Метод гражданско-правового регулирования
Подборка наиболее важных документов по запросу Метод гражданско-правового регулирования (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2023 год: Статья 9 "Осуществление гражданских прав" ГК РФ"В силу диспозитивности метода гражданско-правового регулирования общественных отношений, закрепленного в пунктах 1, 2 статьи 1, пункте 1 статьи 9, статье 421 ГК РФ, участники гражданского оборота осуществляют права и обязанности руководствуясь своей автономной волей и в своем интересе."
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Проблемы осуществления гражданских прав в трудах профессора В.П. Грибанова
(Шерстобитов А.Е.)
("Вестник гражданского права", 2025, N 2)2.1. Осуществление и защита гражданских прав и дозволительный метод регулирования гражданско-правового регулирования. Подход к проблемам осуществления и защиты гражданских прав с точки зрения гражданского права как к отрасли, базирующейся на дозволительном методе регулирования имущественных отношений, позволил В.П. Грибанову впервые в современной юридической литературе исследовать вопросы создания и осуществления субъективных прав, не ограничиваясь лишь сферой применения законодательства, но охватив действия самих участников гражданского оборота (сделка, договор).
(Шерстобитов А.Е.)
("Вестник гражданского права", 2025, N 2)2.1. Осуществление и защита гражданских прав и дозволительный метод регулирования гражданско-правового регулирования. Подход к проблемам осуществления и защиты гражданских прав с точки зрения гражданского права как к отрасли, базирующейся на дозволительном методе регулирования имущественных отношений, позволил В.П. Грибанову впервые в современной юридической литературе исследовать вопросы создания и осуществления субъективных прав, не ограничиваясь лишь сферой применения законодательства, но охватив действия самих участников гражданского оборота (сделка, договор).
Статья: Совершенствование правового механизма борьбы с недобросовестной конкуренцией
(Тохсырова К.К.)
("Российский следователь", 2022, N 4)<6> Муратова А.Р. Метод гражданско-правового регулирования: исторический аспект // Вестник науки и творчества. 2018. N 12(36). С. 24 - 27. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/metod-grazhdansko-pravovogo-regulirovaniya-istoricheskiy-aspekt.
(Тохсырова К.К.)
("Российский следователь", 2022, N 4)<6> Муратова А.Р. Метод гражданско-правового регулирования: исторический аспект // Вестник науки и творчества. 2018. N 12(36). С. 24 - 27. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/metod-grazhdansko-pravovogo-regulirovaniya-istoricheskiy-aspekt.
Статья: К вопросу о свободе выбора вида заключаемого договора
(Корнакова С.В., Чигрина Е.В.)
("Гражданское право", 2025, N 2)Однако следует отметить и тот широкий перечень разновидностей договоров, предусмотренных российским законодательством, который по своей сути охватывает практически весь спектр имущественных отношений. Ввиду чего дозволительный метод гражданско-правового регулирования, позволяющий сторонам заключать непоименованные договоры, фактически теряет свою ценность за ненадобностью. Так, в большинстве случаев, когда стороны отходят от поименованных договоров, предусмотренных законодателем, заключая при этом абсолютно иной, по их мнению, договор, несмотря на иное наименование подобного договора, конструктивно он является уже известным поименованным договором <3>.
(Корнакова С.В., Чигрина Е.В.)
("Гражданское право", 2025, N 2)Однако следует отметить и тот широкий перечень разновидностей договоров, предусмотренных российским законодательством, который по своей сути охватывает практически весь спектр имущественных отношений. Ввиду чего дозволительный метод гражданско-правового регулирования, позволяющий сторонам заключать непоименованные договоры, фактически теряет свою ценность за ненадобностью. Так, в большинстве случаев, когда стороны отходят от поименованных договоров, предусмотренных законодателем, заключая при этом абсолютно иной, по их мнению, договор, несмотря на иное наименование подобного договора, конструктивно он является уже известным поименованным договором <3>.
Статья: К вопросу о развитии института социального предпринимательства в Российской Федерации
(Иванова Д.В.)
("Гражданское право", 2023, N 1)Подводя итог рассмотрению процесса становления института социального предпринимательства в действующем российском законодательстве при попытке его сопоставления с институтом экологического предпринимательства, можно прийти к следующим основным выводам. Главной общей чертой между указанными институтами является их новаторский характер - оба института новые для нашего законодательства и все еще находятся в процессе становления, что предопределяет значительную скудость имеющейся в наличии нормативной правовой базы. Другой важной чертой, объединяющей указанные институты, является их комплексный правовой характер, объединение в рамках одного юридического феномена как публично-правовых (императивных), так и частноправовых (диспозитивных) начал. Как было указано в нашей предыдущей работе, при определении понятия "экологическое предпринимательство" его необходимо рассматривать в виде производного синтеза его "экологической" и "предпринимательской" составляющих, каждая из которых обладает своим характерным набором признаков и качеств, непосредственно влияющих на место и роль в рассматриваемом институте. Так, "экологическая ипостась" рассматриваемого правового института, как следует из самого наименования, предопределяет тесную связь с отраслью экологического права и императивными нормами законодательства в сфере охраны окружающей среды, вносящими некоторое "публично-правовое" измерение в рассматриваемые правоотношения. Данные нормы вводят законодательные ограничения деятельности, оказывающей негативное воздействие на окружающую среду, регламентируют соответствие этой деятельности определенным нормативам допустимого уровня воздействия на окружающую среду и т.д. В отличие от "экологической", "предпринимательская ипостась" оперирует совсем иными, диспозитивными (дозволительными) методами гражданско-правового регулирования, для которых ведущее значение имеют принципы свободы частной инициативы участников гражданского оборота, которые выступают от своего имени и преследуют свои собственные законные интересы <17>.
(Иванова Д.В.)
("Гражданское право", 2023, N 1)Подводя итог рассмотрению процесса становления института социального предпринимательства в действующем российском законодательстве при попытке его сопоставления с институтом экологического предпринимательства, можно прийти к следующим основным выводам. Главной общей чертой между указанными институтами является их новаторский характер - оба института новые для нашего законодательства и все еще находятся в процессе становления, что предопределяет значительную скудость имеющейся в наличии нормативной правовой базы. Другой важной чертой, объединяющей указанные институты, является их комплексный правовой характер, объединение в рамках одного юридического феномена как публично-правовых (императивных), так и частноправовых (диспозитивных) начал. Как было указано в нашей предыдущей работе, при определении понятия "экологическое предпринимательство" его необходимо рассматривать в виде производного синтеза его "экологической" и "предпринимательской" составляющих, каждая из которых обладает своим характерным набором признаков и качеств, непосредственно влияющих на место и роль в рассматриваемом институте. Так, "экологическая ипостась" рассматриваемого правового института, как следует из самого наименования, предопределяет тесную связь с отраслью экологического права и императивными нормами законодательства в сфере охраны окружающей среды, вносящими некоторое "публично-правовое" измерение в рассматриваемые правоотношения. Данные нормы вводят законодательные ограничения деятельности, оказывающей негативное воздействие на окружающую среду, регламентируют соответствие этой деятельности определенным нормативам допустимого уровня воздействия на окружающую среду и т.д. В отличие от "экологической", "предпринимательская ипостась" оперирует совсем иными, диспозитивными (дозволительными) методами гражданско-правового регулирования, для которых ведущее значение имеют принципы свободы частной инициативы участников гражданского оборота, которые выступают от своего имени и преследуют свои собственные законные интересы <17>.
"Экологическое право: теория и совершенствование природоохранного законодательства: монография"
(Брославский Л.И.)
("ИНФРА-М", 2025)<1> См.: Яковлев В.Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений. Свердловск, 1972. С. 207.
(Брославский Л.И.)
("ИНФРА-М", 2025)<1> См.: Яковлев В.Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений. Свердловск, 1972. С. 207.
Статья: Об ограничениях гражданских прав в общем и об ограничениях гражданских прав обладателя цифровой валюты в частности
(Дерюгина Т.В.)
("Власть Закона", 2025, N 3)Гражданское право, регулирующее общественные отношения, исходит из концепта предоставления наибольшей свободы их участникам, гарантируя возможность приобретения и осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе, согласно ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ). Дозволительный метод гражданско-правового регулирования предопределяет возможность свободного усмотрения и выбора определенного варианта поведения. Однако свобода не может быть безграничной. В контексте этого ГК РФ, вслед за Конституцией РФ, допускает возможность ограничения гражданских прав.
(Дерюгина Т.В.)
("Власть Закона", 2025, N 3)Гражданское право, регулирующее общественные отношения, исходит из концепта предоставления наибольшей свободы их участникам, гарантируя возможность приобретения и осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе, согласно ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ). Дозволительный метод гражданско-правового регулирования предопределяет возможность свободного усмотрения и выбора определенного варианта поведения. Однако свобода не может быть безграничной. В контексте этого ГК РФ, вслед за Конституцией РФ, допускает возможность ограничения гражданских прав.
Статья: Научно-практический комментарий к Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств"
(Тололаева Н.В., Церковников М.А.)
("Вестник гражданского права", 2023, NN 5, 6)Данное разъяснение ценно тем, что в нем дается попытка определить умышленное нарушение в смысле п. 4 ст. 401 ГК РФ. При этом в основе лежит подход, согласно которому гражданскому праву известно свое понятие вины, отличное от уголовного: "...инициативный способ защиты как черта метода гражданско-правового регулирования и гражданско-процессуальная форма защиты гражданских прав приводит к невозможности установления умысла или неосторожности с той точностью, на достижение которой претендует, к примеру, уголовный процесс, традиционно добивающийся установления абсолютной истины <...> В гражданском праве субъективный стандарт вины заменяется на объективный" <24>. Вина в гражданском праве определяется как несоблюдение объективного стандарта поведения: непринятие объективно возможных мер по устранению и недопущению отрицательных результатов своих действий (абз. 2 п. 1 ст. 401 ГК РФ). Отсюда иное определение умысла. Умысел - это непроявление минимальной степени заботливости и осмотрительности при исполнении обязательства <25>.
(Тололаева Н.В., Церковников М.А.)
("Вестник гражданского права", 2023, NN 5, 6)Данное разъяснение ценно тем, что в нем дается попытка определить умышленное нарушение в смысле п. 4 ст. 401 ГК РФ. При этом в основе лежит подход, согласно которому гражданскому праву известно свое понятие вины, отличное от уголовного: "...инициативный способ защиты как черта метода гражданско-правового регулирования и гражданско-процессуальная форма защиты гражданских прав приводит к невозможности установления умысла или неосторожности с той точностью, на достижение которой претендует, к примеру, уголовный процесс, традиционно добивающийся установления абсолютной истины <...> В гражданском праве субъективный стандарт вины заменяется на объективный" <24>. Вина в гражданском праве определяется как несоблюдение объективного стандарта поведения: непринятие объективно возможных мер по устранению и недопущению отрицательных результатов своих действий (абз. 2 п. 1 ст. 401 ГК РФ). Отсюда иное определение умысла. Умысел - это непроявление минимальной степени заботливости и осмотрительности при исполнении обязательства <25>.
"Современное гражданское и семейное право: перспективы развития доктрины, законодательства и правоприменительной практики: монография"
(отв. ред. Е.В. Вавилин, О.М. Родионова)
("Статут", 2024)Появление в цифровом обороте новых виртуальных объектов - цифровых прав, криптовалюты, токенов, цифровых финансовых активов и пр. - не может подвергаться анализу с позиций традиционных цивилистических подходов. Новые цифровые объекты существуют в информационной системе, а это значит, что регулирование в ней отношений должно иметь специфику, раскрываемую с помощью нового гражданско-правового инструментария, разрабатываемого цивилистами применительно к информационной системе. Не следует забывать, что метод гражданско-правового регулирования имущественных отношений основан на началах не только дозволения, но и правонаделения. Последнее - это прерогатива законодателя, а не ученых-цивилистов. Коль скоро законодатель в ст. 128 и 141.1 ГК РФ <3> закрепил в качестве нового объекта гражданских прав цифровые права <4> и дал возможность участникам гражданского оборота стать обладателями новых субъективных гражданских прав, перед цивилистикой встала задача их исследования, но не с позиций метафизического подхода, т.е. применения для анализа правового инструментария, разработанного для вещей, имущественных прав и иных поименованных в ст. 128 ГК РФ объектов гражданских прав.
(отв. ред. Е.В. Вавилин, О.М. Родионова)
("Статут", 2024)Появление в цифровом обороте новых виртуальных объектов - цифровых прав, криптовалюты, токенов, цифровых финансовых активов и пр. - не может подвергаться анализу с позиций традиционных цивилистических подходов. Новые цифровые объекты существуют в информационной системе, а это значит, что регулирование в ней отношений должно иметь специфику, раскрываемую с помощью нового гражданско-правового инструментария, разрабатываемого цивилистами применительно к информационной системе. Не следует забывать, что метод гражданско-правового регулирования имущественных отношений основан на началах не только дозволения, но и правонаделения. Последнее - это прерогатива законодателя, а не ученых-цивилистов. Коль скоро законодатель в ст. 128 и 141.1 ГК РФ <3> закрепил в качестве нового объекта гражданских прав цифровые права <4> и дал возможность участникам гражданского оборота стать обладателями новых субъективных гражданских прав, перед цивилистикой встала задача их исследования, но не с позиций метафизического подхода, т.е. применения для анализа правового инструментария, разработанного для вещей, имущественных прав и иных поименованных в ст. 128 ГК РФ объектов гражданских прав.
Статья: Перспективы развития института завещательного возложения в свете сравнительно-правового анализа и судебной практики
(Щенникова Л.В.)
("Наследственное право", 2025, N 1)В гражданском праве, что составляет качественное отличие данной отрасли, основополагающей категорией является воля. При этом законодатель провозглашает имманентно присущей характеристикой метода гражданско-правового регулирования - автономию воли (п. 1 ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)). В связи с чем и нормы наследственного права призваны гарантировать участникам гражданско-правовых отношений возможность в полной мере реализовать свою последнюю волю в отношении приобретенных и произведенных материальных и духовных благ. В этом смысле фигуру завещателя следует рассматривать в качестве творца, который самостоятельно призывается написать сюжет событий, которые будут происходить после его смерти с вполне конкретно сформулированными целями. Вот почему гражданско-правовые нормы должны вооружить завещателя такими правовыми средствами или инструментами, которые не только стандартно-типично обеспечат переход имущества другим лицам после его смерти, но и помогут эффективно данные цели реализовать. Подобные инструменты возникли еще в Древнем Риме. Так, согласно римскому модусу, получатель безвозмездной материальной выгоды обязывался направить часть ее стоимости на определенные цели. Позднее в законодательствах стран мира стали появляться особые нормы, регулирующие завещательные обременения. Такого рода регуляторы появились и в наследственном праве нашей страны, к числу которых с полным основанием можно отнести институт завещательного возложения (ст. 1139 ГК РФ). Однако действующее регулирование, состоящее из одной статьи кодифицированного гражданского закона, можно признать достаточно скудным. Не внесла фундаментальный вклад в развитие учения о завещательных обременениях и российская цивилистическая наука. Соответственно, не получила динамичного развития правоприменительная, в том числе судебная, практика. Сказанное свидетельствует об актуальности разработки заявленной темы, включая систему вопросов, касающихся правовой природы института, статуса наследников и выгодоприобретателей, объема судебной защиты и многих других.
(Щенникова Л.В.)
("Наследственное право", 2025, N 1)В гражданском праве, что составляет качественное отличие данной отрасли, основополагающей категорией является воля. При этом законодатель провозглашает имманентно присущей характеристикой метода гражданско-правового регулирования - автономию воли (п. 1 ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)). В связи с чем и нормы наследственного права призваны гарантировать участникам гражданско-правовых отношений возможность в полной мере реализовать свою последнюю волю в отношении приобретенных и произведенных материальных и духовных благ. В этом смысле фигуру завещателя следует рассматривать в качестве творца, который самостоятельно призывается написать сюжет событий, которые будут происходить после его смерти с вполне конкретно сформулированными целями. Вот почему гражданско-правовые нормы должны вооружить завещателя такими правовыми средствами или инструментами, которые не только стандартно-типично обеспечат переход имущества другим лицам после его смерти, но и помогут эффективно данные цели реализовать. Подобные инструменты возникли еще в Древнем Риме. Так, согласно римскому модусу, получатель безвозмездной материальной выгоды обязывался направить часть ее стоимости на определенные цели. Позднее в законодательствах стран мира стали появляться особые нормы, регулирующие завещательные обременения. Такого рода регуляторы появились и в наследственном праве нашей страны, к числу которых с полным основанием можно отнести институт завещательного возложения (ст. 1139 ГК РФ). Однако действующее регулирование, состоящее из одной статьи кодифицированного гражданского закона, можно признать достаточно скудным. Не внесла фундаментальный вклад в развитие учения о завещательных обременениях и российская цивилистическая наука. Соответственно, не получила динамичного развития правоприменительная, в том числе судебная, практика. Сказанное свидетельствует об актуальности разработки заявленной темы, включая систему вопросов, касающихся правовой природы института, статуса наследников и выгодоприобретателей, объема судебной защиты и многих других.
Статья: Краткое введение в теорию субъективного правосознания
(Карнушин В.Е.)
("Современное право", 2025, N 11)Такие виды правотворчества и определяют метод правового регулирования. Правотворчество из общественного быта предполагает именно гражданский метод правового регулирования, правотворчество сверху - административно-правовой метод правового регулирования.
(Карнушин В.Е.)
("Современное право", 2025, N 11)Такие виды правотворчества и определяют метод правового регулирования. Правотворчество из общественного быта предполагает именно гражданский метод правового регулирования, правотворчество сверху - административно-правовой метод правового регулирования.