Одобрение сделки совершаемой в будущем
Подборка наиболее важных документов по запросу Одобрение сделки совершаемой в будущем (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2022 N 15АП-22432/2022 по делу N А32-26161/2019
Требование: Об отмене определения об отказе в признании недействительным решения собрания кредиторов ООО.
Решение: Определение оставлено без изменения.Доводы заявителя жалобы о том, что протокол собрания кредиторов должника от 30.05.2018, которым, по мнению суда, участники одобрили продажную цену на будущее, не является и не может являться доказательством одобрения какой-либо будущей сделки по реализации всего неоконченного строительством объекта и земельного участка под ним единым лотом в условиях настоящего времени как по признаку предмета сделки, так и по признаку времени условий и целей ее совершения, подлежит отклонению судом апелляционной инстанции ввиду необоснованности.
Требование: Об отмене определения об отказе в признании недействительным решения собрания кредиторов ООО.
Решение: Определение оставлено без изменения.Доводы заявителя жалобы о том, что протокол собрания кредиторов должника от 30.05.2018, которым, по мнению суда, участники одобрили продажную цену на будущее, не является и не может являться доказательством одобрения какой-либо будущей сделки по реализации всего неоконченного строительством объекта и земельного участка под ним единым лотом в условиях настоящего времени как по признаку предмета сделки, так и по признаку времени условий и целей ее совершения, подлежит отклонению судом апелляционной инстанции ввиду необоснованности.
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Правовые последствия одобрения сделки в чужом интересе (в аспекте соотношения норм ст. 183 и 986 ГК РФ)
(Поваров Ю.С.)
("Гражданское право", 2023, N 6)- одобрения доминусом (как будущим должником) ранее совершенной гестором (как прежним должником) сделки, причем данное одобрительное волеизъявление по своей природе все-таки "тяготеет" к актам одностороннего характера (в этом контексте, кстати, возникает острая проблема (неприменимости к одобрению <13> достаточно строгих правил о форме перевода долга - см. п. 4 ст. 391, ст. 389 ГК РФ);
(Поваров Ю.С.)
("Гражданское право", 2023, N 6)- одобрения доминусом (как будущим должником) ранее совершенной гестором (как прежним должником) сделки, причем данное одобрительное волеизъявление по своей природе все-таки "тяготеет" к актам одностороннего характера (в этом контексте, кстати, возникает острая проблема (неприменимости к одобрению <13> достаточно строгих правил о форме перевода долга - см. п. 4 ст. 391, ст. 389 ГК РФ);
Статья: Опасность контрмажоритаризма при оспаривании корпоративных решений
(Степанов Д.И.)
("Закон", 2020, NN 11, 12; 2021, N 1)В-третьих, для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков: (1) количественного (сопоставление цены сделки со стоимостью активов общества) и (2) качественного, предполагающего оценку, выходит ли эта сделка за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. приведет ли ее совершение к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (п. 9 Постановления Пленума ВС РФ N 27). Опять-таки авторство этой идеи легко угадывается <35>, правда, при подготовке тогда еще проекта Постановления Пленума ВС РФ N 27 ситуация была усугублена разъяснением, на какой момент времени и как следует определять указанный качественный критерий, причем усугублена дважды и оба раза не в пользу миноритариев, а, напротив, всемерно учитывая интересы мажоритария и контрагента общества, что-либо приобретающего с подачи такого мажоритария. Так, при решении вопроса, присутствует ли качественный критерий в конкретной сделке, предложено исходить из того, что "он должен иметь место на момент совершения сделки" (абз. 4 п. 9 Постановления Пленума ВС РФ N 27). Однако "последующее наступление таких последствий само по себе не свидетельствует о том, что их причиной стала соответствующая сделка и что такая сделка выходила за пределы обычной хозяйственной деятельности" (там же). Получается, что при решении вопроса, одобрять ли в принципе сделку как крупную или нет (подпадает ли она под критерии крупной, даже если ее стоимость составляет 200 - 300% от балансовой стоимости активов общества (когда налицо количественный критерий)), нужно на момент одобрения сделки - задолго до ее фактического совершения, т.е. передачи имущества, осуществления платежа и т.п. - дать суждение, а не приведет ли сделка к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштаба. Правда, в такой конструкции изначально заложен момент, исключающий негативное суждение (эта сделка приведет к негативным последствиям, если ее совершить, в будущем). Почему? Абсолютно очевидно, что всякая одобряемая сегодня сделка не может и не должна привести к указанным негативным последствиям, иначе кто же станет предлагать одобрить сделку, результатом которой станет де-факто ликвидация компании, причем немедленно? Соответственно, с точки зрения таким образом настроенного качественного критерия крупности сделки почти все крупные сделки на суммы свыше 50% балансовой стоимости активов окажутся совершаемыми в рамках обычной хозяйственной деятельности. Ибо в момент принятия решения собранием фактической ликвидации бизнеса же не случается. Однако и это не все! Если сделка была одобрена как крупная (или совершена без одобрения, а миноритарий, узнав о такой неодобренной сделке, пытается ее оспорить), то впоследствии истцу-миноритарию будет практически невозможно ее оспорить: даже если наступили описанные выше негативные последствия, это все равно не означает - как говорит тут же высший суд, - что конкретная сделка была крупной (ликвидация или банкротство могли случиться из-за иной, внешней причины, а не из-за совершения такой-то сделки). Видимо, если в учебниках по корпоративному праву можно описать пример явного бесправия миноритария, установленного в угоду мажоритарию, то данный случай будет хрестоматийным.
(Степанов Д.И.)
("Закон", 2020, NN 11, 12; 2021, N 1)В-третьих, для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков: (1) количественного (сопоставление цены сделки со стоимостью активов общества) и (2) качественного, предполагающего оценку, выходит ли эта сделка за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. приведет ли ее совершение к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (п. 9 Постановления Пленума ВС РФ N 27). Опять-таки авторство этой идеи легко угадывается <35>, правда, при подготовке тогда еще проекта Постановления Пленума ВС РФ N 27 ситуация была усугублена разъяснением, на какой момент времени и как следует определять указанный качественный критерий, причем усугублена дважды и оба раза не в пользу миноритариев, а, напротив, всемерно учитывая интересы мажоритария и контрагента общества, что-либо приобретающего с подачи такого мажоритария. Так, при решении вопроса, присутствует ли качественный критерий в конкретной сделке, предложено исходить из того, что "он должен иметь место на момент совершения сделки" (абз. 4 п. 9 Постановления Пленума ВС РФ N 27). Однако "последующее наступление таких последствий само по себе не свидетельствует о том, что их причиной стала соответствующая сделка и что такая сделка выходила за пределы обычной хозяйственной деятельности" (там же). Получается, что при решении вопроса, одобрять ли в принципе сделку как крупную или нет (подпадает ли она под критерии крупной, даже если ее стоимость составляет 200 - 300% от балансовой стоимости активов общества (когда налицо количественный критерий)), нужно на момент одобрения сделки - задолго до ее фактического совершения, т.е. передачи имущества, осуществления платежа и т.п. - дать суждение, а не приведет ли сделка к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштаба. Правда, в такой конструкции изначально заложен момент, исключающий негативное суждение (эта сделка приведет к негативным последствиям, если ее совершить, в будущем). Почему? Абсолютно очевидно, что всякая одобряемая сегодня сделка не может и не должна привести к указанным негативным последствиям, иначе кто же станет предлагать одобрить сделку, результатом которой станет де-факто ликвидация компании, причем немедленно? Соответственно, с точки зрения таким образом настроенного качественного критерия крупности сделки почти все крупные сделки на суммы свыше 50% балансовой стоимости активов окажутся совершаемыми в рамках обычной хозяйственной деятельности. Ибо в момент принятия решения собранием фактической ликвидации бизнеса же не случается. Однако и это не все! Если сделка была одобрена как крупная (или совершена без одобрения, а миноритарий, узнав о такой неодобренной сделке, пытается ее оспорить), то впоследствии истцу-миноритарию будет практически невозможно ее оспорить: даже если наступили описанные выше негативные последствия, это все равно не означает - как говорит тут же высший суд, - что конкретная сделка была крупной (ликвидация или банкротство могли случиться из-за иной, внешней причины, а не из-за совершения такой-то сделки). Видимо, если в учебниках по корпоративному праву можно описать пример явного бесправия миноритария, установленного в угоду мажоритарию, то данный случай будет хрестоматийным.
Нормативные акты
Федеральный закон от 07.08.2001 N 120-ФЗ
(ред. от 08.08.2024)
"О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об акционерных обществах"Общее собрание акционеров может принять решение об одобрении сделки (сделок) между обществом и заинтересованным лицом, которая может быть совершена в будущем в процессе осуществления обществом его обычной хозяйственной деятельности. При этом в решении общего собрания акционеров должна быть также указана предельная сумма, на которую может быть совершена такая сделка (сделки). Такое решение имеет силу до следующего годового общего собрания акционеров.
(ред. от 08.08.2024)
"О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об акционерных обществах"Общее собрание акционеров может принять решение об одобрении сделки (сделок) между обществом и заинтересованным лицом, которая может быть совершена в будущем в процессе осуществления обществом его обычной хозяйственной деятельности. При этом в решении общего собрания акционеров должна быть также указана предельная сумма, на которую может быть совершена такая сделка (сделки). Такое решение имеет силу до следующего годового общего собрания акционеров.
Федеральный закон от 30.12.2008 N 312-ФЗ
(ред. от 05.05.2014)
"О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации"Общее собрание участников общества может принять решение об одобрении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность и которая может быть совершена в будущем в процессе осуществления обществом его обычной хозяйственной деятельности. При этом в решении об одобрении сделки должна быть указана предельная сумма, на которую может быть совершена такая сделка. Решение об одобрении сделки имеет силу до следующего очередного общего собрания участников общества, если иное не предусмотрено указанным решением.";
(ред. от 05.05.2014)
"О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации"Общее собрание участников общества может принять решение об одобрении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность и которая может быть совершена в будущем в процессе осуществления обществом его обычной хозяйственной деятельности. При этом в решении об одобрении сделки должна быть указана предельная сумма, на которую может быть совершена такая сделка. Решение об одобрении сделки имеет силу до следующего очередного общего собрания участников общества, если иное не предусмотрено указанным решением.";
Статья: Механизмы защиты прав акционеров: анализ российской и международной практики
(Иванова Т.Н.)
("Журнал предпринимательского и корпоративного права", 2024, N 2)Общие средства защиты прав применяются в тех случаях, когда в действиях субъекта предполагается неправомерный характер или злоупотребление. Общие средства защиты могут применяться как в отношении уже совершенного правонарушения, так и в случае объективных и обоснованных опасений в том, что участвующее в корпоративных отношениях лицо в ближайшем будущем совершит действия, нарушающие его корпоративные обязательства или вредящие правам и законным интересам других лиц. Данный подвид общих способов защиты прав акционеров обычно именуется безделиктным, и к нему относится, например, институт одобрения сделок <5>. Иные же общие способы защиты прав акционеров именуются квазиделиктными, для их применения необходимо, чтобы лицо уже совершило те или иные действия, вредящие обществу или его акционерам. К таким способам защиты прав акционеров относится, например, взыскание убытков за причинение вреда обществу или его акционерам <6>.
(Иванова Т.Н.)
("Журнал предпринимательского и корпоративного права", 2024, N 2)Общие средства защиты прав применяются в тех случаях, когда в действиях субъекта предполагается неправомерный характер или злоупотребление. Общие средства защиты могут применяться как в отношении уже совершенного правонарушения, так и в случае объективных и обоснованных опасений в том, что участвующее в корпоративных отношениях лицо в ближайшем будущем совершит действия, нарушающие его корпоративные обязательства или вредящие правам и законным интересам других лиц. Данный подвид общих способов защиты прав акционеров обычно именуется безделиктным, и к нему относится, например, институт одобрения сделок <5>. Иные же общие способы защиты прав акционеров именуются квазиделиктными, для их применения необходимо, чтобы лицо уже совершило те или иные действия, вредящие обществу или его акционерам. К таким способам защиты прав акционеров относится, например, взыскание убытков за причинение вреда обществу или его акционерам <6>.
Статья: Привлечение к ответственности по крупным сделкам и сделкам с заинтересованностью, проблемы и специфика
(Шелудяев В.В., Зверюкова Е.А.)
("Журнал предпринимательского и корпоративного права", 2023, N 4)Учитывая вышеизложенное, можно сказать, что бремя доказывания директора будет состоять из трех критериев с усложненным содержанием, то есть разумность будет подтверждаться соблюдением порядка одобрения сделок и внутренних процедур организации, целесообразность совершения будет подтверждаться исключительно стратегиями развития организации и иными документами в той мере, в которой генеральный директор смог бы обосновать получение прибыли в будущем и (или) существенное снижение убытков у юридического лица в рамках планирования деятельности.
(Шелудяев В.В., Зверюкова Е.А.)
("Журнал предпринимательского и корпоративного права", 2023, N 4)Учитывая вышеизложенное, можно сказать, что бремя доказывания директора будет состоять из трех критериев с усложненным содержанием, то есть разумность будет подтверждаться соблюдением порядка одобрения сделок и внутренних процедур организации, целесообразность совершения будет подтверждаться исключительно стратегиями развития организации и иными документами в той мере, в которой генеральный директор смог бы обосновать получение прибыли в будущем и (или) существенное снижение убытков у юридического лица в рамках планирования деятельности.
Статья: Учитываем нюансы отказа от иска
(Дячук М.)
("Юридический справочник руководителя", 2023, N 7)Через некоторое время участник ООО обратился в суд с заявлением о пересмотре определения об отказе от иска по вновь открывшимся обстоятельствам. Заявитель указал, что в ООО имелся корпоративный конфликт, а отказ от иска являлся для компании крупной сделкой и сделкой с заинтересованностью, в то время как директор не получил необходимого одобрения для совершения данной сделки.
(Дячук М.)
("Юридический справочник руководителя", 2023, N 7)Через некоторое время участник ООО обратился в суд с заявлением о пересмотре определения об отказе от иска по вновь открывшимся обстоятельствам. Заявитель указал, что в ООО имелся корпоративный конфликт, а отказ от иска являлся для компании крупной сделкой и сделкой с заинтересованностью, в то время как директор не получил необходимого одобрения для совершения данной сделки.
Готовое решение: Что учесть юридическому лицу при заключении договора денежного займа с заимодавцем - физическим лицом
(КонсультантПлюс, 2025)В то же время, если заимодавец - руководитель или участник (акционер), согласие (одобрение) на совершение сделки требуется не всегда. Так, оно не нужно, если, например, в обществе один участник (акционер) и он же руководитель (пп. 2 п. 2 ст. 81 Закона об АО, п. 7 ст. 45 Закона об ООО).
(КонсультантПлюс, 2025)В то же время, если заимодавец - руководитель или участник (акционер), согласие (одобрение) на совершение сделки требуется не всегда. Так, оно не нужно, если, например, в обществе один участник (акционер) и он же руководитель (пп. 2 п. 2 ст. 81 Закона об АО, п. 7 ст. 45 Закона об ООО).
"Недействительность корпоративных решений: статьи по проблемным вопросам"
(Степанов Д.И.)
("Статут", 2021)В-третьих, для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков: (1) количественного (сопоставление цены сделки со стоимостью активов общества) и (2) качественного, предполагающего оценку, выходит ли конкретная сделка за пределы обычной хозяйственной деятельности общества, не приведет ли ее совершение к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо к существенному изменению ее масштабов (п. 9 Постановления Пленума ВС РФ N 27). Опять-таки, авторство этой идеи легко угадывается <217>, правда, при подготовке тогда еще проекта Постановления Пленума ВС РФ N 27 ситуация была усугублена разъяснением, на какой момент времени и как следует определять указанный качественный критерий, причем усугублена дважды, и оба раза не в пользу миноритариев, а напротив, всемерно учитывая интересы мажоритария и контрагента общества, что-либо приобретающего с подачи такого мажоритария. Так, при решении вопроса, присутствует ли качественный критерий в конкретной сделке, предложено исходить из того, что "он должен иметь место на момент совершения сделки" (абз. 4 п. 9 Постановления Пленума ВС РФ N 27). Однако "последующее наступление таких последствий само по себе не свидетельствует о том, что их причиной стала соответствующая сделка и что такая сделка выходила за пределы обычной хозяйственной деятельности" (там же). Получается, что при решении вопроса, одобрять ли в принципе сделку как крупную или нет, т.е. подпадает ли сделка под критерии крупной, даже если ее стоимость составляет 200 - 300% от балансовой стоимости активов общества (когда налицо количественный критерий), нужно на момент одобрения сделки - задолго до ее фактического совершения (передачи имущества, осуществления платежа и т.п.) дать суждение о том, не приведет ли она к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштаба. Правда, в такой конструкции изначально заложен момент, исключающий негативное суждение (эта сделка приведет к негативным последствиям, если ее совершат в будущем). Почему? Совершенно очевидно, что всякая одобряемая сегодня сделка не может и не должна привести к указанным негативным последствиям, иначе кто же станет предлагать одобрить сделку, результатом которой станет де-факто ликвидация компании, причем тут же? Соответственно, с учетом таким образом "настроенного" качественного критерия крупности сделки почти все крупные сделки на суммы свыше 50% балансовой стоимости активов окажутся совершаемыми в рамках обычной хозяйственной деятельности, ибо в момент принятия решения собранием фактической ликвидации бизнеса не случится. Однако и это не все! Если все же сделка была одобрена как крупная (или совершена без одобрения, а миноритарий, узнав о такой неодобренной сделке, пытается ее оспорить), то впоследствии истцу-миноритарию будет практически невозможно ее оспорить: даже если наступили описанные выше негативные последствия... это все равно не означает (как тут же указывает высший суд), что конкретная сделка была крупной (ликвидация или банкротство могли случиться из-за иной, внешне привходящей причины, а не из-за совершения такой-то сделки). Видимо, если в учебниках по корпоративному праву потребуется описать пример явного бесправия миноритария, допущенного в угоду мажоритарию, то данный случай станет хрестоматийным.
(Степанов Д.И.)
("Статут", 2021)В-третьих, для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков: (1) количественного (сопоставление цены сделки со стоимостью активов общества) и (2) качественного, предполагающего оценку, выходит ли конкретная сделка за пределы обычной хозяйственной деятельности общества, не приведет ли ее совершение к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо к существенному изменению ее масштабов (п. 9 Постановления Пленума ВС РФ N 27). Опять-таки, авторство этой идеи легко угадывается <217>, правда, при подготовке тогда еще проекта Постановления Пленума ВС РФ N 27 ситуация была усугублена разъяснением, на какой момент времени и как следует определять указанный качественный критерий, причем усугублена дважды, и оба раза не в пользу миноритариев, а напротив, всемерно учитывая интересы мажоритария и контрагента общества, что-либо приобретающего с подачи такого мажоритария. Так, при решении вопроса, присутствует ли качественный критерий в конкретной сделке, предложено исходить из того, что "он должен иметь место на момент совершения сделки" (абз. 4 п. 9 Постановления Пленума ВС РФ N 27). Однако "последующее наступление таких последствий само по себе не свидетельствует о том, что их причиной стала соответствующая сделка и что такая сделка выходила за пределы обычной хозяйственной деятельности" (там же). Получается, что при решении вопроса, одобрять ли в принципе сделку как крупную или нет, т.е. подпадает ли сделка под критерии крупной, даже если ее стоимость составляет 200 - 300% от балансовой стоимости активов общества (когда налицо количественный критерий), нужно на момент одобрения сделки - задолго до ее фактического совершения (передачи имущества, осуществления платежа и т.п.) дать суждение о том, не приведет ли она к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштаба. Правда, в такой конструкции изначально заложен момент, исключающий негативное суждение (эта сделка приведет к негативным последствиям, если ее совершат в будущем). Почему? Совершенно очевидно, что всякая одобряемая сегодня сделка не может и не должна привести к указанным негативным последствиям, иначе кто же станет предлагать одобрить сделку, результатом которой станет де-факто ликвидация компании, причем тут же? Соответственно, с учетом таким образом "настроенного" качественного критерия крупности сделки почти все крупные сделки на суммы свыше 50% балансовой стоимости активов окажутся совершаемыми в рамках обычной хозяйственной деятельности, ибо в момент принятия решения собранием фактической ликвидации бизнеса не случится. Однако и это не все! Если все же сделка была одобрена как крупная (или совершена без одобрения, а миноритарий, узнав о такой неодобренной сделке, пытается ее оспорить), то впоследствии истцу-миноритарию будет практически невозможно ее оспорить: даже если наступили описанные выше негативные последствия... это все равно не означает (как тут же указывает высший суд), что конкретная сделка была крупной (ликвидация или банкротство могли случиться из-за иной, внешне привходящей причины, а не из-за совершения такой-то сделки). Видимо, если в учебниках по корпоративному праву потребуется описать пример явного бесправия миноритария, допущенного в угоду мажоритарию, то данный случай станет хрестоматийным.
Статья: Механизм исцеления сделки, совершенной под влиянием заблуждения, при согласии контрагента на сохранение ее силы
(Поваров Ю.С.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 1)В статье комплексному анализу подвергается закрепленный в п. 4 ст. 178 ГК РФ механизм исцеления сделки, который имеет обширную область применения и выступает проявлением принципов добросовестности и стабильности договора. Повышенное внимание уделяется исследованию дискуссионного вопроса о юридико-фактической основе исцеления сделки, совершенной под влиянием заблуждения, в связи с изъявлением контрагентом заблуждавшегося лица согласия на сохранение силы сделки на измененных условиях. Автор исходит из необоснованности трактовки реабилитационного механизма как договорного (пункт 4 ст. 178 ГК РФ посвящен изменению условий сделки под контролем и при содействии суда; это, однако, не исключает возможности внесудебного пересмотра договорных положений по соглашению сторон). Доказывается рациональность ретроактивности действия обновленных условий сделки, но в качестве общего, а не исключительного правила (оправданным, по мнению автора, будет признание за судом возможности распространить действие преобразовательного решения полностью или в части на будущее время). Исследование вопроса о сопряжении норм п. 4 ст. 178 и ст. 157.1 ГК РФ завершается выводом о неуместности квалификации согласия контрагента заблуждавшейся стороны в качестве разновидности одобрения (в смысле ст. 157.1 ГК РФ).
(Поваров Ю.С.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 1)В статье комплексному анализу подвергается закрепленный в п. 4 ст. 178 ГК РФ механизм исцеления сделки, который имеет обширную область применения и выступает проявлением принципов добросовестности и стабильности договора. Повышенное внимание уделяется исследованию дискуссионного вопроса о юридико-фактической основе исцеления сделки, совершенной под влиянием заблуждения, в связи с изъявлением контрагентом заблуждавшегося лица согласия на сохранение силы сделки на измененных условиях. Автор исходит из необоснованности трактовки реабилитационного механизма как договорного (пункт 4 ст. 178 ГК РФ посвящен изменению условий сделки под контролем и при содействии суда; это, однако, не исключает возможности внесудебного пересмотра договорных положений по соглашению сторон). Доказывается рациональность ретроактивности действия обновленных условий сделки, но в качестве общего, а не исключительного правила (оправданным, по мнению автора, будет признание за судом возможности распространить действие преобразовательного решения полностью или в части на будущее время). Исследование вопроса о сопряжении норм п. 4 ст. 178 и ст. 157.1 ГК РФ завершается выводом о неуместности квалификации согласия контрагента заблуждавшейся стороны в качестве разновидности одобрения (в смысле ст. 157.1 ГК РФ).
"Перемена лиц в обязательстве и ответственность за нарушение обязательства: комментарий к статьям 330 - 333, 380 - 381, 382 - 406.1 Гражданского кодекса Российской Федерации"
(отв. ред. А.Г. Карапетов)
("М-Логос", 2022)Последующее согласие (одобрение), которое должник дает уже после уступки, лишает совершенную сделку порока и должно вносить в отношения сторон правовую определенность. Поэтому оно не может быть осложнено отменительным условием. Включение же в такое одобрение отлагательного условия возможно только тогда, когда условие зависит от поведения обеих сторон цессии или находится в сфере их информационного контроля. В ином случае свобода включения подобных отлагательных условий навязывала бы сторонам цессии правовую неопределенность, что не вполне приемлемо. Если же проблема навязывания неопределенности не выявлена, одобрение может быть условным. Например, должник, узнав о не согласованной с ним предварительно цессии требования, может выразить последующее одобрение, которое исключит порочность уступки, но поставить это одобрение под условие выплаты должнику обеими сторонами цессии в течение оговоренного срока некоей суммы в покрытие будущих дополнительных расходов, которые должнику придется нести в свете изменения кредитора. Включение такого условия в последующее согласие не навязывает сторонам цессии правовую неопределенность.
(отв. ред. А.Г. Карапетов)
("М-Логос", 2022)Последующее согласие (одобрение), которое должник дает уже после уступки, лишает совершенную сделку порока и должно вносить в отношения сторон правовую определенность. Поэтому оно не может быть осложнено отменительным условием. Включение же в такое одобрение отлагательного условия возможно только тогда, когда условие зависит от поведения обеих сторон цессии или находится в сфере их информационного контроля. В ином случае свобода включения подобных отлагательных условий навязывала бы сторонам цессии правовую неопределенность, что не вполне приемлемо. Если же проблема навязывания неопределенности не выявлена, одобрение может быть условным. Например, должник, узнав о не согласованной с ним предварительно цессии требования, может выразить последующее одобрение, которое исключит порочность уступки, но поставить это одобрение под условие выплаты должнику обеими сторонами цессии в течение оговоренного срока некоей суммы в покрытие будущих дополнительных расходов, которые должнику придется нести в свете изменения кредитора. Включение такого условия в последующее согласие не навязывает сторонам цессии правовую неопределенность.
Путеводитель по корпоративным спорам: Вопросы судебной практики: Выкуп акций по требованию акционера.
Признается ли другой отчет оценщика доказательством недостоверности оценки рыночной стоимости акций при их выкупе
(КонсультантПлюс, 2025)23.04.2008 состоялось годовое общее собрание акционеров общества "Нефтекамский хлебокомбинат", на котором в числе прочих принято решение об одобрении крупных сделок, которые могут быть совершены обществом в будущем в процессе осуществления обычной хозяйственной деятельности, а именно кредитного договора на сумму 25 000 000 руб. и договоров залога оборудования и объектов недвижимости.
Признается ли другой отчет оценщика доказательством недостоверности оценки рыночной стоимости акций при их выкупе
(КонсультантПлюс, 2025)23.04.2008 состоялось годовое общее собрание акционеров общества "Нефтекамский хлебокомбинат", на котором в числе прочих принято решение об одобрении крупных сделок, которые могут быть совершены обществом в будущем в процессе осуществления обычной хозяйственной деятельности, а именно кредитного договора на сумму 25 000 000 руб. и договоров залога оборудования и объектов недвижимости.
Статья: Совершение сделки без полномочий: актуальные проблемы современного регулирования
(Цуркан В.М.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2024, N 7)В свою очередь, несмотря на схожесть с институтом последующего согласия, ст. 183 ГК РФ устанавливает обратное правило: одобрение считается совершенным с ретроспективным эффектом. Причиной такого отличия выступает тот факт, что целью одобрения является не подтверждение действительности сделки и устранение возможности признания ее недействительной в будущем, а уничтожение правовой связи между мнимым представителем и контрагентом (которая возникает вследствие п. 1 ст. 183) и установление ее между контрагентом и представляемым <54> (что обычно несвойственно институту последующего согласия, где стороны сделки остаются теми же). Е.А. Папченкова утверждает, что ретроспективность таким образом помогает защитить разумные ожидания контрагента, который мог по ошибке считать, что он все еще состоит в отношениях с неуполномоченным представителем <55>.
(Цуркан В.М.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2024, N 7)В свою очередь, несмотря на схожесть с институтом последующего согласия, ст. 183 ГК РФ устанавливает обратное правило: одобрение считается совершенным с ретроспективным эффектом. Причиной такого отличия выступает тот факт, что целью одобрения является не подтверждение действительности сделки и устранение возможности признания ее недействительной в будущем, а уничтожение правовой связи между мнимым представителем и контрагентом (которая возникает вследствие п. 1 ст. 183) и установление ее между контрагентом и представляемым <54> (что обычно несвойственно институту последующего согласия, где стороны сделки остаются теми же). Е.А. Папченкова утверждает, что ретроспективность таким образом помогает защитить разумные ожидания контрагента, который мог по ошибке считать, что он все еще состоит в отношениях с неуполномоченным представителем <55>.
Статья: Перевод долга: российский подход в контексте европейского опыта
(Мыцикова М.А.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2025, N 4)Представим следующую ситуацию: заключив с прежним должником соглашение о переводе долга, новый должник сразу же отчуждает третьему лицу имущество, которое он должен будет передать кредитору, если последний выразит согласие на перевод долга. Обратный эффект последующего согласия стимулирует лицо не совершать подобные недобросовестные действия. Интересно, что § 184 ГГУ прямо устанавливает, что по общему правилу последующее согласие (одобрение) действует с момента совершения сделки. В российском праве вывод об обратном действии одобрения делается авторами на основе ст. 183 ГК РФ, согласно которой последующее одобрение сделки представителем создает права с момента ее совершения.
(Мыцикова М.А.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2025, N 4)Представим следующую ситуацию: заключив с прежним должником соглашение о переводе долга, новый должник сразу же отчуждает третьему лицу имущество, которое он должен будет передать кредитору, если последний выразит согласие на перевод долга. Обратный эффект последующего согласия стимулирует лицо не совершать подобные недобросовестные действия. Интересно, что § 184 ГГУ прямо устанавливает, что по общему правилу последующее согласие (одобрение) действует с момента совершения сделки. В российском праве вывод об обратном действии одобрения делается авторами на основе ст. 183 ГК РФ, согласно которой последующее одобрение сделки представителем создает права с момента ее совершения.