Невозможность реституции
Подборка наиболее важных документов по запросу Невозможность реституции (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Позиция ВАС РФ: К мнимой сделке реституция не применяется
Постановление Президиума ВАС РФ от 18.10.2012 N 7204/12 по делу N А70-5326/2011
Применимые нормы: п. 2 ст. 167, п. 1 ст. 170 ГК РФПункт 2 ст. 167 ГК РФ связывает применение реституции с фактом исполнения сделки. К мнимой сделке применение реституции невозможно.
Постановление Президиума ВАС РФ от 18.10.2012 N 7204/12 по делу N А70-5326/2011
Применимые нормы: п. 2 ст. 167, п. 1 ст. 170 ГК РФПункт 2 ст. 167 ГК РФ связывает применение реституции с фактом исполнения сделки. К мнимой сделке применение реституции невозможно.
Подборка судебных решений за 2025 год: Статья 146 "Объект налогообложения" главы 21 "Налог на добавленную стоимость" НК РФ
(Юридическая компания "TAXOLOGY")Налоговый орган доначислил НДС, сделав вывод о неправомерном исключении обществом из налоговой базы по НДС сумм полученных авансов и искусственном, путем подачи уточненной налоговой декларации, создании переплаты по НДС. Налоговый орган установил, что в период отсутствия в обществе единоличного исполнительного органа сторонними лицами были совершены сделки по купле-продаже принадлежащих налогоплательщику транспортных средств, полученная оплата транспортных средств выведена на счета третьих лиц. Впоследствии сделки были признаны недействительными, однако суд указал на невозможность реституции, поскольку транспортные средства на момент рассмотрения спора были отчуждены третьим лицам, а денежные средства со счета общества выведены на счета других лиц, общество безвозвратно утратило свое имущество. Суд отметил, что порядок исчисления НДС в случае признания сделки недействительной и невозможности применения двусторонней реституции не оговорен налоговым законодательством. При определении налоговых последствий выбытия (списания) имущества в результате наступления событий, не зависящих от воли налогоплательщика (утрата имущества по причине порчи, боя, хищения, стихийного бедствия и тому подобных событий), необходимо иметь в виду, что такое выбытие не является операцией, учитываемой при формировании объекта налогообложения. Однако налогоплательщик обязан зафиксировать факт выбытия и то обстоятельство, что имущество выбыло именно по указанным основаниям, без передачи его третьим лицам. При этом предусмотренная законодательством возможность выплаты денежной компенсации в случае невозможности возвратить незаконно полученное по сделке в натуре (компенсационная реституция) не предполагает обязанности по исчислению НДС со стоимости полученной компенсации, поскольку из смысла норм налогового законодательства следует, что выплата компенсации в размере стоимости изъятого имущества его собственнику не является операцией, облагаемой НДС, поскольку такие правоотношения являются установленным гражданским законодательством способом возмещения ущерба, причиненного в результате изъятия имущества, и не связаны с реализацией каких-либо товаров (работ, услуг). Суд пришел к выводу о необходимости применения к рассматриваемой ситуации п. 2 ст. 146 НК РФ, поскольку фактически принадлежащее обществу имущество не передавалось самим обществом третьим лицам, денежные средства за него не получены, отчуждение имущества было произведено без волеизъявления налогоплательщика. Суд признал неправомерным доначисление обществу НДС в связи с отсутствием реализации им имущества.
(Юридическая компания "TAXOLOGY")Налоговый орган доначислил НДС, сделав вывод о неправомерном исключении обществом из налоговой базы по НДС сумм полученных авансов и искусственном, путем подачи уточненной налоговой декларации, создании переплаты по НДС. Налоговый орган установил, что в период отсутствия в обществе единоличного исполнительного органа сторонними лицами были совершены сделки по купле-продаже принадлежащих налогоплательщику транспортных средств, полученная оплата транспортных средств выведена на счета третьих лиц. Впоследствии сделки были признаны недействительными, однако суд указал на невозможность реституции, поскольку транспортные средства на момент рассмотрения спора были отчуждены третьим лицам, а денежные средства со счета общества выведены на счета других лиц, общество безвозвратно утратило свое имущество. Суд отметил, что порядок исчисления НДС в случае признания сделки недействительной и невозможности применения двусторонней реституции не оговорен налоговым законодательством. При определении налоговых последствий выбытия (списания) имущества в результате наступления событий, не зависящих от воли налогоплательщика (утрата имущества по причине порчи, боя, хищения, стихийного бедствия и тому подобных событий), необходимо иметь в виду, что такое выбытие не является операцией, учитываемой при формировании объекта налогообложения. Однако налогоплательщик обязан зафиксировать факт выбытия и то обстоятельство, что имущество выбыло именно по указанным основаниям, без передачи его третьим лицам. При этом предусмотренная законодательством возможность выплаты денежной компенсации в случае невозможности возвратить незаконно полученное по сделке в натуре (компенсационная реституция) не предполагает обязанности по исчислению НДС со стоимости полученной компенсации, поскольку из смысла норм налогового законодательства следует, что выплата компенсации в размере стоимости изъятого имущества его собственнику не является операцией, облагаемой НДС, поскольку такие правоотношения являются установленным гражданским законодательством способом возмещения ущерба, причиненного в результате изъятия имущества, и не связаны с реализацией каких-либо товаров (работ, услуг). Суд пришел к выводу о необходимости применения к рассматриваемой ситуации п. 2 ст. 146 НК РФ, поскольку фактически принадлежащее обществу имущество не передавалось самим обществом третьим лицам, денежные средства за него не получены, отчуждение имущества было произведено без волеизъявления налогоплательщика. Суд признал неправомерным доначисление обществу НДС в связи с отсутствием реализации им имущества.
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Отказ в применении реституции по недействительным сделкам: п. 4 ст. 167 ГК РФ и его зарубежные аналоги
(Хандкаров Ю.С.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 11)Довольно часто суды, признавая сделки недействительными, одновременно констатируют невозможность реституции и отказывают в ней на основании п. 4 ст. 167 ГК. Такое происходит, если (а) недействительный договор уже исполнен сторонами, а реституция в натуре по нему невозможна, так как предметом договора было выполнение работ или оказание услуг <144>, (б) реституция владения невозможна из-за перехода вещи к третьим лицам <145>, а также (в) вследствие утраты имущества <146> или невозможности распоряжения им <147>, (г) ликвидирована одна из сторон сделки <148>, (д) наследственная масса в полном объеме израсходована на исполнение обязательств наследодателя <149>.
(Хандкаров Ю.С.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 11)Довольно часто суды, признавая сделки недействительными, одновременно констатируют невозможность реституции и отказывают в ней на основании п. 4 ст. 167 ГК. Такое происходит, если (а) недействительный договор уже исполнен сторонами, а реституция в натуре по нему невозможна, так как предметом договора было выполнение работ или оказание услуг <144>, (б) реституция владения невозможна из-за перехода вещи к третьим лицам <145>, а также (в) вследствие утраты имущества <146> или невозможности распоряжения им <147>, (г) ликвидирована одна из сторон сделки <148>, (д) наследственная масса в полном объеме израсходована на исполнение обязательств наследодателя <149>.
"Крупные сделки и сделки с заинтересованностью. Итоги реформы"
(отв. ред. А.А. Кузнецов)
("Статут", 2024)Подтверждалась данная позиция и в судебной практике <2>. В рассматриваемом деле дочерняя компания произвела отчуждение активов без одобрения материнского общества. Далее акционер пошел в суд с иском об оспаривании произошедшего отчуждения. Суд указал на применение по аналогии § 179a AktG, однако отметил невозможность реституции переданного имущества, хотя договор об отчуждении и являлся недействительным <3>.
(отв. ред. А.А. Кузнецов)
("Статут", 2024)Подтверждалась данная позиция и в судебной практике <2>. В рассматриваемом деле дочерняя компания произвела отчуждение активов без одобрения материнского общества. Далее акционер пошел в суд с иском об оспаривании произошедшего отчуждения. Суд указал на применение по аналогии § 179a AktG, однако отметил невозможность реституции переданного имущества, хотя договор об отчуждении и являлся недействительным <3>.
Статья: Одностороннее прерывание договорных связей и его последствия по ГК РФ
(Монастырский Ю.Э.)
("Гражданское право", 2024, N 4)Итак, мы уже рассмотрели, как в теории распределяется ответственность, возникающая у сторон вследствие освобождения от исполнения договора с целью взыскания убытков. В данном механизме самым важным является признание невозможности реституции в том виде, в котором она предусмотрена для случаев с недействительными сделками. Последние просто не имеют запланированных правовых последствий, и поэтому все предоставления по ним должны быть возвращены. Судебные решения, следующие вышеупомянутому алгоритму, неэффективны - в первую очередь из-за сроков и отсутствия до сих пор у правоприменителя полного понимания того, как должна происходить реституция. Например, остается неясным, что делать дополнительно, как отвечать за изменившиеся свойства возвращаемых материальных предметов и т.д. Убытки, например при существенном нарушении, вместо этого взыскивать эффективнее, быстрее и разумнее. Во-первых, они позволяют некоторым образом подвести итог произведенным операциям и неисполненным обязательствам. Во-вторых, убытки служат универсальным эквивалентом восстановления потерь, который сразу может быть запущен в хозяйственный оборот. В-третьих, они включают ожидаемые, но не получаемые в будущем доходы. К тому же этот правовой инструмент применяется исходя из наличия возможности оперативно выйти из договора и обозначить в иске цену неисполнения. Необходимо отметить, что взгляд на убытки как на универсальное средство защиты прав разделяют не все правоведы, однако современные стандарты регулирования (norma officialis per regulationem) основываются именно на нем.
(Монастырский Ю.Э.)
("Гражданское право", 2024, N 4)Итак, мы уже рассмотрели, как в теории распределяется ответственность, возникающая у сторон вследствие освобождения от исполнения договора с целью взыскания убытков. В данном механизме самым важным является признание невозможности реституции в том виде, в котором она предусмотрена для случаев с недействительными сделками. Последние просто не имеют запланированных правовых последствий, и поэтому все предоставления по ним должны быть возвращены. Судебные решения, следующие вышеупомянутому алгоритму, неэффективны - в первую очередь из-за сроков и отсутствия до сих пор у правоприменителя полного понимания того, как должна происходить реституция. Например, остается неясным, что делать дополнительно, как отвечать за изменившиеся свойства возвращаемых материальных предметов и т.д. Убытки, например при существенном нарушении, вместо этого взыскивать эффективнее, быстрее и разумнее. Во-первых, они позволяют некоторым образом подвести итог произведенным операциям и неисполненным обязательствам. Во-вторых, убытки служат универсальным эквивалентом восстановления потерь, который сразу может быть запущен в хозяйственный оборот. В-третьих, они включают ожидаемые, но не получаемые в будущем доходы. К тому же этот правовой инструмент применяется исходя из наличия возможности оперативно выйти из договора и обозначить в иске цену неисполнения. Необходимо отметить, что взгляд на убытки как на универсальное средство защиты прав разделяют не все правоведы, однако современные стандарты регулирования (norma officialis per regulationem) основываются именно на нем.
"Механизм гражданско-правового регулирования охранительных отношений"
(Кархалев Д.Н.)
("Инфотропик Медиа", 2022)К числу оснований прекращения рассматриваемого обязательства относится невозможность исполнения. Невозможность реституции в отношении одной из сторон недействительной сделки сама по себе не лишает юридической силы реституционное притязание другой стороны. При любом сочетании натуральных (в том числе владельческих) реституционных обязательств между собой или с денежным обязательством каждое из них сохраняет свое самостоятельное значение и подлежит исполнению независимо от исполнения другого <1>.
(Кархалев Д.Н.)
("Инфотропик Медиа", 2022)К числу оснований прекращения рассматриваемого обязательства относится невозможность исполнения. Невозможность реституции в отношении одной из сторон недействительной сделки сама по себе не лишает юридической силы реституционное притязание другой стороны. При любом сочетании натуральных (в том числе владельческих) реституционных обязательств между собой или с денежным обязательством каждое из них сохраняет свое самостоятельное значение и подлежит исполнению независимо от исполнения другого <1>.
Статья: Обзор практики ВС РФ за III квартал 2023 года: о самом важном для банков
(Мовсисян Л., Саламатова А.)
("Юридическая работа в кредитной организации", 2023, N 3)Позиции нижестоящих судов и позиция Верховного Суда РФ кардинально различались по вопросу о возможности (невозможности) применения последствий недействительности в виде реституции к третьему лицу, не являвшемуся стороной недействительной сделки.
(Мовсисян Л., Саламатова А.)
("Юридическая работа в кредитной организации", 2023, N 3)Позиции нижестоящих судов и позиция Верховного Суда РФ кардинально различались по вопросу о возможности (невозможности) применения последствий недействительности в виде реституции к третьему лицу, не являвшемуся стороной недействительной сделки.
Статья: Обязательство praestare и договорная ответственность в римском праве
(Кардилли Р.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 12)Если мы более внимательно рассмотрим значение, которое здесь придается culpa, то становится невозможным игнорировать ex lege Aquilia teneri, где, согласно Павлу, Квинт Муций пишет: "..culpam autem esse, quod cum a diligente provideri poterit, non esset provisum aut tum denuntiatum esset, cum periculum evitari possit" ("...вина же состоит в том, что тогда, когда это мог бы предусмотреть осмотрительный, предусмотрено не было, и не было сделано предупреждения, когда можно было избежать опасности") (D. 9.2.31) <50>. Приняв во внимание это, а также то особое значение, которое приобретает culpa Gracchi в sententia П. Муция (D. 24.3.66 pr.), мы сможем понять новаторское значение culpa Квинта Муция. Речь идет уже не только о прямом действии, которое привело к невозможности реституции, как при factum/culpa promissoris у veteres в случае perpetuatio obligationis dare oportere (увековечения обязательства дать) (D. 45.1.91.3), или при frangere, описывающем действия, которые нужно предпринять в случае неисполнения реституционного обязательства в контрактах из de agri cultura Катона (locatio oleae legendae (подряд на сбор маслин), C. 144.5: "Scalae ita uti datae erunt, ita reddito, nisi quae vetustate fractae erunt" ("Пусть будут возвращены лестницы такими, какими они были даны, если только они не сломались от ветхости") <51>, или при вменении по факту незлоумышленного (добросовестного) поведения, которое - хотя бы и косвенно - привело к гибели задолженной вещи, как в responsum П. Муция в вопросе о приданом, dos (D. 24.3.66 pr.).
(Кардилли Р.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 12)Если мы более внимательно рассмотрим значение, которое здесь придается culpa, то становится невозможным игнорировать ex lege Aquilia teneri, где, согласно Павлу, Квинт Муций пишет: "..culpam autem esse, quod cum a diligente provideri poterit, non esset provisum aut tum denuntiatum esset, cum periculum evitari possit" ("...вина же состоит в том, что тогда, когда это мог бы предусмотреть осмотрительный, предусмотрено не было, и не было сделано предупреждения, когда можно было избежать опасности") (D. 9.2.31) <50>. Приняв во внимание это, а также то особое значение, которое приобретает culpa Gracchi в sententia П. Муция (D. 24.3.66 pr.), мы сможем понять новаторское значение culpa Квинта Муция. Речь идет уже не только о прямом действии, которое привело к невозможности реституции, как при factum/culpa promissoris у veteres в случае perpetuatio obligationis dare oportere (увековечения обязательства дать) (D. 45.1.91.3), или при frangere, описывающем действия, которые нужно предпринять в случае неисполнения реституционного обязательства в контрактах из de agri cultura Катона (locatio oleae legendae (подряд на сбор маслин), C. 144.5: "Scalae ita uti datae erunt, ita reddito, nisi quae vetustate fractae erunt" ("Пусть будут возвращены лестницы такими, какими они были даны, если только они не сломались от ветхости") <51>, или при вменении по факту незлоумышленного (добросовестного) поведения, которое - хотя бы и косвенно - привело к гибели задолженной вещи, как в responsum П. Муция в вопросе о приданом, dos (D. 24.3.66 pr.).
Статья: Законодательная концепция гражданско-правовых последствий прекращения договоров: достоинства и недостатки
(Монастырский Ю.Э.)
("Законы России: опыт, анализ, практика", 2023, N 7)Итак, мы уже рассмотрели, как в теории распределяется ответственность, возникающая у сторон вследствие освобождения от исполнения договора с целью взыскания убытков. В данном механизме самым важным является признание невозможности реституции в том виде, в котором она предусмотрена для случаев с недействительными сделками. Последние просто не имеют запланированных правовых последствий, и поэтому все предоставления по ним должны быть возвращены. Судебные решения, следующие вышеупомянутому алгоритму, неэффективны - в первую очередь из-за сроков и отсутствия до сих пор у правоприменителя полного понимания того, как должна происходить реституция. Например, остается неясным, что делать дополнительно, как отвечать за изменившиеся свойства возвращаемых материальных предметов и т.д. Убытки, например, при существенном нарушении вместо этого взыскивать эффективнее, быстрее и разумнее. Во-первых, они позволяют некоторым образом подвести итог произведенным операциям и неисполненным обязательствам. Во-вторых, убытки служат универсальным эквивалентом восстановления потерь, который сразу может быть запущен в хозяйственный оборот. В-третьих, они включают ожидаемые, но не получаемые в будущем доходы. К тому же этот правовой инструмент применяется исходя из наличия возможности оперативно выйти из договора и обозначить в иске цену неисполнения. Необходимо отметить, что взгляд на убытки как на универсальное средство защиты прав разделяют не все правоведы <57>, однако современные стандарты регулирования (norma officialis per regulationem) основываются именно на нем.
(Монастырский Ю.Э.)
("Законы России: опыт, анализ, практика", 2023, N 7)Итак, мы уже рассмотрели, как в теории распределяется ответственность, возникающая у сторон вследствие освобождения от исполнения договора с целью взыскания убытков. В данном механизме самым важным является признание невозможности реституции в том виде, в котором она предусмотрена для случаев с недействительными сделками. Последние просто не имеют запланированных правовых последствий, и поэтому все предоставления по ним должны быть возвращены. Судебные решения, следующие вышеупомянутому алгоритму, неэффективны - в первую очередь из-за сроков и отсутствия до сих пор у правоприменителя полного понимания того, как должна происходить реституция. Например, остается неясным, что делать дополнительно, как отвечать за изменившиеся свойства возвращаемых материальных предметов и т.д. Убытки, например, при существенном нарушении вместо этого взыскивать эффективнее, быстрее и разумнее. Во-первых, они позволяют некоторым образом подвести итог произведенным операциям и неисполненным обязательствам. Во-вторых, убытки служат универсальным эквивалентом восстановления потерь, который сразу может быть запущен в хозяйственный оборот. В-третьих, они включают ожидаемые, но не получаемые в будущем доходы. К тому же этот правовой инструмент применяется исходя из наличия возможности оперативно выйти из договора и обозначить в иске цену неисполнения. Необходимо отметить, что взгляд на убытки как на универсальное средство защиты прав разделяют не все правоведы <57>, однако современные стандарты регулирования (norma officialis per regulationem) основываются именно на нем.
Статья: Как учитывать "потерянные" расходы и исправлять ошибки прошлых периодов
("Практическая бухгалтерия", 2023, N 4)При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость (двусторонняя реституция) (п. 2 ст. 167 ГК РФ).
("Практическая бухгалтерия", 2023, N 4)При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость (двусторонняя реституция) (п. 2 ст. 167 ГК РФ).