ДистрибьютОрский договор гк
Подборка наиболее важных документов по запросу ДистрибьютОрский договор гк (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Апелляционное определение Приморского краевого суда от 22.10.2024 N 33-9547/2024 по делу N 2-443/2024 (УИД 25RS0006-01-2023-001362-32)
Категория спора: Агентирование.
Требования агента: О взыскании задолженности.
Обстоятельства: Материалами дела подтвержден факт исполнения истцом взятого на себя обязательства по договору, объем оказанных услуг по договору составляет восемьдесят процентов.
Решение: Удовлетворено в части.
Процессуальные вопросы: О возмещении расходов на уплату государственной пошлины - удовлетворено в части.Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь выше перечисленными положениями правовых норм, разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, пояснения сторон и показания свидетелей, признал доказанным факт исполнения истцом взятого на себя обязательства по договору, определил объем оказанных услуг по договору на 80%, установив невыполнение ответчиком обязательств по оплате оказанных услуга по эксклюзивному договору, пришел к выводу об удовлетворении исковых требований в части, взыскал с ответчика в пользу истца задолженность по договору в размере 80 000 рублей.
Категория спора: Агентирование.
Требования агента: О взыскании задолженности.
Обстоятельства: Материалами дела подтвержден факт исполнения истцом взятого на себя обязательства по договору, объем оказанных услуг по договору составляет восемьдесят процентов.
Решение: Удовлетворено в части.
Процессуальные вопросы: О возмещении расходов на уплату государственной пошлины - удовлетворено в части.Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь выше перечисленными положениями правовых норм, разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, пояснения сторон и показания свидетелей, признал доказанным факт исполнения истцом взятого на себя обязательства по договору, определил объем оказанных услуг по договору на 80%, установив невыполнение ответчиком обязательств по оплате оказанных услуга по эксклюзивному договору, пришел к выводу об удовлетворении исковых требований в части, взыскал с ответчика в пользу истца задолженность по договору в размере 80 000 рублей.
Апелляционное определение Верховного суда Республики Калмыкия от 09.08.2023 N 33-635/2023 по делу N 2-164/2023
Категория спора: Независимая гарантия.
Требования принципала: 1) О взыскании компенсации морального вреда; 2) О взыскании неосновательного обогащения; 3) О взыскании штрафа.
Обстоятельства: Между сторонами заключен кредитный договор, согласно которому ответчик предоставил истцу денежные средства для приобретения транспортного средства. При этом возможность кредитования была обусловлена необходимостью подписания заявления о выдаче независимой гарантии и оплаты ее стоимости за счет заемных средств. Однако кредитный договор не предусматривал возложение на заемщика обязательств по обеспечению кредита независимой гарантией, такая услуга ему была навязана.
Решение: 1) Удовлетворено; 2) Удовлетворено; 3) Удовлетворено.Проанализировав условия договора, суд пришел к выводу, что опционный договор заключен истцом с ООО "Д.С. Дистрибьютор" для личных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Рассматриваемый договор относится к сделке возмездного оказания услуг между гражданином и юридическим лицом, вытекающие из указанной сделки правоотношения регулируются нормами статьи 429.3 Гражданского кодекса Российской Федерации", положениями главы 39 данного кодекса (возмездное оказание услуг), а также Законом о защите прав потребителей и изданными в соответствии с ним иными правовыми актами.
Категория спора: Независимая гарантия.
Требования принципала: 1) О взыскании компенсации морального вреда; 2) О взыскании неосновательного обогащения; 3) О взыскании штрафа.
Обстоятельства: Между сторонами заключен кредитный договор, согласно которому ответчик предоставил истцу денежные средства для приобретения транспортного средства. При этом возможность кредитования была обусловлена необходимостью подписания заявления о выдаче независимой гарантии и оплаты ее стоимости за счет заемных средств. Однако кредитный договор не предусматривал возложение на заемщика обязательств по обеспечению кредита независимой гарантией, такая услуга ему была навязана.
Решение: 1) Удовлетворено; 2) Удовлетворено; 3) Удовлетворено.Проанализировав условия договора, суд пришел к выводу, что опционный договор заключен истцом с ООО "Д.С. Дистрибьютор" для личных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Рассматриваемый договор относится к сделке возмездного оказания услуг между гражданином и юридическим лицом, вытекающие из указанной сделки правоотношения регулируются нормами статьи 429.3 Гражданского кодекса Российской Федерации", положениями главы 39 данного кодекса (возмездное оказание услуг), а также Законом о защите прав потребителей и изданными в соответствии с ним иными правовыми актами.
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Трансграничный дистрибьюторский договор в национальном законодательстве и международной коммерческой практике
(Власова Н.В.)
("Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения", 2023, N 3)Юридическая природа дистрибьюторского договора в национальном законодательстве и судебной практике. В праве различных государств юридическая природа дистрибьюторского договора значительно отличается: он квалифицируется как "договор поставки или франчайзинга (Соединенные Штаты Америки), агентирования (Катар, Кувейт, Объединенные Арабские Эмираты), концессии (Бельгия, Италия, Франция, Португалия) или соглашение особого рода (sui generis) (Австрия, Литва, Швейцария)" <5>. Специальные нормы о дистрибьюторском договоре содержит законодательство некоторых стран Латинской Америки (Гражданский кодекс Бразилии (гл. XII), Торговый кодекс Гватемалы (гл. II разд. II), Закон Парагвая "О правовом режиме договоров между зарубежными производителями и компаниями и физическими и юридическими лицами Республики Парагвай" 1993 г., Закон Пуэрто-Рико "О дистрибьюторских соглашениях" 1964 г., Закон Гондураса "Об отечественных и зарубежных представителях, дистрибьюторах и агентах" 1977 г.) <6>. Но большинству правопорядков дистрибьюторский договор не известен, а точнее, законодательно не урегулирован. В этом случае большое значение приобретает судебная практика, где определяются квалифицирующие признаки и правовая природа рассматриваемого договора.
(Власова Н.В.)
("Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения", 2023, N 3)Юридическая природа дистрибьюторского договора в национальном законодательстве и судебной практике. В праве различных государств юридическая природа дистрибьюторского договора значительно отличается: он квалифицируется как "договор поставки или франчайзинга (Соединенные Штаты Америки), агентирования (Катар, Кувейт, Объединенные Арабские Эмираты), концессии (Бельгия, Италия, Франция, Португалия) или соглашение особого рода (sui generis) (Австрия, Литва, Швейцария)" <5>. Специальные нормы о дистрибьюторском договоре содержит законодательство некоторых стран Латинской Америки (Гражданский кодекс Бразилии (гл. XII), Торговый кодекс Гватемалы (гл. II разд. II), Закон Парагвая "О правовом режиме договоров между зарубежными производителями и компаниями и физическими и юридическими лицами Республики Парагвай" 1993 г., Закон Пуэрто-Рико "О дистрибьюторских соглашениях" 1964 г., Закон Гондураса "Об отечественных и зарубежных представителях, дистрибьюторах и агентах" 1977 г.) <6>. Но большинству правопорядков дистрибьюторский договор не известен, а точнее, законодательно не урегулирован. В этом случае большое значение приобретает судебная практика, где определяются квалифицирующие признаки и правовая природа рассматриваемого договора.
Статья: Условия договора поставки о вознаграждении покупателя и скидках при продаже продовольственных товаров: проблемы правовой квалификации
(Свит Ю.П., Щербакова М.А.)
("Законы России: опыт, анализ, практика", 2022, N 5)Как правило, поставка продовольственных товаров в коммерческой практике осуществляется производителями двумя способами: поставки напрямую организациям, осуществляющим торговую деятельность, а также поставки дистрибьюторам, осуществляющим распространение и оптовые продажи продукции на определенной территории посредством заключения отдельных договоров с третьими лицами. В первом случае правовой основой отношений сторон выступает договор поставки, во втором - дистрибьюторский договор. Согласно ст. 506 ГК РФ по договору поставки поставщик - продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием. Договор поставки является видом договора купли-продажи и относится к группе договоров, направленных на передачу имущества в собственность. Правовой целью договора поставки является передача товара, принадлежащего поставщику, в собственность покупателя. Встречным предоставлением со стороны покупателя выступает оплата покупной цены. В договоре поставки на покупателя не могут быть возложены иные обязанности, не связанные с достижением основной цели договора. В то же время по дистрибьюторскому договору поставщик обязуется (продавать) поставлять другой стороне на постоянной основе товар, а покупатель (дистрибьютор) обязуется покупать его у поставщика и продавать дальше на определенной территории и на определенных условиях. Таким образом, усматривается совершенно иная, нежели в поставке, правовая цель - распространение и продвижение товара поставщика на определенных условиях. Кроме того, дистрибьюторский договор, в отличие от договора поставки, содержит ограничение прав дистрибьютора по распоряжению товаром. Отношения производителя и дистрибьютора характеризуются общностью экономических интересов, строятся на основании принципа сотрудничества сторон. Функция дистрибьюторов исключительно важна, поскольку именно они обеспечивают поставки продовольственных товаров на малые, средние и большие розничные торговые объекты. Нормы Закона о государственном регулировании торговой деятельности, распространяющие ограничительные требования на дистрибьюторов, противоречат экономической сути отношений между производителем товаров и дистрибьюторами, не позволяют производителям использовать выработанные хозяйственным оборотом способы и методы поддержки деятельности собственных дистрибьюторов <5>.
(Свит Ю.П., Щербакова М.А.)
("Законы России: опыт, анализ, практика", 2022, N 5)Как правило, поставка продовольственных товаров в коммерческой практике осуществляется производителями двумя способами: поставки напрямую организациям, осуществляющим торговую деятельность, а также поставки дистрибьюторам, осуществляющим распространение и оптовые продажи продукции на определенной территории посредством заключения отдельных договоров с третьими лицами. В первом случае правовой основой отношений сторон выступает договор поставки, во втором - дистрибьюторский договор. Согласно ст. 506 ГК РФ по договору поставки поставщик - продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием. Договор поставки является видом договора купли-продажи и относится к группе договоров, направленных на передачу имущества в собственность. Правовой целью договора поставки является передача товара, принадлежащего поставщику, в собственность покупателя. Встречным предоставлением со стороны покупателя выступает оплата покупной цены. В договоре поставки на покупателя не могут быть возложены иные обязанности, не связанные с достижением основной цели договора. В то же время по дистрибьюторскому договору поставщик обязуется (продавать) поставлять другой стороне на постоянной основе товар, а покупатель (дистрибьютор) обязуется покупать его у поставщика и продавать дальше на определенной территории и на определенных условиях. Таким образом, усматривается совершенно иная, нежели в поставке, правовая цель - распространение и продвижение товара поставщика на определенных условиях. Кроме того, дистрибьюторский договор, в отличие от договора поставки, содержит ограничение прав дистрибьютора по распоряжению товаром. Отношения производителя и дистрибьютора характеризуются общностью экономических интересов, строятся на основании принципа сотрудничества сторон. Функция дистрибьюторов исключительно важна, поскольку именно они обеспечивают поставки продовольственных товаров на малые, средние и большие розничные торговые объекты. Нормы Закона о государственном регулировании торговой деятельности, распространяющие ограничительные требования на дистрибьюторов, противоречат экономической сути отношений между производителем товаров и дистрибьюторами, не позволяют производителям использовать выработанные хозяйственным оборотом способы и методы поддержки деятельности собственных дистрибьюторов <5>.
Нормативные акты
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 N 31
"О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств"Если с года выпуска транспортного средства прошло более двух лет, но срок гарантийного обязательства не истек, а страховщик не выдает направление на обязательный восстановительный ремонт на станции технического обслуживания, являющейся сервисной организацией в рамках договора, заключенного с производителем и (или) импортером (дистрибьютором), потерпевший вправе потребовать осуществления страхового возмещения путем выдачи суммы страховой выплаты с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов) (пункт 1 статьи 6 ГК РФ, пункт 15.2 и подпункт "е" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, абзац второй пункта 3 статьи 29 Закона о защите прав потребителей).
"О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств"Если с года выпуска транспортного средства прошло более двух лет, но срок гарантийного обязательства не истек, а страховщик не выдает направление на обязательный восстановительный ремонт на станции технического обслуживания, являющейся сервисной организацией в рамках договора, заключенного с производителем и (или) импортером (дистрибьютором), потерпевший вправе потребовать осуществления страхового возмещения путем выдачи суммы страховой выплаты с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов) (пункт 1 статьи 6 ГК РФ, пункт 15.2 и подпункт "е" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, абзац второй пункта 3 статьи 29 Закона о защите прав потребителей).
<Письмо> Минэкономразвития России от 19.07.2022 N 26614-КМ/Д01и
"О разъяснениях Указа Президента Российской Федерации от 27 мая 2022 г. N 322"2. В рамках положений Указа под правообладателем следует понимать обладателя исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности в соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации. В случаях, предусмотренных пунктом 12 настоящих официальных разъяснений, специальный порядок расчетов с правообладателями, предусмотренный Указом, может применяться к правоотношениям, связанным с предоставлением сублицензий, реализацией договоров дистрибуции, реализацией договоров коммерческой концессии и т.д., предусматривающих предоставление права использования на объекты интеллектуальной собственности.
"О разъяснениях Указа Президента Российской Федерации от 27 мая 2022 г. N 322"2. В рамках положений Указа под правообладателем следует понимать обладателя исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности в соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации. В случаях, предусмотренных пунктом 12 настоящих официальных разъяснений, специальный порядок расчетов с правообладателями, предусмотренный Указом, может применяться к правоотношениям, связанным с предоставлением сублицензий, реализацией договоров дистрибуции, реализацией договоров коммерческой концессии и т.д., предусматривающих предоставление права использования на объекты интеллектуальной собственности.
"Параллельный импорт и исчерпание исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности. Сотрудничество в сфере развития национальной промышленности и импортозамещение: монография"
(Шахназаров Б.А.)
("Проспект", 2023)Отмечается, что на практике таможенные органы в качестве документов, подтверждающих такое согласие, принимают письма правообладателей в произвольной форме, а также договоры поставки или дистрибьюторские договоры, содержащие положения о подтверждении согласия правообладателя на поставку товаров, маркированных товарными знаками, на территорию ЕАЭС, а судебная практика разрешает использование товарного знака при отсутствии лицензионного договора, предусматривая различные формы выражения согласия на использование товарного знака <2>.
(Шахназаров Б.А.)
("Проспект", 2023)Отмечается, что на практике таможенные органы в качестве документов, подтверждающих такое согласие, принимают письма правообладателей в произвольной форме, а также договоры поставки или дистрибьюторские договоры, содержащие положения о подтверждении согласия правообладателя на поставку товаров, маркированных товарными знаками, на территорию ЕАЭС, а судебная практика разрешает использование товарного знака при отсутствии лицензионного договора, предусматривая различные формы выражения согласия на использование товарного знака <2>.
Статья: Принцип исчерпания права на результат интеллектуальной деятельности в условиях параллельного импорта
(Гатауллина Р.Р.)
("Право и экономика", 2023, N 4)В практике отечественных судов надлежащим доказательством наличия согласия правообладателя на введение в гражданский оборот может являться, во-первых, дистрибьютерский договор <10>, во-вторых, ответ правообладателя на уведомления таможенной службы об отсутствии возражений против возобновления выпуска спорных товаров: "Ответ представителя правообладателя на уведомление таможенного органа о приостановлении выпуска спорного товара, на основании которого товары предпринимателя были выпущены в гражданский оборот на территории Российской Федерации, суды обоснованно расценили как обусловленное ст. 1487 ГК РФ исчерпание исключительного права на товарный знак" <11>. Также Суд по интеллектуальным правам, разрешая данное дело, обратил внимание на то, что должно прослеживаться намерение не допускать ввода в гражданский оборот контрафактных товаров, и правообладателем должны быть предприняты меры к недопущению дальнейшего ввода в гражданский оборот контрафактного товара.
(Гатауллина Р.Р.)
("Право и экономика", 2023, N 4)В практике отечественных судов надлежащим доказательством наличия согласия правообладателя на введение в гражданский оборот может являться, во-первых, дистрибьютерский договор <10>, во-вторых, ответ правообладателя на уведомления таможенной службы об отсутствии возражений против возобновления выпуска спорных товаров: "Ответ представителя правообладателя на уведомление таможенного органа о приостановлении выпуска спорного товара, на основании которого товары предпринимателя были выпущены в гражданский оборот на территории Российской Федерации, суды обоснованно расценили как обусловленное ст. 1487 ГК РФ исчерпание исключительного права на товарный знак" <11>. Также Суд по интеллектуальным правам, разрешая данное дело, обратил внимание на то, что должно прослеживаться намерение не допускать ввода в гражданский оборот контрафактных товаров, и правообладателем должны быть предприняты меры к недопущению дальнейшего ввода в гражданский оборот контрафактного товара.
Вопрос: Является ли согласие лица на использование его товарного знака в рамках дистрибьюторского соглашения согласием на подачу заявки на регистрацию этого товарного знака на имя агента (дистрибьютора)?
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Дистрибьюторское соглашение (договор) является договором, не поименованным в ГК РФ. Как правило, такие соглашения сочетают в себя элементы различных договоров, включая и агентский договор. При этом дистрибьютору (агенту) может быть предоставлено право использования товарного знака обозначения на территории распространения.
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Дистрибьюторское соглашение (договор) является договором, не поименованным в ГК РФ. Как правило, такие соглашения сочетают в себя элементы различных договоров, включая и агентский договор. При этом дистрибьютору (агенту) может быть предоставлено право использования товарного знака обозначения на территории распространения.
"Правовые аспекты разработки и коммерциализации программного обеспечения"
(Савельев А.И.)
("Статут", 2024)Российское законодательство содержит презумпцию неисключительного характера лицензии. Лицензия может быть признана исключительной, только если соответствующее условие явно выражено в тексте лицензии либо вытекает из нее путем толкования ее условий (п. 2 ст. 1236 ГК РФ). Предоставление исключительной лицензии конечному пользователю обычно характерно в отношении лицензионных соглашений, предусматривающих какие-то особые правомочия лицензиата, в частности распространение или модификацию программы. В частности, лицензионные соглашения дистрибьюторами нередко содержат условия об эксклюзивности предоставляемых полномочий по распространению программного продукта на определенной территории, нередко в совокупности с обязательствами дистрибьютора по осуществлению его локализации. Нередко стороны заключают лицензионное соглашение на предоставление исключительной лицензии, которая трансформируется в неисключительную при наступлении определенных обстоятельств, например, недостижении лицензиатом установленного объема продаж <1>.
(Савельев А.И.)
("Статут", 2024)Российское законодательство содержит презумпцию неисключительного характера лицензии. Лицензия может быть признана исключительной, только если соответствующее условие явно выражено в тексте лицензии либо вытекает из нее путем толкования ее условий (п. 2 ст. 1236 ГК РФ). Предоставление исключительной лицензии конечному пользователю обычно характерно в отношении лицензионных соглашений, предусматривающих какие-то особые правомочия лицензиата, в частности распространение или модификацию программы. В частности, лицензионные соглашения дистрибьюторами нередко содержат условия об эксклюзивности предоставляемых полномочий по распространению программного продукта на определенной территории, нередко в совокупности с обязательствами дистрибьютора по осуществлению его локализации. Нередко стороны заключают лицензионное соглашение на предоставление исключительной лицензии, которая трансформируется в неисключительную при наступлении определенных обстоятельств, например, недостижении лицензиатом установленного объема продаж <1>.
Статья: Теоретические и практические аспекты правового регулирования ограничивающих конкуренцию вертикальных соглашений
(Истомин В.Г.)
("Журнал российского права", 2022, N 9)Ранее в антимонопольном законодательстве содержалось прямое указание на то, что к числу вертикальных соглашений не относится агентский договор. Впоследствии это положение было исключено из п. 19 ст. 4 Закона о защите конкуренции. Несмотря на это в принятом Федеральной антимонопольной службой России 17 февраля 2016 г. Разъяснении N 2 "Вертикальные" соглашения, в том числе дилерские соглашения" (далее - Разъяснение N 2 ФАС) отмечается, что, поскольку предметом агентского договора является совершение агентом юридических и иных действий в пользу принципала, указанный договор не может быть отнесен к вертикальному соглашению. С подобным выводом сложно согласиться. Агентский договор с позиции правовой теории входит в состав группы договоров об оказании услуг, поскольку в том виде, в каком он урегулирован в ГК РФ, включает услуги, которые могут составлять предмет комиссии и поручения <9>. Действия же по оказанию тех или иных услуг вполне могут являться предметом вертикальных антиконкурентных соглашений, поскольку определяющим для таких соглашений является критерий их субъектного состава, а не предмета. Кроме того, те же дистрибьюторские договоры, отнесение которых к числу вертикальных соглашений в силу указанного Разъяснения ФАС не ставится под сомнение, в судебной практике в ряде случаев рассматриваются как агентские соглашения <10>. В качестве агентских иногда квалифицируются и соглашения, заключаемые цифровыми компаниями с пользователями созданных этими компаниями онлайн-платформ <11>. Практика свидетельствует о возможности наличия в подобных договорах ограничивающих конкуренцию условий. Например, несколько лет назад в ряде стран Европейского союза внимание антимонопольных органов привлекла деятельность известной цифровой платформы Booking.com, предоставляющей возможность бронирования отелей с гарантией лучшей цены для потребителя. За каждое бронирование номера с использованием данной платформы компания Booking получала комиссионное вознаграждение. Немецкий антимонопольный орган (Bundeskartellamt) посчитал, что некоторые условия договоров Booking.com с отелями ограничивают конкуренцию, в частности, речь идет о запрете отелям предлагать свои номера по более дешевой цене на своих собственных веб-сайтах. В итоге высшая судебная инстанция ФРГ поддержала позицию антимонопольного органа, отметив, что такие ценовые оговорки не являются объективно необходимыми для соответствующих договоров и имеют антиконкурентный эффект. Ранее антимонопольный орган также признал противоречащим законодательству условие о запрете отелям указывать более дешевые цены на других онлайн-платформах <12>. Подобные ситуации не позволяют исключать агентские договоры из числа антиконкурентных соглашений. На возможность отнесения агентских договоров к противоправным вертикальным соглашениям обращается внимание и другими авторами, исследовавшими зарубежное законодательство и практику его применения, в частности, в ситуации, когда агент несет значительный финансовый или коммерческий риск в отношении своей агентской деятельности и уже не может рассматриваться как часть принципала <13>.
(Истомин В.Г.)
("Журнал российского права", 2022, N 9)Ранее в антимонопольном законодательстве содержалось прямое указание на то, что к числу вертикальных соглашений не относится агентский договор. Впоследствии это положение было исключено из п. 19 ст. 4 Закона о защите конкуренции. Несмотря на это в принятом Федеральной антимонопольной службой России 17 февраля 2016 г. Разъяснении N 2 "Вертикальные" соглашения, в том числе дилерские соглашения" (далее - Разъяснение N 2 ФАС) отмечается, что, поскольку предметом агентского договора является совершение агентом юридических и иных действий в пользу принципала, указанный договор не может быть отнесен к вертикальному соглашению. С подобным выводом сложно согласиться. Агентский договор с позиции правовой теории входит в состав группы договоров об оказании услуг, поскольку в том виде, в каком он урегулирован в ГК РФ, включает услуги, которые могут составлять предмет комиссии и поручения <9>. Действия же по оказанию тех или иных услуг вполне могут являться предметом вертикальных антиконкурентных соглашений, поскольку определяющим для таких соглашений является критерий их субъектного состава, а не предмета. Кроме того, те же дистрибьюторские договоры, отнесение которых к числу вертикальных соглашений в силу указанного Разъяснения ФАС не ставится под сомнение, в судебной практике в ряде случаев рассматриваются как агентские соглашения <10>. В качестве агентских иногда квалифицируются и соглашения, заключаемые цифровыми компаниями с пользователями созданных этими компаниями онлайн-платформ <11>. Практика свидетельствует о возможности наличия в подобных договорах ограничивающих конкуренцию условий. Например, несколько лет назад в ряде стран Европейского союза внимание антимонопольных органов привлекла деятельность известной цифровой платформы Booking.com, предоставляющей возможность бронирования отелей с гарантией лучшей цены для потребителя. За каждое бронирование номера с использованием данной платформы компания Booking получала комиссионное вознаграждение. Немецкий антимонопольный орган (Bundeskartellamt) посчитал, что некоторые условия договоров Booking.com с отелями ограничивают конкуренцию, в частности, речь идет о запрете отелям предлагать свои номера по более дешевой цене на своих собственных веб-сайтах. В итоге высшая судебная инстанция ФРГ поддержала позицию антимонопольного органа, отметив, что такие ценовые оговорки не являются объективно необходимыми для соответствующих договоров и имеют антиконкурентный эффект. Ранее антимонопольный орган также признал противоречащим законодательству условие о запрете отелям указывать более дешевые цены на других онлайн-платформах <12>. Подобные ситуации не позволяют исключать агентские договоры из числа антиконкурентных соглашений. На возможность отнесения агентских договоров к противоправным вертикальным соглашениям обращается внимание и другими авторами, исследовавшими зарубежное законодательство и практику его применения, в частности, в ситуации, когда агент несет значительный финансовый или коммерческий риск в отношении своей агентской деятельности и уже не может рассматриваться как часть принципала <13>.
"Конвергенция частноправового регулирования общественных отношений сквозь призму эффективности права: монография"
(отв. ред. А.Н. Левушкин, Э.Х. Надысева)
("Юстицинформ", 2023)Интересным в рамках рассмотрения соотношения договора поставки с различными непоименованными договорными конструкциями является изучение соотношения дистрибьюторского договора с договором поставки. Довольно часто в арбитражной практике встречается квалификация дистрибьюторского договора как договора поставки. Но, учитывая организационный характер рассматриваемого договора, он зачастую не отвечает требованиям параграфа 3 главы 30 ГК РФ в части согласования условия о предмете, что в результате надлежащей квалификации исследуемых судом правоотношений как отношений поставки приводит к признанию договора незаключенным. Изученные акты судебной арбитражной практики <150> свидетельствуют о том, что удовлетворение требований, вытекающих из отношений поставки, никоим образом не зависит от факта заключения дистрибьюторского договора, так же как и факт заключения дистрибьюторского договора не зависит от факта согласования условия о товаре, поскольку данное условие не является существенным для дистрибьюторского договора <151>. Учитывая вышеизложенное, можно сделать вывод о том, что смешение дистрибьюторского договора с договором поставки вытекает из двухуровневой системы договорных связей между поставщиком и дистрибьютором. Данную систему образуют сам дистрибьюторский договор и заключаемые в его исполнение отдельные договоры купли-продажи. Важным отличием дистрибьюторского договора от договора поставки является ограничение прав дистрибьютора по распоряжению товаром, а также множество дополнительных, нехарактерных для договора купли-продажи постановлений, связанных с организацией продаж и продвижением продукции. Поэтому Президиум ВАС РФ назвал дистрибьюторский договор договором на организацию отношений по поставкам продукции с оказанием услуг по поиску покупателей. Такой же позиции следуют и нижестоящие суды. Они указывают на необходимость отграничения дистрибьюторского соглашения от договора поставки. При этом мотивируют свои решения тем, что преимуществом дистрибьюторского договора для его сторон является возможность установления не обычных договорных связей, направленных на реализацию товара, что возможно достичь путем заключения договора поставки, а системы таких связей, которые включают элементы ряда правоотношений, обеспечивающих сбыт товара.
(отв. ред. А.Н. Левушкин, Э.Х. Надысева)
("Юстицинформ", 2023)Интересным в рамках рассмотрения соотношения договора поставки с различными непоименованными договорными конструкциями является изучение соотношения дистрибьюторского договора с договором поставки. Довольно часто в арбитражной практике встречается квалификация дистрибьюторского договора как договора поставки. Но, учитывая организационный характер рассматриваемого договора, он зачастую не отвечает требованиям параграфа 3 главы 30 ГК РФ в части согласования условия о предмете, что в результате надлежащей квалификации исследуемых судом правоотношений как отношений поставки приводит к признанию договора незаключенным. Изученные акты судебной арбитражной практики <150> свидетельствуют о том, что удовлетворение требований, вытекающих из отношений поставки, никоим образом не зависит от факта заключения дистрибьюторского договора, так же как и факт заключения дистрибьюторского договора не зависит от факта согласования условия о товаре, поскольку данное условие не является существенным для дистрибьюторского договора <151>. Учитывая вышеизложенное, можно сделать вывод о том, что смешение дистрибьюторского договора с договором поставки вытекает из двухуровневой системы договорных связей между поставщиком и дистрибьютором. Данную систему образуют сам дистрибьюторский договор и заключаемые в его исполнение отдельные договоры купли-продажи. Важным отличием дистрибьюторского договора от договора поставки является ограничение прав дистрибьютора по распоряжению товаром, а также множество дополнительных, нехарактерных для договора купли-продажи постановлений, связанных с организацией продаж и продвижением продукции. Поэтому Президиум ВАС РФ назвал дистрибьюторский договор договором на организацию отношений по поставкам продукции с оказанием услуг по поиску покупателей. Такой же позиции следуют и нижестоящие суды. Они указывают на необходимость отграничения дистрибьюторского соглашения от договора поставки. При этом мотивируют свои решения тем, что преимуществом дистрибьюторского договора для его сторон является возможность установления не обычных договорных связей, направленных на реализацию товара, что возможно достичь путем заключения договора поставки, а системы таких связей, которые включают элементы ряда правоотношений, обеспечивающих сбыт товара.
Статья: Сравнительный анализ договора коммерческой концессии и франчайзинга (франшизы)
(Артемов Г.А.)
("Юрист", 2024, N 2)В некоторых европейских странах коммерческая концессия используется для обозначения "эксклюзивного договора", что представляет собой соглашение о передаче исключительных прав на распространение товаров третьим лицам <7>. Из этого следует, что в течение срока действия договора право на реализацию данного товара на установленной территории будет принадлежать исключительно контрагенту производителя товара, что обеспечит ему определенную монополию на договорной территории <8>. Исходя из вышеизложенного необходимо отметить отличия правовой природы коммерческой концессии в зарубежных странах от отечественной коммерческой концессии, закрепленной в гл. 54 ГК РФ.
(Артемов Г.А.)
("Юрист", 2024, N 2)В некоторых европейских странах коммерческая концессия используется для обозначения "эксклюзивного договора", что представляет собой соглашение о передаче исключительных прав на распространение товаров третьим лицам <7>. Из этого следует, что в течение срока действия договора право на реализацию данного товара на установленной территории будет принадлежать исключительно контрагенту производителя товара, что обеспечит ему определенную монополию на договорной территории <8>. Исходя из вышеизложенного необходимо отметить отличия правовой природы коммерческой концессии в зарубежных странах от отечественной коммерческой концессии, закрепленной в гл. 54 ГК РФ.
Статья: Особенности правового регулирования смешанных договоров, не поименованных в Гражданском кодексе РФ
(Шейхов М.Г.)
("Юрист", 2024, N 2)При оценке элементов смешанного непоименованного договора необходимо обращать внимание на конкуренцию элементов договора, урегулированных в различных источниках. Например, одна часть договора отражена в Гражданском кодексе, другая в ином законе и некоторые положения урегулированы неодинаково. Например, дистрибьюторский договор может включать в себя элементы договора поставки, перевозки товара, транспортной экспедиции и международной перевозки, которые регулируются разными главами ГК РФ, Законом "О транспортно-экспедиционной деятельности". В такой ситуации, при коллизии неравнозначных по силе действия правовых актов, регулирующих элементы смешанного непоименованного договора, необходимо учитывать правила иерархии правовых актов, таким образом, не допуская противоречия с общими принципами иерархии договорных норм.
(Шейхов М.Г.)
("Юрист", 2024, N 2)При оценке элементов смешанного непоименованного договора необходимо обращать внимание на конкуренцию элементов договора, урегулированных в различных источниках. Например, одна часть договора отражена в Гражданском кодексе, другая в ином законе и некоторые положения урегулированы неодинаково. Например, дистрибьюторский договор может включать в себя элементы договора поставки, перевозки товара, транспортной экспедиции и международной перевозки, которые регулируются разными главами ГК РФ, Законом "О транспортно-экспедиционной деятельности". В такой ситуации, при коллизии неравнозначных по силе действия правовых актов, регулирующих элементы смешанного непоименованного договора, необходимо учитывать правила иерархии правовых актов, таким образом, не допуская противоречия с общими принципами иерархии договорных норм.
Вопрос: Что такое дистрибьюторский договор?
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)В зависимости от модели, выбранной сторонами, предмет договора должен содержать указание на действия производителя по предоставлению товаров на реализацию и действия дистрибьютора по их реализации, а также по предоставлению сопутствующих услуг по распространению товаров, их продвижению на рынке и маркетинговых активностях, хранению товаров, постпродажному сервису и другие аналогичные действия. Это предполагает также как минимум определение видовой группы товаров. Непосредственно количество, ассортимент, сроки передачи каждой отдельной партии конкретизируются в приложениях к дистрибьюторскому договору (заказах, заявках) или в заключаемых отдельно договорах поставки. Услуги дистрибьютора могут устанавливаться в дистрибьюторском договоре или в иных договорах, если он носит рамочный характер. В договоре целесообразно также определить права и обязанности сторон и порядок исполнения обязательств в части поставок товаров, проведения взаимных расчетов. В случае построения дистрибьюторского договора по модели поименованных в ГК РФ договоров необходимо включение существенных условий, предусмотренных для соответствующей договорной конструкции, например наименования, количества и срока поставки товара (ст. 506 ГК РФ), перечня услуг исполнителя (п. 1 ст. 779 ГК РФ).
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)В зависимости от модели, выбранной сторонами, предмет договора должен содержать указание на действия производителя по предоставлению товаров на реализацию и действия дистрибьютора по их реализации, а также по предоставлению сопутствующих услуг по распространению товаров, их продвижению на рынке и маркетинговых активностях, хранению товаров, постпродажному сервису и другие аналогичные действия. Это предполагает также как минимум определение видовой группы товаров. Непосредственно количество, ассортимент, сроки передачи каждой отдельной партии конкретизируются в приложениях к дистрибьюторскому договору (заказах, заявках) или в заключаемых отдельно договорах поставки. Услуги дистрибьютора могут устанавливаться в дистрибьюторском договоре или в иных договорах, если он носит рамочный характер. В договоре целесообразно также определить права и обязанности сторон и порядок исполнения обязательств в части поставок товаров, проведения взаимных расчетов. В случае построения дистрибьюторского договора по модели поименованных в ГК РФ договоров необходимо включение существенных условий, предусмотренных для соответствующей договорной конструкции, например наименования, количества и срока поставки товара (ст. 506 ГК РФ), перечня услуг исполнителя (п. 1 ст. 779 ГК РФ).
"Руководство по рассмотрению заявок в соответствии с Законом N 44-ФЗ"
(Гурин О.Ю.)
("НОК", "Печатный Двор", 2024)Если же заказчик заинтересован в предоставлении ему по результатам закупки простой (неисключительной) лицензии на право использования РИД, то он должен установить требование о наличии у участников закупки права предоставлять такие лицензии на основании п. 1 ч. 1 ст. 31 Закона N 44-ФЗ. Необходимость наличия у них такого права прямо вытекает из приведенных выше положений четвертой части ГК РФ.
(Гурин О.Ю.)
("НОК", "Печатный Двор", 2024)Если же заказчик заинтересован в предоставлении ему по результатам закупки простой (неисключительной) лицензии на право использования РИД, то он должен установить требование о наличии у участников закупки права предоставлять такие лицензии на основании п. 1 ч. 1 ст. 31 Закона N 44-ФЗ. Необходимость наличия у них такого права прямо вытекает из приведенных выше положений четвертой части ГК РФ.