Нововведения в ГПК
Подборка наиболее важных документов по запросу Нововведения в ГПК (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: К вопросу о соотношении принципов сотрудничества и добросовестности в цивилистическом процессе
(Мельникова А.В.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 9)Например, в соответствии с п. 1.1, 1.3 Правил гражданского судопроизводства Англии 1998 г. стороны должны оказывать помощь суду в достижении главной цели - обеспечить справедливое разрешение дел. По § 282 Гражданского процессуального кодекса (ГПК) Германии каждая сторона обязана вести дело добросовестно и содействовать процессу. А одним из ключевых нововведений в ГПК Австрии в 2002 г. стало закрепление обязанности сторон содействовать ходу производства.
(Мельникова А.В.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 9)Например, в соответствии с п. 1.1, 1.3 Правил гражданского судопроизводства Англии 1998 г. стороны должны оказывать помощь суду в достижении главной цели - обеспечить справедливое разрешение дел. По § 282 Гражданского процессуального кодекса (ГПК) Германии каждая сторона обязана вести дело добросовестно и содействовать процессу. А одним из ключевых нововведений в ГПК Австрии в 2002 г. стало закрепление обязанности сторон содействовать ходу производства.
"Российские процессуалисты о праве, законе и судебной практике: к 20-летию Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации: монография"
(отв. ред. В.В. Молчанов)
("Статут", 2023)Китай - новая редакция ГПК КНР от 24 декабря 2021 г. В 2019 - 2021 гг. китайские авторы подчеркивали, что в то время как экономика страны находится на подъеме, количество гражданских споров в Китае растет и захлестывает суды, в то же время количество судей уменьшилось из-за новой системы судейских квот. Всплеск дел в сочетании с сокращением судей привел к затяжному взрыву судебных процессов в судах <1>. 24 декабря 2021 г. состоялась сессия Всекитайского собрания народных представителей КНР, которая одобрила поправки к Гражданскому процессуальному закону КНР (ГПК) <2>. Необходимость внесения поправок в ГПК была также вызвана "Пилотной реформой гражданского судопроизводства для отделения сложных дел от простых" 2019 г., принятой в рамках "Пятого пятилетнего плана реформы народных судов" (2019 - 2023) <3> и реализуемой Верховным народом судом КНР с 2020 г. <4>. Поправки к ГПК Китая 2021 г. представляют собой законодательное закрепление практики отдельных судов КНР, работающих по Пилотной программе (интернет-суды в Ханчжоу, Пекине и Гуанчжоу). Ключевыми нововведениями в ГПК КНР стали:
(отв. ред. В.В. Молчанов)
("Статут", 2023)Китай - новая редакция ГПК КНР от 24 декабря 2021 г. В 2019 - 2021 гг. китайские авторы подчеркивали, что в то время как экономика страны находится на подъеме, количество гражданских споров в Китае растет и захлестывает суды, в то же время количество судей уменьшилось из-за новой системы судейских квот. Всплеск дел в сочетании с сокращением судей привел к затяжному взрыву судебных процессов в судах <1>. 24 декабря 2021 г. состоялась сессия Всекитайского собрания народных представителей КНР, которая одобрила поправки к Гражданскому процессуальному закону КНР (ГПК) <2>. Необходимость внесения поправок в ГПК была также вызвана "Пилотной реформой гражданского судопроизводства для отделения сложных дел от простых" 2019 г., принятой в рамках "Пятого пятилетнего плана реформы народных судов" (2019 - 2023) <3> и реализуемой Верховным народом судом КНР с 2020 г. <4>. Поправки к ГПК Китая 2021 г. представляют собой законодательное закрепление практики отдельных судов КНР, работающих по Пилотной программе (интернет-суды в Ханчжоу, Пекине и Гуанчжоу). Ключевыми нововведениями в ГПК КНР стали:
"Комментарий к Федеральному закону от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве"
(постатейный)
(3-е издание, переработанное и дополненное)
(Борисов А.Н.)
("Юстицинформ", 2023)3. Часть 3 комментируемой статьи содержит нововведение комментируемого Закона, которым по аналогии с соответствующими процессуальными нормами (ч. 2 ст. 200 ГПК РФ (в позднее принятом КАС РФ такая норма закреплена в ч. 2 его ст. 184), ч. 3 и 4 ст. 179 АПК РФ) предусмотрена возможность исправления допущенных в постановлении СПИ или иного должностного лица ССП описок и явных арифметических ошибок. Такие исправления вносятся СПИ или иным должностным лицом ССП, вынесшим постановление, по своей инициативе или по заявлению лиц, участвующих в исполнительном производстве. Внесение исправлений оформляется постановлением о внесении изменений в ранее вынесенное постановление. Форма такого постановления в приложениях к Приказу ФССП России 2016 г. N 238 не приведена. В приложении N 186 к данному Приказу приведена форма "Определение об исправлении описок, опечаток и арифметических ошибок", но данная форма предусмотрена для производства по делу об административном правонарушении (см. комментарий к ст. 113 Закона).
(постатейный)
(3-е издание, переработанное и дополненное)
(Борисов А.Н.)
("Юстицинформ", 2023)3. Часть 3 комментируемой статьи содержит нововведение комментируемого Закона, которым по аналогии с соответствующими процессуальными нормами (ч. 2 ст. 200 ГПК РФ (в позднее принятом КАС РФ такая норма закреплена в ч. 2 его ст. 184), ч. 3 и 4 ст. 179 АПК РФ) предусмотрена возможность исправления допущенных в постановлении СПИ или иного должностного лица ССП описок и явных арифметических ошибок. Такие исправления вносятся СПИ или иным должностным лицом ССП, вынесшим постановление, по своей инициативе или по заявлению лиц, участвующих в исполнительном производстве. Внесение исправлений оформляется постановлением о внесении изменений в ранее вынесенное постановление. Форма такого постановления в приложениях к Приказу ФССП России 2016 г. N 238 не приведена. В приложении N 186 к данному Приказу приведена форма "Определение об исправлении описок, опечаток и арифметических ошибок", но данная форма предусмотрена для производства по делу об административном правонарушении (см. комментарий к ст. 113 Закона).
Статья: Пятый антимонопольный пакет: научно-практический комментарий новелл
(Сегал (Решетникова) С.Б., Маслов А.О.)
("Закон", 2024, N 7)Однако с принятием поправок предоставление экспертных заключений станет более формализованным с процессуальной точки зрения, что благоприятным образом отразится на развитии данного института при рассмотрении дел о нарушении антимонопольного законодательства и нотификации сделок и иных действий в рамках контроля за экономической концентрацией. Содержательно данный институт максимально приближен к институту экспертизы в цивилистическом процессе (в рамках АПК РФ и ГПК РФ).
(Сегал (Решетникова) С.Б., Маслов А.О.)
("Закон", 2024, N 7)Однако с принятием поправок предоставление экспертных заключений станет более формализованным с процессуальной точки зрения, что благоприятным образом отразится на развитии данного института при рассмотрении дел о нарушении антимонопольного законодательства и нотификации сделок и иных действий в рамках контроля за экономической концентрацией. Содержательно данный институт максимально приближен к институту экспертизы в цивилистическом процессе (в рамках АПК РФ и ГПК РФ).
Статья: Революционное правосознание, активная роль суда и состязательность: эволюция принципов отечественного гражданского процесса как отражение социальных изменений
(Марченко А.Н.)
("Вестник гражданского процесса", 2025, N 6)Таким образом, ГПК 1923 г. ставил судопроизводство в зависимость от политической конъюнктуры и текущей правительственной повестки. Но, как справедливо замечает Н.В. Самсонов, по сравнению с размытым и неконкретным принципом революционной целесообразности и революционного правосознания (которое могло существенно отличаться в зависимости от личных качеств и особенностей народных судей), введенные ст. 4 ГПК 1923 г. способы восполнения пробелов в праве путем обращения к общим принципам законодательства и общей политике правительства являлись, однозначно, прогрессивными нововведениями, ибо позволяли сделать гражданское судопроизводство более предсказуемым и единообразным на всей территории нашей страны.
(Марченко А.Н.)
("Вестник гражданского процесса", 2025, N 6)Таким образом, ГПК 1923 г. ставил судопроизводство в зависимость от политической конъюнктуры и текущей правительственной повестки. Но, как справедливо замечает Н.В. Самсонов, по сравнению с размытым и неконкретным принципом революционной целесообразности и революционного правосознания (которое могло существенно отличаться в зависимости от личных качеств и особенностей народных судей), введенные ст. 4 ГПК 1923 г. способы восполнения пробелов в праве путем обращения к общим принципам законодательства и общей политике правительства являлись, однозначно, прогрессивными нововведениями, ибо позволяли сделать гражданское судопроизводство более предсказуемым и единообразным на всей территории нашей страны.
Статья: Медиация: факторы, влияющие на востребованность процедуры
(Соломеина Е.А.)
("Вестник гражданского процесса", 2025, N 4)Начать следует с ожиданий, высказывавшихся при принятии Федерального закона от 27 июля 2010 г. N 193-ФЗ "Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)" (далее - ФЗ "О медиации"). В Пояснительной записке к проекту федерального закона N 341071-5 "Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)" <7> в качестве одной из целей его разработки было указано снижение нагрузки на судебную систему Российской Федерации. Очевидно, что для достижения поставленной цели была необходима и разработка мероприятий, позволяющих это обеспечить. Как такового принятия Закона, регулирующего применение процедуры медиации, было явно недостаточно. Справедливости ради следует отметить, что одновременно с принятием указанного Закона были внесены изменения и в цивилистическое процессуальное законодательство (ГПК РФ, АПК РФ), предусматривавшие возможность: применения процедуры медиации по спорам, переданным на рассмотрение суда; отложения судебного разбирательства на период проведения медиации; утверждения медиативного соглашения в качестве мирового. Однако и эти нововведения в процессуальные Кодексы, как видим, не позволили обеспечить достижения поставленной цели: судебная нагрузка растет год от года, процент дел, для урегулирования которых была применена процедура медиации, остается практически неизменным.
(Соломеина Е.А.)
("Вестник гражданского процесса", 2025, N 4)Начать следует с ожиданий, высказывавшихся при принятии Федерального закона от 27 июля 2010 г. N 193-ФЗ "Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)" (далее - ФЗ "О медиации"). В Пояснительной записке к проекту федерального закона N 341071-5 "Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)" <7> в качестве одной из целей его разработки было указано снижение нагрузки на судебную систему Российской Федерации. Очевидно, что для достижения поставленной цели была необходима и разработка мероприятий, позволяющих это обеспечить. Как такового принятия Закона, регулирующего применение процедуры медиации, было явно недостаточно. Справедливости ради следует отметить, что одновременно с принятием указанного Закона были внесены изменения и в цивилистическое процессуальное законодательство (ГПК РФ, АПК РФ), предусматривавшие возможность: применения процедуры медиации по спорам, переданным на рассмотрение суда; отложения судебного разбирательства на период проведения медиации; утверждения медиативного соглашения в качестве мирового. Однако и эти нововведения в процессуальные Кодексы, как видим, не позволили обеспечить достижения поставленной цели: судебная нагрузка растет год от года, процент дел, для урегулирования которых была применена процедура медиации, остается практически неизменным.
Статья: Право на судебную защиту как конституционный принцип правосудия (на примере цивилистического процесса)
(Фомин А.А.)
("Вестник гражданского процесса", 2021, N 1)Представляется обоснованным и аргументированным вывод В.В. Лазарева о недостаточности имеющихся в настоящее время положений законодательства о гражданском (арбитражном) судопроизводстве, допускающих ссылку в мотивировочной части судебных решений на постановления Пленума и Президиума ВС РФ (и сохранившие силу постановления Пленума и Президиума ВАС РФ) для дальнейшего внедрения прецедента в правоприменительную практику в качестве источника права. Несмотря на революционность, заслуживают самого пристального внимания предложения В.В. Лазарева об изменении ст. 11 ГПК РФ и ст. 13 АПК РФ и дополнении их новым пунктом (частью) следующего содержания: "Суд, установив при рассмотрении гражданского дела наличие актов высших судебных инстанций, содержащих правовые положения по разъяснению применяемых норм, по их конкретизации или преодолению пробелов законодательства, вовлекает их в обоснование своего решения в соответствии с действующим законодательством" <28>. Осознавая целесообразность подобных нововведений, законодателем частично установлены в КАС РФ (п. 3 ч. 3 ст. 310) такие основания для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке, как неправильное истолкование закона, в том числе без учета правовой позиции, содержащейся в постановлениях КС РФ, Пленума ВС РФ и Президиума ВС РФ. На наш взгляд, было бы логично, о чем речь уже шла выше, отразить подобные нормы во всех процессуальных кодексах, в том числе в ГПК РФ и АПК РФ.
(Фомин А.А.)
("Вестник гражданского процесса", 2021, N 1)Представляется обоснованным и аргументированным вывод В.В. Лазарева о недостаточности имеющихся в настоящее время положений законодательства о гражданском (арбитражном) судопроизводстве, допускающих ссылку в мотивировочной части судебных решений на постановления Пленума и Президиума ВС РФ (и сохранившие силу постановления Пленума и Президиума ВАС РФ) для дальнейшего внедрения прецедента в правоприменительную практику в качестве источника права. Несмотря на революционность, заслуживают самого пристального внимания предложения В.В. Лазарева об изменении ст. 11 ГПК РФ и ст. 13 АПК РФ и дополнении их новым пунктом (частью) следующего содержания: "Суд, установив при рассмотрении гражданского дела наличие актов высших судебных инстанций, содержащих правовые положения по разъяснению применяемых норм, по их конкретизации или преодолению пробелов законодательства, вовлекает их в обоснование своего решения в соответствии с действующим законодательством" <28>. Осознавая целесообразность подобных нововведений, законодателем частично установлены в КАС РФ (п. 3 ч. 3 ст. 310) такие основания для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке, как неправильное истолкование закона, в том числе без учета правовой позиции, содержащейся в постановлениях КС РФ, Пленума ВС РФ и Президиума ВС РФ. На наш взгляд, было бы логично, о чем речь уже шла выше, отразить подобные нормы во всех процессуальных кодексах, в том числе в ГПК РФ и АПК РФ.
Статья: Отсутствие протокола судебного заседания как безусловное основание отмены решения суда
(Батурина Н.А.)
("Российский судья", 2023, N 6)Разделяя мнение ученых о необходимости корректирования безусловных оснований отмены, подчеркнем, что в современных условиях широкомасштабного внедрения электронно-информационных технологий в судебную систему вопрос о необходимости их научного переосмысления и изменения к ним законодательного подхода стал еще более актуальным. Первые попытки приведения перечня безусловных оснований в соответствие современным тенденциям развития цивилистического процесса уже предприняты. Как известно, с 1 сентября 2019 г. было введено обязательное аудиопротоколирование судебных заседаний по гражданским делам <5>. Данное нововведение привело к тому, что такое безусловное основание отмены судебного акта, как отсутствие протокола судебного заседания, претерпело видоизменение. С 1 октября 2019 г. действует новая редакция п. 6 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ, в которой прописано, что судебный акт может быть отменен из-за отсутствия протокола в письменной форме, а также подписания его не теми лицами, которые указаны в ст. 230 ГПК РФ, при условии, что отсутствует аудио- или видеозапись судебного заседания.
(Батурина Н.А.)
("Российский судья", 2023, N 6)Разделяя мнение ученых о необходимости корректирования безусловных оснований отмены, подчеркнем, что в современных условиях широкомасштабного внедрения электронно-информационных технологий в судебную систему вопрос о необходимости их научного переосмысления и изменения к ним законодательного подхода стал еще более актуальным. Первые попытки приведения перечня безусловных оснований в соответствие современным тенденциям развития цивилистического процесса уже предприняты. Как известно, с 1 сентября 2019 г. было введено обязательное аудиопротоколирование судебных заседаний по гражданским делам <5>. Данное нововведение привело к тому, что такое безусловное основание отмены судебного акта, как отсутствие протокола судебного заседания, претерпело видоизменение. С 1 октября 2019 г. действует новая редакция п. 6 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ, в которой прописано, что судебный акт может быть отменен из-за отсутствия протокола в письменной форме, а также подписания его не теми лицами, которые указаны в ст. 230 ГПК РФ, при условии, что отсутствует аудио- или видеозапись судебного заседания.
Статья: 8 изменений, вступающих в силу в начале 2022 года
(Краецкая Е.)
("Юридический справочник руководителя", 2021, N 12)<12> См.: Федеральный закон от 29.06.2021 N 234-ФЗ "О внесении изменений в статью 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Федеральный закон "Об исполнительном производстве".
(Краецкая Е.)
("Юридический справочник руководителя", 2021, N 12)<12> См.: Федеральный закон от 29.06.2021 N 234-ФЗ "О внесении изменений в статью 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Федеральный закон "Об исполнительном производстве".
Статья: Ограничения ius novorum в гражданском процессе Литвы
(Некрошюс В.)
("Вестник гражданского процесса", 2021, N 5)В данной статье рассматривается относительно новый институт гражданского судопроизводства Литвы - законодательные ограничения на несвоевременное представление доказательств в судах как первой, так и апелляционной инстанции. Впервые эти ограничения были установлены в новом ГПК, который был принят Сеймом Литовской Республики 28 февраля 2002 г. (вступил в силу 1 января 2003 г.). До этого времени подобные ограничения в гражданском процессуальном праве Литвы не были известны со времен знаменитых Статутов Великого княжества Литовского. Поэтому представляется естественным, что до реального применения этого нововведения в судах прошло более 10 лет. В данной статье приводится последовательный анализ судебной практики (начиная с постановлений Верховного Суда Литвы, в которых практически отрицались установленные законом ограничения, и заканчивая постановлениями последнего года, в которых уже признано право судов в определенных случаях отказывать в принятии доказательств, представленных слишком поздно). В настоящем исследовании также раскрываются цели авторов ГПК, которые заключались в установлении права суда первой инстанции отказывать в принятии доказательств, представленных с опозданием, и системы ограниченного обжалования, устанавливающей общий запрет (за некоторыми исключениями) на представление доказательств, которые не были исследованы в суде первой инстанции. Одними из наиболее важных целей являются концентрация судопроизводства, предотвращение злоупотребления процессуальными правами и установление первой инстанции в качестве основной судебной инстанции. Апелляционная процедура в новом ГПК уже рассматривается не как повторение или продолжение разбирательства в первой инстанции, а как проверка законности и обоснованности уже принятого, хотя и не вступившего в силу решения суда первой инстанции. Автор признает, что, хотя потребовалось много времени, чтобы соответствующие положения закона были реально применены в судебной практике, сегодня их применение уже заметно в повседневной работе судов. Это позволяет сделать вывод, что литовские суды адаптировались к новой системе ГПК и его философии.
(Некрошюс В.)
("Вестник гражданского процесса", 2021, N 5)В данной статье рассматривается относительно новый институт гражданского судопроизводства Литвы - законодательные ограничения на несвоевременное представление доказательств в судах как первой, так и апелляционной инстанции. Впервые эти ограничения были установлены в новом ГПК, который был принят Сеймом Литовской Республики 28 февраля 2002 г. (вступил в силу 1 января 2003 г.). До этого времени подобные ограничения в гражданском процессуальном праве Литвы не были известны со времен знаменитых Статутов Великого княжества Литовского. Поэтому представляется естественным, что до реального применения этого нововведения в судах прошло более 10 лет. В данной статье приводится последовательный анализ судебной практики (начиная с постановлений Верховного Суда Литвы, в которых практически отрицались установленные законом ограничения, и заканчивая постановлениями последнего года, в которых уже признано право судов в определенных случаях отказывать в принятии доказательств, представленных слишком поздно). В настоящем исследовании также раскрываются цели авторов ГПК, которые заключались в установлении права суда первой инстанции отказывать в принятии доказательств, представленных с опозданием, и системы ограниченного обжалования, устанавливающей общий запрет (за некоторыми исключениями) на представление доказательств, которые не были исследованы в суде первой инстанции. Одними из наиболее важных целей являются концентрация судопроизводства, предотвращение злоупотребления процессуальными правами и установление первой инстанции в качестве основной судебной инстанции. Апелляционная процедура в новом ГПК уже рассматривается не как повторение или продолжение разбирательства в первой инстанции, а как проверка законности и обоснованности уже принятого, хотя и не вступившего в силу решения суда первой инстанции. Автор признает, что, хотя потребовалось много времени, чтобы соответствующие положения закона были реально применены в судебной практике, сегодня их применение уже заметно в повседневной работе судов. Это позволяет сделать вывод, что литовские суды адаптировались к новой системе ГПК и его философии.
Статья: Тенденции развития доступности правосудия в гражданском процессе
(Дзыбал М.А.)
("Арбитражные споры", 2022, N 2)В недавнем времени было введено требование об обязательном высшем юридическом образовании у представителя в гражданском процессе. Так, статья 49 ГПК РФ гласит, что представителями в суде, за исключением дел, рассматриваемых мировыми судьями и районными судами, могут выступать адвокаты и иные оказывающие юридическую помощь лица, имеющие высшее юридическое образование либо ученую степень по юридической специальности. Однако встает вопрос о том, чем обусловлено это нововведение и не направлено ли оно на снижение уровня доступности правосудия.
(Дзыбал М.А.)
("Арбитражные споры", 2022, N 2)В недавнем времени было введено требование об обязательном высшем юридическом образовании у представителя в гражданском процессе. Так, статья 49 ГПК РФ гласит, что представителями в суде, за исключением дел, рассматриваемых мировыми судьями и районными судами, могут выступать адвокаты и иные оказывающие юридическую помощь лица, имеющие высшее юридическое образование либо ученую степень по юридической специальности. Однако встает вопрос о том, чем обусловлено это нововведение и не направлено ли оно на снижение уровня доступности правосудия.
Статья: К вопросу о способах обеспечения добросовестного поведения в гражданском процессе
(Коренченко Р.Е.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2022, N 10)- в-третьих, необходимо скорректировать положения процессуальных кодексов России в части распределения судебных расходов: предусмотреть право суда на отступление (а не на отнесение всех судебных расходов, как это закреплено на сегодняшний день) от правил распределения судебных расходов с учетом целесообразности процессуального поведения сторон и оценки причин судебных расходов (ст. 93 ГПК Литвы).
(Коренченко Р.Е.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2022, N 10)- в-третьих, необходимо скорректировать положения процессуальных кодексов России в части распределения судебных расходов: предусмотреть право суда на отступление (а не на отнесение всех судебных расходов, как это закреплено на сегодняшний день) от правил распределения судебных расходов с учетом целесообразности процессуального поведения сторон и оценки причин судебных расходов (ст. 93 ГПК Литвы).