Бурдов против россии
Подборка наиболее важных документов по запросу Бурдов против россии (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Частноправовое раскрытие содержания понятия "имущество" как основа для определения имущественного комплекса
(Бабанов И.В.)
("Современное право", 2026, N 7)В-четвертых, правовые позиции Европейского суда по правам человека, обязывающие Российскую Федерацию к широкому толкованию понятий "имущество" и "собственность" (дела "Гейгусюз против Австрии", "Бурдов против России"), вступают в противоречие с классическими цивилистическими подходами, согласно которым право собственности является вещным правом, распространяющимся только на индивидуально-определенные вещи [2]. Это противоречие требует доктринального разрешения путем разграничения конституционного (широкого) и частноправового (узкого) смыслов понятия "имущество".
(Бабанов И.В.)
("Современное право", 2026, N 7)В-четвертых, правовые позиции Европейского суда по правам человека, обязывающие Российскую Федерацию к широкому толкованию понятий "имущество" и "собственность" (дела "Гейгусюз против Австрии", "Бурдов против России"), вступают в противоречие с классическими цивилистическими подходами, согласно которым право собственности является вещным правом, распространяющимся только на индивидуально-определенные вещи [2]. Это противоречие требует доктринального разрешения путем разграничения конституционного (широкого) и частноправового (узкого) смыслов понятия "имущество".
Статья: Институт компенсации за нарушение разумного срока исполнения судебного акта: правовая природа, история создания и место в системе средств судебной защиты
(Лазаренко Л.Б., Моцная Ю.Н.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2026, N 6)В то же время фактическими предпосылками зарождения института компенсации послужили дела, рассмотренные ЕСПЧ. В известном деле "Бурдов против России" Европейский суд по правам человека в своем Постановлении от 7 мая 2002 г. (первая секция) <10> посчитал А.Т. Бурдова "жертвой" нарушенного права ввиду неисполнения решения суда с 1997 г. по март 2001 г., несмотря на выплату властями государства задолженности в полном объеме до рассмотрения жалобы по существу и то, что в состав выплаченной суммы 113 040,38 руб. помимо проиндексированного с учетом инфляции основного долга по социальным выплатам (45 158,44 руб.), вошла и пеня (67 881,94 руб.), начисленная национальными судами за задержанную выплату причитающегося заявителю и индексацию. Европейский суд, отклоняя доводы государства-ответчика, указал, что сам по себе факт неисполнения судебного решения в разумный срок свидетельствует о нарушении прав заявителя, предусмотренных Конвенцией. Невозможность взыскания присужденных сумм нарушает право на защиту собственности (п. 1 ст. 1 Протокола N 1), а ссылка на недостаточное финансирование не оправдывает задержку. Допустимая отсрочка возможна лишь при условии, что она не нарушает саму суть права.
(Лазаренко Л.Б., Моцная Ю.Н.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2026, N 6)В то же время фактическими предпосылками зарождения института компенсации послужили дела, рассмотренные ЕСПЧ. В известном деле "Бурдов против России" Европейский суд по правам человека в своем Постановлении от 7 мая 2002 г. (первая секция) <10> посчитал А.Т. Бурдова "жертвой" нарушенного права ввиду неисполнения решения суда с 1997 г. по март 2001 г., несмотря на выплату властями государства задолженности в полном объеме до рассмотрения жалобы по существу и то, что в состав выплаченной суммы 113 040,38 руб. помимо проиндексированного с учетом инфляции основного долга по социальным выплатам (45 158,44 руб.), вошла и пеня (67 881,94 руб.), начисленная национальными судами за задержанную выплату причитающегося заявителю и индексацию. Европейский суд, отклоняя доводы государства-ответчика, указал, что сам по себе факт неисполнения судебного решения в разумный срок свидетельствует о нарушении прав заявителя, предусмотренных Конвенцией. Невозможность взыскания присужденных сумм нарушает право на защиту собственности (п. 1 ст. 1 Протокола N 1), а ссылка на недостаточное финансирование не оправдывает задержку. Допустимая отсрочка возможна лишь при условии, что она не нарушает саму суть права.
Нормативные акты
"Обзор практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека N 6 (2020)"
(подготовлен Верховным Судом РФ)Суд повторил: "в случае, когда государство сделало значительный шаг, введя компенсаторное средство правовой защиты, Суд должен предоставлять государству более широкие пределы усмотрения, чтобы позволить ему привести средство правовой защиты в соответствие со своей собственной правовой системой и традициями, а также с уровнем жизни в стране. Таким образом, Суд был готов признать: суммы компенсаций, присуждаемые решениями внутригосударственных судов за нарушения конвенционных прав, могут быть несколько ниже тех сумм, которые обычно присуждаются Судом в подобных делах... Однако в настоящем деле суммы компенсаций, присужденные внутригосударственными судами, намного ниже сумм, присуждаемых Судом в подобных случаях в качестве возмещения морального вреда. С отсылкой к конвенционным критериям, определенным в пилотном постановлении (см.: постановление Европейского Суда по делу "Бурдов против России (N 2)"..., Суд [посчитал], что суммы, присужденные заявителям внутригосударственными судами, являлись необоснованно низкими, с учетом, в частности, характера рассматриваемых судебных решений и их чрезмерно длительного исполнения" (пункт 12 постановления). <5>
(подготовлен Верховным Судом РФ)Суд повторил: "в случае, когда государство сделало значительный шаг, введя компенсаторное средство правовой защиты, Суд должен предоставлять государству более широкие пределы усмотрения, чтобы позволить ему привести средство правовой защиты в соответствие со своей собственной правовой системой и традициями, а также с уровнем жизни в стране. Таким образом, Суд был готов признать: суммы компенсаций, присуждаемые решениями внутригосударственных судов за нарушения конвенционных прав, могут быть несколько ниже тех сумм, которые обычно присуждаются Судом в подобных делах... Однако в настоящем деле суммы компенсаций, присужденные внутригосударственными судами, намного ниже сумм, присуждаемых Судом в подобных случаях в качестве возмещения морального вреда. С отсылкой к конвенционным критериям, определенным в пилотном постановлении (см.: постановление Европейского Суда по делу "Бурдов против России (N 2)"..., Суд [посчитал], что суммы, присужденные заявителям внутригосударственными судами, являлись необоснованно низкими, с учетом, в частности, характера рассматриваемых судебных решений и их чрезмерно длительного исполнения" (пункт 12 постановления). <5>
Статья: Институт процессуальных сроков в уголовном судопроизводстве: правовая природа и динамика развития
(Головко Л.В.)
("Закон", 2025, N 6)Категория разумного срока, как известно, "появилась в отечественном законодательстве об уголовном судопроизводстве в 2010 г." <48>. Именно тогда не только был принят автономный Федеральный закон РФ от 30 апреля 2010 года N 68-ФЗ "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок", имеющий к уголовному процессу как таковому лишь косвенное отношение, но и внесена в УПК РФ ст. 6.1 "Разумный срок уголовного судопроизводства", размещенная к тому же в главе об уголовно-процессуальных принципах. Принятие данной нормы связано не с внутренней доктринальной эволюцией отечественного уголовно-процессуального права, направленной скорее, как мы убедились, в сторону установления фиксированных сроков отдельных стадий уголовного процесса, а с указаниями Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), сначала вынесшего в адрес России серию решений о несоблюдении ею ч. 1 ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод <49>, требующей обеспечить "разбирательство дела в разумный срок" <50>, а затем и вовсе издавшего императивное пилотное Постановление от 15 января 2009 года по делу "Бурдов против Российской Федерации (N 2)" (Постановление по делу Бурдова), которое было российским законодателем исполнено, что и привело к появлению ст. 6.1 УПК РФ.
(Головко Л.В.)
("Закон", 2025, N 6)Категория разумного срока, как известно, "появилась в отечественном законодательстве об уголовном судопроизводстве в 2010 г." <48>. Именно тогда не только был принят автономный Федеральный закон РФ от 30 апреля 2010 года N 68-ФЗ "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок", имеющий к уголовному процессу как таковому лишь косвенное отношение, но и внесена в УПК РФ ст. 6.1 "Разумный срок уголовного судопроизводства", размещенная к тому же в главе об уголовно-процессуальных принципах. Принятие данной нормы связано не с внутренней доктринальной эволюцией отечественного уголовно-процессуального права, направленной скорее, как мы убедились, в сторону установления фиксированных сроков отдельных стадий уголовного процесса, а с указаниями Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), сначала вынесшего в адрес России серию решений о несоблюдении ею ч. 1 ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод <49>, требующей обеспечить "разбирательство дела в разумный срок" <50>, а затем и вовсе издавшего императивное пилотное Постановление от 15 января 2009 года по делу "Бурдов против Российской Федерации (N 2)" (Постановление по делу Бурдова), которое было российским законодателем исполнено, что и привело к появлению ст. 6.1 УПК РФ.
Статья: Исполнение судебных решений в отношении муниципальных унитарных предприятий и правовые позиции Европейского суда по правам человека
(Берестнев Ю.Ю.)
("Цивилист", 2022, N 1)<2> См.: Постановление "Бурдов против Российской Федерации" (Burdov v. Russia) от 7 мая 2002 г., жалоба N 59498/00 // Путеводитель по прецедентной практике Европейского суда по правам человека за 2002 год / Науч. ред. Ю.Ю. Берестнев, М.В. Виноградов; Пер.: В.А. Власихин. М.: Моск. клуб юристов, 2004. 504 с.
(Берестнев Ю.Ю.)
("Цивилист", 2022, N 1)<2> См.: Постановление "Бурдов против Российской Федерации" (Burdov v. Russia) от 7 мая 2002 г., жалоба N 59498/00 // Путеводитель по прецедентной практике Европейского суда по правам человека за 2002 год / Науч. ред. Ю.Ю. Берестнев, М.В. Виноградов; Пер.: В.А. Власихин. М.: Моск. клуб юристов, 2004. 504 с.
Статья: Восстановление нарушенного и/или оспариваемого права как результат его судебной защиты
(Лебедев М.Ю.)
("Российский судья", 2024, N 10)Касательно исполнительного производства и его места в системе защиты права в контексте нашего исследования следует отметить следующее. На протяжении нескольких десятков лет в доктрине гражданского процессуального права идет дискуссия по этому вопросу. Отдельным триггером для теоретического осмысления этого вопроса стало, очевидно, известное Постановление ЕСПЧ от 7 мая 2002 г. "Бурдов (Burdov) против России", где в числе прочего европейский правоприменитель отметил необходимость рассмотрения исполнения судебного решения в качестве "составляющей судебного разбирательства" <4>. Следует отметить, что денонсация РФ отдельных международных договоров, в том числе и Конвенции о защите прав человека и основных свобод <5> и Протоколов к ней, делает правовые предписания ЕСПЧ неактуальными для современного российского правоприменения, но отнюдь не для их теоретического осмысления <6>. Важным обстоятельством здесь будет тот факт, что отечественный правоприменитель логично встал на позиции именно указанной трактовки сущности гражданского судопроизводства. Такое разъяснение дано, например, в совместном постановлении на тот момент еще двух высших российских судебных инстанций <7>.
(Лебедев М.Ю.)
("Российский судья", 2024, N 10)Касательно исполнительного производства и его места в системе защиты права в контексте нашего исследования следует отметить следующее. На протяжении нескольких десятков лет в доктрине гражданского процессуального права идет дискуссия по этому вопросу. Отдельным триггером для теоретического осмысления этого вопроса стало, очевидно, известное Постановление ЕСПЧ от 7 мая 2002 г. "Бурдов (Burdov) против России", где в числе прочего европейский правоприменитель отметил необходимость рассмотрения исполнения судебного решения в качестве "составляющей судебного разбирательства" <4>. Следует отметить, что денонсация РФ отдельных международных договоров, в том числе и Конвенции о защите прав человека и основных свобод <5> и Протоколов к ней, делает правовые предписания ЕСПЧ неактуальными для современного российского правоприменения, но отнюдь не для их теоретического осмысления <6>. Важным обстоятельством здесь будет тот факт, что отечественный правоприменитель логично встал на позиции именно указанной трактовки сущности гражданского судопроизводства. Такое разъяснение дано, например, в совместном постановлении на тот момент еще двух высших российских судебных инстанций <7>.
Статья: Развитие учения о законной силе судебных актов в гражданском и арбитражном процессе
(Загайнова С.К.)
("Вестник гражданского процесса", 2024, N 3)<70> См., напр., Постановления Европейского суда по правам человека по делам "Бурдов против России" (Российская газета. 2002. 4 июля), "Хорнсби против Греции" (Европейский суд по правам человека. Избранные решения. Т. 2. М.: НОРМА, 2000. С. 428 - 439), "Шиляев против России" (Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2006. N 3) и др.
(Загайнова С.К.)
("Вестник гражданского процесса", 2024, N 3)<70> См., напр., Постановления Европейского суда по правам человека по делам "Бурдов против России" (Российская газета. 2002. 4 июля), "Хорнсби против Греции" (Европейский суд по правам человека. Избранные решения. Т. 2. М.: НОРМА, 2000. С. 428 - 439), "Шиляев против России" (Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2006. N 3) и др.
"Проблемы реализации принципов гражданского судопроизводства в правоприменительной деятельности: монография"
(отв. ред. В.М. Жуйков, С.С. Завриев)
("НОРМА", "ИНФРА-М", 2024)Причем согласно выработанной ЕСПЧ позиции начальным моментом течения срока считается момент возбуждения гражданского дела в суде, а конечный момент связывается с исполнением принятого по делу окончательного решения. Как указал ЕСПЧ, "право на обращение в суд, закрепленное в п. 1 ст. 6 Конвенции, было бы иллюзорным, если бы внутринациональная система права договаривающегося государства допускала, чтобы окончательное обязательное решение суда оставалось бездействующим, нанося ущерб одной из сторон. Исполнение решения, вынесенного судом, должно, таким образом, рассматриваться как неотъемлемая часть "судебного разбирательства" по смыслу ст. 6 Конвенции..." (Решение ЕСПЧ от 18 июня 2002 г. "Окончательное решение по вопросу о приемлемости жалобы N 48757/99 "Валерий Филиппович Шестаков (Shestakov) против России"; п. 40 Решения ЕСПЧ от 19 марта 1997 г. по делу "Хорнсби (Hornsby) против Греции"; Решение ЕСПЧ от 10 февраля 1995 г. по делу "Аллене Де Рибемон (Allenet De Ribemont) против Франции"). В Решении по делу "Бурдов против России" ЕСПЧ указал, что "немыслимо, что пункт 1 статьи 6 Конвенции, детально описывая процессуальные гарантии сторон - справедливое, публичное и проводимое в разумный срок разбирательство, - не предусматривал бы защиты процесса исполнения судебных решений; толкование статьи 6 Конвенции исключительно в рамках обеспечения лишь права на обращение в суд и порядка судебного разбирательства, вероятнее всего, привело бы к ситуациям, несовместимым с принципом верховенства права..." (п. 34 Постановления ЕСПЧ от 7 мая 2002 г. по существу и в отношении справедливой компенсации по делу "Бурдов (Burdov) против России" (жалоба N 59498/00)).
(отв. ред. В.М. Жуйков, С.С. Завриев)
("НОРМА", "ИНФРА-М", 2024)Причем согласно выработанной ЕСПЧ позиции начальным моментом течения срока считается момент возбуждения гражданского дела в суде, а конечный момент связывается с исполнением принятого по делу окончательного решения. Как указал ЕСПЧ, "право на обращение в суд, закрепленное в п. 1 ст. 6 Конвенции, было бы иллюзорным, если бы внутринациональная система права договаривающегося государства допускала, чтобы окончательное обязательное решение суда оставалось бездействующим, нанося ущерб одной из сторон. Исполнение решения, вынесенного судом, должно, таким образом, рассматриваться как неотъемлемая часть "судебного разбирательства" по смыслу ст. 6 Конвенции..." (Решение ЕСПЧ от 18 июня 2002 г. "Окончательное решение по вопросу о приемлемости жалобы N 48757/99 "Валерий Филиппович Шестаков (Shestakov) против России"; п. 40 Решения ЕСПЧ от 19 марта 1997 г. по делу "Хорнсби (Hornsby) против Греции"; Решение ЕСПЧ от 10 февраля 1995 г. по делу "Аллене Де Рибемон (Allenet De Ribemont) против Франции"). В Решении по делу "Бурдов против России" ЕСПЧ указал, что "немыслимо, что пункт 1 статьи 6 Конвенции, детально описывая процессуальные гарантии сторон - справедливое, публичное и проводимое в разумный срок разбирательство, - не предусматривал бы защиты процесса исполнения судебных решений; толкование статьи 6 Конвенции исключительно в рамках обеспечения лишь права на обращение в суд и порядка судебного разбирательства, вероятнее всего, привело бы к ситуациям, несовместимым с принципом верховенства права..." (п. 34 Постановления ЕСПЧ от 7 мая 2002 г. по существу и в отношении справедливой компенсации по делу "Бурдов (Burdov) против России" (жалоба N 59498/00)).
Статья: К вопросу о судебной неустойке в административном судопроизводстве
(Черланов А.Ю.)
("Закон", 2024, N 8)<18> См., напр.: Постановления ЕСПЧ от 15.01.2009 по делу "Бурдов против Российской Федерации". § 110; от 06.03.2014 по делу "Горбуля против Российской Федерации". § 56; от 14.06.2016 по делу "Уразов против Российской Федерации". § 68.
(Черланов А.Ю.)
("Закон", 2024, N 8)<18> См., напр.: Постановления ЕСПЧ от 15.01.2009 по делу "Бурдов против Российской Федерации". § 110; от 06.03.2014 по делу "Горбуля против Российской Федерации". § 56; от 14.06.2016 по делу "Уразов против Российской Федерации". § 68.
Статья: Проблемы правового регулирования предотвращения и преодоления последствий чрезвычайных ситуаций техногенного характера
(Кадомцева А.Е., Шарова О.В.)
("Экологическое право", 2025, N 2)Государство оказалось неспособным выполнять свои обязательства, что привело к тысячам судебных исков против него <4>. Одним из наиболее известных случаев является дело "Бурдов (Burdov) против России" (жалоба N 59498/00), рассмотренное Европейским судом по правам человека в 2002 г.
(Кадомцева А.Е., Шарова О.В.)
("Экологическое право", 2025, N 2)Государство оказалось неспособным выполнять свои обязательства, что привело к тысячам судебных исков против него <4>. Одним из наиболее известных случаев является дело "Бурдов (Burdov) против России" (жалоба N 59498/00), рассмотренное Европейским судом по правам человека в 2002 г.
"ARS IURIS: сборник научных статей к юбилею Г.А. Гаджиева"
(под общ. ред. П.Д. Блохина, А.В. Ильина, Д.В. Тютина)
("Статут", 2023)<2> См.: Постановления Европейского суда по правам человека от 19 марта 1997 г. по делу "Хорнсби (Hornsby) против Греции", от 7 мая 2002 г. по делу "Бурдов против России", от 27 мая 2004 г. по делу "Метаксас (Metaxas) против Греции", от 29 марта 2006 г. по делу "Мостаччуоло (Mostacciuolo) против Италии (N 2)", от 15 февраля 2007 г. по делу "Райлян против России" и др.
(под общ. ред. П.Д. Блохина, А.В. Ильина, Д.В. Тютина)
("Статут", 2023)<2> См.: Постановления Европейского суда по правам человека от 19 марта 1997 г. по делу "Хорнсби (Hornsby) против Греции", от 7 мая 2002 г. по делу "Бурдов против России", от 27 мая 2004 г. по делу "Метаксас (Metaxas) против Греции", от 29 марта 2006 г. по делу "Мостаччуоло (Mostacciuolo) против Италии (N 2)", от 15 февраля 2007 г. по делу "Райлян против России" и др.
Статья: Значение денонсации Конвенции о защите прав человека и основных свобод в 2023 г. для гражданского судопроизводства Российской Федерации
(Соловьева Т.В.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2024, N 1)Разумность как принцип гражданского судопроизводства в ГПК РФ не имеет прямого буквального законодательного закрепления, при этом в ст. 6.1 ГПК РФ установлено правило, согласно которому разбирательство дел судами общей юрисдикции должно осуществляться в разумные сроки. Отметим, что данная норма является относительно новой и была введена в содержание ГПК РФ в 2010 г. в целях исполнения Постановления Европейского суда по правам человека "Бурдов против России N 2" <7>. С этого момента и в теории гражданского судопроизводства был выделен и получил дальнейшее развитие принцип разумности судопроизводства <8>. Появление принципа разумности необходимо оценивать положительно, так как, действительно, сроки рассмотрения и разрешения дел судами до 2010 г. зачастую не соблюдались. В настоящее время большая часть дел рассматривается с соблюдением сроков, установленных законом, о чем свидетельствуют данные судебной статистики. Например, в 2020 г. из 21 549 336 поступивших гражданских дел в срок до 1,5 месяца было рассмотрено 19 290 966 дел, что составляет 89,5%, в 2021 г. количество гражданских дел, рассмотренных в аналогичный срок, составило 89,4% от общего числа поступивших заявлений <9>. При этом во время действия Устава гражданского судопроизводства 1864 г. существовал принцип быстроты производства, который в целом отражал современный принцип разумности сроков судопроизводства. Так, Е.В. Васьковский указывал, что "быстрота производства необходима, прежде всего, в качестве одного из условий правильности судебных решений" <10>.
(Соловьева Т.В.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2024, N 1)Разумность как принцип гражданского судопроизводства в ГПК РФ не имеет прямого буквального законодательного закрепления, при этом в ст. 6.1 ГПК РФ установлено правило, согласно которому разбирательство дел судами общей юрисдикции должно осуществляться в разумные сроки. Отметим, что данная норма является относительно новой и была введена в содержание ГПК РФ в 2010 г. в целях исполнения Постановления Европейского суда по правам человека "Бурдов против России N 2" <7>. С этого момента и в теории гражданского судопроизводства был выделен и получил дальнейшее развитие принцип разумности судопроизводства <8>. Появление принципа разумности необходимо оценивать положительно, так как, действительно, сроки рассмотрения и разрешения дел судами до 2010 г. зачастую не соблюдались. В настоящее время большая часть дел рассматривается с соблюдением сроков, установленных законом, о чем свидетельствуют данные судебной статистики. Например, в 2020 г. из 21 549 336 поступивших гражданских дел в срок до 1,5 месяца было рассмотрено 19 290 966 дел, что составляет 89,5%, в 2021 г. количество гражданских дел, рассмотренных в аналогичный срок, составило 89,4% от общего числа поступивших заявлений <9>. При этом во время действия Устава гражданского судопроизводства 1864 г. существовал принцип быстроты производства, который в целом отражал современный принцип разумности сроков судопроизводства. Так, Е.В. Васьковский указывал, что "быстрота производства необходима, прежде всего, в качестве одного из условий правильности судебных решений" <10>.
Статья: Разумные сроки в арбитражном судопроизводстве: история развития института и вопросы применения на современном этапе
(Лазаренко Л.Б., Моцная Ю.Н.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 6)По мнению многих ученых-юристов, институт разумного срока в зарубежном праве начал формироваться после закрепления в Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. права на судебное разбирательство в разумный срок (ст. 6) <2>, а российском праве - после Постановления Европейского суда по правам человека (далее - ЕСПЧ) по делу "Бурдов против России" 2002 г., в котором суд обязал Российское государство устранить системные нарушения процессуальных сроков <3>.
(Лазаренко Л.Б., Моцная Ю.Н.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 6)По мнению многих ученых-юристов, институт разумного срока в зарубежном праве начал формироваться после закрепления в Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. права на судебное разбирательство в разумный срок (ст. 6) <2>, а российском праве - после Постановления Европейского суда по правам человека (далее - ЕСПЧ) по делу "Бурдов против России" 2002 г., в котором суд обязал Российское государство устранить системные нарушения процессуальных сроков <3>.