Критерии мнимой сделки
Подборка наиболее важных документов по запросу Критерии мнимой сделки (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Определение Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 13.05.2024 N 88-10109/2024 (УИД 51RS0006-01-2023-001046-39)
Категория: Наследственные споры.
Требования наследников: 1) О включении имущества в наследственную массу; 2) О признании сделки, совершенной умершим, недействительной и применении последствий ее недействительности.
Обстоятельства: По мнению наследника, договоры дарения были заключены наследодателем с целью сокрытия имущества от обращения на него взыскания.
Решение: 1) Отказано; 2) Отказано.Отклоняя доводы апелляционной жалобы о том, что ФИО7, владея информацией о своем финансовом состоянии, предполагал возникновение долговых обязательств перед кредиторами в ближайшем будущем и невозможности их исполнения заключил договор дарения с целью сохранения имущества, суд апелляционной инстанции указал, что наличие у ФИО7 долговых обязательств перед ПАО "Сбербанк" по кредитному договору, а также перед поручителем ООО "Электрон", не является безусловным доказательством мнимости договора дарения, поскольку критерием для признания сделки мнимой законодатель установил лишь отсутствие намерений создать правовые последствия этой сделки, чего в ходе рассмотрения дела установлено не было.
Категория: Наследственные споры.
Требования наследников: 1) О включении имущества в наследственную массу; 2) О признании сделки, совершенной умершим, недействительной и применении последствий ее недействительности.
Обстоятельства: По мнению наследника, договоры дарения были заключены наследодателем с целью сокрытия имущества от обращения на него взыскания.
Решение: 1) Отказано; 2) Отказано.Отклоняя доводы апелляционной жалобы о том, что ФИО7, владея информацией о своем финансовом состоянии, предполагал возникновение долговых обязательств перед кредиторами в ближайшем будущем и невозможности их исполнения заключил договор дарения с целью сохранения имущества, суд апелляционной инстанции указал, что наличие у ФИО7 долговых обязательств перед ПАО "Сбербанк" по кредитному договору, а также перед поручителем ООО "Электрон", не является безусловным доказательством мнимости договора дарения, поскольку критерием для признания сделки мнимой законодатель установил лишь отсутствие намерений создать правовые последствия этой сделки, чего в ходе рассмотрения дела установлено не было.
Определение Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 24.04.2024 N 88-9758/2024 (УИД 24RS0060-01-2022-000785-74)
Категория: 1) Дарение; 2) Защита прав на жилое помещение; 3) Наследственные споры.
Требования: 1) О признании договора недействительным в целом или в части; 2) О прекращении права собственности на жилое помещение; 3) О взыскании денежных средств в порядке наследования; 4) О признании права собственности в порядке наследования.
Обстоятельства: Истица указала, что наследодатель умер. Наследником по завещанию является истица, которая обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, однако после получения документов от нотариуса, ей стало известно, что спорная квартира продана по доверенности. Кроме того ответчик-1 по договору дарения подарила спорную квартиру ответчику-2.
Решение: 1) Отказано; 2) Отказано; 3) Удовлетворено; 4) Отказано.Истцом не представлено суду бесспорных доказательств, отвечающих критериям относимости и допустимости, наличия совокупности признаков мнимой сделки, равно как не представлено ни одного доказательства того, что оспариваемая сделка совершена под влиянием заблуждения, насилия или угрозы, либо совершена на крайне невыгодных условиях, стечения у А. тяжелых обстоятельств, о которых ответчикам было заведомо известно и которыми они воспользовались при заключении оспариваемого договора.
Категория: 1) Дарение; 2) Защита прав на жилое помещение; 3) Наследственные споры.
Требования: 1) О признании договора недействительным в целом или в части; 2) О прекращении права собственности на жилое помещение; 3) О взыскании денежных средств в порядке наследования; 4) О признании права собственности в порядке наследования.
Обстоятельства: Истица указала, что наследодатель умер. Наследником по завещанию является истица, которая обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, однако после получения документов от нотариуса, ей стало известно, что спорная квартира продана по доверенности. Кроме того ответчик-1 по договору дарения подарила спорную квартиру ответчику-2.
Решение: 1) Отказано; 2) Отказано; 3) Удовлетворено; 4) Отказано.Истцом не представлено суду бесспорных доказательств, отвечающих критериям относимости и допустимости, наличия совокупности признаков мнимой сделки, равно как не представлено ни одного доказательства того, что оспариваемая сделка совершена под влиянием заблуждения, насилия или угрозы, либо совершена на крайне невыгодных условиях, стечения у А. тяжелых обстоятельств, о которых ответчикам было заведомо известно и которыми они воспользовались при заключении оспариваемого договора.
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Брачный договор - инструмент защиты или способ обойти закон?
(Чудиновская Н.А.)
("Имущественные отношения в Российской Федерации", 2025, N 4)Как отмечает Т.П. Шишмарева, критерием разграничения мнимой и подозрительной сделки является подлинная воля супругов. Для мнимой сделки намерение заключается в сохранении режима общности супругов, а для подозрительной сделки намерение лежит в плоскости причинения имущественного вреда кредиторам <6>. Предложенная дихотомия в целом не вызывает возражений. Вместе с тем установление действительного намерения супругов при рассмотрении конкретного судебного спора представляется достаточно непростой задачей. Сложно предположить, какие доказательства могут быть представлены суду в целях подтверждения истинных намерений супругов при заключении брачного договора. Анализ судебной практики позволяет утверждать, что отсутствие фактического раздела имущества супругов, перехода прав владения и пользования отнюдь не всегда является достаточным доказательством недействительности брачного договора. Заключение брачного договора может быть продиктовано стремлением супругов определить именно юридическую судьбу имущества, а не провести его фактический раздел, что закону не противоречит.
(Чудиновская Н.А.)
("Имущественные отношения в Российской Федерации", 2025, N 4)Как отмечает Т.П. Шишмарева, критерием разграничения мнимой и подозрительной сделки является подлинная воля супругов. Для мнимой сделки намерение заключается в сохранении режима общности супругов, а для подозрительной сделки намерение лежит в плоскости причинения имущественного вреда кредиторам <6>. Предложенная дихотомия в целом не вызывает возражений. Вместе с тем установление действительного намерения супругов при рассмотрении конкретного судебного спора представляется достаточно непростой задачей. Сложно предположить, какие доказательства могут быть представлены суду в целях подтверждения истинных намерений супругов при заключении брачного договора. Анализ судебной практики позволяет утверждать, что отсутствие фактического раздела имущества супругов, перехода прав владения и пользования отнюдь не всегда является достаточным доказательством недействительности брачного договора. Заключение брачного договора может быть продиктовано стремлением супругов определить именно юридическую судьбу имущества, а не провести его фактический раздел, что закону не противоречит.
Статья: О некоторых вопросах оспаривания в делах о банкротстве брачных договоров
(Гусев А.О.)
("Арбитражные споры", 2021, N 4)Применительно к оспариванию брачных договоров в процедуре банкротства необходимо понять, каков критерий разграничения мнимой сделки и подозрительной сделки. В литературе высказана позиция, что таким критерием выступает субъективное намерение у сторон мнимой сделки - совершить сделку лишь для вида, не вызывая каких-либо юридических последствий для создания договорного режима, а также отсутствие таких юридических последствий, то есть сохранение режима общности имущества супругов, хотя бы и при наличии вполне формальных последствий такого раздела, в частности регистрации права собственности на объекты недвижимого имущества, а для подозрительной сделки - причинение имущественного вреда кредиторам, о чем должно быть известно супругу должника <15>.
(Гусев А.О.)
("Арбитражные споры", 2021, N 4)Применительно к оспариванию брачных договоров в процедуре банкротства необходимо понять, каков критерий разграничения мнимой сделки и подозрительной сделки. В литературе высказана позиция, что таким критерием выступает субъективное намерение у сторон мнимой сделки - совершить сделку лишь для вида, не вызывая каких-либо юридических последствий для создания договорного режима, а также отсутствие таких юридических последствий, то есть сохранение режима общности имущества супругов, хотя бы и при наличии вполне формальных последствий такого раздела, в частности регистрации права собственности на объекты недвижимого имущества, а для подозрительной сделки - причинение имущественного вреда кредиторам, о чем должно быть известно супругу должника <15>.
"Реестр требований кредиторов и его формирование в процессе несостоятельности (банкротства)"
(Ходаковский А.П.)
("Статут", 2023)<1> См.: Карапетов А.Г., Фетисова Е.М., Матвиенко С.В., Сафонова М.В. Обзор правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации по вопросам частного права за май 2017 г. // Вестник экономического правосудия РФ. 2017. N 7. С. 27 - 70; Ворожевич А. ВС РФ установил стандарт доказывания при оспаривании мнимой сделки общества-банкрота // ЭЖ-Юрист. 2018. N 44. С. 14.
(Ходаковский А.П.)
("Статут", 2023)<1> См.: Карапетов А.Г., Фетисова Е.М., Матвиенко С.В., Сафонова М.В. Обзор правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации по вопросам частного права за май 2017 г. // Вестник экономического правосудия РФ. 2017. N 7. С. 27 - 70; Ворожевич А. ВС РФ установил стандарт доказывания при оспаривании мнимой сделки общества-банкрота // ЭЖ-Юрист. 2018. N 44. С. 14.
Статья: Детерминанты гражданского правоотношения
(Машуков Р.А.)
("Хозяйство и право", 2022, N 5)Любое ГП оправдывает свое целевое и функциональное назначение в обществе достижением определенного результата. При этом ГП как видом правового отношения, на наш взгляд, может быть только то правоотношение, которое направлено на достижение правомерного результата. Так, правовая цель, правомерность, направленное на желаемый правовой результат волеизъявление как признаки юридического состава сделок <30> позволяют их отграничить от иных категорий и правовых явлений. В частности, мнимую и притворные сделки от сделки также различают на основе указанных критериев и прежде всего по достигнутым ими целям и смыслу, который в них вкладывался их участниками при проектировании ГП в самом его начале.
(Машуков Р.А.)
("Хозяйство и право", 2022, N 5)Любое ГП оправдывает свое целевое и функциональное назначение в обществе достижением определенного результата. При этом ГП как видом правового отношения, на наш взгляд, может быть только то правоотношение, которое направлено на достижение правомерного результата. Так, правовая цель, правомерность, направленное на желаемый правовой результат волеизъявление как признаки юридического состава сделок <30> позволяют их отграничить от иных категорий и правовых явлений. В частности, мнимую и притворные сделки от сделки также различают на основе указанных критериев и прежде всего по достигнутым ими целям и смыслу, который в них вкладывался их участниками при проектировании ГП в самом его начале.
Статья: В поисках баланса и существа регулирования: о крупных сделках акционерного общества и правах миноритариев. Комментарий к Определению Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 8 июля 2024 года N 308-ЭС24-2859
(Филиппова С.Ю.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2025, N 2)Поскольку мнимая сделка ничтожна, она не подлежит оценке с позиций соответствия критериям крупных сделок. Если бы ничтожная сделка исполнялась и возникла бы двусторонняя реституция, то эта выдача имущества вообще не являлась бы сделкой и не подлежала бы рассмотрению на общем собрании, будучи лишь законным последствием ничтожности сделки. Таким образом, ни ничтожная сделка, ни реституция по ничтожной сделке не являются крупными сделками с позиций законодательства об акционерных обществах и не требуют согласия или одобрения.
(Филиппова С.Ю.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2025, N 2)Поскольку мнимая сделка ничтожна, она не подлежит оценке с позиций соответствия критериям крупных сделок. Если бы ничтожная сделка исполнялась и возникла бы двусторонняя реституция, то эта выдача имущества вообще не являлась бы сделкой и не подлежала бы рассмотрению на общем собрании, будучи лишь законным последствием ничтожности сделки. Таким образом, ни ничтожная сделка, ни реституция по ничтожной сделке не являются крупными сделками с позиций законодательства об акционерных обществах и не требуют согласия или одобрения.
Статья: Проблема самостоятельного значения института обхода закона
(Иноземцева А.В.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, NN 3, 4)Различие между мнимыми и притворными сделками и сделками в обход закона по критерию направленности воли сторон сделки на возникновение ее правовых последствий проводится в немецком гражданском праве.
(Иноземцева А.В.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, NN 3, 4)Различие между мнимыми и притворными сделками и сделками в обход закона по критерию направленности воли сторон сделки на возникновение ее правовых последствий проводится в немецком гражданском праве.
"Гражданское право. Общая часть: учебник"
(под ред. Е.С. Болтановой)
("ИНФРА-М", 2023)Мнимые и притворные сделки - единственный урегулированный в ГК РФ случай намеренного несоответствия воли и волеизъявления.
(под ред. Е.С. Болтановой)
("ИНФРА-М", 2023)Мнимые и притворные сделки - единственный урегулированный в ГК РФ случай намеренного несоответствия воли и волеизъявления.
Статья: Порядок нотариального удостоверения медиативного соглашения: анализ содержания соглашения
(Соломеина Е.А., Шереметова Г.С.)
("Нотариальный вестник", 2024, N 5)После внесения в законодательство изменений, связанных с нотариальным удостоверением медиативных соглашений, возникла проблема злоупотребления такой возможностью сторонами. В июле 2021 года Федеральная служба по финансовому мониторингу (Росфинмониторинг) выпустила информационное письмо "О повышении внимания медиаторов к заключению фиктивных сделок" <1>, в котором отметила, что "появилась практика недобросовестного использования участниками хозяйственного оборота нотариально удостоверенных медиативных соглашений в целях обеспечения транзитного движения и обналичивания денежных средств". При этом Служба рекомендовала медиаторам оценивать характер спора, возникшего из правоотношений, и наличие признаков его фиктивности, а также по ряду критериев оценивать деятельность сторон соглашения на предмет наличия у них признаков "технических" компаний (фирм-однодневок). Так, например, в качестве критериев обозначены необъяснимые изменения в структуре корпоративной собственности или неоднократные изменения организационно-правовой структуры юридического лица - стороны спора. Установление подобных сведений для медиаторов отчасти проблематично, поскольку у них нет властных полномочий, они работают с той информацией, которую предоставят стороны, а также с тем, что можно получить из общедоступных источников. Тем не менее, безусловно, при возникновении подозрений в использовании медиации в противоправных целях медиатору следует отказаться от проведения данной процедуры.
(Соломеина Е.А., Шереметова Г.С.)
("Нотариальный вестник", 2024, N 5)После внесения в законодательство изменений, связанных с нотариальным удостоверением медиативных соглашений, возникла проблема злоупотребления такой возможностью сторонами. В июле 2021 года Федеральная служба по финансовому мониторингу (Росфинмониторинг) выпустила информационное письмо "О повышении внимания медиаторов к заключению фиктивных сделок" <1>, в котором отметила, что "появилась практика недобросовестного использования участниками хозяйственного оборота нотариально удостоверенных медиативных соглашений в целях обеспечения транзитного движения и обналичивания денежных средств". При этом Служба рекомендовала медиаторам оценивать характер спора, возникшего из правоотношений, и наличие признаков его фиктивности, а также по ряду критериев оценивать деятельность сторон соглашения на предмет наличия у них признаков "технических" компаний (фирм-однодневок). Так, например, в качестве критериев обозначены необъяснимые изменения в структуре корпоративной собственности или неоднократные изменения организационно-правовой структуры юридического лица - стороны спора. Установление подобных сведений для медиаторов отчасти проблематично, поскольку у них нет властных полномочий, они работают с той информацией, которую предоставят стороны, а также с тем, что можно получить из общедоступных источников. Тем не менее, безусловно, при возникновении подозрений в использовании медиации в противоправных целях медиатору следует отказаться от проведения данной процедуры.
Статья: Особенности криминалистической характеристики современных налоговых преступлений
(Ефимова В.В.)
("Российский следователь", 2022, N 3)Типовая схема налогового преступления представляет собой не набор элементов, а целостную систему, в которой все образующие ее элементы связаны между собой. Например, при моделировании уклонения от уплаты НДС с деятельности организации в строительной сфере установлена высокая информативная значимость отдельных элементов механизма совершения налогового преступления: искажение объемов фактической реализации в виде реализационных доходов с одновременным увеличением реализационных расходов путем отражения в учете фиктивных затрат по нереальным сделкам с субподрядчиками.
(Ефимова В.В.)
("Российский следователь", 2022, N 3)Типовая схема налогового преступления представляет собой не набор элементов, а целостную систему, в которой все образующие ее элементы связаны между собой. Например, при моделировании уклонения от уплаты НДС с деятельности организации в строительной сфере установлена высокая информативная значимость отдельных элементов механизма совершения налогового преступления: искажение объемов фактической реализации в виде реализационных доходов с одновременным увеличением реализационных расходов путем отражения в учете фиктивных затрат по нереальным сделкам с субподрядчиками.
Статья: Применение общих правил о сделках и их недействительности к решениям собраний: обзор практики
(Павлов Н.А.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2024, N 3)Смотря на фабулу этого дела, на ум сразу приходит более специальное основание для признания сделки недействительной - мнимость. Кроме того, налоговая инспекция в своих требованиях ссылалась одновременно на два основания для оспаривания решения - мнимость и недобросовестность. Однако суд первой инстанции верно установил, что данное основание для оспаривания не подходит к этому случаю. Отличительным признаком мнимой сделки является отсутствие намерения сторон действительно создать ее правовые последствия. Мнимая сделка заключается лишь для вида, обычно с целью введения в заблуждение третьих лиц. В рассматриваемом же деле стороны, конечно, желали наступления правовых последствий реорганизации, добиваясь, как указывает суд, смены подсудности и контролирующего налогового органа. Исходя из этого, решение о реорганизации не подпадает под критерий мнимости. Заметим, что Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ также боролась со сделкой, имеющей цель сменить подсудность и подведомственность спора с помощью норм ст. 10 и 168 ГК РФ, и отказала в признании такой сделки мнимой <58>.
(Павлов Н.А.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2024, N 3)Смотря на фабулу этого дела, на ум сразу приходит более специальное основание для признания сделки недействительной - мнимость. Кроме того, налоговая инспекция в своих требованиях ссылалась одновременно на два основания для оспаривания решения - мнимость и недобросовестность. Однако суд первой инстанции верно установил, что данное основание для оспаривания не подходит к этому случаю. Отличительным признаком мнимой сделки является отсутствие намерения сторон действительно создать ее правовые последствия. Мнимая сделка заключается лишь для вида, обычно с целью введения в заблуждение третьих лиц. В рассматриваемом же деле стороны, конечно, желали наступления правовых последствий реорганизации, добиваясь, как указывает суд, смены подсудности и контролирующего налогового органа. Исходя из этого, решение о реорганизации не подпадает под критерий мнимости. Заметим, что Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ также боролась со сделкой, имеющей цель сменить подсудность и подведомственность спора с помощью норм ст. 10 и 168 ГК РФ, и отказала в признании такой сделки мнимой <58>.
"Двадцать пять лет российскому акционерному закону: проблемы, задачи, перспективы развития"
(отв. ред. Д.В. Ломакин)
("Статут", 2021)Как было показано выше, в некоторых правопорядках решения собраний могут быть признаны недействительными в соответствии с общими принципами договорного права или общегражданскими нормами о недействительности юридических актов. В этом смысле, не погружаясь в дискуссию о правовой природе решения собрания, стоит признать разумным распространение на решения собраний некоторых норм ГК РФ о недействительности сделок (при условии непротиворечия специальным закрепленным в законе основаниям недействительности решений), например ст. 170 ГК РФ о мнимых и притворных сделках. Следует отметить, что в п. 107 и 110 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. N 25 уже разъяснено применение к решениям собраний п. 3 ст. 163 ГК РФ о последствиях несоблюдения нотариальной формы сделки и ст. 180 ГК РФ о последствиях недействительности части сделки.
(отв. ред. Д.В. Ломакин)
("Статут", 2021)Как было показано выше, в некоторых правопорядках решения собраний могут быть признаны недействительными в соответствии с общими принципами договорного права или общегражданскими нормами о недействительности юридических актов. В этом смысле, не погружаясь в дискуссию о правовой природе решения собрания, стоит признать разумным распространение на решения собраний некоторых норм ГК РФ о недействительности сделок (при условии непротиворечия специальным закрепленным в законе основаниям недействительности решений), например ст. 170 ГК РФ о мнимых и притворных сделках. Следует отметить, что в п. 107 и 110 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. N 25 уже разъяснено применение к решениям собраний п. 3 ст. 163 ГК РФ о последствиях несоблюдения нотариальной формы сделки и ст. 180 ГК РФ о последствиях недействительности части сделки.
Статья: Признание мнимыми алиментных соглашений в судебной практике
(Нохрина М.Л.)
("Нотариальный вестник", 2023, N 6)Кроме того, для достижения этой цели, а также для исключения ответственности нотариуса за причинение вреда при совершении нотариального действия сторонам необходимо разъяснить условия, при которых возможно заключение алиментного соглашения, и получить от них подтверждение того, что эти условия ими не нарушаются. На основе полученных сведений нотариус обязан предупредить стороны, что все указанные выше критерии могут служить основанием для признания соглашения мнимой сделкой.
(Нохрина М.Л.)
("Нотариальный вестник", 2023, N 6)Кроме того, для достижения этой цели, а также для исключения ответственности нотариуса за причинение вреда при совершении нотариального действия сторонам необходимо разъяснить условия, при которых возможно заключение алиментного соглашения, и получить от них подтверждение того, что эти условия ими не нарушаются. На основе полученных сведений нотариус обязан предупредить стороны, что все указанные выше критерии могут служить основанием для признания соглашения мнимой сделкой.