Декомпозиция отклонения инфляции от целевого уровня на шоки

В 2024 году отклонение инфляции от целевого уровня составило 5,5 процентного пункта. Основной вклад в превышение цели внесли шоки со стороны внутреннего спроса и предложения.

--------------------------------

<*> Отклонение от цели аннуализированной инфляции на конец полугодия к концу предыдущего полугодия.

Источник: расчеты Банка России.

Внутренний спрос. Шоки внутреннего спроса (+2,3 п.п.) обусловлены высоким уровнем потребительской активности и увеличением инвестиционных расходов. Российская экономика оказалась более устойчивой и росла быстрее, чем это предполагалось модельными расчетами. Их вклад в отклонение инфляции от цели значительно расширился во второй половине 2024 года, и своевременное ужесточение ДКП Банком России позволило снизить инфляцию в первой половине 2025 года.

Совокупное предложение. Основное проинфляционное воздействие продолжили оказывать шоки совокупного предложения (+2,3 п.п.). Это связано с более весомым вкладом роста издержек производителей, чем это предполагалось моделью, особенно во втором полугодии 2024 года. Сюда также относятся индексация регулируемых услуг и повышение утилизационного сбора. Помимо этого, усиление санкций в части экспортных ограничений недружественными странами привело к необходимости поиска альтернативных путей импорта зарубежных товаров и услуг, что также является положительным вкладом в инфляцию со стороны предложения.

Валютный рынок. Шоки валютного рынка оказывали существенное проинфляционное давление (+1,2 п.п.). В 2024 году номинальный курс рубля продолжил ослабление, однако реальный курс с учетом инфляции в целом сохранился на уровне 2023 года. Кроме того, с учетом лаговой структуры модели и распределенного во времени эффекта переноса положительный вклад вносило и ослабление курса рубля, произошедшее в 2023 году.

Мировая экономика. Вклад шоков мировой экономики в отечественную инфляцию по итогам 2024 года оказался относительно небольшим (-0,2 п.п.). Несмотря на смягчение денежно-кредитных условий в зарубежных странах, денежно-кредитная политика в большинстве зарубежных стран оставалась жесткой. Из-за замедления мирового спроса на нефть цена на нее уменьшилась больше, чем это предполагалось в предпосылках модели. Как следствие, вклад шоков цен на нефть в инфляцию оказался отрицательным (-0,6 п.п.).

Рынок труда. Предложение труда <1> (-0,3 п.п.) также внесло отрицательный вклад в темп роста цен. Происходило дальнейшее увеличение численности занятых за счет выхода на рынок труда ранее неактивных на нем граждан России. Во второй половине года напряженность на рынке труда начала снижаться, произошло сокращение количества вакансий, стал уменьшаться спрос на труд. В условиях структурной перестройки экономики модель предполагала более существенное вовлечение рабочей силы по сравнению с фактически наблюдавшимся в 2024 году. В результате, несмотря на рост издержек предприятий на поиск и привлечение сотрудников, а также на оплату труда, потенциальный проинфляционный эффект был компенсирован ростом производительности труда.

--------------------------------

<1> Спрос на труд учтен во вкладе внутреннего спроса.

Макроэкономическая политика. Проинфляционное влияние оказали шоки макроэкономической политики (+0,7 п.п.). Основную роль сыграло продолжающееся расширение расходов бюджета, которое поддерживало высокий уровень спроса в экономике, а уровня ключевой ставки в первой половине 2024 года оказалось недостаточно для замедления высокой инфляции. В результате этого Банк России перешел к ужесточению ДКП во второй половине 2024 года, что отразилось на замедлении роста цен уже в первом полугодии 2025 года.