Формы соучастия
Подборка наиболее важных документов по запросу Формы соучастия (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2025 год: Статья 210 "Организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней)" УК РФ"Таким образом, само оправдание по ст. 210 УК РФ в данном случае изменило лишь степень организованности соучастников в совершении тяжкого преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ и совершенного в составе группы лиц по предварительному сговору, а переход от одной формы соучастия к другой не может являться реабилитирующим основанием."
Подборка судебных решений за 2024 год: Статья 210 "Организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней)" УК РФ"Исключение из предъявленного П.В. обвинения ч. 2 ст. 210 УК, как излишне вмененной, является верным, при этом не является поводом, влекущим за собой признание за осужденным права на реабилитацию, поскольку в данном случае изменяется лишь степень организованности соучастников в совершении преступлений, а переход от одной формы соучастия к другой (от преступного сообщества к организованной группе) не может являться реабилитирующим основанием."
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
"Комментарий к отдельным положениям Уголовного кодекса Российской Федерации в решениях Верховного Суда РФ и Конституционного Суда РФ"
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)По смыслу закона к лицам, имеющим право на реабилитацию, не относятся, в частности, осужденные, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений. В ст. 35 УК РФ предусмотрены формы совершения групповых преступлений, которые отличаются между собой по степени сплоченности, внутренней организованности, способами связи внутри системы. Таким образом, сам факт прекращения уголовного дела по ст. 210 УК РФ в данном случае изменяет лишь степень организованности соучастников в совершении тяжкого преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ и совершенного в составе организованной группы, а переход от одной формы соучастия к другой не может являться реабилитирующим основанием. Вместе с тем совокупность указанных выше обстоятельств не исключает возможность обращения осужденных в суд по вопросу возмещения вреда причиненного в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного заседания <1042>. Подобный подход встречается и в иных решениях высшей судебной инстанции <1043>.
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)По смыслу закона к лицам, имеющим право на реабилитацию, не относятся, в частности, осужденные, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений. В ст. 35 УК РФ предусмотрены формы совершения групповых преступлений, которые отличаются между собой по степени сплоченности, внутренней организованности, способами связи внутри системы. Таким образом, сам факт прекращения уголовного дела по ст. 210 УК РФ в данном случае изменяет лишь степень организованности соучастников в совершении тяжкого преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ и совершенного в составе организованной группы, а переход от одной формы соучастия к другой не может являться реабилитирующим основанием. Вместе с тем совокупность указанных выше обстоятельств не исключает возможность обращения осужденных в суд по вопросу возмещения вреда причиненного в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного заседания <1042>. Подобный подход встречается и в иных решениях высшей судебной инстанции <1043>.
Нормативные акты
"Уголовный кодекс Российской Федерации" от 13.06.1996 N 63-ФЗ
(ред. от 20.02.2026)1. Соучастниками преступления наряду с исполнителем признаются организатор, подстрекатель и пособник.
(ред. от 20.02.2026)1. Соучастниками преступления наряду с исполнителем признаются организатор, подстрекатель и пособник.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10.06.2010 N 12
"О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)"Оказание лицом, не являющимся членом преступного сообщества (преступной организации), содействия деятельности такого сообщества (организации) подлежит квалификации как соучастие в форме пособничества по части 5 статьи 33 УК РФ и части 2 статьи 210 УК РФ (например, передача секретарем, системным администратором служебной информации, оператором сотовой связи - сведений о переговорах клиентов, банковским служащим - данных о финансовых операциях клиентов и т.п., а также оказание членам преступного сообщества (преступной организации) юридической, медицинской или иной помощи лицом, причастным к преступной деятельности такого сообщества (организации).
"О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)"Оказание лицом, не являющимся членом преступного сообщества (преступной организации), содействия деятельности такого сообщества (организации) подлежит квалификации как соучастие в форме пособничества по части 5 статьи 33 УК РФ и части 2 статьи 210 УК РФ (например, передача секретарем, системным администратором служебной информации, оператором сотовой связи - сведений о переговорах клиентов, банковским служащим - данных о финансовых операциях клиентов и т.п., а также оказание членам преступного сообщества (преступной организации) юридической, медицинской или иной помощи лицом, причастным к преступной деятельности такого сообщества (организации).
Статья: Отдельные аспекты уголовно-правового регулирования противодействия диверсионной деятельности в Российской Федерации
(Ульянова В.В., Есин Д.В.)
("Российский следователь", 2025, N 12)Следовательно, действия лица по осуществлению помощи в совершении диверсий должны квалифицироваться применительно к неоконченному преступлению и формам соучастия.
(Ульянова В.В., Есин Д.В.)
("Российский следователь", 2025, N 12)Следовательно, действия лица по осуществлению помощи в совершении диверсий должны квалифицироваться применительно к неоконченному преступлению и формам соучастия.
Статья: Новые ориентиры Пленума Верховного Суда РФ в квалификации хулиганства
(Скрипченко Н.Ю.)
("Российский следователь", 2025, N 10)Высокий практический потенциал несут и разъяснения относительно оценки хулиганских действий, совершаемых в соучастии. Отсылая в п. 5 Постановления к ст. 35 УК РФ для установления объективных и субъективных признаков, характерных для конкретной формы соучастия, Верховный Суд ориентирует на установление совместности действий виновных, описанных в п. "а", "б" и (или) "в" ч. 1 ст. 213 УК РФ, для вменения группы лиц по предварительному сговору, не требуя при этом применения насилия и угроз каждым соучастником. Столь широкое толкование указанного объективного признака согласуется с разъяснениями группового способа, данными Пленумом применительно к квалификации иных преступлений, отражая преемственность судебного толкования норм уголовного закона.
(Скрипченко Н.Ю.)
("Российский следователь", 2025, N 10)Высокий практический потенциал несут и разъяснения относительно оценки хулиганских действий, совершаемых в соучастии. Отсылая в п. 5 Постановления к ст. 35 УК РФ для установления объективных и субъективных признаков, характерных для конкретной формы соучастия, Верховный Суд ориентирует на установление совместности действий виновных, описанных в п. "а", "б" и (или) "в" ч. 1 ст. 213 УК РФ, для вменения группы лиц по предварительному сговору, не требуя при этом применения насилия и угроз каждым соучастником. Столь широкое толкование указанного объективного признака согласуется с разъяснениями группового способа, данными Пленумом применительно к квалификации иных преступлений, отражая преемственность судебного толкования норм уголовного закона.
Статья: Понятие и признаки фальшивомонетничества как состава преступления
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Такая форма соучастия, как организованная группа, характеризуется устойчивостью ее участников, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений, что прямо вытекает из анализа ч. 3 ст. 35 УК РФ.
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Такая форма соучастия, как организованная группа, характеризуется устойчивостью ее участников, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений, что прямо вытекает из анализа ч. 3 ст. 35 УК РФ.
"Методологические проблемы толкования уголовного закона и судейского усмотрения при его применении: монография"
(Кузнецов А.Ю.)
("Проспект", 2025)Так, несмотря на отсутствие прямого указания в ч. 2 ст. 35 УК РФ на двух или более исполнителей, без этого условия группа лиц по предварительному сговору не образуется в силу непризнания групповой формой соучастия совершения преступления без предварительного сговора одним исполнителем при наличии пособника и (или) подстрекателя <1> (ч. 1 ст. 35). Буквальный смысл уголовного закона свидетельствует о делении соучастия на две формы: соучастия без предварительного сговора и по предварительному сговору и группового соучастия в четырех формах (ст. 35 УК) <2>. Термин "группа лиц" имеет значение не общеупотребительного, а специального юридического. Если бы группой без предварительного сговора признавалось совершение преступления и одним исполнителем при наличии иных соучастников, то соответствующий термин, напротив, имел бы общеупотребительное значение. Поэтому не корректен вопрос А.А. Арутюнова о том, что в таких случаях "налицо соучастие. И в какой же форме, если не в группе лиц по предварительному сговору?" <3>. В правовом, а не языковом смысле некорректно использование словосочетания "группа лиц" применительно к одному исполнителю и нескольким его соучастникам.
(Кузнецов А.Ю.)
("Проспект", 2025)Так, несмотря на отсутствие прямого указания в ч. 2 ст. 35 УК РФ на двух или более исполнителей, без этого условия группа лиц по предварительному сговору не образуется в силу непризнания групповой формой соучастия совершения преступления без предварительного сговора одним исполнителем при наличии пособника и (или) подстрекателя <1> (ч. 1 ст. 35). Буквальный смысл уголовного закона свидетельствует о делении соучастия на две формы: соучастия без предварительного сговора и по предварительному сговору и группового соучастия в четырех формах (ст. 35 УК) <2>. Термин "группа лиц" имеет значение не общеупотребительного, а специального юридического. Если бы группой без предварительного сговора признавалось совершение преступления и одним исполнителем при наличии иных соучастников, то соответствующий термин, напротив, имел бы общеупотребительное значение. Поэтому не корректен вопрос А.А. Арутюнова о том, что в таких случаях "налицо соучастие. И в какой же форме, если не в группе лиц по предварительному сговору?" <3>. В правовом, а не языковом смысле некорректно использование словосочетания "группа лиц" применительно к одному исполнителю и нескольким его соучастникам.
Статья: Гражданско-правовая ответственность в российском праве: к возобновлению дискуссии
(Синицын С.А.)
("Журнал российского права", 2026, N 1)Не имеют касательства к причинно-следственной связи и назначению гражданско-правовой ответственности в целом изыскания российских авторов, выводящих из кейсов судебной практики и соображений общей экономической справедливости и равновесия новые концепции правопонимания причинно-следственных связей в гражданском праве, которые должны применяться едва ли не в тестовом режиме. Так, утверждается, что для проблемы альтернативной причинно-следственной связи - ситуации, характеризующейся наличием нескольких потенциально причинителей вреда, "наиболее сбалансированным решением является механизм долевой ответственности потенциальных причинителей вреда". Интересно, что при определении возлагаемой доли должна учитываться не только интенсивность потенциально вредоносного поведения, но и доля рынка соответствующего субъекта <26>. Эти рассуждения имеют мало общего с правовой доктриной, едва ли развивают науку, больше напоминая известный Булгаковский диалог о том, как просто "все взять и поделить". В этом же направлении развивается "учение" о деликтной ответственности в ситуации альтернативной причинной неопределенности, его автор постулирует общепризнанность привлечения к ответственности не действительных, а альтернативных деликвентов по модели "теории лишения потерпевшего права на иск к фактическому деликвенту с применением теста на существенное повышение альтернативными деликвентами риска (создания конкретной угрозы) причинения данному потерпевшему такого вреда, который у него фактически наступил" <27>. Здесь же в качестве научного положения, как ожидается, призванного развить научное знание, а не оправдать максимальные возможности компенсации за счет расширения круга потенциальных ответчиков так или иначе причастными лицами, выдвигается новый тезис о том, что, "если потерпевший при установлении всех признаков альтернативной причинной неопределенности, возникновение которой нельзя хотя бы в некоторой (непренебрежимой) части вменить сфере ответственности потерпевшего, доказывает с помощью баланса вероятностей, что каждый из группы ответчиков - альтернативных деликвентов - своим упречным поведением создал конкретную угрозу (повышенный риск) причинения данному потерпевшему такого вреда, который у него фактически наступил, то все ответчики должны нести солидарную ответственность за причиненный вред" <28>. Как видно, стремления к обеспечению максимы компенсации для кредитора позволили отождествить и подвести под общий знаменатель разнопорядковые категории, ранее подчеркивавшие тонкость настройки и разнообразие деликтного права - угрозу причинения вреда, различные формы соучастия, создание гипотетической возможности для будущего причинения вреда другими лицами. Отдельного упоминания заслуживает наречение деликвентами лиц, которые только имели потенциальную возможность причинения вреда или создали будущую его возможность через фильтр отбора - "упречность поведения" и бессмысленное сочетание - "баланс вероятности". Примечательно, что "баланс вероятности" никак не объясняется и, как можно понять, не находится ни в какой связи с теорией вероятностей и ее апробации, что можно было бы при желании хотя бы почерпнуть из опыта точных наук. Едва ли в приведенных откровениях можно увидеть новое слово в разработке категорий деликтного права и гражданско-правовой ответственности, особенно если вспомнить приведенную цитату о вменении, а не возложении ответственности. Особо беспокоит и то, что представленные суждения не находятся ни в какой связи с российским гражданским законодательством, создавая прочную основу для хаотичного саморазвития правоприменительной практики при умалении роли ГК РФ.
(Синицын С.А.)
("Журнал российского права", 2026, N 1)Не имеют касательства к причинно-следственной связи и назначению гражданско-правовой ответственности в целом изыскания российских авторов, выводящих из кейсов судебной практики и соображений общей экономической справедливости и равновесия новые концепции правопонимания причинно-следственных связей в гражданском праве, которые должны применяться едва ли не в тестовом режиме. Так, утверждается, что для проблемы альтернативной причинно-следственной связи - ситуации, характеризующейся наличием нескольких потенциально причинителей вреда, "наиболее сбалансированным решением является механизм долевой ответственности потенциальных причинителей вреда". Интересно, что при определении возлагаемой доли должна учитываться не только интенсивность потенциально вредоносного поведения, но и доля рынка соответствующего субъекта <26>. Эти рассуждения имеют мало общего с правовой доктриной, едва ли развивают науку, больше напоминая известный Булгаковский диалог о том, как просто "все взять и поделить". В этом же направлении развивается "учение" о деликтной ответственности в ситуации альтернативной причинной неопределенности, его автор постулирует общепризнанность привлечения к ответственности не действительных, а альтернативных деликвентов по модели "теории лишения потерпевшего права на иск к фактическому деликвенту с применением теста на существенное повышение альтернативными деликвентами риска (создания конкретной угрозы) причинения данному потерпевшему такого вреда, который у него фактически наступил" <27>. Здесь же в качестве научного положения, как ожидается, призванного развить научное знание, а не оправдать максимальные возможности компенсации за счет расширения круга потенциальных ответчиков так или иначе причастными лицами, выдвигается новый тезис о том, что, "если потерпевший при установлении всех признаков альтернативной причинной неопределенности, возникновение которой нельзя хотя бы в некоторой (непренебрежимой) части вменить сфере ответственности потерпевшего, доказывает с помощью баланса вероятностей, что каждый из группы ответчиков - альтернативных деликвентов - своим упречным поведением создал конкретную угрозу (повышенный риск) причинения данному потерпевшему такого вреда, который у него фактически наступил, то все ответчики должны нести солидарную ответственность за причиненный вред" <28>. Как видно, стремления к обеспечению максимы компенсации для кредитора позволили отождествить и подвести под общий знаменатель разнопорядковые категории, ранее подчеркивавшие тонкость настройки и разнообразие деликтного права - угрозу причинения вреда, различные формы соучастия, создание гипотетической возможности для будущего причинения вреда другими лицами. Отдельного упоминания заслуживает наречение деликвентами лиц, которые только имели потенциальную возможность причинения вреда или создали будущую его возможность через фильтр отбора - "упречность поведения" и бессмысленное сочетание - "баланс вероятности". Примечательно, что "баланс вероятности" никак не объясняется и, как можно понять, не находится ни в какой связи с теорией вероятностей и ее апробации, что можно было бы при желании хотя бы почерпнуть из опыта точных наук. Едва ли в приведенных откровениях можно увидеть новое слово в разработке категорий деликтного права и гражданско-правовой ответственности, особенно если вспомнить приведенную цитату о вменении, а не возложении ответственности. Особо беспокоит и то, что представленные суждения не находятся ни в какой связи с российским гражданским законодательством, создавая прочную основу для хаотичного саморазвития правоприменительной практики при умалении роли ГК РФ.
Статья: Противодействие вербовочной деятельности: уголовно-правовые и криминологические вопросы
(Прохоренко Е.С.)
("Российский следователь", 2025, N 9)Исследование вербовочной деятельности с точки зрения уголовно-правового подхода позволяет выделить совокупность характерных признаков, определяющих ее правовую сущность как особую форму соучастия в преступной деятельности. Прежде всего к числу таких признаков относится:
(Прохоренко Е.С.)
("Российский следователь", 2025, N 9)Исследование вербовочной деятельности с точки зрения уголовно-правового подхода позволяет выделить совокупность характерных признаков, определяющих ее правовую сущность как особую форму соучастия в преступной деятельности. Прежде всего к числу таких признаков относится:
Статья: Проблемные аспекты соучастия в преступлениях, совершаемых с использованием криптовалюты
(Перов В.А.)
("Российский следователь", 2025, N 11)В статье рассматриваются проблемы соучастия в преступлениях, совершаемых с использованием криптовалюты. Определяются виды соучастников и формы соучастия в указанных преступлениях. Анализируются положения действующего уголовного закона, предусматривающие ответственность за соучастие в преступлении.
(Перов В.А.)
("Российский следователь", 2025, N 11)В статье рассматриваются проблемы соучастия в преступлениях, совершаемых с использованием криптовалюты. Определяются виды соучастников и формы соучастия в указанных преступлениях. Анализируются положения действующего уголовного закона, предусматривающие ответственность за соучастие в преступлении.
"Административно-деликтное право: учебное пособие"
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Аникеенко Ю.Б., Новоселова Н.В.)
(под общ. ред. С.Д. Хазанова)
("ИНФРА-М", 2025)3. Какие формы соучастия знает институт административной ответственности?
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Аникеенко Ю.Б., Новоселова Н.В.)
(под общ. ред. С.Д. Хазанова)
("ИНФРА-М", 2025)3. Какие формы соучастия знает институт административной ответственности?
Статья: Актуальные проблемы уголовно-правового обеспечения предупреждения неправомерного оборота средств платежа в Российской Федерации
(Зверев А.А.)
("Администратор суда", 2025, N 3)Следует отметить, что действующая редакция ст. 187 УК РФ предусматривает лишь один квалифицированный состав - совершение преступления организованной группой, тогда как иные формы соучастия не получили самостоятельной криминализации в диспозиции статьи. По данным Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, за период с 2019 по 2024 г. абсолютное большинство преступлений, предусмотренных ст. 187 УК РФ (94 - 98%), совершается единолично, в то время как групповые формы (включая организованные группы) составляют не более 6%, причем доля преступлений, совершенных в группе (без признака организованной), не превышает и 2% <2>.
(Зверев А.А.)
("Администратор суда", 2025, N 3)Следует отметить, что действующая редакция ст. 187 УК РФ предусматривает лишь один квалифицированный состав - совершение преступления организованной группой, тогда как иные формы соучастия не получили самостоятельной криминализации в диспозиции статьи. По данным Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, за период с 2019 по 2024 г. абсолютное большинство преступлений, предусмотренных ст. 187 УК РФ (94 - 98%), совершается единолично, в то время как групповые формы (включая организованные группы) составляют не более 6%, причем доля преступлений, совершенных в группе (без признака организованной), не превышает и 2% <2>.
Статья: Незаконный сбыт наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов: проблемы отграничения единого продолжаемого преступления от совокупности преступлений
(Гарбатович Д.А.)
("Уголовное право", 2025, N 10)<2> См., напр.: Белогуров С., Ворсин Д. Разграничение форм соучастия в преступлениях, связанных с незаконным сбытом наркотиков интернет-магазинами // Законность. 2024. N 5. С. 10 - 15.
(Гарбатович Д.А.)
("Уголовное право", 2025, N 10)<2> См., напр.: Белогуров С., Ворсин Д. Разграничение форм соучастия в преступлениях, связанных с незаконным сбытом наркотиков интернет-магазинами // Законность. 2024. N 5. С. 10 - 15.