Формы хищения
Подборка наиболее важных документов по запросу Формы хищения (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Перспективы и риски арбитражного спора: Страховая компания не согласна с предписанием ЦБ РФ об устранении нарушений страхового законодательства
(КонсультантПлюс, 2026)Страховая компания отказала в выплате страхового возмещения в связи с хищением бланков полисов, т.к. до наступления страхового случая заявила в полицию о таком хищении
(КонсультантПлюс, 2026)Страховая компания отказала в выплате страхового возмещения в связи с хищением бланков полисов, т.к. до наступления страхового случая заявила в полицию о таком хищении
Перспективы и риски спора в суде общей юрисдикции: Добровольное имущественное страхование транспортных средств и спецтехники: Страховщик хочет признать договор незаключенным
(КонсультантПлюс, 2026)наличие оснований для признания договора незаключенным, в т.ч. несогласованность существенных условий договора при его заключении, факт хищения страхового полиса и подписания его неуполномоченным лицом и т.д. (указанием на соответствующие пункты договора, заявлением в правоохранительные органы о хищении бланков и т.п.)
(КонсультантПлюс, 2026)наличие оснований для признания договора незаключенным, в т.ч. несогласованность существенных условий договора при его заключении, факт хищения страхового полиса и подписания его неуполномоченным лицом и т.д. (указанием на соответствующие пункты договора, заявлением в правоохранительные органы о хищении бланков и т.п.)
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Путеводитель по кадровым вопросам. Образцы заполнения кадровых документовПриказ об увольнении работника за хищение. Унифицированная форма N Т-8 >>>
Нормативные акты
Формы
Статья: Церковная татьба и святотатство в отечественном праве X - XVII вв.
(Полежаева К.О.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 6)Допетровский период (X - XVII вв.) сыграл важнейшую роль в формировании церковной татьбы и святотатства как составов наказуемых деяний в отечественном праве. Привлечение обширного нормативно-правового материала как государственного, так и канонического характера и представление панорамы развития составов этих правонарушений в течение восьми веков позволяют проследить логику законодателя в части регулирования ответственности за совершение церковной татьбы и святотатства. Делается вывод о том, что памятники права домонгольского периода содержат положения о церковной татьбе, но не ее дефиницию. Хотя уже для них характерны отнесение церковной татьбы к формам хищения и соотнесение с квалифицированной кражей. Другой особенностью права этого времени является слабое развитие института res divini iuris (вещей божественного права), известного в римском и византийском праве, или подобного ему. Хотя вещи, сопоставимые с вещами божественного права, являются основным объектом преступления церковной татьбы, и их защита полностью направлена на их материальную сохранность и целостность, круг этих вещей законодателем точно не определяется. Эта тенденция характерна и для XIII - XVII вв. В этот же период законодатель устанавливает смертную казнь за церковную татьбу, хотя за другие формы хищения она предусматривается в случае рецидива. В ходе кодификации XVII в. и принятия Соборного уложения законодатель относит церковную татьбу к имущественным преступлениям, в отличие от прочих религиозных правонарушений. Святотатство как наказуемое деяние впервые раскрывается в актах церковной власти XVI в., посвященных толкованию правил святых апостолов; как преступление в государственном праве X - XVII вв. оно не фигурирует. Отсюда можно утверждать, что в течение изучаемого периода святотатство не заменяет и не является преемником церковной татьбы: оба состава правонарушения долгое время развиваются параллельно и едва ли не независимо друг от друга.
(Полежаева К.О.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 6)Допетровский период (X - XVII вв.) сыграл важнейшую роль в формировании церковной татьбы и святотатства как составов наказуемых деяний в отечественном праве. Привлечение обширного нормативно-правового материала как государственного, так и канонического характера и представление панорамы развития составов этих правонарушений в течение восьми веков позволяют проследить логику законодателя в части регулирования ответственности за совершение церковной татьбы и святотатства. Делается вывод о том, что памятники права домонгольского периода содержат положения о церковной татьбе, но не ее дефиницию. Хотя уже для них характерны отнесение церковной татьбы к формам хищения и соотнесение с квалифицированной кражей. Другой особенностью права этого времени является слабое развитие института res divini iuris (вещей божественного права), известного в римском и византийском праве, или подобного ему. Хотя вещи, сопоставимые с вещами божественного права, являются основным объектом преступления церковной татьбы, и их защита полностью направлена на их материальную сохранность и целостность, круг этих вещей законодателем точно не определяется. Эта тенденция характерна и для XIII - XVII вв. В этот же период законодатель устанавливает смертную казнь за церковную татьбу, хотя за другие формы хищения она предусматривается в случае рецидива. В ходе кодификации XVII в. и принятия Соборного уложения законодатель относит церковную татьбу к имущественным преступлениям, в отличие от прочих религиозных правонарушений. Святотатство как наказуемое деяние впервые раскрывается в актах церковной власти XVI в., посвященных толкованию правил святых апостолов; как преступление в государственном праве X - XVII вв. оно не фигурирует. Отсюда можно утверждать, что в течение изучаемого периода святотатство не заменяет и не является преемником церковной татьбы: оба состава правонарушения долгое время развиваются параллельно и едва ли не независимо друг от друга.
Статья: К вопросу о возможности квалификации приобретения имущественных интеллектуальных прав как мошенничества
(Зазирная М.М., Бастраков А.В.)
("Уголовное право", 2025, N 5)Недопустимость квалификации обманного приобретения имущественных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации как мошенничества de lege lata, кроется не только и не столько в объекте и предмете преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ. В настоящей статье будет предпринята попытка обосновать недопустимость такой квалификации с точки зрения объективной стороны мошенничества в форме приобретения права на имущество. В частности, речь идет о том, что приобретение исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации не содержит ни деяния, входящего в объективную сторону мошенничества (даже в форме приобретения права), ни общественно опасных последствий, наступление которых требуется для квалификации деяния как любой формы хищения.
(Зазирная М.М., Бастраков А.В.)
("Уголовное право", 2025, N 5)Недопустимость квалификации обманного приобретения имущественных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации как мошенничества de lege lata, кроется не только и не столько в объекте и предмете преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ. В настоящей статье будет предпринята попытка обосновать недопустимость такой квалификации с точки зрения объективной стороны мошенничества в форме приобретения права на имущество. В частности, речь идет о том, что приобретение исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации не содержит ни деяния, входящего в объективную сторону мошенничества (даже в форме приобретения права), ни общественно опасных последствий, наступление которых требуется для квалификации деяния как любой формы хищения.
"Реестр требований кредиторов и его формирование в процессе несостоятельности (банкротства)"
(Ходаковский А.П.)
("Статут", 2023)Подобные нюансы дают основания считать, что указанная дифференциация составов подозрительных сделок и сделок с предпочтением, их последствий используется законодателем в различных целях, в том числе для формирования конкурсной массы (общий эффект), а также учета поведения конкретного кредитора - участника сделки (индивидуальный эффект). Поэтому было бы логично исходить из того, что если даже сделки с предпочтением и не имеют признака причинения вреда в обычном его понимании, то они могут считаться вредоносными в силу того, что один из кредиторов получает несправедливое преимущество. Его участие в сделке искажает принцип справедливого и честного распределения конкурсной массы между всеми кредиторами (pari passu), т.е. такие сделки вызывают общий отрицательный эффект. В случае же с подозрительными сделками (п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве) речь идет об индивидуальном эффекте (разнообразные формы хищений лиц, входящих в органы управления, вывод активов в пользу определенных лиц и т.п.).
(Ходаковский А.П.)
("Статут", 2023)Подобные нюансы дают основания считать, что указанная дифференциация составов подозрительных сделок и сделок с предпочтением, их последствий используется законодателем в различных целях, в том числе для формирования конкурсной массы (общий эффект), а также учета поведения конкретного кредитора - участника сделки (индивидуальный эффект). Поэтому было бы логично исходить из того, что если даже сделки с предпочтением и не имеют признака причинения вреда в обычном его понимании, то они могут считаться вредоносными в силу того, что один из кредиторов получает несправедливое преимущество. Его участие в сделке искажает принцип справедливого и честного распределения конкурсной массы между всеми кредиторами (pari passu), т.е. такие сделки вызывают общий отрицательный эффект. В случае же с подозрительными сделками (п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве) речь идет об индивидуальном эффекте (разнообразные формы хищений лиц, входящих в органы управления, вывод активов в пользу определенных лиц и т.п.).
Статья: Преступления, совершаемые с использованием цифровых технологий: вопросы квалификации
(Поляков В.В.)
("Уголовное право", 2025, N 5)Представляется, что неоднозначность правоприменительной практики и продолжающаяся дискуссия <10>, <11> по вопросам квалификации преступлений, связанных с удаленным хищением денежных средств путем неправомерного воздействия на компьютерную информацию, в значительной степени обусловлено спецификой преступных действий, подпадающих под ст. 159.6 УК РФ и отличающихся как от мошенничества, так и от кражи в их "классическом" понимании: в ст. 159.6 УК РФ" речь идет о новой форме хищения, когда завладение имуществом (приобретение права на имущество) сопряжено с проникновением в информационную среду" <12>.
(Поляков В.В.)
("Уголовное право", 2025, N 5)Представляется, что неоднозначность правоприменительной практики и продолжающаяся дискуссия <10>, <11> по вопросам квалификации преступлений, связанных с удаленным хищением денежных средств путем неправомерного воздействия на компьютерную информацию, в значительной степени обусловлено спецификой преступных действий, подпадающих под ст. 159.6 УК РФ и отличающихся как от мошенничества, так и от кражи в их "классическом" понимании: в ст. 159.6 УК РФ" речь идет о новой форме хищения, когда завладение имуществом (приобретение права на имущество) сопряжено с проникновением в информационную среду" <12>.
Статья: Злоупотребление должностными полномочиями и мошенничество с использованием служебного положения: проблемы квалификации
(Демченко М.В., Тачкова А.К.)
("Безопасность бизнеса", 2025, N 4)Согласно официальной статистике Министерства внутренних дел России чуть меньше половины всех зарегистрированных преступлений в Российской Федерации за январь - май 2025 г. составляют хищения чужого имущества в форме кражи, грабежа, разбоя и мошенничества. Прежде чем перейти к сравнительному анализу ст. 285 и ч. 3 ст. 159 Уголовного кодекса РФ (далее - УК РФ), необходимо зафиксировать методологические основания исследования. Из всех перечисленных форм хищения чужого имущества в Москве преобладает мошенничество (39,06% от общего числа совершенных преступлений за январь - май 2025 г.). Преимущество мошенничества среди других форм хищения обусловлено несколькими факторами: высокая латентность, отсутствие связи с физическим насилием, экономическая выгода при относительно низких издержках, адаптивность мошеннических схем, стремительное развитие новых технологий <1>. Популярность мошенничества обусловливает сам способ хищения чужого имущества - злоупотребление доверием и обман. Преступник вводит потерпевшего в заблуждение, умело манипулируя им, реализует преступную схему, направленную на хищение и реализацию в свою пользу чужого имущества. Для качественного обмана потерпевшего необходимо иметь достаточный опыт общения с людьми, навык получения необходимой информации от собеседника, умение манипулировать и применять психологические техники обмана.
(Демченко М.В., Тачкова А.К.)
("Безопасность бизнеса", 2025, N 4)Согласно официальной статистике Министерства внутренних дел России чуть меньше половины всех зарегистрированных преступлений в Российской Федерации за январь - май 2025 г. составляют хищения чужого имущества в форме кражи, грабежа, разбоя и мошенничества. Прежде чем перейти к сравнительному анализу ст. 285 и ч. 3 ст. 159 Уголовного кодекса РФ (далее - УК РФ), необходимо зафиксировать методологические основания исследования. Из всех перечисленных форм хищения чужого имущества в Москве преобладает мошенничество (39,06% от общего числа совершенных преступлений за январь - май 2025 г.). Преимущество мошенничества среди других форм хищения обусловлено несколькими факторами: высокая латентность, отсутствие связи с физическим насилием, экономическая выгода при относительно низких издержках, адаптивность мошеннических схем, стремительное развитие новых технологий <1>. Популярность мошенничества обусловливает сам способ хищения чужого имущества - злоупотребление доверием и обман. Преступник вводит потерпевшего в заблуждение, умело манипулируя им, реализует преступную схему, направленную на хищение и реализацию в свою пользу чужого имущества. Для качественного обмана потерпевшего необходимо иметь достаточный опыт общения с людьми, навык получения необходимой информации от собеседника, умение манипулировать и применять психологические техники обмана.
Статья: Момент юридического окончания продолжаемого преступления
(Курсаев А.В.)
("Законность", 2025, N 3)В практической деятельности может также возникнуть вопрос о квалификации действий лица, совершившего такую специфическую форму хищения, как разбойное нападение, имевшее целью завладение имуществом в крупном (особо крупном) размере, но в ходе совершения которого виновный фактически не завладел этим имуществом либо завладел им на меньшую сумму. Нужно ли в таких случаях квалифицировать действия такого лица со ссылкой на ч. 3 ст. 30 УК как покушение на преступление? Верховный Суд РФ дал на это отрицательный ответ <11>, что следует признать верным решением, поскольку в ч. 3 и п. "б" ч. 4 ст. 162 УК говорится о разбое, совершенном в целях завладения имуществом в крупном (особо крупном) размере, а не о фактическом завладении имуществом в указанном размере. Так как состав разбоя относится к усеченным составам и окончен в момент нападения, степень реализации умысла на завладение имуществом юридического значения в этой части на квалификацию деяния влияния не оказывает.
(Курсаев А.В.)
("Законность", 2025, N 3)В практической деятельности может также возникнуть вопрос о квалификации действий лица, совершившего такую специфическую форму хищения, как разбойное нападение, имевшее целью завладение имуществом в крупном (особо крупном) размере, но в ходе совершения которого виновный фактически не завладел этим имуществом либо завладел им на меньшую сумму. Нужно ли в таких случаях квалифицировать действия такого лица со ссылкой на ч. 3 ст. 30 УК как покушение на преступление? Верховный Суд РФ дал на это отрицательный ответ <11>, что следует признать верным решением, поскольку в ч. 3 и п. "б" ч. 4 ст. 162 УК говорится о разбое, совершенном в целях завладения имуществом в крупном (особо крупном) размере, а не о фактическом завладении имуществом в указанном размере. Так как состав разбоя относится к усеченным составам и окончен в момент нападения, степень реализации умысла на завладение имуществом юридического значения в этой части на квалификацию деяния влияния не оказывает.
"Комментарий к отдельным положениям Уголовного кодекса Российской Федерации в решениях Верховного Суда РФ и Конституционного Суда РФ"
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Ермолаев и Барков признаны виновными в том, что по предварительному сговору совершили разбойное нападение на Лысенко, завладев его имуществом в крупных размерах, в том числе автомашиной стоимостью. Впоследствии Барков по указанию Ермолаева сбыл похищенную автомашину Редькину и получил от него денежные средства в качестве задатка, пообещав позднее привезти документы на машину и оформить договор купли-продажи. Вырученные деньги Барков и Ермолаев поделили. Судебная коллегия судебные решения изменила, указав следующее. Вывод о наличии в действиях Ермолаева и Баркова состава мошенничества суд мотивировал тем, что они заранее знали, что покупатель, заплатив деньги, собственником автомашины не станет. Вместе с тем по смыслу закона мошенничество как одна из форм хищения предполагает незаконное безвозмездное обращение с корыстной целью чужого имущества в свою собственность. В данном случае этот признак отсутствует. По делу установлено, что Редькин, заплатив денежные средства, приобрел автомобиль. Ермолаев и Барков реализовали похищенную автомашину по явно заниженной цене, получив от покупателя денежные средства, т.е., завладев деньгами Редькина, предоставили ему возмещение. При таких обстоятельствах в действиях Ермолаева и Баркова отсутствует состав мошенничества. Поэтому судебные решения в этой части отменены <827>.
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Ермолаев и Барков признаны виновными в том, что по предварительному сговору совершили разбойное нападение на Лысенко, завладев его имуществом в крупных размерах, в том числе автомашиной стоимостью. Впоследствии Барков по указанию Ермолаева сбыл похищенную автомашину Редькину и получил от него денежные средства в качестве задатка, пообещав позднее привезти документы на машину и оформить договор купли-продажи. Вырученные деньги Барков и Ермолаев поделили. Судебная коллегия судебные решения изменила, указав следующее. Вывод о наличии в действиях Ермолаева и Баркова состава мошенничества суд мотивировал тем, что они заранее знали, что покупатель, заплатив деньги, собственником автомашины не станет. Вместе с тем по смыслу закона мошенничество как одна из форм хищения предполагает незаконное безвозмездное обращение с корыстной целью чужого имущества в свою собственность. В данном случае этот признак отсутствует. По делу установлено, что Редькин, заплатив денежные средства, приобрел автомобиль. Ермолаев и Барков реализовали похищенную автомашину по явно заниженной цене, получив от покупателя денежные средства, т.е., завладев деньгами Редькина, предоставили ему возмещение. При таких обстоятельствах в действиях Ермолаева и Баркова отсутствует состав мошенничества. Поэтому судебные решения в этой части отменены <827>.
Статья: Мошенничество или ненадлежащее исполнение договорных обязательств: применение стандарта доказывания prima facie как способ обеспечения стабильности экономических отношений
(Русскевич Е.А.)
("Уголовное право", 2025, N 12)В рамках гражданско-правовых отношений обман может быть использован как элемент стратегии в переговорном процессе еще до заключения сделки. Здесь сторона, прибегая к уловкам и хитростям, не желает причинить ущерб контрагенту, нет и намерения на хищение. Однако же преследует цель либо заключить сделку, либо согласовать для себя наиболее выгодные условия по ней. Пожалуй, последним тому примером выступает дело в отношении Заневской, которая в целях получения займов при заполнении анкетных данных сообщила не соответствующие действительности сведения о ежемесячном доходе. Обстоятельства дела указывали на то, что Заневская не имела намерения на хищение чужого имущества, а, столкнувшись с тяжелыми жизненными обстоятельствами, лишь допустила несвоевременное осуществление платежей <3>. Как справедливо писал по данному поводу Г.Н. Борзенков, "...если обнаруживается, что при этом допускаются "обманные уловки", нечестность, пользование неопытностью партнера, нарушения порядка оформления сделок или реорганизации юридического лица, манипулирование неопределенностью и противоречием отдельных норм закона - это еще не мошенничество (или не всегда мошенничество) в смысле ст. 159 УК РФ. Задача правоприменителя состоит в том, чтобы установить все признаки мошенничества именно как формы хищения" <4>.
(Русскевич Е.А.)
("Уголовное право", 2025, N 12)В рамках гражданско-правовых отношений обман может быть использован как элемент стратегии в переговорном процессе еще до заключения сделки. Здесь сторона, прибегая к уловкам и хитростям, не желает причинить ущерб контрагенту, нет и намерения на хищение. Однако же преследует цель либо заключить сделку, либо согласовать для себя наиболее выгодные условия по ней. Пожалуй, последним тому примером выступает дело в отношении Заневской, которая в целях получения займов при заполнении анкетных данных сообщила не соответствующие действительности сведения о ежемесячном доходе. Обстоятельства дела указывали на то, что Заневская не имела намерения на хищение чужого имущества, а, столкнувшись с тяжелыми жизненными обстоятельствами, лишь допустила несвоевременное осуществление платежей <3>. Как справедливо писал по данному поводу Г.Н. Борзенков, "...если обнаруживается, что при этом допускаются "обманные уловки", нечестность, пользование неопытностью партнера, нарушения порядка оформления сделок или реорганизации юридического лица, манипулирование неопределенностью и противоречием отдельных норм закона - это еще не мошенничество (или не всегда мошенничество) в смысле ст. 159 УК РФ. Задача правоприменителя состоит в том, чтобы установить все признаки мошенничества именно как формы хищения" <4>.
Статья: Хищения в бюджетной сфере как объект криминалистического исследования
(Чумаков А.В.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2025, N 2)В криминалистике определению понятия "хищения в бюджетной сфере" или "хищение бюджетных средств" уделяется явно недостаточно внимания. Д.В. Паршин, один из немногих сосредоточившихся на данной проблеме, в своих трудах определяет хищение бюджетных средств как "корыстные преступления с заранее продуманной схемой совершения и сокрытия" [5, с. 118]. Вероятно, ввиду более узкого предмета своего диссертационного исследования <11> автор явно слишком широко и неопределенно формулирует анализируемое понятие. Вместе с тем он прав в том, что опасность таких преступлений состоит не только в связи со значительным размером причиняемого вреда, но и создании организованных преступных групп. При организованных формах преступной деятельности увеличиваются размеры хищений, повышается их латентность, расширяются территориальные возможности преступного сообщества [5, с. 118]. На этом признаке, а точнее, атрибуте наиболее опасных форм хищений остановимся позже.
(Чумаков А.В.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2025, N 2)В криминалистике определению понятия "хищения в бюджетной сфере" или "хищение бюджетных средств" уделяется явно недостаточно внимания. Д.В. Паршин, один из немногих сосредоточившихся на данной проблеме, в своих трудах определяет хищение бюджетных средств как "корыстные преступления с заранее продуманной схемой совершения и сокрытия" [5, с. 118]. Вероятно, ввиду более узкого предмета своего диссертационного исследования <11> автор явно слишком широко и неопределенно формулирует анализируемое понятие. Вместе с тем он прав в том, что опасность таких преступлений состоит не только в связи со значительным размером причиняемого вреда, но и создании организованных преступных групп. При организованных формах преступной деятельности увеличиваются размеры хищений, повышается их латентность, расширяются территориальные возможности преступного сообщества [5, с. 118]. На этом признаке, а точнее, атрибуте наиболее опасных форм хищений остановимся позже.
Статья: Особенности административно-юрисдикционной деятельности должностных лиц органов внутренних дел по административным правонарушениям, совершаемым в период проведения публичных и иных массовых мероприятий
(Губарева Т.И.)
("Административное право и процесс", 2025, N 12)Для выбора меры государственного принуждения, адекватной совершаемому деянию, сотрудник полиции должен правильно его квалифицировать. К примеру, при совершении преступления меры государственного воздействия будут гораздо строже, чем при совершении административного правонарушения. Предположим, к сотруднику полиции обратился гражданин и, указывая на конкретное лицо, сообщил о хищении у него этим лицом денежных средств в сумме, не превышающей 2 500 руб. Сотруднику полиции следует выяснить форму хищения для правильной квалификации и выбора мер воздействия.
(Губарева Т.И.)
("Административное право и процесс", 2025, N 12)Для выбора меры государственного принуждения, адекватной совершаемому деянию, сотрудник полиции должен правильно его квалифицировать. К примеру, при совершении преступления меры государственного воздействия будут гораздо строже, чем при совершении административного правонарушения. Предположим, к сотруднику полиции обратился гражданин и, указывая на конкретное лицо, сообщил о хищении у него этим лицом денежных средств в сумме, не превышающей 2 500 руб. Сотруднику полиции следует выяснить форму хищения для правильной квалификации и выбора мер воздействия.