по себе идея об ограниченности автономии воли сторон в настоящее время представляется несостоятельной, поскольку она становится все более и более востребована в правовом регулировании различных групп частных отношений, осложненных иностранным элементом, не ограничиваясь исключительно договорными, что характерно в том числе для российского права. Безусловно, необходимо признать, что автономия воли все еще имеет ряд ограничений, среди которых оговорка о публичном порядке, сверхимперативные нормы, ограниченный перечень возможных для выбора правопорядков и т.п. Представляется, что государства в данной связи могут лишь признать неизбежно возрастающую значимость автономии воли сторон и подтвердить ее правовой эффект с целью стимуляции гражданского оборота. Таким образом, необходимо констатировать устаревание точки зрения, низводящей роль автономии воли до обычной коллизионной привязки.
(Москвитин Ю.М.)
("Хозяйство и право", 2025, N 6)В целях формирования понимания сущности такого правового явления, как автономия воли сторон, представляется необходимым отдельно рассмотреть вопрос о том, обладает ли она правонаделительным эффектом. Ответ на данный вопрос сам по себе видится краеугольным камнем для обоснования возможности сторон формировать частный закон, регулирующий их отношения. Еще с советских времен существует точка зрения, рассматривающая автономию воли исключительно как санкционированную государством коллизионную норму, не имеющую в отрыве от нормы внутреннего правопорядка никакого эффекта, т.е. имеет место непризнание автономии воли в качестве источника международного частного права <8>. Однако в юридической науке высказывается также противоположная позиция, согласно которой автономия воли сторон обладает правонаделительным эффектом <9>. В контексте обозначенной дискуссии представляется необходимым согласиться с точкой зрения Т.В. Новиковой, приходящей на основании анализа актуальных тенденций развития института автономии воли в России и зарубежных странах к выводу о наличии правонаделительного эффекта на имеющихся примерах признания последующего выбора права, подразумеваемых соглашений о выборе права, расщепления статута, а также идеи о приоритете выбора сторон в контексте определения применимого права <10>. Принимая во внимание существование в международном частном праве данных феноменов, вывод об исключительно коллизионном характере автономии воли сторон мыслится необоснованно суженным пониманием рассматриваемой правовой категории. Сама по себе идея об ограниченности автономии воли сторон в настоящее время представляется несостоятельной, поскольку она становится все более и более востребована в правовом регулировании различных групп частных отношений, осложненных иностранным элементом, не ограничиваясь исключительно договорными, что характерно в том числе для российского права. Безусловно, необходимо признать, что автономия воли все еще имеет ряд ограничений, среди которых оговорка о публичном порядке, сверхимперативные нормы, ограниченный перечень возможных для выбора правопорядков и т.п. Представляется, что государства в данной связи могут лишь признать неизбежно возрастающую значимость автономии воли сторон и подтвердить ее правовой эффект с целью стимуляции гражданского оборота. Таким образом, необходимо констатировать устаревание точки зрения, низводящей роль автономии воли до обычной коллизионной привязки.
Статья: Учет гендерного равенства при регулировании семейных отношений
(Чашкова С.Ю.)
("Семейное и жилищное право", 2025, N 2)<10> Ситкова О.Ю. Оговорка о публичном порядке как инструмент охраны семейных ценностей // Семейное и жилищное право. 2023. N 1. С. 11 - 13.
(Чашкова С.Ю.)
("Семейное и жилищное право", 2025, N 2)<10> Ситкова О.Ю. Оговорка о публичном порядке как инструмент охраны семейных ценностей // Семейное и жилищное право. 2023. N 1. С. 11 - 13.
Статья: Актуальные проблемы российского арбитража
(Кудрявцева Е.В., Курочкин С.А.)
("Вестник гражданского процесса", 2025, N 2)<8> Из последних обобщений см.: Постановление Пленума ВС РФ от 10 декабря 2019 г. N 53 "О выполнении судами Российской Федерации функций содействия и контроля в отношении третейского разбирательства, международного коммерческого арбитража" (далее - Постановление Пленума ВС РФ N 53); информационное письмо Президиума ВАС РФ от 26 февраля 2013 г. N 156 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о применении оговорки о публичном порядке как основания отказа в признании и приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений" и др.
(Кудрявцева Е.В., Курочкин С.А.)
("Вестник гражданского процесса", 2025, N 2)<8> Из последних обобщений см.: Постановление Пленума ВС РФ от 10 декабря 2019 г. N 53 "О выполнении судами Российской Федерации функций содействия и контроля в отношении третейского разбирательства, международного коммерческого арбитража" (далее - Постановление Пленума ВС РФ N 53); информационное письмо Президиума ВАС РФ от 26 февраля 2013 г. N 156 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о применении оговорки о публичном порядке как основания отказа в признании и приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений" и др.