Недействительность последующих сделок
Подборка наиболее важных документов по запросу Недействительность последующих сделок (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Перечень позиций высших судов к ст. 167 ГК РФ "Общие положения о последствиях недействительности сделки"1.3.5. Недействительность сделки, по которой передано имущество, не является достаточным основанием для его истребования у последующего приобретателя, чья добросовестность предполагается, пока не доказано обратное (позиция ВС РФ) >>>
Перспективы и риски спора в суде общей юрисдикции: Споры, связанные с наследованием имущества: Наследник хочет признать сделку наследодателя по распоряжению имуществом недействительной
(КонсультантПлюс, 2026)Признать недействительными последующие сделки с имуществом наследодателя
(КонсультантПлюс, 2026)Признать недействительными последующие сделки с имуществом наследодателя
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Готовое решение: Как признать договор купли-продажи недвижимости недействительным
(КонсультантПлюс, 2026)Однако с этого момента появляется основание для недействительности последующих сделок, поскольку только собственник может отчуждать свое имущество в собственность другим лицам. А раз первая сделка недействительна, то покупатель по ней не приобрел право собственности на имущество, а значит, не имел права распоряжаться им, в том числе отчуждать (п. 1 ст. 167, ст. 168, п. 2 ст. 209 ГК РФ).
(КонсультантПлюс, 2026)Однако с этого момента появляется основание для недействительности последующих сделок, поскольку только собственник может отчуждать свое имущество в собственность другим лицам. А раз первая сделка недействительна, то покупатель по ней не приобрел право собственности на имущество, а значит, не имел права распоряжаться им, в том числе отчуждать (п. 1 ст. 167, ст. 168, п. 2 ст. 209 ГК РФ).
Статья: Защита добросовестного приобретателя и недействительность сделки: в поисках стабильности гражданских правоотношений
(Мальбин Д.А.)
("Актуальные проблемы российского права", 2024, N 2)При имеющихся представлениях о возможностях оспаривания сделки, последствиях ее недействительности, условиях защиты добросовестного приобретателя и свободы выбора способа защиты права указанная проблема всегда будет проявляться. Например, по традиции признание недействительной оспоримой сделки, выступающей первой в цепочке совершенных с имуществом сделок, рассматривается как влекущее недействительность всех последующих сделок об отчуждении имущества <9>, в результате чего конечный приобретатель оказывается лицом, приобретшим вещь от неуправомоченного отчуждателя, а при отсутствии хотя бы одного из условий, необходимых для защиты добросовестного приобретателя, имущество может быть истребовано от него собственником виндикационным иском, несмотря на невозможность применения по иску собственника механизма реституции в отношении каждой совершенной с его имуществом сделки. В таких случаях признание оспоримой сделки недействительной выступает первым этапом на пути к истребованию имущества виндикационным иском, поскольку вследствие ретроактивного характера недействительности сделки отчуждатель вещи рассматривается как не имеющий права ex tunc.
(Мальбин Д.А.)
("Актуальные проблемы российского права", 2024, N 2)При имеющихся представлениях о возможностях оспаривания сделки, последствиях ее недействительности, условиях защиты добросовестного приобретателя и свободы выбора способа защиты права указанная проблема всегда будет проявляться. Например, по традиции признание недействительной оспоримой сделки, выступающей первой в цепочке совершенных с имуществом сделок, рассматривается как влекущее недействительность всех последующих сделок об отчуждении имущества <9>, в результате чего конечный приобретатель оказывается лицом, приобретшим вещь от неуправомоченного отчуждателя, а при отсутствии хотя бы одного из условий, необходимых для защиты добросовестного приобретателя, имущество может быть истребовано от него собственником виндикационным иском, несмотря на невозможность применения по иску собственника механизма реституции в отношении каждой совершенной с его имуществом сделки. В таких случаях признание оспоримой сделки недействительной выступает первым этапом на пути к истребованию имущества виндикационным иском, поскольку вследствие ретроактивного характера недействительности сделки отчуждатель вещи рассматривается как не имеющий права ex tunc.
Нормативные акты
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25
"О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"Суд оставляет исковое заявление или заявление без рассмотрения, если после принятия его к производству установит, что такое исковое заявление или такое заявление подано лицом, не воспользовавшимся правом на присоединение к требованию о защите прав и законных интересов группы лиц, находящемуся в производстве суда, к тому же ответчику и о том же предмете. Указанному лицу разъясняется право присоединиться к требованию о защите прав и законных интересов группы лиц (часть 4 статьи 225.16 АПК РФ). Участники корпорации, не присоединившиеся в порядке, установленном процессуальным законодательством, к иску о возмещении причиненных корпорации убытков либо к иску о признании недействительной совершенной корпорацией сделки или о применении последствий недействительности сделки, в последующем не вправе обращаться в суд с тождественными требованиями, если только суд не признает причины этого обращения уважительными (абзац второй пункта 2 статьи 65.2 ГК РФ).
"О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"Суд оставляет исковое заявление или заявление без рассмотрения, если после принятия его к производству установит, что такое исковое заявление или такое заявление подано лицом, не воспользовавшимся правом на присоединение к требованию о защите прав и законных интересов группы лиц, находящемуся в производстве суда, к тому же ответчику и о том же предмете. Указанному лицу разъясняется право присоединиться к требованию о защите прав и законных интересов группы лиц (часть 4 статьи 225.16 АПК РФ). Участники корпорации, не присоединившиеся в порядке, установленном процессуальным законодательством, к иску о возмещении причиненных корпорации убытков либо к иску о признании недействительной совершенной корпорацией сделки или о применении последствий недействительности сделки, в последующем не вправе обращаться в суд с тождественными требованиями, если только суд не признает причины этого обращения уважительными (абзац второй пункта 2 статьи 65.2 ГК РФ).
Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 13.11.2008 N 126
"Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения"Вступившим в законную силу решением суда соглашение об отступном между истцом и акционерным обществом признано ничтожным. По мнению истца, ничтожность этого соглашения означает ничтожность последующей сделки по отчуждению спорного помещения, следовательно, предприниматель получил имущество во исполнение ничтожной сделки и является незаконным владельцем.
"Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения"Вступившим в законную силу решением суда соглашение об отступном между истцом и акционерным обществом признано ничтожным. По мнению истца, ничтожность этого соглашения означает ничтожность последующей сделки по отчуждению спорного помещения, следовательно, предприниматель получил имущество во исполнение ничтожной сделки и является незаконным владельцем.
Статья: Гражданско-правовые последствия заключения и исполнения ограничивающих конкуренцию соглашений
(Истомин В.Г.)
("Журнал российского права", 2021, N 7)Запрещенные ст. 11 и 16 Закона о защите конкуренции соглашения могут вызывать неблагоприятные имущественные последствия у хозяйствующих субъектов, не являющихся участниками такого соглашения, в том числе у конкурентов, а также у контрагентов, включая потребителей. Речь идет, в частности, о соглашениях, направленных на установление или поддержание цен, раздел товарного рынка, отказ от заключения договоров, сокращение или прекращение производства товаров и т.п. Результатом подобных соглашений являются как односторонние фактические действия их участников (установление цен, отказ от заключения договоров, сокращение производства товаров и др.), так и заключаемые ими во исполнение согласованного рыночного поведения договоры с третьими лицами (например, о продаже товаров или выполнении работ по установленным ценам). Поскольку в соответствии со ст. 2 Закона о защите конкуренции антимонопольное законодательство основывается в том числе на Гражданском кодексе РФ, то можно вести речь о применении любых способов защиты прав субъектов, предусмотренных ст. 12 ГК РФ, исходя из сущности сложившихся отношений. Применительно к рассматриваемым ситуациям в качестве основных возможных способов защиты нарушенных прав потерпевших возможно соответственно предъявление требования о возмещении убытков (внедоговорного вреда), причиненных указанными неправомерными действиями фактического характера, либо заявление требования о признании сделки, заключенной в целях реализации антиконкурентного соглашения, недействительной и возмещении убытков либо взыскании неосновательного обогащения. В частности, если запрещенное законодательством о защите конкуренции соглашение причиняет убытки конкурентам участников соглашения, то такие убытки (например, не полученная ими прибыль) могут быть взысканы с участников соглашения на основании норм о деликтной ответственности (ст. 15, 1064 ГК РФ). Если же реализация ограничивающего конкуренцию соглашения предполагает заключение последующих сделок, то недействительность подобной сделки, совершенной одним из участников соглашения с контрагентом, в том числе с потребителем, обусловлена тем, что эта сделка представляет собой исполнение принятых на себя по незаконному антиконкурентному соглашению обязательств, т.е. в основе имеет порочную цель, состоящую в реализации соответствующего незаконного соглашения и причинении таким образом ущерба другому участнику сделки, свидетельствует о заведомо недобросовестном поведении одного из контрагентов, являющегося участником заключенного ранее антиконкурентного соглашения. Представляется, что такая сделка не является способом прекращения принятого на себя обязательства в силу его незаконности и может быть признана недействительной судом на основании ст. 10 и 168 ГК РФ. Как справедливо указывается в литературе, совершение и (или) исполнение недействительной сделки может рассматриваться как одна из форм недобросовестного поведения лица, знавшего о пороках в сделке, но все же решившегося на ее совершение, которое может быть квалифицировано как злоупотребление правом (п. 1, 4 ст. 10 ГК РФ) <20>. Такое решение вопроса относительно недействительности последующей сделки дает возможность ее добросовестному участнику наряду с заявлением требования о ее недействительности и применении последствий ее недействительности требовать также возмещения причиненных убытков на основании п. 4 ст. 10 ГК РФ. Это представляется важным еще и потому, что ст. 168 ГК РФ в качестве самостоятельного правового последствия не предусматривает взыскания убытков, а согласно данному в свое время разъяснению Президиума ВАС РФ по одному из рассмотренных им дел применение норм о возмещении убытков в отсутствие деликта или иного установленного законом основания противоречит гражданскому законодательству <21>. Вместе с тем в науке высказано мнение, что сделка не может быть признана недействительной в силу несоответствия ст. 10 ГК РФ, поскольку совершение сделки не является осуществлением субъективного права, а представляет собой реализацию субъектом своей дееспособности <22>. Однако представляется, что совершение сделки можно рассматривать в качестве своеобразной правовой формы осуществления субъектом своего права (например, права на свободу заключения договора) с намерением получить необоснованную выгоду за счет ущемления имущественных интересов другого лица. Подобное недобросовестное поведение подпадает под категорию злоупотребления правом. Как отмечается в п. 7 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ). Современная судебная практика знает достаточно большое количество примеров, когда основанием недействительности сделки признавалось именно злоупотребление ее сторонами (стороной) своим правом <23>.
(Истомин В.Г.)
("Журнал российского права", 2021, N 7)Запрещенные ст. 11 и 16 Закона о защите конкуренции соглашения могут вызывать неблагоприятные имущественные последствия у хозяйствующих субъектов, не являющихся участниками такого соглашения, в том числе у конкурентов, а также у контрагентов, включая потребителей. Речь идет, в частности, о соглашениях, направленных на установление или поддержание цен, раздел товарного рынка, отказ от заключения договоров, сокращение или прекращение производства товаров и т.п. Результатом подобных соглашений являются как односторонние фактические действия их участников (установление цен, отказ от заключения договоров, сокращение производства товаров и др.), так и заключаемые ими во исполнение согласованного рыночного поведения договоры с третьими лицами (например, о продаже товаров или выполнении работ по установленным ценам). Поскольку в соответствии со ст. 2 Закона о защите конкуренции антимонопольное законодательство основывается в том числе на Гражданском кодексе РФ, то можно вести речь о применении любых способов защиты прав субъектов, предусмотренных ст. 12 ГК РФ, исходя из сущности сложившихся отношений. Применительно к рассматриваемым ситуациям в качестве основных возможных способов защиты нарушенных прав потерпевших возможно соответственно предъявление требования о возмещении убытков (внедоговорного вреда), причиненных указанными неправомерными действиями фактического характера, либо заявление требования о признании сделки, заключенной в целях реализации антиконкурентного соглашения, недействительной и возмещении убытков либо взыскании неосновательного обогащения. В частности, если запрещенное законодательством о защите конкуренции соглашение причиняет убытки конкурентам участников соглашения, то такие убытки (например, не полученная ими прибыль) могут быть взысканы с участников соглашения на основании норм о деликтной ответственности (ст. 15, 1064 ГК РФ). Если же реализация ограничивающего конкуренцию соглашения предполагает заключение последующих сделок, то недействительность подобной сделки, совершенной одним из участников соглашения с контрагентом, в том числе с потребителем, обусловлена тем, что эта сделка представляет собой исполнение принятых на себя по незаконному антиконкурентному соглашению обязательств, т.е. в основе имеет порочную цель, состоящую в реализации соответствующего незаконного соглашения и причинении таким образом ущерба другому участнику сделки, свидетельствует о заведомо недобросовестном поведении одного из контрагентов, являющегося участником заключенного ранее антиконкурентного соглашения. Представляется, что такая сделка не является способом прекращения принятого на себя обязательства в силу его незаконности и может быть признана недействительной судом на основании ст. 10 и 168 ГК РФ. Как справедливо указывается в литературе, совершение и (или) исполнение недействительной сделки может рассматриваться как одна из форм недобросовестного поведения лица, знавшего о пороках в сделке, но все же решившегося на ее совершение, которое может быть квалифицировано как злоупотребление правом (п. 1, 4 ст. 10 ГК РФ) <20>. Такое решение вопроса относительно недействительности последующей сделки дает возможность ее добросовестному участнику наряду с заявлением требования о ее недействительности и применении последствий ее недействительности требовать также возмещения причиненных убытков на основании п. 4 ст. 10 ГК РФ. Это представляется важным еще и потому, что ст. 168 ГК РФ в качестве самостоятельного правового последствия не предусматривает взыскания убытков, а согласно данному в свое время разъяснению Президиума ВАС РФ по одному из рассмотренных им дел применение норм о возмещении убытков в отсутствие деликта или иного установленного законом основания противоречит гражданскому законодательству <21>. Вместе с тем в науке высказано мнение, что сделка не может быть признана недействительной в силу несоответствия ст. 10 ГК РФ, поскольку совершение сделки не является осуществлением субъективного права, а представляет собой реализацию субъектом своей дееспособности <22>. Однако представляется, что совершение сделки можно рассматривать в качестве своеобразной правовой формы осуществления субъектом своего права (например, права на свободу заключения договора) с намерением получить необоснованную выгоду за счет ущемления имущественных интересов другого лица. Подобное недобросовестное поведение подпадает под категорию злоупотребления правом. Как отмечается в п. 7 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ). Современная судебная практика знает достаточно большое количество примеров, когда основанием недействительности сделки признавалось именно злоупотребление ее сторонами (стороной) своим правом <23>.
Статья: Обзор правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации по вопросам частного права за ноябрь 2023 года
(Гуна А.Н., Гвоздева С.В., Карапетов А.Г., Романова О.И., Сбитнев Ю.В., Трофимов С.В., Фетисова Е.М.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2024, N 1)Признание недействительным первоначального договора купли-продажи влечет также недействительность последующих сделок купли-продажи земельных участков, ввиду чего записи о регистрации права собственности граждан, о разделе первоначального земельного участка, об образовании и постановке на учет вновь образованных земельных участков подлежат исключению из ЕГРН с возвращением земельного участка в муниципальную собственность <7>.
(Гуна А.Н., Гвоздева С.В., Карапетов А.Г., Романова О.И., Сбитнев Ю.В., Трофимов С.В., Фетисова Е.М.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2024, N 1)Признание недействительным первоначального договора купли-продажи влечет также недействительность последующих сделок купли-продажи земельных участков, ввиду чего записи о регистрации права собственности граждан, о разделе первоначального земельного участка, об образовании и постановке на учет вновь образованных земельных участков подлежат исключению из ЕГРН с возвращением земельного участка в муниципальную собственность <7>.
Тематический выпуск: Налог на имущество, земельный и транспортный налог: Актуальные вопросы из практики консультирования
(под ред. А.В. Брызгалина)
("Налоги и финансовое право", 2025, N 10)Вместе с тем в анализируемой ситуации первостепенное значение имеет порядок определения налоговой базы, а не факт передачи нежилых помещений в оперативное управление и последующее признание сделки недействительной.
(под ред. А.В. Брызгалина)
("Налоги и финансовое право", 2025, N 10)Вместе с тем в анализируемой ситуации первостепенное значение имеет порядок определения налоговой базы, а не факт передачи нежилых помещений в оперативное управление и последующее признание сделки недействительной.
Статья: Исковая давность по косвенным искам участников и директоров хозяйственных обществ
(Глазунов А.Ю.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2021, N 6)<49> Пункт 3 ст. 1227 ГК РФ прямо говорит о неприменимости к интеллектуальным правам положений ГК РФ о вещных правах (в том числе о защите вещных прав). Применительно к цепочке отчуждений прав на товарный знак ВАС РФ исходил из того, что недействительность первой сделки по отчуждению прав на заявку на регистрацию товарного знака влечет недействительность последующей сделки по уступке зарегистрированного товарного знака, при этом вопрос о добросовестности приобретения не ставился в принципе (см.: Постановление Президиума ВАС РФ от 20.10.2010 N 6535/10 по делу N А40-45247/09-27-401). Представляется, что в рамках существующего законодательства отсутствуют основания для применения иного подхода и в ситуации, когда в роли второй или иной последующей сделки в цепочке сделок выступает лицензионный договор.
(Глазунов А.Ю.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2021, N 6)<49> Пункт 3 ст. 1227 ГК РФ прямо говорит о неприменимости к интеллектуальным правам положений ГК РФ о вещных правах (в том числе о защите вещных прав). Применительно к цепочке отчуждений прав на товарный знак ВАС РФ исходил из того, что недействительность первой сделки по отчуждению прав на заявку на регистрацию товарного знака влечет недействительность последующей сделки по уступке зарегистрированного товарного знака, при этом вопрос о добросовестности приобретения не ставился в принципе (см.: Постановление Президиума ВАС РФ от 20.10.2010 N 6535/10 по делу N А40-45247/09-27-401). Представляется, что в рамках существующего законодательства отсутствуют основания для применения иного подхода и в ситуации, когда в роли второй или иной последующей сделки в цепочке сделок выступает лицензионный договор.
Статья: Признание договора дарения недействительным
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Ответчиком выступает лицо, в пользу которого совершена сделка, а если, например, имущество выбыло из его владения по другой сделке, например, по договору купли-продажи, то в качестве ответчиков привлекаются и лица, к которым имущество перешло по новой сделке, поскольку признание недействительным договора дарения повлечет недействительность и последующих сделок.
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Ответчиком выступает лицо, в пользу которого совершена сделка, а если, например, имущество выбыло из его владения по другой сделке, например, по договору купли-продажи, то в качестве ответчиков привлекаются и лица, к которым имущество перешло по новой сделке, поскольку признание недействительным договора дарения повлечет недействительность и последующих сделок.
"Правовые аспекты разработки и коммерциализации программного обеспечения"
(Савельев А.И.)
("Статут", 2024)Первый возможный подход к решению проблемы заключается в том, что все последующие лицензии будут являться ничтожными сделками, как противоречащие закону (ст. 168 ГК РФ) <1>. В данном случае таким законом будет подп. 2 п. 1 ст. 1236 ГК РФ в части отсутствия у лицензиара по исключительной лицензии права выдачи лицензий другим лицам. Данную точку зрения разделяет, например, Э.П. Гаврилов <2>. Любопытно, что в схожей, по существу, ситуации из сферы обязательственно-вещного права, когда собственник заключает новый договор аренды с иным лицом в отношении имущества, уже сданного в аренду, суды первоначально придерживались подобной логики и признавали последующие договоры аренды недействительными <3>. Однако впоследствии практика судов поменялась <4>. При всей кажущейся простоте и логичности данного подхода у него тоже есть существенный недостаток - он оставляет без какой-либо эффективной защиты добросовестных контрагентов лицензиара по последующим лицензионным договорам. Это в значительной степени снижает неблагоприятные последствия для недобросовестного лицензиара, а вместе с ними - и общий превентивный эффект от совершения подобных действий лицензиаром. Как известно, недействительный договор не предоставляет возможности применения мер договорной ответственности, в том числе убытков и неустойки, если они были предусмотрены в таком договоре. Общим последствием недействительности договора является двусторонняя реституция, которая на практике означает возврат ранее полученных лицензионных платежей лицензиату. Однако произведенные расходы, например, на рекламу, на производство экземпляров, а также суммы, уплаченные или подлежащие уплате по заключенным лицензиатом договорам с третьими лицами, возмещены не будут.
(Савельев А.И.)
("Статут", 2024)Первый возможный подход к решению проблемы заключается в том, что все последующие лицензии будут являться ничтожными сделками, как противоречащие закону (ст. 168 ГК РФ) <1>. В данном случае таким законом будет подп. 2 п. 1 ст. 1236 ГК РФ в части отсутствия у лицензиара по исключительной лицензии права выдачи лицензий другим лицам. Данную точку зрения разделяет, например, Э.П. Гаврилов <2>. Любопытно, что в схожей, по существу, ситуации из сферы обязательственно-вещного права, когда собственник заключает новый договор аренды с иным лицом в отношении имущества, уже сданного в аренду, суды первоначально придерживались подобной логики и признавали последующие договоры аренды недействительными <3>. Однако впоследствии практика судов поменялась <4>. При всей кажущейся простоте и логичности данного подхода у него тоже есть существенный недостаток - он оставляет без какой-либо эффективной защиты добросовестных контрагентов лицензиара по последующим лицензионным договорам. Это в значительной степени снижает неблагоприятные последствия для недобросовестного лицензиара, а вместе с ними - и общий превентивный эффект от совершения подобных действий лицензиаром. Как известно, недействительный договор не предоставляет возможности применения мер договорной ответственности, в том числе убытков и неустойки, если они были предусмотрены в таком договоре. Общим последствием недействительности договора является двусторонняя реституция, которая на практике означает возврат ранее полученных лицензионных платежей лицензиату. Однако произведенные расходы, например, на рекламу, на производство экземпляров, а также суммы, уплаченные или подлежащие уплате по заключенным лицензиатом договорам с третьими лицами, возмещены не будут.
"Процессуальные особенности рассмотрения дел о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок в цивилистическом процессе: монография"
(Карпова А.А.)
(науч. ред. А.В. Юдин)
("Статут", 2024)Соответственно, нормы процессуальных законов, регламентирующие возможность пересмотра дела по новым обстоятельствам в случае последующего признания ничтожной сделки недействительной (применения последствий недействительности), прежде всего направлены на недопущение ситуаций нарушения прав и законных интересов лиц, не являющихся сторонами сделки, но заинтересованных в ее опровержении.
(Карпова А.А.)
(науч. ред. А.В. Юдин)
("Статут", 2024)Соответственно, нормы процессуальных законов, регламентирующие возможность пересмотра дела по новым обстоятельствам в случае последующего признания ничтожной сделки недействительной (применения последствий недействительности), прежде всего направлены на недопущение ситуаций нарушения прав и законных интересов лиц, не являющихся сторонами сделки, но заинтересованных в ее опровержении.
Ситуация: Как признать договор приватизации квартиры недействительным?
("Электронный журнал "Азбука права", 2026)признание недействительными всех последующих сделок со спорной квартирой;
("Электронный журнал "Азбука права", 2026)признание недействительными всех последующих сделок со спорной квартирой;
"Крупные сделки и сделки с заинтересованностью. Итоги реформы"
(отв. ред. А.А. Кузнецов)
("Статут", 2024)В судебной практике нижестоящих судов также поддерживается общий принцип, что при предоставлении контрагенту документов об одобрении сделки, в частности, при ее государственной регистрации, заверенных печатью общества, от контрагента не требуется проверка их подлинности, а доводы участника, оспаривающего подписание данных протоколов и свое участие в собрании, подлежат отклонению <1>. Если контрагенту предоставлено одобрение сделки, то последующая недействительность такого одобрения ввиду того, что единственный участник общества в действительности таковым не являлся (что установлено в рамках другого арбитражного дела), не возлагается на контрагента, поскольку сама по себе недействительность решения участника об одобрении сделки не влечет автоматически недействительность самой совершенной сделки <2>. Равным образом последующее оспаривание подлинности подписи не влияет на добросовестность контрагента, полагавшегося на предоставленное ему решение об одобрении сделки <3>, поскольку контрагент не несет риска подписания предоставленного ему протокола об одобрении сделки неустановленными лицами <4> либо его фальсификации <5>.
(отв. ред. А.А. Кузнецов)
("Статут", 2024)В судебной практике нижестоящих судов также поддерживается общий принцип, что при предоставлении контрагенту документов об одобрении сделки, в частности, при ее государственной регистрации, заверенных печатью общества, от контрагента не требуется проверка их подлинности, а доводы участника, оспаривающего подписание данных протоколов и свое участие в собрании, подлежат отклонению <1>. Если контрагенту предоставлено одобрение сделки, то последующая недействительность такого одобрения ввиду того, что единственный участник общества в действительности таковым не являлся (что установлено в рамках другого арбитражного дела), не возлагается на контрагента, поскольку сама по себе недействительность решения участника об одобрении сделки не влечет автоматически недействительность самой совершенной сделки <2>. Равным образом последующее оспаривание подлинности подписи не влияет на добросовестность контрагента, полагавшегося на предоставленное ему решение об одобрении сделки <3>, поскольку контрагент не несет риска подписания предоставленного ему протокола об одобрении сделки неустановленными лицами <4> либо его фальсификации <5>.
Статья: О судебном "исцелении" ничтожной сделки как санкции за недобросовестное поведение стороны сделки
(Ткачева М.А.)
("Вестник арбитражной практики", 2023, N 4)Согласно классическому учению о недействительности сделки, подтверждение юридической силы ничтожной сделки в последующем и, таким образом, ее "исцеление" невозможны. Ничтожная сделка может существовать фактически и исполняться ее сторонами, но для права она мертва. "Исцелить" ее невозможно.
(Ткачева М.А.)
("Вестник арбитражной практики", 2023, N 4)Согласно классическому учению о недействительности сделки, подтверждение юридической силы ничтожной сделки в последующем и, таким образом, ее "исцеление" невозможны. Ничтожная сделка может существовать фактически и исполняться ее сторонами, но для права она мертва. "Исцелить" ее невозможно.