ФНП разъяснила новые правила удостоверения решений ООО
Подборка наиболее важных документов по запросу ФНП разъяснила новые правила удостоверения решений ООО (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
"Научно-практический комментарий к Федеральному закону "Об обществах с ограниченной ответственностью"
(том 2)
(под ред. И.С. Шиткиной)
("Статут", 2021)Проблема заключается в том, что в ранее выпущенных разъяснениях компетентных органов подчеркивалось, что подп. 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ не содержит требования о нотариальном удостоверении решения, принятого единственным участником общества <1>. До последнего времени отсутствовала и форма такого документа, составляемого нотариусом, утвержденная Министерством юстиции РФ. Поэтому Федеральная налоговая палата <2> была вынуждена пояснить, что нотариальное действие - удостоверение решения органа управления юридического лица, совершаемое в соответствии со ст. 103.10 Основ законодательства РФ о нотариате, применяется только при удостоверении решений коллегиальных органов управления юридического лица, поскольку требует участия нотариуса в собрании или заседании органа управления. Однако с учетом нового толкования Верховным Судом РФ правил подп. 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ, содержащегося в п. 3 Обзора судебной практики от 25 декабря 2019 г., ФНП разъяснила: "Исходя из системного толкования статьи 67.1 ГК РФ, статей 17 (пункт 3) и 39 ФЗ об ООО, а также пункта 3 Обзора, решение единственного участника общества с ограниченной ответственностью может быть подтверждено в достаточной степени путем проверки личности и полномочий лица, подписывающего соответствующий документ, что полностью соответствует действиям, совершаемым нотариусом при свидетельствовании подлинности подписи". Поэтому в отсутствие утвержденной формы нотариального документа с даты утверждения Обзора судебной практики от 25 декабря 2019 г., с учетом принятия разъяснений ФНП, содержащихся в письме от 15 января 2020 г. N 121/03-16-3, для подтверждения решения единственного участника ООО свидетельствовалась подлинность подписи единственного участника общества на таком решении. Однако в последующем письме Минюста России <3> было подчеркнуто, что позиция ФНП об отсутствии необходимости нотариального удостоверения решения единственного участника ООО противоречит разъяснению, данному в п. 3 Обзора, и является необоснованной, т.е. при свидетельствовании принятого единственным участником общества с ограниченной ответственностью решения требуется использовать форму, предназначенную для удостоверения решения собрания, но с указанием, что в данном случае в собрании участвует одно лицо. Получается, что с 13 марта 2021 г. необходимо удостоверять решение единственного участника общего собрания общества с ограниченной ответственностью по форме, утвержденной Минюстом России для собраний общих собраний участников ООО. Позднее Минюст России утвердил форму свидетельства об удостоверении решения единственного участника юридического лица <4>.
(том 2)
(под ред. И.С. Шиткиной)
("Статут", 2021)Проблема заключается в том, что в ранее выпущенных разъяснениях компетентных органов подчеркивалось, что подп. 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ не содержит требования о нотариальном удостоверении решения, принятого единственным участником общества <1>. До последнего времени отсутствовала и форма такого документа, составляемого нотариусом, утвержденная Министерством юстиции РФ. Поэтому Федеральная налоговая палата <2> была вынуждена пояснить, что нотариальное действие - удостоверение решения органа управления юридического лица, совершаемое в соответствии со ст. 103.10 Основ законодательства РФ о нотариате, применяется только при удостоверении решений коллегиальных органов управления юридического лица, поскольку требует участия нотариуса в собрании или заседании органа управления. Однако с учетом нового толкования Верховным Судом РФ правил подп. 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ, содержащегося в п. 3 Обзора судебной практики от 25 декабря 2019 г., ФНП разъяснила: "Исходя из системного толкования статьи 67.1 ГК РФ, статей 17 (пункт 3) и 39 ФЗ об ООО, а также пункта 3 Обзора, решение единственного участника общества с ограниченной ответственностью может быть подтверждено в достаточной степени путем проверки личности и полномочий лица, подписывающего соответствующий документ, что полностью соответствует действиям, совершаемым нотариусом при свидетельствовании подлинности подписи". Поэтому в отсутствие утвержденной формы нотариального документа с даты утверждения Обзора судебной практики от 25 декабря 2019 г., с учетом принятия разъяснений ФНП, содержащихся в письме от 15 января 2020 г. N 121/03-16-3, для подтверждения решения единственного участника ООО свидетельствовалась подлинность подписи единственного участника общества на таком решении. Однако в последующем письме Минюста России <3> было подчеркнуто, что позиция ФНП об отсутствии необходимости нотариального удостоверения решения единственного участника ООО противоречит разъяснению, данному в п. 3 Обзора, и является необоснованной, т.е. при свидетельствовании принятого единственным участником общества с ограниченной ответственностью решения требуется использовать форму, предназначенную для удостоверения решения собрания, но с указанием, что в данном случае в собрании участвует одно лицо. Получается, что с 13 марта 2021 г. необходимо удостоверять решение единственного участника общего собрания общества с ограниченной ответственностью по форме, утвержденной Минюстом России для собраний общих собраний участников ООО. Позднее Минюст России утвердил форму свидетельства об удостоверении решения единственного участника юридического лица <4>.
Готовое решение: Как принимается решение общего собрания участников ООО
(КонсультантПлюс, 2025)Нотариальное удостоверение решения общего собрания участников ООО обязательно, если:
(КонсультантПлюс, 2025)Нотариальное удостоверение решения общего собрания участников ООО обязательно, если:
Статья: Полномочия нотариусов в сфере защиты персональных данных граждан, связанных с правами на недвижимость
(Пушкина А.В.)
("Нотариальный вестник", 2024, N 9)Таким образом, закрытие сведений о персональных данных правообладателей объектов недвижимости, безусловно, следует оценить положительно. То, что нотариусам даны полномочия в сфере проверки наличия законного интереса в необходимости получения таких данных третьими лицами и возможности их предоставления при положительном решении данного вопроса, - очень удачное решение. Однако при применении положений Закона N 266-ФЗ были выявлены и его "слабые места", которые требуют корректировки. Пока что с момента введения новых правил прошло немногим более года, поэтому практика еще не устоялась. Представляется, что некоторые вопросы можно решить и путем дачи Федеральной нотариальной палатой разъяснений нотариусам о порядке совершения нотариального действия в виде удостоверения факта наличия сведений в ЕГРН. Что касается корректировки законодательства, то, прежде чем подходить к ней, требуется тщательный научный анализ возникающих на практике проблем. Частые изменения закона не только не дают положительного эффекта, но и ведут к правовому нигилизму <21>, поэтому спешить с этим не стоит.
(Пушкина А.В.)
("Нотариальный вестник", 2024, N 9)Таким образом, закрытие сведений о персональных данных правообладателей объектов недвижимости, безусловно, следует оценить положительно. То, что нотариусам даны полномочия в сфере проверки наличия законного интереса в необходимости получения таких данных третьими лицами и возможности их предоставления при положительном решении данного вопроса, - очень удачное решение. Однако при применении положений Закона N 266-ФЗ были выявлены и его "слабые места", которые требуют корректировки. Пока что с момента введения новых правил прошло немногим более года, поэтому практика еще не устоялась. Представляется, что некоторые вопросы можно решить и путем дачи Федеральной нотариальной палатой разъяснений нотариусам о порядке совершения нотариального действия в виде удостоверения факта наличия сведений в ЕГРН. Что касается корректировки законодательства, то, прежде чем подходить к ней, требуется тщательный научный анализ возникающих на практике проблем. Частые изменения закона не только не дают положительного эффекта, но и ведут к правовому нигилизму <21>, поэтому спешить с этим не стоит.
Статья: Ответственность за фальсификацию решений органов управления хозяйственных обществ
(Макеева И.В.)
("Право и экономика", 2022, N 4)Теперь же, согласно Обзору, даже при указании в протоколе на альтернативный порядок подтверждения принятия решений, данный документ все равно должен удостоверяться нотариально, если только альтернативный способ не предусмотрен в уставе. Следовательно, после 25.12.2019 ООО, желающее применить альтернативный способ подтверждения принятия решений общим собранием участников (например, подписание протокола всеми участниками ООО, с приложением печати), должно либо отразить такую возможность в своем уставе, либо указать ее в протоколе общего собрания участников, распространив действие данного положения на все последующие решения общих собраний. В любом случае первое указание на возможность альтернативного способа, с внесением данного условия в устав или без него, должно быть удостоверено нотариусом. Кроме того, Обзор распространил выше обозначенные правила и на решения единственного участника ООО. Вслед за ВС РФ соответствующие разъяснения дала и Федеральная нотариальная палата <6>. Ее разъяснения используются в практике всеми нотариусами, а также учитываются в работе кредитными и иными организациями. В частности, на основании указанного письма ФНП, кредитная организация отказывает ООО в доступе к распоряжению счетом, если решение о продлении полномочий руководителя ООО не удостоверено нотариально или не соблюдены указания о правильности применения альтернативного способа удостоверения.
(Макеева И.В.)
("Право и экономика", 2022, N 4)Теперь же, согласно Обзору, даже при указании в протоколе на альтернативный порядок подтверждения принятия решений, данный документ все равно должен удостоверяться нотариально, если только альтернативный способ не предусмотрен в уставе. Следовательно, после 25.12.2019 ООО, желающее применить альтернативный способ подтверждения принятия решений общим собранием участников (например, подписание протокола всеми участниками ООО, с приложением печати), должно либо отразить такую возможность в своем уставе, либо указать ее в протоколе общего собрания участников, распространив действие данного положения на все последующие решения общих собраний. В любом случае первое указание на возможность альтернативного способа, с внесением данного условия в устав или без него, должно быть удостоверено нотариусом. Кроме того, Обзор распространил выше обозначенные правила и на решения единственного участника ООО. Вслед за ВС РФ соответствующие разъяснения дала и Федеральная нотариальная палата <6>. Ее разъяснения используются в практике всеми нотариусами, а также учитываются в работе кредитными и иными организациями. В частности, на основании указанного письма ФНП, кредитная организация отказывает ООО в доступе к распоряжению счетом, если решение о продлении полномочий руководителя ООО не удостоверено нотариально или не соблюдены указания о правильности применения альтернативного способа удостоверения.
Статья: Отмена выхода из общества с ограниченной ответственностью с применением аналогии закона
(Микрюков В.А.)
("Власть Закона", 2018, N 1)Правоприменительная практика в целом также ориентируется на односторонне-сделочную природу выхода участника из общества. В частности, нотариусам предписано при удостоверении заявления участника о выходе из общества использовать удостоверительную надпись не по форме N 2.4 "Удостоверительная надпись для удостоверения юридически значимых волеизъявлений", предназначенной для удостоверения документов, которые не являются сделками, но требуют нотариального удостоверения, а по форме N 2.1 "Удостоверительная надпись для односторонней сделки (за исключением доверенности и завещания)" <1>. В Обобщении вопросов, возникающих в нотариальной практике при применении отдельных норм Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в отношении правового статуса заявления участника общества о выходе из общества, ФНП разъяснила, что правовые последствия подачи заявления о выходе из общества наступают исключительно в силу волеизъявления участника, которое направлено на прекращение прав участия в обществе, и не зависят от воли общества, а потому такое волеизъявление участника является односторонней сделкой (пункт 2 статьи 154 ГК РФ). Данный вывод ФНП согласуется с устойчивой судебной позицией, согласно которой заявление участника общества о выходе идентифицируется как сделка. Суды, в частности, указывают на то, что односторонняя сделка по выходу из состава участников общества, оформленная заявлением о выходе, в силу ст. 168 ГК РФ может быть признана недействительной (ничтожной) в случае нарушения запрета, установленного п. 2 ст. 26 Закона об ООО <2>. Суды считают ничтожными односторонние сделки по выходу, если действия выходящих нацелены исключительно на уменьшение размера имущества, за счет которого возможно удовлетворение требования кредиторов общества, и в этих действиях усматриваются признаки злоупотребления правом <3>. Суды применяют последствия недействительности заявлений о выходе из общества как односторонних сделок, совершенных под влиянием обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств (в таких случаях участник считается не вышедшим из состава общества) <4>.
(Микрюков В.А.)
("Власть Закона", 2018, N 1)Правоприменительная практика в целом также ориентируется на односторонне-сделочную природу выхода участника из общества. В частности, нотариусам предписано при удостоверении заявления участника о выходе из общества использовать удостоверительную надпись не по форме N 2.4 "Удостоверительная надпись для удостоверения юридически значимых волеизъявлений", предназначенной для удостоверения документов, которые не являются сделками, но требуют нотариального удостоверения, а по форме N 2.1 "Удостоверительная надпись для односторонней сделки (за исключением доверенности и завещания)" <1>. В Обобщении вопросов, возникающих в нотариальной практике при применении отдельных норм Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в отношении правового статуса заявления участника общества о выходе из общества, ФНП разъяснила, что правовые последствия подачи заявления о выходе из общества наступают исключительно в силу волеизъявления участника, которое направлено на прекращение прав участия в обществе, и не зависят от воли общества, а потому такое волеизъявление участника является односторонней сделкой (пункт 2 статьи 154 ГК РФ). Данный вывод ФНП согласуется с устойчивой судебной позицией, согласно которой заявление участника общества о выходе идентифицируется как сделка. Суды, в частности, указывают на то, что односторонняя сделка по выходу из состава участников общества, оформленная заявлением о выходе, в силу ст. 168 ГК РФ может быть признана недействительной (ничтожной) в случае нарушения запрета, установленного п. 2 ст. 26 Закона об ООО <2>. Суды считают ничтожными односторонние сделки по выходу, если действия выходящих нацелены исключительно на уменьшение размера имущества, за счет которого возможно удовлетворение требования кредиторов общества, и в этих действиях усматриваются признаки злоупотребления правом <3>. Суды применяют последствия недействительности заявлений о выходе из общества как односторонних сделок, совершенных под влиянием обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств (в таких случаях участник считается не вышедшим из состава общества) <4>.
Статья: Новые гражданско-правовые механизмы договорного регулирования и пределы их использования в обороте долей обществ с ограниченной ответственностью
(Илюшина М.Н.)
("Гражданское право", 2019, N 3)Данная группа договорных отношений оказалась самой динамично регулируемой законодателем. Первые самые значимые изменения в механизм правового регулирования отчуждательных сделок с долями ООО были осуществлены Федеральным законом от 30 декабря 2008 г. N 312-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации" <4>, Федеральными законами от 19 июля 2009 г. N 205-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" <5> и от 2 августа 2009 г. N 217-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам создания бюджетными научными и образовательными учреждениями хозяйственных обществ в целях практического применения (внедрения) результатов интеллектуальной деятельности" <6>, которые внесли изменения в действующий Закон N 14-ФЗ. Соответственно, с 1 июля 2009 г. для договоров отчуждения долей третьим лицам и в случаях, не связанных с продажей долей при реализации права преимущественной покупки, была введена нотариально удостоверенная форма сделки <7>, и механизм договорного гражданско-правового регулирования получил некоторые публично-правовые элементы. В частности, доля по отчуждательной сделке считалась перешедшей к приобретателю с момента нотариального удостоверения сделки, а в случаях перехода прав на долю по основаниям, не требующим нотариального удостоверения, - с момента внесения сведений об этом в порядке, установленном законом, в Единый государственный реестр юридических лиц. Последующая правоприменительная практика, развитие корпоративных отношений и задачи поиска баланса интересов в регулировании данных отношений потребовали более специализированного инструментального подхода. Как ни странно, но оказалось, что под действие нотариального удостоверения сделки с его проверочными механизмами не подпал еще один довольно распространенный случай отчуждения долей - купля-продажа при реализации права преимущественной покупки. Это тот случай, когда участник ООО, намеренный продать свою долю (или часть доли) третьему лицу, обязан прежде всего предложить приобрести ее сначала другим участникам ООО, а в случаях, предусмотренных уставом, - и обществу. Если кто-то из них выразит свое желание это сделать, то заключается договор купли-продажи. Так вот, этот случай отчуждательной сделки с долями ООО оставался в простой письменной форме. В силу этого требовалось установление единого правового оформления всех отчуждательных сделок. Это было сделано, но значительно позднее, с 1 июня 2016 г., путем внесения дальнейших изменений в Закон N 14-ФЗ <8>. Указанные изменения происходили одновременно с внесением изменений в ГК РФ в части регулирования корпоративных и обязательственных отношений, поэтому новеллы договорного регулирования оборота долей приобрели совершенно новый концептуальный характер, основанный на понимании данных отношений как имеющих специальную, свойственную только корпоративным отношениям природу, и подвергаются воздействию гражданско-правового механизма регулирования только с учетом указанной специфики природы. В результате указанных изменений, осуществленных на основе уже измененного обязательственного и договорного права в Законе N 14-ФЗ, были созданы новые правовые механизмы оборота долей, такие, как опцион, впервые предусматривающий свой собственный инструментарий, восполнены и изменены имеющиеся правовые процедуры, опосредовавшие отчуждение долей. Этими нововведениями наконец восполнен пробел в обороте долей, имевшийся долгое время. Требование о нотариальном удостоверении отчуждательных сделок с долями ООО впервые было распространено на все сделки с долями, включая и сделки, совершаемые в результате использования права преимущественной покупки (абз. 1 п. 11 ст. 21 Закона N 14-ФЗ). В целях введения единых требований ко всем случаям совершения сделок с долями ООО с одинаковой отчуждательной природой, максимально приближенной к гражданско-правовым механизмам регулирования, было введено новое общее правило оформления любой сделки с долями в виде одного письменного документа, подписанного обеими сторонами, исключением является опцион на заключение договора купли-продажи долей. Следует отметить, что для закрепления специальной корпоративной природы договора опциона на заключение купли-продажи долей в п. 11 ст. 21 Закона N 14-ФЗ было введено правило, дополняющее общее правило ст. 429.2 ГК РФ, в силу которого всякая сделка, направленная на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, во исполнение опциона на заключение договора может быть совершена как путем отдельного нотариального удостоверения безотзывной оферты, так и путем нотариального удостоверения соглашения о предоставлении опциона на заключение договора, а впоследствии - нотариального удостоверения акцепта <9>. Как мной уже ранее отмечалось, это новое правило позволило начать вводить в правоприменительную практику оферту, которая представляет собой не только одностороннюю сделку в виде документа, подписанного только одной стороной, но и оферту, которая содержится в двустороннем соглашении будущего продавца и покупателя доли в ООО, что в значительной степени упрощает всю процедуру заключения опциона на куплю-продажу долей в ООО <10>. Кроме этого, было изменено правило о моменте приобретения права на долю в ООО. Теперь лицо считается приобретшим статус владельца доли и, соответственно, участника не с момента нотариального удостоверения купли-продажи доли или иного отчуждательного договора, а с момента внесения соответствующей записи в Единый государственный реестр юридических лиц. Это новое правило решило сразу две проблемы - договорную и корпоративную. Если по каким-то причинам в государственной регистрации перехода прав на долю в ООО будет отказано, то данный договор может быть расторгнут сторонами как незавершенный путем заключения соглашения о расторжении по правилам отчуждательной сделки с долями. Теперь момент заключения сделки как чисто гражданско-правовое основание возникновения прав и обязанностей сторон по договору не совпадает с моментом приобретения статуса участника ООО, поскольку данный статус приобретается на основании сложного юридического состава, включающего и заключение договора, и внесение соответствующих сведений в публичный реестр.
(Илюшина М.Н.)
("Гражданское право", 2019, N 3)Данная группа договорных отношений оказалась самой динамично регулируемой законодателем. Первые самые значимые изменения в механизм правового регулирования отчуждательных сделок с долями ООО были осуществлены Федеральным законом от 30 декабря 2008 г. N 312-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации" <4>, Федеральными законами от 19 июля 2009 г. N 205-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" <5> и от 2 августа 2009 г. N 217-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам создания бюджетными научными и образовательными учреждениями хозяйственных обществ в целях практического применения (внедрения) результатов интеллектуальной деятельности" <6>, которые внесли изменения в действующий Закон N 14-ФЗ. Соответственно, с 1 июля 2009 г. для договоров отчуждения долей третьим лицам и в случаях, не связанных с продажей долей при реализации права преимущественной покупки, была введена нотариально удостоверенная форма сделки <7>, и механизм договорного гражданско-правового регулирования получил некоторые публично-правовые элементы. В частности, доля по отчуждательной сделке считалась перешедшей к приобретателю с момента нотариального удостоверения сделки, а в случаях перехода прав на долю по основаниям, не требующим нотариального удостоверения, - с момента внесения сведений об этом в порядке, установленном законом, в Единый государственный реестр юридических лиц. Последующая правоприменительная практика, развитие корпоративных отношений и задачи поиска баланса интересов в регулировании данных отношений потребовали более специализированного инструментального подхода. Как ни странно, но оказалось, что под действие нотариального удостоверения сделки с его проверочными механизмами не подпал еще один довольно распространенный случай отчуждения долей - купля-продажа при реализации права преимущественной покупки. Это тот случай, когда участник ООО, намеренный продать свою долю (или часть доли) третьему лицу, обязан прежде всего предложить приобрести ее сначала другим участникам ООО, а в случаях, предусмотренных уставом, - и обществу. Если кто-то из них выразит свое желание это сделать, то заключается договор купли-продажи. Так вот, этот случай отчуждательной сделки с долями ООО оставался в простой письменной форме. В силу этого требовалось установление единого правового оформления всех отчуждательных сделок. Это было сделано, но значительно позднее, с 1 июня 2016 г., путем внесения дальнейших изменений в Закон N 14-ФЗ <8>. Указанные изменения происходили одновременно с внесением изменений в ГК РФ в части регулирования корпоративных и обязательственных отношений, поэтому новеллы договорного регулирования оборота долей приобрели совершенно новый концептуальный характер, основанный на понимании данных отношений как имеющих специальную, свойственную только корпоративным отношениям природу, и подвергаются воздействию гражданско-правового механизма регулирования только с учетом указанной специфики природы. В результате указанных изменений, осуществленных на основе уже измененного обязательственного и договорного права в Законе N 14-ФЗ, были созданы новые правовые механизмы оборота долей, такие, как опцион, впервые предусматривающий свой собственный инструментарий, восполнены и изменены имеющиеся правовые процедуры, опосредовавшие отчуждение долей. Этими нововведениями наконец восполнен пробел в обороте долей, имевшийся долгое время. Требование о нотариальном удостоверении отчуждательных сделок с долями ООО впервые было распространено на все сделки с долями, включая и сделки, совершаемые в результате использования права преимущественной покупки (абз. 1 п. 11 ст. 21 Закона N 14-ФЗ). В целях введения единых требований ко всем случаям совершения сделок с долями ООО с одинаковой отчуждательной природой, максимально приближенной к гражданско-правовым механизмам регулирования, было введено новое общее правило оформления любой сделки с долями в виде одного письменного документа, подписанного обеими сторонами, исключением является опцион на заключение договора купли-продажи долей. Следует отметить, что для закрепления специальной корпоративной природы договора опциона на заключение купли-продажи долей в п. 11 ст. 21 Закона N 14-ФЗ было введено правило, дополняющее общее правило ст. 429.2 ГК РФ, в силу которого всякая сделка, направленная на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, во исполнение опциона на заключение договора может быть совершена как путем отдельного нотариального удостоверения безотзывной оферты, так и путем нотариального удостоверения соглашения о предоставлении опциона на заключение договора, а впоследствии - нотариального удостоверения акцепта <9>. Как мной уже ранее отмечалось, это новое правило позволило начать вводить в правоприменительную практику оферту, которая представляет собой не только одностороннюю сделку в виде документа, подписанного только одной стороной, но и оферту, которая содержится в двустороннем соглашении будущего продавца и покупателя доли в ООО, что в значительной степени упрощает всю процедуру заключения опциона на куплю-продажу долей в ООО <10>. Кроме этого, было изменено правило о моменте приобретения права на долю в ООО. Теперь лицо считается приобретшим статус владельца доли и, соответственно, участника не с момента нотариального удостоверения купли-продажи доли или иного отчуждательного договора, а с момента внесения соответствующей записи в Единый государственный реестр юридических лиц. Это новое правило решило сразу две проблемы - договорную и корпоративную. Если по каким-то причинам в государственной регистрации перехода прав на долю в ООО будет отказано, то данный договор может быть расторгнут сторонами как незавершенный путем заключения соглашения о расторжении по правилам отчуждательной сделки с долями. Теперь момент заключения сделки как чисто гражданско-правовое основание возникновения прав и обязанностей сторон по договору не совпадает с моментом приобретения статуса участника ООО, поскольку данный статус приобретается на основании сложного юридического состава, включающего и заключение договора, и внесение соответствующих сведений в публичный реестр.
Вопрос: Юридическое лицо выдало доверенность на своего работника с правом передоверия. Нужно ли нотариальное удостоверение доверенности, выдаваемой работником в порядке передоверия другому работнику или постороннему физлицу?
(Консультация эксперта, 2024)Доверенность в порядке передоверия удостоверяется нотариусом по предъявлении представителем основной доверенности. При этом нотариус должен проверить, содержится ли в ней указание на право передоверия (п. 7.9 Методических рекомендаций по удостоверению доверенностей, утвержденных Решением Правления ФНП от 18.07.2016, протокол N 07/16 (Письмо ФНП от 22.07.2016 N 2668/03-16-3)).
(Консультация эксперта, 2024)Доверенность в порядке передоверия удостоверяется нотариусом по предъявлении представителем основной доверенности. При этом нотариус должен проверить, содержится ли в ней указание на право передоверия (п. 7.9 Методических рекомендаций по удостоверению доверенностей, утвержденных Решением Правления ФНП от 18.07.2016, протокол N 07/16 (Письмо ФНП от 22.07.2016 N 2668/03-16-3)).
Статья: Актуальные вопросы практики подтверждения факта принятия решения общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью и состава участников общества, присутствовавших при его принятии
(Шияновский А.О.)
("Вестник арбитражной практики", 2022, N 1)В рамках возникшей необходимости распространения однообразной практики нотариального удостоверения решений единственного участника в связи с утверждением Обзора в письме Федеральной нотариальной палаты президентам нотариальных палат субъектов Российской Федерации от 15 января 2020 года <6> было указано, что решение единственного участника общества с ограниченной ответственностью может быть подтверждено в достаточной степени путем проверки личности и полномочий лица, подписывающего соответствующий документ, что полностью соответствует действиям, совершаемым нотариусом при свидетельствовании подлинности подписи. Так, вместо свидетельства об удостоверении факта принятия решения нотариусы могли производить простую запись на решении об удостоверении подлинности подписи единственного участника. При этом такой подход вступал в очевидное противоречие с требованиями пп. 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ, которые были в полной мере распространены ВС РФ на "компании одного лица", поскольку удостоверение факта и удостоверение подписи по своей сути являются процедурно и содержательно различными нотариальными действиями. Более того, на протяжении значительного периода также сохранялось и противоречие между п. 3 Обзора и п. 2.3 Пособия по удостоверению нотариусом принятия общим собранием участников хозяйственного общества решения и состава участников общества, присутствовавших при его принятии (далее - Пособие), поскольку в Обзоре речь идет именно о распространении на решения единственного участника требований о нотариальном удостоверении, закрепленных в пп. 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ, в то время как Пособие напрямую указывало об их неприменении в указанных случаях.
(Шияновский А.О.)
("Вестник арбитражной практики", 2022, N 1)В рамках возникшей необходимости распространения однообразной практики нотариального удостоверения решений единственного участника в связи с утверждением Обзора в письме Федеральной нотариальной палаты президентам нотариальных палат субъектов Российской Федерации от 15 января 2020 года <6> было указано, что решение единственного участника общества с ограниченной ответственностью может быть подтверждено в достаточной степени путем проверки личности и полномочий лица, подписывающего соответствующий документ, что полностью соответствует действиям, совершаемым нотариусом при свидетельствовании подлинности подписи. Так, вместо свидетельства об удостоверении факта принятия решения нотариусы могли производить простую запись на решении об удостоверении подлинности подписи единственного участника. При этом такой подход вступал в очевидное противоречие с требованиями пп. 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ, которые были в полной мере распространены ВС РФ на "компании одного лица", поскольку удостоверение факта и удостоверение подписи по своей сути являются процедурно и содержательно различными нотариальными действиями. Более того, на протяжении значительного периода также сохранялось и противоречие между п. 3 Обзора и п. 2.3 Пособия по удостоверению нотариусом принятия общим собранием участников хозяйственного общества решения и состава участников общества, присутствовавших при его принятии (далее - Пособие), поскольку в Обзоре речь идет именно о распространении на решения единственного участника требований о нотариальном удостоверении, закрепленных в пп. 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ, в то время как Пособие напрямую указывало об их неприменении в указанных случаях.
Статья: Значение нотариальной деятельности для обеспечения достоверности данных Единого государственного реестра юридических лиц
(Поваров Ю.С.)
("Закон", 2025, N 7)Не оспаривая целесообразность введения требования о непреложности нотариального удостоверения решения об избрании директора ООО и обоснованность сопряженного с этим правила о наделении нотариуса функциями заявителя, укажем на некоторую аксиологическую однобокость этих законоположений, прежде всего в контексте учета воли лица, избранного на должность директора. До изменения законодательства нотариус свидетельствовал подлинность подписи этого лица на подаваемом в регистрирующий орган заявлении (при этом была и другая практика, в соответствии с которой заявителем при смене директора мог выступать сугубо новый руководитель <30>; тем самым сведения о новом директоре фиксировались в ЕГРЮЛ не иначе как с согласия и по просьбе последнего). Текущий же протокол вовсе не предусматривает какого-либо взаимодействия нотариуса с избранным руководителем (ни при удостоверении корпоративного акта, ни при составлении заявления в регистрирующий орган), что потенциально создает предпосылки для отражения в ЕГРЮЛ информации о лице как о директоре ООО даже при несанкционированном избрании на должность.
(Поваров Ю.С.)
("Закон", 2025, N 7)Не оспаривая целесообразность введения требования о непреложности нотариального удостоверения решения об избрании директора ООО и обоснованность сопряженного с этим правила о наделении нотариуса функциями заявителя, укажем на некоторую аксиологическую однобокость этих законоположений, прежде всего в контексте учета воли лица, избранного на должность директора. До изменения законодательства нотариус свидетельствовал подлинность подписи этого лица на подаваемом в регистрирующий орган заявлении (при этом была и другая практика, в соответствии с которой заявителем при смене директора мог выступать сугубо новый руководитель <30>; тем самым сведения о новом директоре фиксировались в ЕГРЮЛ не иначе как с согласия и по просьбе последнего). Текущий же протокол вовсе не предусматривает какого-либо взаимодействия нотариуса с избранным руководителем (ни при удостоверении корпоративного акта, ни при составлении заявления в регистрирующий орган), что потенциально создает предпосылки для отражения в ЕГРЮЛ информации о лице как о директоре ООО даже при несанкционированном избрании на должность.
Статья: Современные технологии в контексте правового регулирования общих собраний хозяйственных обществ
(Зяблицкий А.В.)
("Статут", 2024)<19> До принятия ВС РФ Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах (утв. Президиумом ВС РФ 25.12.2019) не требовалось нотариального удостоверения решения общего собрания ООО, которым устанавливается альтернативный способ подтверждения решений собраний такого общества.
(Зяблицкий А.В.)
("Статут", 2024)<19> До принятия ВС РФ Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах (утв. Президиумом ВС РФ 25.12.2019) не требовалось нотариального удостоверения решения общего собрания ООО, которым устанавливается альтернативный способ подтверждения решений собраний такого общества.
Статья: Сделки с долями в ООО: цена распоряжения
(Бродский А.А.)
("Закон", 2023, N 2)<33> См.: Зайцев О.Р. Новая редакция Закона об ООО и антирейдерский закон - работа над ошибками // Закон. 2009. N 11. С. 177.
(Бродский А.А.)
("Закон", 2023, N 2)<33> См.: Зайцев О.Р. Новая редакция Закона об ООО и антирейдерский закон - работа над ошибками // Закон. 2009. N 11. С. 177.