I. Конституционные основы публичного права

1. Постановлением от 15 января 2026 года N 1-П Конституционный Суд дал оценку конституционности пункта 2 статьи 214.10 Налогового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с пунктом 2 статьи 567 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указанное положение Налогового кодекса Российской Федерации являлось предметом рассмотрения в той мере, в какой на его основании во взаимосвязи с отмеченным положением ГК Российской Федерации решается вопрос об обязанности гражданина уплатить налог на доходы физических лиц (далее - НДФЛ) в связи с отчуждением им по договору мены объектов недвижимого имущества такого объекта в целях, не связанных с ведением предпринимательской деятельности.

Оспоренное законоположение признано не соответствующим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой оно во взаимосвязи с названной нормой Гражданского кодекса Российской Федерации допускает произвольное разрешение вопроса об определении подлежащего обложению НДФЛ дохода действующего добросовестно налогоплательщика в случае совершения им мены объектов недвижимого имущества в указанных целях.

Впредь до внесения надлежащих законодательных изменений при совершении налогоплательщиком мены объектов недвижимого имущества в указанных целях НДФЛ взимается - в случае опровержения эквивалентности совершенной мены, а именно установления отсутствия разумных, в том числе внеэкономических, мотивов для ее совершения при существенном превышении кадастровой стоимости полученного в результате мены недвижимого имущества над кадастровой стоимостью отчужденного недвижимого имущества (при этом, если кадастровая стоимость объекта недвижимого имущества не определена или не подлежит применению в соответствии с законодательством о государственной кадастровой оценке, применяется рыночная стоимость, определяемая налоговым органом на основании отчета об оценке), в том числе с учетом всех выплаченных по такому договору денежных средств, - с соответствующей разницы.

Конституционный Суд отдельно отметил, что признание оспоренного законоположения не соответствующим Конституции Российской Федерации, а также указанные особенности исполнения данного Постановления не являются основанием для пересмотра размера налоговых обязательств неограниченного круга налогоплательщиков, исполнивших обязанность по уплате НДФЛ за предшествовавшие вынесению этого Постановления периоды и не оспоривших соответствующую обязанность (ее размер) в установленном законом порядке, а также для пересмотра судебных актов по иным, помимо дела заявительницы, делам, если судебные акты по этим делам вступили в законную силу.

2. Постановлением от 3 февраля 2026 года N 4-П Конституционный Суд дал оценку конституционности абзаца седьмого статьи 2 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года N 5242-I "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации", а также абзаца первого пункта 3, абзаца первого пункта 12 и абзаца первого пункта 14 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 июля 1995 года N 713.

Указанные нормативные положения являлись предметом рассмотрения в той мере, в какой на их основании в системе действующего правового регулирования решается вопрос о возможности регистрации граждан по месту пребывания в нежилых помещениях (именуемых апартаментами), которые по предусмотренным проектной документацией соответствующего здания характеристикам сходны с квартирами в многоквартирном доме и при этом не входят в номерной фонд гостиниц и иных средств размещения.

Оспоренные нормы признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования они не предусматривают регистрацию граждан по месту пребывания в указанных нежилых помещениях.

До внесения в действующее правовое регулирование надлежащих изменений регистрация по месту пребывания в указанных нежилых помещениях граждан - собственников соответствующих помещений, а с их письменно выраженного согласия и при документальном подтверждении семейных отношений или близкого родства - членов их семей и их близких родственников осуществляется органом регистрационного учета по заявлению соответствующих граждан в порядке, установленном для регистрации по месту пребывания в жилых помещениях, с выдачей свидетельства о регистрации по месту пребывания соответствующим гражданам, при условии предоставления помимо документов, требующихся для регистрации по месту пребывания в жилых помещениях, также копий документов, подтверждающих строительство соответствующего здания как предназначенного для пребывания граждан, а также пригодность конкретного нежилого помещения в нем, как сходного по характеристикам с квартирой в многоквартирном доме, именно для такого его использования.

3. Постановлением от 11 февраля 2026 года N 6-П Конституционный Суд дал оценку конституционности части 3 статьи 108 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Указанное законоположение являлось предметом рассмотрения в той мере, в какой оно выступает правовым основанием для решения вопроса о снижении размера денежных сумм, подлежащих выплате эксперту (экспертной организации) за проведение экспертизы, притом что такой размер был согласован с экспертом (экспертной организацией) до проведения экспертизы и установлен определением суда о ее назначении.

Оспоренная норма признана не соответствующей Конституции Российской Федерации в той мере, в какой она:

не исключая полномочия суда, в том числе по собственной инициативе, снизить размер указанных денежных сумм, подлежащих выплате эксперту (экспертной организации), после проведения экспертизы как чрезмерный, не определяет нормативных критериев допустимости такого снижения;

по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, допускает снижение размера денежных сумм, подлежащих выплате негосударственной экспертной организации, по мотиву его чрезмерности исключительно либо преимущественно в силу его несоответствия нормативно установленным критериям, используемым для определения стоимости проведения экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях.

Впредь до внесения соответствующих законодательных изменений размер денежных сумм, подлежащих выплате эксперту (экспертной организации), после исследования заключения эксперта может быть снижен судом по собственной инициативе с учетом мнения лиц, участвующих в деле, или по заявлению лиц, участвующих в деле, если будут установлены отсутствие в заключении эксперта выводов по поставленным перед ним судом вопросам (пропорционально выполненному объему исследования), несоответствие отдельных выводов эксперта положениям нормативных правовых актов, существенное нарушение норм права при проведении экспертизы и (или) подготовке заключения либо если оценка экспертного исследования с точки зрения его уникальности, сложности, объема изученных материалов, квалификации эксперта, стоимости аналогичных услуг в иных экспертных организациях и иных значимых критериев указывает на явную неразумность (чрезмерность) расходов на оплату экспертизы. При этом эксперт (экспертная организация) вправе представить суду дополнительное обоснование размера денежных сумм, подлежащих выплате эксперту (экспертной организации), а суд обязан дать оценку представленным документам и доводам.

4. Постановлением от 27 февраля 2026 года N 10-П Конституционный Суд дал оценку конституционности части 4 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Указанное законоположение являлось предметом рассмотрения в той мере, в какой на его основании разрешается вопрос о прекращении производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1.3 статьи 17.15 КоАП Российской Федерации и выразившемся в неисполнении должником - органом государственной власти субъекта Российской Федерации содержащихся в исполнительном документе требований неимущественного характера в срок, установленный законодательством об исполнительном производстве.

Оспоренное законоположение признано не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования при решении отмеченного вопроса оно предполагает, что:

если установлены причинно-следственная связь между выделением бюджетных ассигнований на цели, связанные с финансовым обеспечением расходных обязательств, возникающих при выполнении органом государственной власти субъекта Российской Федерации закрепленного за ним полномочия субъекта Российской Федерации в размере, недостаточном для его исполнения, и неисполнением или ненадлежащим его исполнением (что подтверждено исполнительным документом, содержащим требование неимущественного характера), а также факт внесения (направления) указанными в оспоренной норме лицами в соответствии с порядком и сроками составления проекта бюджета субъекта Российской Федерации на очередной финансовый год предложений об определении достаточного объема бюджетных ассигнований для надлежащего исполнения соответствующих расходных обязательств, уполномоченный субъект административной юрисдикции принимает решение о прекращении производства по делу об административном правонарушении;

условие для прекращения производства по делу об административном правонарушении может считаться выполненным, в частности, также при внесении (направлении) перечисленными в оспоренном законоположении лицами в соответствии с бюджетным законодательством предложений по изменению сводной бюджетной росписи или закона о бюджете субъекта Российской Федерации, направленных на выделение бюджетных ассигнований, необходимых для осуществления конкретного полномочия (в части исполнения вытекающего из исполнительного документа требования неимущественного характера) органом государственной власти субъекта Российской Федерации, должностное лицо которого привлекается к административной ответственности по части 1.3 статьи 17.15 КоАП Российской Федерации, если требование неимущественного характера возложено на данный орган в период, когда истекли сроки внесения (направления) предложений о выделении бюджетных ассигнований на осуществление им соответствующего полномочия при принятии закона субъекта Российской Федерации о бюджете, а должностное лицо данного органа привлекается к такой ответственности до начала подготовки в установленные сроки проекта нового закона о бюджете субъекта Российской Федерации;

прекращение производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1.3 статьи 17.15 КоАП Российской Федерации, на основании оспоренного законоположения не влечет прекращения обязанности органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации исполнить в соответствии с законодательством об исполнительном производстве содержащееся в исполнительном документе требование неимущественного характера.

При этом единство правил, установленных оспоренным законоположением для органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления, означает необходимость распространения сделанных в данном Постановлении выводов и на случаи, когда должниками по требованиям неимущественного характера, должностные лица которых привлекаются к административной ответственности в соответствии с частью 1.3 статьи 17.15 КоАП Российской Федерации, выступают органы местного самоуправления.

5. Постановлением от 5 марта 2026 года N 12-П Конституционный Суд дал оценку конституционности пункта 1 статьи 90 и части первой статьи 128 Налогового кодекса Российской Федерации.

Указанные законоположения являлись предметом рассмотрения в той мере, в какой на их основании разрешается вопрос о признании свидетелем налогоплательщика, в отношении которого проводится выездная налоговая проверка, и о его привлечении к ответственности за неявку на допрос в качестве свидетеля.

Оспоренные нормы признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку в системе действующего правового регулирования они не предполагают признания проверяемого налогоплательщика свидетелем в отношении обстоятельств его собственной деятельности и применения к нему предусмотренных данным Кодексом мер ответственности в случае его неявки по законному уведомлению налогового органа для дачи пояснений по предмету выездной налоговой проверки.

6. Постановлением от 13 марта 2026 года N 14-П Конституционный Суд дал оценку конституционности части 1.3-3 статьи 32.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и пункта 1 статьи 40.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации.

Указанные законоположения в их взаимосвязи являлись предметом рассмотрения в той мере, в какой на их основании определяется наличие права привлеченного к административной ответственности лица на возврат ему части суммы административного штрафа, уплаченного им в полном размере до истечения срока, в пределах которого у него имелось право уплаты указанного штрафа в льготном (половинном) размере.

Оспоренные в их взаимосвязи нормы признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они в системе действующего правового регулирования не препятствуют возврату излишне уплаченных в бюджет денежных средств лицу, привлеченному к административной ответственности и имеющему право на уплату административного штрафа в размере половины суммы наложенного административного штрафа, если такое лицо уплатило штраф в полном размере в течение двадцатидневного срока, отведенного законом для его уплаты в льготном размере, но своевременно обнаружило ошибку и потребовало возврата излишне уплаченной суммы до истечения указанного срока.

Если же при привлечении к административной ответственности лицу, вопреки части 1.1 статьи 29.10 КоАП Российской Федерации, была предоставлена неполная или противоречивая информация о порядке уплаты штрафа, способная ввести его в заблуждение относительно возможности уплатить штраф в предусмотренном законом льготном размере, действующее правовое регулирование не препятствует возврату излишне уплаченной таким лицом суммы административного штрафа в пределах трехлетнего срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 40.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации.

7. Определением от 15 января 2026 года N 1-О Конституционный Суд проанализировал подпункт 1.1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации.

Согласно оспоренному законоположению от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с арбитражным процессуальным законодательством Российской Федерации, арбитражными судами, освобождаются государственные органы, органы местного самоуправления, органы публичной власти федеральной территории "Сириус", выступающие по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации, арбитражными судами, в качестве истцов или ответчиков.

Как отметил Конституционный Суд, судебная интерпретация установленной оспоренным законоположением льготы по уплате государственной пошлины имеет - в отличие от аутентичного нормативного содержания данной нормы - расширительный характер и при определенных обстоятельствах распространяется на государственные и муниципальные учреждения (казенные, бюджетные и автономные), когда они выступают в суде в статусе истца или ответчика.

Вместе с тем из Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2, 3 (2024), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 ноября 2024 года (далее - Обзор), прямо следует необходимость учитывать, что во всяком случае не может служить основанием для освобождения учреждения от уплаты государственной пошлины его участие в судебном споре, не связанном с защитой государственных, общественных интересов и возникшем из гражданских правоотношений (в частности, в споре об исполнении контракта по оплате поставленных энергоресурсов, товаров, оказанных услуг, результатов выполненных работ). В таком случае учреждение уплачивает государственную пошлину, предусмотренную статьями 333.19 и 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, наравне с иными участниками процесса.

Таким образом, отмеченное судебное толкование отвечает единообразию применения оспоренного законоположения в отношении государственных и муниципальных учреждений, не отступает от обеспечения равенства участников арбитражного процесса, относящихся к одной категории, не содержит неопределенности и не может свидетельствовать о нарушении права на судебную защиту, тем более что сложившаяся практика применения арбитражного процессуального законодательства последовательно придерживается правовых позиций, высказанных в указанном Обзоре.