Гипотеза правовой нормы
Подборка наиболее важных документов по запросу Гипотеза правовой нормы (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Основания деликтной ответственности государства
(Лучкин Ф.В.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 2)Однако не совсем ясно, чем обстоятельства, доказываемые истцом, отличаются от доказываемых ответчиком, в тексте нет четкого критерия деления. Этот критерий возможно выявить с помощью абдукции. Можно предположить, что сформулированное бремя доказывания ответчика - это презумпция невыполнения гипотезы правовой нормы, тогда как бремя доказывания истца - это презумпция выполнения ее диспозиции. Другими словами, если судья сомневается, то он должен исходить из того, что норма объективного права, которой обосновывается действие государства, неприменима. Это вполне соответствует принципу деятельности должностных лиц "запрещено все, что не разрешено". Если у судьи нет сомнений в применимости данной нормы, то он должен исходить из полного выполнения ее диспозиции. Это, в свою очередь, вполне соответствует презумпции добросовестности.
(Лучкин Ф.В.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 2)Однако не совсем ясно, чем обстоятельства, доказываемые истцом, отличаются от доказываемых ответчиком, в тексте нет четкого критерия деления. Этот критерий возможно выявить с помощью абдукции. Можно предположить, что сформулированное бремя доказывания ответчика - это презумпция невыполнения гипотезы правовой нормы, тогда как бремя доказывания истца - это презумпция выполнения ее диспозиции. Другими словами, если судья сомневается, то он должен исходить из того, что норма объективного права, которой обосновывается действие государства, неприменима. Это вполне соответствует принципу деятельности должностных лиц "запрещено все, что не разрешено". Если у судьи нет сомнений в применимости данной нормы, то он должен исходить из полного выполнения ее диспозиции. Это, в свою очередь, вполне соответствует презумпции добросовестности.
Статья: Теоретические модели вины потерпевшего в трудах пандектистов
(Сударев Г.А.)
("Вестник гражданского права", 2022, N 5)Согласно Ф. Виакеру в основе пандектистики лежит понимание права как "позитивной науки, в которой нормы права и правила их применения выводились исключительно из системы, понятий и доктринальных принципов: внеправовым ценностям или целям, будь то религиозным, социальным или научным, отказывали в способности создавать или изменять право" <29>, при этом ученый подчеркивает отличие позитивизма пандектистов от, с одной стороны, текстуального позитивизма и, с другой стороны, общенаучного позитивизма и предлагает ради более точного словоупотребления называть его "юридико-научным формализмом" <30>. Я. Шредер, проводя аналогичное разграничение, описывает "позитивизм" пандектистов и исторической школы как "идеалистическую теорию права, которая смотрит не только на позитивно установленное, но и на якобы заключенное в нем разумное " <31>. Он выделяет несколько импликаций такого понимания природы права <32>: закрытость правовой системы и ее изолированность от социальной реальности, а также беспробельность правовой системы как целого (но не беспробельность отдельных норм); для того чтобы принять правильное решение, судья должен провести логическую операцию субсумации, т.е. подведения фактических обстоятельств под гипотезу правовой нормы <33>.
(Сударев Г.А.)
("Вестник гражданского права", 2022, N 5)Согласно Ф. Виакеру в основе пандектистики лежит понимание права как "позитивной науки, в которой нормы права и правила их применения выводились исключительно из системы, понятий и доктринальных принципов: внеправовым ценностям или целям, будь то религиозным, социальным или научным, отказывали в способности создавать или изменять право" <29>, при этом ученый подчеркивает отличие позитивизма пандектистов от, с одной стороны, текстуального позитивизма и, с другой стороны, общенаучного позитивизма и предлагает ради более точного словоупотребления называть его "юридико-научным формализмом" <30>. Я. Шредер, проводя аналогичное разграничение, описывает "позитивизм" пандектистов и исторической школы как "идеалистическую теорию права, которая смотрит не только на позитивно установленное, но и на якобы заключенное в нем разумное " <31>. Он выделяет несколько импликаций такого понимания природы права <32>: закрытость правовой системы и ее изолированность от социальной реальности, а также беспробельность правовой системы как целого (но не беспробельность отдельных норм); для того чтобы принять правильное решение, судья должен провести логическую операцию субсумации, т.е. подведения фактических обстоятельств под гипотезу правовой нормы <33>.
Нормативные акты
"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2021)"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10.11.2021)Суд также пришел к выводу о том, что диспозиция ч. 1 ст. 2.6 Закона содержит описание конкретных противоправных действий (бездействия), исключающих совпадение признаков объективной стороны предусмотренного ею состава административного правонарушения с составами административных правонарушений, ответственность за совершение которых установлена КоАП РФ; в оспариваемой норме права слова "если данные действия запрещены нормативными правовыми актами органов местного самоуправления" относятся к гипотезе нормы и ставят возможность привлечения к ответственности в зависимость от наличия на территории конкретного муниципального образования соответствующих запретов, что не противоречит принципу равенства лиц, совершивших административные правонарушения, перед законом, закрепленному в ч. 1 ст. 1.4 КоАП РФ.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10.11.2021)Суд также пришел к выводу о том, что диспозиция ч. 1 ст. 2.6 Закона содержит описание конкретных противоправных действий (бездействия), исключающих совпадение признаков объективной стороны предусмотренного ею состава административного правонарушения с составами административных правонарушений, ответственность за совершение которых установлена КоАП РФ; в оспариваемой норме права слова "если данные действия запрещены нормативными правовыми актами органов местного самоуправления" относятся к гипотезе нормы и ставят возможность привлечения к ответственности в зависимость от наличия на территории конкретного муниципального образования соответствующих запретов, что не противоречит принципу равенства лиц, совершивших административные правонарушения, перед законом, закрепленному в ч. 1 ст. 1.4 КоАП РФ.
Статья: Иностранный элемент в международном частном праве (часть 1)
(Тариканов Д.В.)
("Вестник гражданского права", 2026, N 2)Эта триада выражает набор исходных данных, предпосылок для применения правовой нормы. Если с юридическими фактами корреспондирует понятие гипотезы правовой нормы как совокупности условий ее применения, т.е. исходных данных в узком смысле, то предпосылки применения правовой нормы есть совокупность исходных данных в широком смысле. Возвращаясь к терминологии С.С. Алексеева, юридические факты суть частные предпосылки, отраженные в гипотезе конкретной правовой нормы, и развивая эту терминологию: субъект и объект - это предпосылки, вынесенные за скобки гипотезы данной конкретной правовой нормы и являющиеся едиными для множества правовых норм (на этом покоится идея общей части гражданского права), т.е. общие предпосылки. Структура "субъект - объект - юридический факт" выражает законченную систему предпосылок для применения правовых норм.
(Тариканов Д.В.)
("Вестник гражданского права", 2026, N 2)Эта триада выражает набор исходных данных, предпосылок для применения правовой нормы. Если с юридическими фактами корреспондирует понятие гипотезы правовой нормы как совокупности условий ее применения, т.е. исходных данных в узком смысле, то предпосылки применения правовой нормы есть совокупность исходных данных в широком смысле. Возвращаясь к терминологии С.С. Алексеева, юридические факты суть частные предпосылки, отраженные в гипотезе конкретной правовой нормы, и развивая эту терминологию: субъект и объект - это предпосылки, вынесенные за скобки гипотезы данной конкретной правовой нормы и являющиеся едиными для множества правовых норм (на этом покоится идея общей части гражданского права), т.е. общие предпосылки. Структура "субъект - объект - юридический факт" выражает законченную систему предпосылок для применения правовых норм.
Статья: Пределы добросовестности и начала злоупотребления правом в гражданском праве
(Демишева К.И.)
("Современное право", 2025, N 8)В юридической науке высказывается мнение о том, что принцип добросовестности является категорией правовой, а не морально-нравственной, и выражает обязанность действовать в соответствии с общепринятыми стандартами поведения. Так, Т.П. Подшивалов, связывая институт обхода закона с реализацией принципа добросовестности, отмечает, что этот принцип предполагает обязанность субъектов "реализовывать свои права рачительно, так, как это принято на практике, т.е. действовать "как все", "как принято". Т.П. Подшивалов понимает институт обхода закона как проявление корректирующей функции принципа добросовестности. Применяя доктрину обхода закона, суд восполняет пробел в законодательной конструкции, когда гипотеза правовой нормы сформулирована недостаточно широко. При этом обращение к категории добросовестности (как и разумности или справедливости) не означает применение некой "открытой" нормы, а отражает фактическую правотворческую деятельность суда, корректирующего содержание нормы права под обстоятельства конкретного дела [13, с. 14].
(Демишева К.И.)
("Современное право", 2025, N 8)В юридической науке высказывается мнение о том, что принцип добросовестности является категорией правовой, а не морально-нравственной, и выражает обязанность действовать в соответствии с общепринятыми стандартами поведения. Так, Т.П. Подшивалов, связывая институт обхода закона с реализацией принципа добросовестности, отмечает, что этот принцип предполагает обязанность субъектов "реализовывать свои права рачительно, так, как это принято на практике, т.е. действовать "как все", "как принято". Т.П. Подшивалов понимает институт обхода закона как проявление корректирующей функции принципа добросовестности. Применяя доктрину обхода закона, суд восполняет пробел в законодательной конструкции, когда гипотеза правовой нормы сформулирована недостаточно широко. При этом обращение к категории добросовестности (как и разумности или справедливости) не означает применение некой "открытой" нормы, а отражает фактическую правотворческую деятельность суда, корректирующего содержание нормы права под обстоятельства конкретного дела [13, с. 14].
Статья: Реализация принципа свободной оценки доказательств в гражданском процессе
(Корноухова П.Е.)
("Арбитражные споры", 2025, N 2)Независимая и беспристрастная судебная власть призвана выносить решения, имеющие общеобязательный характер, и именно суду принадлежит исключительное полномочие принимать окончательные решения в споре о праве. А потому авторитет правосудия не может сводиться к безоговорочному его признанию в отношении любого судьи как представителя судебной власти, он обеспечивается законодательным требованием к мотивированности и рациональности приводимых им утверждений. Сделанный вывод равным образом относится как к правовой, так и фактической составляющей судебного акта: несомненно, профессиональный суд должен обладать правовыми познаниями, однако, чтобы правильно их применить, первоначально необходимо установить фактические обстоятельства дела, а лишь затем сопоставить их с гипотезой правовой нормы.
(Корноухова П.Е.)
("Арбитражные споры", 2025, N 2)Независимая и беспристрастная судебная власть призвана выносить решения, имеющие общеобязательный характер, и именно суду принадлежит исключительное полномочие принимать окончательные решения в споре о праве. А потому авторитет правосудия не может сводиться к безоговорочному его признанию в отношении любого судьи как представителя судебной власти, он обеспечивается законодательным требованием к мотивированности и рациональности приводимых им утверждений. Сделанный вывод равным образом относится как к правовой, так и фактической составляющей судебного акта: несомненно, профессиональный суд должен обладать правовыми познаниями, однако, чтобы правильно их применить, первоначально необходимо установить фактические обстоятельства дела, а лишь затем сопоставить их с гипотезой правовой нормы.
"Методологические проблемы толкования уголовного закона и судейского усмотрения при его применении: монография"
(Кузнецов А.Ю.)
("Проспект", 2025)Особенная часть состоит из разделов, глав и статей о преступлениях и санкциях за их совершение. Это институты преступления и наказания, общие вопросы которых регламентированы в Общей части. В целом ряде статей Особенной части установлены примечания об освобождении от уголовной ответственности (ст. 126, 205 и др. УК РФ) и от наказания (ст. 134 УК РФ), виды и основания применения которых также регламентированы в Общей части уголовного закона (гл. 11 и 12 УК РФ). Потому более обоснованным представляется подход, согласно которому нет самостоятельных институтов Особенной части, а гипотеза правовых норм, устанавливающих уголовную ответственность, располагается в статьях Общей части (ст. 37 - 42 и др. УК РФ), диспозиция - в статьях Общей (ст. 19, 20, 21 и др. УК РФ) и Особенной, а санкция - в статьях Особенной части УК <2>.
(Кузнецов А.Ю.)
("Проспект", 2025)Особенная часть состоит из разделов, глав и статей о преступлениях и санкциях за их совершение. Это институты преступления и наказания, общие вопросы которых регламентированы в Общей части. В целом ряде статей Особенной части установлены примечания об освобождении от уголовной ответственности (ст. 126, 205 и др. УК РФ) и от наказания (ст. 134 УК РФ), виды и основания применения которых также регламентированы в Общей части уголовного закона (гл. 11 и 12 УК РФ). Потому более обоснованным представляется подход, согласно которому нет самостоятельных институтов Особенной части, а гипотеза правовых норм, устанавливающих уголовную ответственность, располагается в статьях Общей части (ст. 37 - 42 и др. УК РФ), диспозиция - в статьях Общей (ст. 19, 20, 21 и др. УК РФ) и Особенной, а санкция - в статьях Особенной части УК <2>.
Статья: Правовые основания применения закона по аналогии. Обеспечение стабильности судебных актов, мотивированных применением аналогии закона
(Гольмакова Э.М.А.)
("Адвокатская практика", 2021, N 5)Законодатель в ст. 52 СК РФ приводит условие (гипотезу правовой нормы), которое влечет за собой отказ в удовлетворении требований об оспаривании отцовства (исключении регистрационной записи об отцовстве), а именно: осведомленность лица, записанного в качестве отца ребенка, о том, что оно фактически не является отцом в момент внесения регистрационной записи об отцовстве.
(Гольмакова Э.М.А.)
("Адвокатская практика", 2021, N 5)Законодатель в ст. 52 СК РФ приводит условие (гипотезу правовой нормы), которое влечет за собой отказ в удовлетворении требований об оспаривании отцовства (исключении регистрационной записи об отцовстве), а именно: осведомленность лица, записанного в качестве отца ребенка, о том, что оно фактически не является отцом в момент внесения регистрационной записи об отцовстве.
Статья: Технико-юридическое выражение полномочий суда в цивилистическом процессуальном законодательстве
(Потапенко Е.Г.)
("Вестник гражданского процесса", 2025, N 5)Традиционно юридический факт, являющийся основанием для возникновения, прекращения или изменения субъективных прав и обязанностей участников правоотношения, закрепляется в гипотезе правовой нормы, устанавливающей условие применения диспозиции данной нормы. Процессуальные действия суда как часть его компетенции в качестве основания своего совершения, как правило, имеют юридические факты. "Установление юридических фактов, - пишет В.В. Ярков, - необходимо для реализации норм гражданского процессуального права. Через них определяется фактическая основа судебной деятельности в гражданском процессе" <34>. Если судебное усмотрение связано главным образом с установлением юридического факта, являющегося основанием для совершения судом процессуального действия, очевидно, что такое усмотрение должно вытекать из гипотезы процессуальной нормы. На это обращается внимание в литературе. Д.Б. Абушенко отмечает принципиальную важность указания "на гипотезу нормы как на элемент, в котором собственно и содержится нормативно-правовая основа для судебного усмотрения" <35>. Анализ норм цивилистического процессуального права подтверждает данный вывод, так как многие процессуальные нормы имеют неопределенную или относительно-определенную гипотезу. Например, в силу ч. 2 ст. 74 ГПК РФ вещественные доказательства, которые не могут быть доставлены в суд, должны быть осмотрены судом, подробно описаны, а в случае необходимости сфотографированы и опечатаны. Согласно ст. 170 ГПК РФ при отложении разбирательства дела вторичный вызов ранее допрошенных свидетелей в новое судебное заседание допускается только в случае необходимости. Из данных норм видно, что неопределенность гипотезы данных норм предоставляет суду дискрецию в определении основания совершения соответствующего процессуального действия.
(Потапенко Е.Г.)
("Вестник гражданского процесса", 2025, N 5)Традиционно юридический факт, являющийся основанием для возникновения, прекращения или изменения субъективных прав и обязанностей участников правоотношения, закрепляется в гипотезе правовой нормы, устанавливающей условие применения диспозиции данной нормы. Процессуальные действия суда как часть его компетенции в качестве основания своего совершения, как правило, имеют юридические факты. "Установление юридических фактов, - пишет В.В. Ярков, - необходимо для реализации норм гражданского процессуального права. Через них определяется фактическая основа судебной деятельности в гражданском процессе" <34>. Если судебное усмотрение связано главным образом с установлением юридического факта, являющегося основанием для совершения судом процессуального действия, очевидно, что такое усмотрение должно вытекать из гипотезы процессуальной нормы. На это обращается внимание в литературе. Д.Б. Абушенко отмечает принципиальную важность указания "на гипотезу нормы как на элемент, в котором собственно и содержится нормативно-правовая основа для судебного усмотрения" <35>. Анализ норм цивилистического процессуального права подтверждает данный вывод, так как многие процессуальные нормы имеют неопределенную или относительно-определенную гипотезу. Например, в силу ч. 2 ст. 74 ГПК РФ вещественные доказательства, которые не могут быть доставлены в суд, должны быть осмотрены судом, подробно описаны, а в случае необходимости сфотографированы и опечатаны. Согласно ст. 170 ГПК РФ при отложении разбирательства дела вторичный вызов ранее допрошенных свидетелей в новое судебное заседание допускается только в случае необходимости. Из данных норм видно, что неопределенность гипотезы данных норм предоставляет суду дискрецию в определении основания совершения соответствующего процессуального действия.
Статья: Частное, публичное, цифровое: в поисках системы координат для права
(Дмитрик Н.А.)
("Закон", 2023, N 12)Если в процессе цифровой трансформации управления используются нейросети, или технологии искусственного интеллекта, управление, основанное на данных, перестает быть детерминированным. Иначе говоря, при одних и тех же входных данных выходные решения могут оказаться различными, в соответствии с тем или иным распределением вероятностей. Это полностью меняет логику правового регулирования, которое основано на алгоритмическом подходе: одной гипотезе правовой нормы соответствует ровно одна диспозиция, в противном случае применяется санкция, которая тоже может быть только одна. Столетия, если не тысячелетия, человечество опиралось на формальные правила и процедуры как своего рода логику, вынесенную вовне <5>. И теперь возвращается ко временам античных полисов и феодальных республик, когда решение принималось без процедуры, на форуме или вече, не было детерминировано какими-либо заранее установленными критериями и носило вероятностный характер.
(Дмитрик Н.А.)
("Закон", 2023, N 12)Если в процессе цифровой трансформации управления используются нейросети, или технологии искусственного интеллекта, управление, основанное на данных, перестает быть детерминированным. Иначе говоря, при одних и тех же входных данных выходные решения могут оказаться различными, в соответствии с тем или иным распределением вероятностей. Это полностью меняет логику правового регулирования, которое основано на алгоритмическом подходе: одной гипотезе правовой нормы соответствует ровно одна диспозиция, в противном случае применяется санкция, которая тоже может быть только одна. Столетия, если не тысячелетия, человечество опиралось на формальные правила и процедуры как своего рода логику, вынесенную вовне <5>. И теперь возвращается ко временам античных полисов и феодальных республик, когда решение принималось без процедуры, на форуме или вече, не было детерминировано какими-либо заранее установленными критериями и носило вероятностный характер.
Статья: Межотраслевая преюдиция в уголовном процессе
(Ильин А.В.)
("Закон", 2023, N 8)Следовательно, за исключением случаев недоказанности суд и при удовлетворении, и при отказе в удовлетворении требования в резолютивной части решения устанавливает наличие или отсутствие правоотношения и входящего в его содержание требования. Существование требования материальный закон связывает с установлением обстоятельств, входящих в гипотезу правовой нормы, диспозицией которой и служит притязание. Эти обстоятельства составляют родовой (типовой) предмет доказывания по данной категории дел (ч. 1 и 2 ст. 56 ГПК РФ, ч. 1 и 2 ст. 65 АПК РФ, ч. 3 ст. 62 КАС РФ). Соответственно, если требование удовлетворено (если в удовлетворении требования отказано по причине его отсутствия у истца), это означает, что суд должен установить все обстоятельства, с которыми закон связывает возникновение и принудительную реализацию через суд этого притязания. Если бы суд не установил данные обстоятельства, он бы не смог вынести такое решение. А поскольку определенное решение вынесено, из этого следует, что необходимые для него обстоятельства судом установлены. Так, если судом удовлетворен иск о взыскании оплаты по договору поставки, это означает, что суд установил существование между сторонами договора поставки, принадлежность истцу годного к немедленному осуществлению требования о взыскании платы вследствие неисполнения покупателем - ответчиком по делу в надлежащий срок обязанности оплатить поставленный по этому договору товар. Другой пример: если удовлетворен иск о возмещении вреда, причиненного здоровью, это означает, что суд установил, что ответчик виновно причинил вред здоровью истца, а также определил объем этого вреда и соразмерный вреду объем возмещения.
(Ильин А.В.)
("Закон", 2023, N 8)Следовательно, за исключением случаев недоказанности суд и при удовлетворении, и при отказе в удовлетворении требования в резолютивной части решения устанавливает наличие или отсутствие правоотношения и входящего в его содержание требования. Существование требования материальный закон связывает с установлением обстоятельств, входящих в гипотезу правовой нормы, диспозицией которой и служит притязание. Эти обстоятельства составляют родовой (типовой) предмет доказывания по данной категории дел (ч. 1 и 2 ст. 56 ГПК РФ, ч. 1 и 2 ст. 65 АПК РФ, ч. 3 ст. 62 КАС РФ). Соответственно, если требование удовлетворено (если в удовлетворении требования отказано по причине его отсутствия у истца), это означает, что суд должен установить все обстоятельства, с которыми закон связывает возникновение и принудительную реализацию через суд этого притязания. Если бы суд не установил данные обстоятельства, он бы не смог вынести такое решение. А поскольку определенное решение вынесено, из этого следует, что необходимые для него обстоятельства судом установлены. Так, если судом удовлетворен иск о взыскании оплаты по договору поставки, это означает, что суд установил существование между сторонами договора поставки, принадлежность истцу годного к немедленному осуществлению требования о взыскании платы вследствие неисполнения покупателем - ответчиком по делу в надлежащий срок обязанности оплатить поставленный по этому договору товар. Другой пример: если удовлетворен иск о возмещении вреда, причиненного здоровью, это означает, что суд установил, что ответчик виновно причинил вред здоровью истца, а также определил объем этого вреда и соразмерный вреду объем возмещения.
Статья: Правовая природа обособленных структурных подразделений организаций
(Парамонова С.В.)
("Актуальные проблемы российского права", 2022, N 8)Понятие обособленного подразделения, введенное налоговым правом, называют собирательным, общим <49>, обладающим расширенной семантической амплитудой <50>, что распространять за границы данной отрасли без оговорок все-таки представляется спорным. Е.Е. Смолицкая относит данное понятие к категории "расширенных", одновременно не считая его сугубо цивилистическим, как и понятие "организация" <51>. По ее мнению, в налоговом праве применяется особый прием, который позволяет охватить более широкий круг правовых и экономических явлений, формулировать отраслевые правила с соблюдением принципа экономии правового материала. При этом она заметила еще один момент сужения понятия обособленного подразделения в налоговом праве, что привело к логическому парадоксу, нарушению тождества понятий в ГК РФ и НК РФ, и предлагает это устранить путем выведения временного признака (срока "жизни" рабочего места) из дефиниции в гипотезы правовых норм.
(Парамонова С.В.)
("Актуальные проблемы российского права", 2022, N 8)Понятие обособленного подразделения, введенное налоговым правом, называют собирательным, общим <49>, обладающим расширенной семантической амплитудой <50>, что распространять за границы данной отрасли без оговорок все-таки представляется спорным. Е.Е. Смолицкая относит данное понятие к категории "расширенных", одновременно не считая его сугубо цивилистическим, как и понятие "организация" <51>. По ее мнению, в налоговом праве применяется особый прием, который позволяет охватить более широкий круг правовых и экономических явлений, формулировать отраслевые правила с соблюдением принципа экономии правового материала. При этом она заметила еще один момент сужения понятия обособленного подразделения в налоговом праве, что привело к логическому парадоксу, нарушению тождества понятий в ГК РФ и НК РФ, и предлагает это устранить путем выведения временного признака (срока "жизни" рабочего места) из дефиниции в гипотезы правовых норм.
Статья: Д.М. Генкин, дискуссия об абсолютных правах вне правоотношений и некоторые вопросы классификации субъективных гражданских прав
(Третьяков С.В.)
("Вестник гражданского права", 2022, N 4)Категория правоотношения трактовалась совершенно в объективно-правовом ключе. Базовая идея в том, что нормы права создают права и обязанности, а последние непосредственно вытекают из гипотезы правовых норм. Ведущий авторитет в рассматриваемой проблеме Н.Г. Александров отмечает: "Юридическая норма по ее классово-волевому содержанию всегда представляет собой именно идеальное выражение правоотношения в его типических отвлеченных чертах, безотносительно к тому или иному конкретному субъекту. Таким образом, понятие действующей юридической нормы, как было указано выше, предполагает, что при фактическом наличии обстоятельств, предусмотренных гипотезой юридической нормы, возникает конкретное правоотношение, соответствующее абстрактному типическому правоотношению, установленному либо диспозицией юридической нормы, либо ее санкцией" <20>. Более того, по мнению Н.Г. Александрова, "юридическая норма, регулируя общественные отношения, тем самым и придает им форму правовых отношений. Общественные отношения, прежде чем им сложиться в качестве правовых (а не только фактических) отношений, должны пройти через сознание и волю политически господствующего класса, выраженные в юридической норме. Конкретные правовые отношения возникают, разумеется, не из нормы, а из жизненных потребностей людей, но правовой характер таких отношений обусловлен действующими нормами права. Следовательно, действующая юридическая норма и правовое отношение являются не независимыми друг от друга явлениями, а явлениями соотносительными" <21>.
(Третьяков С.В.)
("Вестник гражданского права", 2022, N 4)Категория правоотношения трактовалась совершенно в объективно-правовом ключе. Базовая идея в том, что нормы права создают права и обязанности, а последние непосредственно вытекают из гипотезы правовых норм. Ведущий авторитет в рассматриваемой проблеме Н.Г. Александров отмечает: "Юридическая норма по ее классово-волевому содержанию всегда представляет собой именно идеальное выражение правоотношения в его типических отвлеченных чертах, безотносительно к тому или иному конкретному субъекту. Таким образом, понятие действующей юридической нормы, как было указано выше, предполагает, что при фактическом наличии обстоятельств, предусмотренных гипотезой юридической нормы, возникает конкретное правоотношение, соответствующее абстрактному типическому правоотношению, установленному либо диспозицией юридической нормы, либо ее санкцией" <20>. Более того, по мнению Н.Г. Александрова, "юридическая норма, регулируя общественные отношения, тем самым и придает им форму правовых отношений. Общественные отношения, прежде чем им сложиться в качестве правовых (а не только фактических) отношений, должны пройти через сознание и волю политически господствующего класса, выраженные в юридической норме. Конкретные правовые отношения возникают, разумеется, не из нормы, а из жизненных потребностей людей, но правовой характер таких отношений обусловлен действующими нормами права. Следовательно, действующая юридическая норма и правовое отношение являются не независимыми друг от друга явлениями, а явлениями соотносительными" <21>.