Главная

Интернет-интервью с В.Д. Зорькиным,
Председателем Конституционного Суда РФ:
"15-летие Конституционного Cуда Российской Федерации"

Уважаемые посетители сервера!

Предлагаем вашему вниманию интернет-интервью c Председателем Конституционного Суда РФ Валерием Дмитриевичем Зорькиным, посвященное 15-летнему юбилею Конституционного Cуда Российской Федерации и публикуемое накануне Дня Конституции РФ.

Благодарим всех посетителей сервера, приславших свои вопросы.

КонсультантПлюс: Валерий Дмитриевич, прежде всего примите поздравления с юбилеем, с 15-летием существования Конституционного Суда РФ…

1Валерий Дмитриевич: Спасибо, хотя мы сочли, что 15 лет – не вполне юбилейная дата. И дело даже не в том, что дата не круглая. Дело в значимости того или иного возраста. 10-летний юбилей для любого органа власти или учреждения означает, что этот орган власти состоялся. 25 лет – тоже юбилей, но он говорит уже о другом - о том, что молодость прошла, и, вообще-то говоря, пора уже подумать о вечности. А 15, 16, 17 – это то, что накапливается между юбилейными датами. Хотя, конечно, можно каждый год отмечать день рождения  и относиться к нему как к празднику. В этом тоже есть свой резон.

Но мы, обсудив с судьями предстоящее 15-летие, пришли к решению, что не будем устраивать торжеств, а проведем серьезную представительную международную конференцию, посвященную единству европейского правового пространства.

КонсультантПлюс: 15 лет – это, конечно, не круглая дата, но уровень проведения международной конференции и ее представительства существенно вырос. Трудно представить, что и как могло бы быть лучше.

В.Д.: Это Вы сказали. Хотя трудно не согласиться с тем, что конференция прошла на очень высоком уровне. Она очень наглядно показала, что у нашего Конституционного Суда налажены конструктивные двусторонние взаимоотношения с ведущими конституционными судами Европы. Организация конституционных судов Европы – это сегодня постоянно действующий и весьма эффективный орган, который позволяет нам взаимодействовать и выявлять общее и специфическое в конституционном правосудии.

Я говорил об этом и на прошедшей конференции, и в своем докладе в Страсбургском суде в январе, когда России предоставили возможность открытия судебного года. Только вместе, сообща, может происходить процесс отстаивания конституционных принципов. Эти принципы в разных конституционных судах конкретизируются по-разному, но они одни и те же в своем ядре. Обсуждая общее и различное, мы определяем магистральный путь развития. И свернуть с общего пути практически невозможно. Общий процесс тебя обязательно подхватит и поведет туда, куда надо. Одному Суду, изолированному от своих коллег в других странах, крайне трудно существовать и тем более развиваться в современном мире. Один суд – это все равно что государство за железным занавесом. Для нормального функционирования нам, конституционным судьям, чрезвычайно важно понять не только европейские правовые тенденции, но и то, какое место занимает Россия в правовом пространстве Европы.

С моей точки зрения, конференция лишний раз подтвердила ту непреложную истину, что, несмотря на некоторые различия, Россия и Европа движутся в общем направлении – в направлении упрочения единства правового европейского пространства, принципов и общих стандартов в области прав и свобод человека. Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод действует в России так же, как и в европейских странах.

Мы приурочили конференцию к 15-летию, но кроме этого 2006 год – это год председательства России в Совете Европы.

КонсультантПлюс: Но юбилей или полуюбилей – это все равно повод поговорить о вехах.

В.Д.: Мне всегда очень трудно отвечать на этот вопрос. Потому что, выделяя те или иные решения как самые важные, поневоле отодвигаешь все другие в разряд менее важных. Исходя из этого я скажу так: важно все!

Порой незначительное на первый взгляд дело может наделать очень много шума. Наглядный и памятный пример - Определение 169-О. Казалось бы, это даже не Постановление, а Определение, то есть дело не рассматривалось в публичном заседании, а общественный резонанс был беспрецедентным.

Отвечая на Ваш вопрос, я попытаюсь выделить не отдельные решения Суда, а блоки проблем, которые приходилось разрешать Конституционному Суду. На первое место я бы поставил проблему социальных прав – около трети рассматриваемых в КС жалоб относится к этой проблеме. Дела были разные, но все они вместе образуют достаточно стройную и логически выверенную систему решений. В них мы исходили из принципа, что государство, вводя разные механизмы решения проблем, не может понижать существовавший ранее уровень обеспечения, если обязательства государства перед гражданами вытекают прямо из закона. И это в равной мере относится ко всем – и к чернобыльцам, и к  жителям северных территорий, и к военнослужащим, и к учителям… Конституционный Суд защитил права всех названных категорий граждан, признав, что неконституционно задним числом отменять обещанные льготы или компенсации.

Думаю, этими решениями удалось защитить не только права отдельных граждан или категорий граждан, но и доверие граждан к своему государству.

Примечательно, что в последние годы социальные проблемы стали актуальными и для Европы. Причем не только для Восточной Европы, но и для благополучной Западной. И в печальном перечне современных угроз, таких как терроризм, транснациональная преступность, экологические проблемы, атомное оружие, проблема социальных прав заняла сейчас едва ли ни центральное место. Года три назад некоторые европейские коллеги говорили, что "увлекаться социальными  правами - плодить бездельников в обществе". На прошедшей только что конференции я вновь говорил об этой проблеме и, как мне показалось, встретил полное понимание.

Я уже говорил и готов повторить, что от решения проблемы социальных прав зависит судьба демократии не только в России, но и в Европе. Нищему народу не нужна демократия.

КонсультантПлюс: Но наверняка можно выделить и другие проблемы, которые приходилось разрешать Конституционному Суду.

В.Д.: Конечно. Это и многочисленные решения, касающиеся политических прав граждан в избирательном процессе и прав на свободные выборы; это и комплекс решений по трудовым правам; и огромное количество решений по защите права собственности. Особенно хочу выделить решения Суда, связанные с процессуальными правами граждан.

Какую сферу правового поля России ни возьми – по всем у КС есть фундаментальные решения. И без этих решений Конституция в ее интерпретативном виде уже немыслима. Постановления и определения Суда стали органической составной частью толкования Конституции - не только через абстрактное толкование, но и через живые дела.

КонсультантПлюс: В этой связи позвольте озвучить вопрос нашего пользователя Алексея из Тюмени. Он спрашивает: "Какое место занимают решения КС РФ (постановления и определения) исходя из их юридической силы среди иных источников российского права? По своей силе они находятся после Конституции РФ или на одном с ней уровне? Имеют ли они приоритет над иными законами?"

10В.Д.: Живая Конституция – это не только текст и не только решения КС по толкованию тех или иных норм Основного закона. Живая Конституция – это еще и законы, и вся правоприменительная практика, которая показывает, в каком направлении двигается наше право. Ядром этой практики является, конечно, конституционное правосудие. То есть важен не только сам текст Конституции, но и его реальное воплощение в жизнь. И важны не только учреждения, которые там названы, а то, как эти парламент, президент, суды, СМИ функционируют. Важен не столько перечень прав и свобод, сколько то, как они реализуются. Согласитесь, любой текст можно озвучить так, что все хорошее в нем будет перечеркнуто.

КС – участник этого большого процесса, он играет важнейшую роль хранителя живой Конституции. Наши решения дополняют живую Конституцию, но не создают новый текст. Текст тот же самый и в 1993, и в 2003, и в 2006, и, надеюсь, дальше будет так же, но мы можем понять его действительное значение только, как говорят философы, в развитом, логически снятом виде завершенного объекта.

Я исхожу из того, что народ должен освоить текст своей Конституции, даже если этот текст несовершенен. У Англии и Израиля вообще нет писаного текста Конституции, но живут же народы. Погоня за сиюминутными изменениями, как это делал Съезд народных депутатов, когда  каждый день – новая статья, а каждому правителю – своя Конституция - это правовая шизофрения.

Конечно, страна может подойти к тому моменту, когда необходимо будет внести изменения в Основной закон. Но пока есть возможность Конституцию не менять, ее нельзя менять. До тех пор надо Конституцию интерпретировать. Но не до такой степени, чтобы превращать черное в белое, а в пределах текста. Это сложная научная проблема – о тексте, подтексте, языке, метаязыке, все, что связано с толкованием буквы, пределами толкования, границами усмотрения… Несомненно, что суд своими решениями уясняет норму Конституции.

Слава богу, прошел тот этап (это уже прошлый век в полном смысле слова), когда очень известные юристы и видные государственные деятели говорили: что это там КС в конкретном деле толкует статью Конституции? Пусть он просто нам скажет: да или нет, конституционно или неконституционно, черное или белое? Но как сказать "да" или "нет" без обоснования? А что такое обоснование? Как можно обосновать, не уяснив смысл нормы? Разве правоприменитель, беря норму закона, решая конкретное дело, не вчитывается в закон, не задумывается над тем, что означает эта норма? Разве не путем практики складываются понятия налогового срока или добросовестности владельца? Все, любые термины и понятия обретают свой смысл в практике, во время применения.

Мне нравится старое изречение: "Все минется, одна правда останется". Правда, право – однокоренные слова. Но эту правду надо открывать каждый раз на новой ступени. Жизнь идет, и текст, который законодатель – творец этого текста - создавал для той действительности, не должен мешать течению жизни.

Природа правового текста такова, что он начинает жить самостоятельной жизнью и с течением лет может отдалиться от той первоначальной воли творца. Слово математика для человека 18 века означало одно, а сейчас - существенно иное. Наполнение новым смыслом происходит в движении, в интерпретации судом, любым судом, и в том числе КС, когда он уясняет смысл норм, но не просто уясняет этот смысл, как ученый, а решает дело о конституционности закона. Конституционный Суд говорит, что эта норма Конституции означает то-то и то-то, то есть дает ее развертывание, и в этих решениях существует развернутое интерпретационное существование нормы Конституции. Без этих решений невозможно представить живую Конституцию на нынешнем этапе. Они часть Конституции? Если говорить о живой Конституции, то да.

Те решения, где формулируется правовая позиция о конституционном смысле закона, имеют прецедентное значение. Поэтому-то все чаще говорят о прямых прецедентах Конституционного Суда. Хотя не все с этим согласны, и даже среди представителей юридического сообщества есть те, кто отрицает это категорически. Говорят: какое прецедентное значение? Не имеет КС права это делать!

Я считаю, что это худшие отрыжки вульгарного юридического позитивизма.

КонсультантПлюс: Спасибо. Теперь вопрос, который наверняка Вас порадует, как всегда радуют хорошие умные вопросы от молодых людей – студентов и аспирантов. Итак, вопрос от аспиранта МГЮА Кирилла Рывкина. "Уважаемый Валерий Дмитриевич! Я занимаюсь теорией основных прав (их юридической природой и структурным анализом). Хотелось бы услышать из первых уст: считает ли себя Конституционный Суд приверженцем какой-либо структурной или материальной теории права вообще и основных прав в частности? В ряде случаев в решениях Суда выражаются позиции, созвучные либертатной теории В. Нерсесянца (представление о праве как о всеобщем равном масштабе), также применяется разработанная в практике конституционного правосудия ФРГ доктрина конституционных ценностей и их взвешивания, принципы соразмерности и неискажения существа права. Считаете ли Вы, что доктрина Суда постепенно сама выкристаллизовывается из практики рассмотрения отдельных дел или существуют какие-то изначальные установки?"

В.Д.: В каком-то смысле, это вопрос риторический. Но мне действительно очень приятно, что современные аспиранты ссылаются в своих рассуждениях на таких великих ученых, как  Владик Сумбатович Нерсесянц. Я считаю, что он входит в число самых великих российских философов права. Трудно сравнить его с кем-то и трудно найти ему равных и в нашем, и в прошлом веке, при том, что 20 век был богат на выдающихся ученых-правоведов. Борис Чичерин, Александр Градовский, Николай Коркунов, Павел Новгородцев, Сергей Муромцев… Это имена не только российского, европейского уровня – это ученые уровня общеевропейского и мирового. Они доказали, что наука и теория не признают границ. В своих фундаментальных исследованиях они первыми пришли к тому, что право должно быть единым и всеобщим, общемировым.

Теория прав человека по происхождению – это не что иное, как доктрина естественного права. Но если говорить о теориях и доктринах, то европейская правовая мысль была колыбелью правовых теорий, и в ней можно выделить три важнейших подразделения:
- позитивистскую догматическую теорию, формальную теорию права, точнее законодательства, когда право отождествлялось с законом;
- социологическую юриспруденцию, то есть то, что связывается с социологией права с акцентом на право в действии, на живое реальное право;
- и, наконец, проблему сущности права, то есть проблему того, откуда идет право по своему логическому генезису, что лежит в основе современной концепции прав и свобод и, следовательно, практических доктрин.

Теория всегда лежит в основе практики. И если ее не пускают в дверь, она идет в окно. Ведь прежде чем построить дом, человек сначала его придумывает, представляет себе мысленно, рисует его план, решает, где будет окно, где дверь. Помните известную библейскую притчу о том, как некто построил дом на песке. Дом рухнул. А дом, построенный на камне, простоял много веков. То же и с теорией - чем она фундаментальнее, чем она более осознана и чем глубже она проникает в природу явлений, тем теория практичнее.

Известное изречение, ставшее уже трюизмом: нет ничего практичнее, чем добротная теория.

Хотя на практике по-разному складывалось. Неприятие фундаментальных наук коснулось не только гуманитарных сфер, вспомните, что было с генетикой, с кибернетикой. Все было, вплоть до гонений и остракизма. Но от этого природа и сущность явлений не уничижается. На свалке истории оказывается как раз тот, кто не понимает и не желает понимать очевидного.

Посмотрите, в советские времена нам твердили: "буржуазная лжетеория; естественного права". То есть брали в вульгарном смысле позитивистскую теорию права. В вульгарном истолковании это звучало так: Право – это закон. То есть право отождествляется с законом. А закон издает государственная власть. А государственная власть имеет волю. А дальше вывод (простенько и со вкусом): все, что диктует власть, это и есть право. Но ведь при таком подходе можно очень далеко зайти и договориться до того, что существует и сталинское "право", и гитлеровское "право", то есть и концлагеря, и огромные человеческие жертвы – это все право. 

Наша Конституция создавалась не на пустом месте, и ее создатели не прокладывали некий особый путь, проходящий вдалеке от столбовой дороги теоретического развития юридической науки.

И доказательство тому - вторая и семнадцатая статьи нашей Конституции, два важнейших ее положения. Они гласят, что Человек, его права и свободы являются высшей ценностью; права и свободы гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права; основные права человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. А это не что иное, как классическая теория естественного права. Эту теорию, впрочем, как и любую другую, не надо абсолютизировать, но без нее невозможно понять ни современные конституции, ни современную концепцию права.

Человек, с моей точки зрения, существо правовое. Пока есть право и пока существует человек, будут и споры о теоретических доктринах, будут споры о существе права. Другой вопрос – воспримет ли практика эти теоретические глубинные пласты, которые осваиваются человечеством? 

КонсультантПлюс: Будем надеяться, что воспримет.

12В.Д.: Мне кажется, что все же существует понимание того, что с помощью теории молотка и кувалды трудно прорваться в век тонких технологий.

И с этой точки зрения наша Конституции стоит на плечах российской правовой науки и мировой науки, ее важнейших и высоких достижений. И помимо теории естественного права в текст Конституции заложены, хотя и не столь очевидно, и другие теории, другие принципы.

Акцент Конституции на реальных гарантиях и стремлении обеспечить важнейшие принципы реализации права с помощью различных институциональных средств; акцент на продвижение текста в жизнь, Слова в его изначальном библейском смысле – это, конечно, социология.

А догматика – разве она совсем чужда нашей Конституции? И она тоже здесь присутствует! Построение, точность терминов, систематизированность  текста в ясное системное конструирование правового поля – это сильнейшие стороны догматики. Это высочайшие достижения юридического позитивизма.

С точки зрения прав и свобод, глубинная основа Конституции – это, конечно, теория естественного права. А в своем системном очертании в основе Конституции лежит интегративная юриспруденция, которая соединяет видение догмы права, права в жизни, то есть реально действующей фактической Конституции и глубинного ядра сущности права, которое развертывается в истории.

КонсультантПлюс: Уважаемый Валерий Дмитриевич! Если гражданин, который не участвовал в рассмотрении дела в КС, столкнулся с той же проблемой, что и заявитель в КС, на него распространяется решение КС о пересмотре дела?

В.Д.: Здесь кроется большая проблема. Решение КС по конкретному делу, бесспорно, связано с жалобой конкретного гражданина, но мы считаем, что каждое наше решение – это защита общего права. Если в нем содержится правовая позиция, то оно имеет значение для всех других решений. Почему мы не всегда прибегаем к публичному производству? Потому что уже выработанные правовые позиции мы автоматически распространяем на аналогичные.

Здесь нет, с моей точки зрения, нарушения права на судебную защиту, потому что мы не решаем вопросы факта и обоснованности судебных решений. Мы решаем вопрос о судьбе закона и оцениваем закон исходя как из его буквального смысла, так и смысла, придаваемого сложившейся правоприменительной практикой, и исходя из системы норм. Позиции, принятые по одному делу, мы можем переносить и на другие случаи. И здесь нет неравенства. Вы спрашиваете, как быть гражданину, обратившемуся в КС позже, когда дело уже решено, но по такому же случаю? Если закон признан неконституционным, все дела, принятые на основе этого закона,подлежат пересмотру. И любой гражданин, пострадавший от действия этого закона, имеет право на защиту своих нарушенных прав, если нет иных к тому препятствий, например,не истекли сроки давности и т.д.

Уважаемый Председатель Конституционного Суда РФ! У меня к Вам несколько вопросов:
1. Почему секретариат КС РФ дважды неосновательно возвращает жалобу о нарушении конституционных прав вопреки ст. 40 ФКЗ РФ "О Конституционном Суде РФ" и требованию заявителя о рассмотрении непосредственно Конституционным Судом РФ поставленного в ней вопроса? Так было по моим обращениям в КС РФ в 2005 г., а также по обращению Масловой А.И. И потребовалось третье обращение в КС РФ уже на Ваше имя для их рассмотрения.
2. Что было, на Ваш взгляд, самое важное на международной конференции "Единое правовое пространство Европы и практика конституционного правосудия", где Вы участвовали и выступили с докладом? Будут ли ее итоги опубликованы в печати и где именно? - Маслов Александр Иванович (Вологда)

В.Д.: Возможность возвращения Секретариатом Конституционного Суда жалобы заявителю, а точнее уведомления о несоответствии его обращения требованиям Закона о Конституционном Суде, предусмотрена самим этим Законом, его статьей 40. Это касается случаев, когда обращение явно не подведомственно Конституционному Суду или по форме не отвечает его требованиям, либо исходит от ненадлежащего органа или лица. Порой к жалобе гражданина не прилагается копия официального документа, подтверждающего применение либо возможность применения обжалуемого закона при разрешении конкретного дела, что является обязательным (статья 96 Закона о Конституционном Суде). Следует также учесть, что согласно требованиям статьи 3 Закона о Конституционном Суде при осуществлении конституционного судопроизводства Конституционный Суд воздерживается от установления и исследования фактических обстоятельств во всех случаях, когда это входит в компетенцию других судов или иных органов. При этом Конституционный Суд Российской Федерации не является кассационной или надзорной инстанцией для каких-либо судов и не правомочен давать юридическую оценку их решениям.

Статьи 40 и 111 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предписывают Секретариату Конституционного Суда при рассмотрении поступающих обращений проверять в предварительном порядке их соответствие требованиям названного Закона. Уведомление заявителя о несоблюдении тех или иных требований с одновременной рекомендацией об устранении недостатков в оформлении обращения является обязанностью работников Секретариата и не может рассматриваться как ограничение, нарушение права на обращение в Конституционный Суд.

В то же время заявитель на основании статьи 40 (часть вторая) Закона о Конституционном Суде вправе потребовать принятия по его обращению решения именно Конституционным Судом. Вы этим правом воспользовались и по Вашей жалобе было принято Определение от 12 апреля 2005 года N 113-О, в котором Конституционный Суд указал, что части 1, 2 и 3 статьи 30.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предполагают обязанность суда надзорной инстанции извещать лицо, в отношении которого ведется производство по делу, о факте принесения протеста прокурора, предоставить возможность ознакомления с  протестом и предоставить свои возражения на него.

В 2006 году Вы и члены Вашей семьи обратились в Конституционный Суд с жалобой, в которой просили проверить конституционность пункта 3 части второй статьи 377 ГПК РФ. Ваша жалоба наряду с жалобами других заявителей была принята к рассмотрению Конституционным Судом, на заседание которого по данному делу в ноябре с.г. Вы были приглашены.

Вы спрашиваете также, что было, на мой взгляд, самое важное на международной конференции "Единое правовое пространство Европы и практика конституционного правосудия"? Итогового документа конференция не принимала, однако полагаю, что ее участники были единодушны в том, что требуется глубокая интеграция, объединение усилий государств по решению общих проблем защиты человечества от современных антиправовых вызовов. При этом  национальная идентификация, защита государственного суверенитета не только не препятствует созданию единого правового пространства Европы, но и обогащает его. Конференция показала, что в европейском правовом пространстве существует единое понимание демократии, фундаментальных правовых принципов, основных прав человека. Важная роль в этом принадлежит Европейскому Суду по правам человека, который не только устанавливает факты нарушения прав человека в странах-участниках, но и осуществляет функцию интегратора общеправовых идей, принципов, содействия их интеграции в национальные правовые системы и правоприменительную практику. Выступающие на конференции подчеркивали важное значение конституционного правосудия, защищающего основные законы, Конституции, права и свободы человека и гражданина, содействующего гуманистическому, прогрессивному развитию наций и народов в условиях толерантности и сотрудничества. Материалы конференции будут опубликованы в журнале "Сравнительное конституционное обозрение", издаваемом Институтом права и публичной политики, а также в виде отдельной книги.

По результатам подготовки 4 обращений в КС РФ у меня возникли к Вам следующие вопросы:
1. Бывали в Вашей практике случаи, когда Конституционным Судом РФ по результатам рассмотрения "повторной" жалобы заявителя (направленной согласно пп. 4 ч. 2 ст. 40 Закона о Конституционном Суде) устанавливалась ошибочность выводов Секретариата КС, а сама жалоба признавалась соответствующей требованиям Закона о Конституционном Суде?
2. Почему должностные лица Секретариата возвращают в адрес заявителя "повторную" жалобу (пп. 4 ч. 2 ст. 40 Закона о КС) при отсутствии соответствующего решения Конституционного Суда? Вы допускаете возможность обжалования таких действий должностного лица Секретариата как нарушающих право заявителя на доступ к конституционному правосудию?
3. Определением Конституционного Суда РФ от 23 мая 2006 г. N 179-О заявителям фактически отказано в праве знакомиться с содержанием заключения судьи (судей), составленным по результатам предварительного изучения (проверки) жалобы; в праве представить свои возражения по содержанию указанного заключения; в праве присутствовать на пленарном заседании, на котором будет рассматриваться вопрос о соответствии жалобы требованиям Закона о Конституционном Суде.
Принималась ли во внимание Судом прецедентная практика ЕСПЧ: в Постановлении от 21.06.2005 по делу "Милатова и другие против Чешской Республики" (Application no. 61811/00) (§§ 59, 65, 66)? Допускаете ли Вы возможность ошибочности выводов Конституционного Суда и потенциального повода для обращения граждан России в Европейский Суд по правам человека с жалобой на нарушение Статьей 6 § 1 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод? - Казарин Игорь (Самара)

2В.Д.: Отвечая на Ваш первый вопрос, могу сказать, что такие случаи встречаются, но редко. Они не типичны, потому что профессиональный уровень сотрудников нашего Секретариата весьма высок.

Второй Ваш вопрос напрямую связан с первым. Повторный возврат присланных заявителем в Конституционный Суд документов возможен, если заявитель не устранил недостатки своего первичного обращения. Жалоба и приложенные к ней документы при повторном обращении также подлежат предварительному изучению Секретариатом. Если Секретариат вновь укажет заявителю на несоответствие его обращения требованиям Закона о Конституционном Суде, заявитель вправе потребовать решения Конституционного Суда по этому вопросу, что не отменяет его право обжалования действий сотрудников Секретариата, руководствуясь Федеральным законом "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации".

Что касается третьего вопроса, то могу пояснить следующее: права сторон в конституционном судопроизводстве, которые Вы перечислили, относятся к той стадии, когда обращение заявителя принято к рассмотрению. До этого, собственно, еще нет самого дела. В упомянутом Вами Определении Конституционный Суд достаточно убедительно обосновал свою позицию по данному вопросу. Напомню ее. Разрешение вопроса о соответствии обращения требованиям Закона о Конституционном Суде осуществляется Конституционным Судом в процедуре предварительного рассмотрения обращений, которая не предполагает обязательного приглашения сторон, их участия в заседании Конституционного Суда, поскольку позиция заявителя изложена в его обращении, на данной стадии конституционного судопроизводства не принимается решения по существу поставленных в обращении вопросов, а проверяется, относится ли разрешение данных вопросов к компетенции Конституционного Суда и является ли обращение допустимым в соответствии с требованиями Закона о Конституционном Суде.

Что касается прав заявителей знакомиться с материалами дела, излагать свою позицию по делу, задавать вопросы другим участникам процесса, заявлять ходатайства, в том числе о заслушивании показаний свидетелей и заключений экспертов, осуществлять иные права стороны в конституционном судопроизводстве, то они относятся к процессуальным стадиям, следующим за принятием обращения к рассмотрению, поскольку только после такого решения может идти речь о наличии в производстве Конституционного Суда соответствующего дела и о правах сторон в этом деле. Положения Закона о Конституционном Суде, регламентирующие предварительное рассмотрение обращений, не ограничивают и не нарушают права заявителей на судебную защиту конституционных прав и свобод посредством конституционного судопроизводства, поскольку при соблюдении требований названного Закона к обращениям они подлежат принятию Конституционным Судом к рассмотрению. Решения Европейского Суда по правам человека Конституционный Суд при необходимости использует в своей работе и ссылается на них многократно в принятых решениях, в чем может убедиться каждый, обратившись к этим решениям.

Вы спрашиваете также, можно ли оспорить решение Конституционного Суда в Европейском Суде по правам человека, направив жалобу о нарушении, по мнению заявителя, пункта 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, касающегося гарантий права на справедливое судебное разбирательство в разумный срок. В принципе, каких-либо правовых препятствий для этого нет, статья 46 (часть 3) Конституции гарантирует право на обращение в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты.

Однако при этом следует учитывать особенности конституционного правосудия, поэтому не во всех случаях жалоба на решения Конституционного Суда в Европейский Суд может быть признана приемлемой, на что обратил внимание сам Европейский Суд. В одном из его решений указано: если разбирательство дела в конституционном суде является частью разбирательства в судах общей юрисдикции, например, когда национальные суды направляют запрос в конституционный суд о конституционности соответствующих положений закона, разбирательство в конституционном суде может подлежать, в большей или меньшей степени, оценке его соответствия статье 6 Конвенции. Это неприменимо к жалобам, поданным в Европейский Суд, которые касаются индивидуальных жалоб, поданных непосредственно в Конституционный Суд и направленных на отмену закона ввиду его неконституционности (См.: Европейский Суд по правам человека и Российская Федерация. М., 2005, с. 460).

Известно несколько случаев оспаривания российскими гражданами в Европейском Суде решений Конституционного Суда Российской Федерации, однако их жалобы были признаны неприемлемыми (См.: Европейский Суд по правам человека и Российская Федерация. С. 436-440; 457-464). Европейский Суд ни в одном из своих постановлений, принятых по жалобам против России, или решений по вопросу о приемлемости жалобы не подвергал сомнению обоснованность, соответствие европейским стандартам, Конвенции о защите прав человека и основных свобод решений Конституционного Суда Российской Федерации.

Почему КС РФ иногда исправляет противоречащую КС РФ судебную практику, обязывая суды пересмотреть дела заявителей (как, например, в Определении от 20 июня 2006 г. N 218-О: "...следовательно, правоприменительные решения, основанные на акте, который хотя и не был признан не соответствующим Конституции Российской Федерации в результате разрешения дела в конституционном судопроизводстве, но которому в ходе применения по конкретному делу суд общей юрисдикции придал истолкование, расходящееся с его конституционно-правовым смыслом, выявленным Конституционным Судом Российской Федерации, подлежат пересмотру в установленном законом порядке"), а в других (как, например, в Определении от 20 июня 2006 г. N 173-О: "Что касается законности и обоснованности применения Федерального закона ... в деле заявителя, уволенного со службы до вступления его в силу, то разрешение данного вопроса в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации ... не входит") самоустраняется от исправления неконституционной судебной практики? - Горчакова Анна Владимировна (Москва)

3В.Д.: Нередко, рассматривая законоположение, Конституционный Суд признает его конституционным, но только в выявленном им конституционно-правовом смысле. Из части второй статьи 74 Закона о Конституционном Суде во взаимосвязи с его статьями 3, 6, 36, 79, 85, 86, 87, 96 и 100 вытекает, что конституционно-правовое истолкование правовых норм, данное Конституционным Судом, является общеобязательным, в том числе для судов, и исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике. И если смысл нормативного положения, придаваемый ему сложившейся правоприменительной практикой, расходится с его конституционно-правовым смыслом, выявленным Конституционным Судом, то это влечет пересмотр основанного на нем решения суда в установленном законом порядке соответствующими судебными инстанциями. Именно такая ситуация отражена в упоминаемом Вами Определении от 20 июня 2006 года N 218-О.

В другом цитируемом Вами Определении от 20 июня 2006 года N 173-О иная ситуация. Конституционный Суд указал, что оспоренное заявителем законоположение само по себе не может рассматриваться как нарушающее его конституционные права и свободы. Обоснованность же и законность применения оспоренного законоположения в деле заявителя Конституционный Суд проверять не вправе, это относится к компетенции иных судебных органов. В данном случае не шла речь о неконституционности судебной практики, вопреки Вашему утверждению, поскольку оспоренное законоположение, на основе которого принималось судебное решение по делу заявителя, Конституционный Суд не относил к числу конституционных и не давал его конституционно-правовое истолкование.

Уважаемый Валерий Дмитриевич! До настоящего времени в России отсутствует федеральный закон о конституционных (уставных) судах субъектов РФ и решения конституционных (уставных) судов субъектов РФ не исполняются. Гражданам в случае признания их правоты в органах конституционной юстиции субъектов РФ не возмещаются судебные расходы (в том числе и госпошлины), также они не могут пересмотреть свои дела, основанные на неконституционном акте, и тем самым не могут восстановить нарушенные конституционные права. ГПК РФ, КоАП РФ, АПК РФ просто молчат про решения конституционных (уставных) судов субъектов РФ, и тем самым федеральный законодатель предоставляет право судам просто игнорировать решения органов конституционной юстиции субъектов РФ и требование о пересмотре в любом случае конкретного дела заявителя в обычном порядке. Когда в России решится данная проблема, связанная с соотношением закона субъекта РФ и федерального закона? Как поступать заявителю, если суд общей юрисдикции или арбитражный суд откажет в пересмотре конкретного дела заявителя? - Курбанов Дмитрий (Казань)

В.Д.: Судя по Вашим вопросам, Вас интересуют две основные проблемы: обязательность решений конституционных (уставных) судов субъектов РФ и права граждан в ситуации, когда суд общей юрисдикции и арбитражный суд отказывают в пересмотре конкретного дела заявителя (видимо, имеется в виду – на основе решения конституционного (уставного) суда субъекта РФ). Обратите внимание на положения Федерального конституционного закона "О судебной системе Российской Федерации", согласно которым: вступившие в законную силу постановления судов субъектов РФ являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти; неисполнение этих постановлений влечет ответственность, предусмотренную Федеральным законом (части 1 и 2 статьи 6); решение конституционного (уставного) суда субъекта РФ, принятое в пределах его полномочий, не может быть пересмотрено иным судом (часть 4 статьи 27). Из этих положений следует, что решения конституционных (уставных) судов как судов субъектов РФ, принятые в пределах их компетенции, обязательны для иных судов, действующих на территории субъекта РФ, и должны приниматься ими во внимание. Вместе с тем можно с Вами согласиться, что данные отношения нуждаются в дополнительном урегулировании.

По поводу второго вопроса. Все зависит от конкретной ситуации. Но в любом случае у Вас есть возможность обжаловать решение суда общей и арбитражной юрисдикции в вышестоящей инстанции или, если законом, примененном в Вашем деле, нарушаются Ваши конституционные права и свободы, то Вы вправе в установленном порядке (часть 4 статьи 125 Конституции РФ, статьи 36-38, 96, 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации") обратиться в Конституционный Суд РФ.

В Постановлении от 27 января 2004 г. КС РФ решил, что соответствие нормативного акта Правительства федеральным законам должно проверяться Конституционным Судом, коль скоро издание такого нормативного акта предусмотрено законом, на том основании, что подобный вопрос касается конституционного разграничения полномочий различных органов власти. Можно ли распространить эту позицию КС на вопрос о соответствии федеральным законам указов Президента, а также о соответствии самих федеральных законов федеральным конституционным законам (имея в виду требования статей 76 и 90 Конституции России)? Готов ли КС принимать подобные дела к рассмотрению? - А.Н. Верещагин, доктор права (Университет Эссекса, Великобритания)

В.Д.: По существу Вы затрагиваете проблему универсализации правовых позиций Конституционного Суда РФ или, говоря иначе, возможность распространения ранее выработанной им правовой позиции на схожие правоотношения. Такой прием используется в практике нашего Суда.

Что же касается Вашего конкретного вопроса, то вряд ли будет правильно упреждать события с учетом того, что Федеральный конституционный закон "О Конституционном Суде Российской Федерации" запрещает судье Конституционного Суда публично высказывать свое мнение о вопросе, который может стать предметом рассмотрения в Конституционном Суде Российской Федерации (часть четвертая статьи 11).

Возможно ли в настоящее время проведение референдума, точно соблюдая процедуру, указанную в законе? - Михаил (Москва)

В.Д.: Сначала надо определиться – о референдуме какого уровня идет речь. Ведь референдумы бывают общероссийские, субъекта Российской Федерации и местные. Вас, очевидно, интересует референдум общероссийский. Порядок и сроки его назначения, подготовки и проведения устанавливаются на основе Конституции России законами. Основные из них – это Федеральный конституционный закон от 28 июня 2004 года "О референдуме Российской Федерации" и Федеральный закон от 12 июня 2002 года "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации". В соответствии с этими законами в пределах своих полномочий некоторые вопросы подготовки и проведения референдума регламентируются нормативными актами Центральной избирательной комиссии РФ.  В указанных законах и содержится ответ на Ваш вопрос. Насколько я понимаю, Вас интересует, можно ли инициировать проведение общероссийского референдума в настоящее время, т.е. в конце 2006 – начале 2007 г.

Назначение и проведение референдума обязательно, если соблюдены порядок и сроки выдвижения инициативы проведения референдума и ее реализации, установленные упомянутыми законами. При этом следует учитывать положения статьи 7 Федерального конституционного закона о референдуме и статьи 13 Федерального закона от 12 июня 2002 года об обстоятельствах, исключающих назначение и проведение референдума. В этих положениях предусмотрено, в частности, что референдум не проводится в последний год полномочий Государственной Думы.

Как известно, выборы депутатов действующей Государственной Думы состоялись 7 декабря 2003 года, их полномочия заканчиваются в декабре 2007 года, следовательно, в декабре 2006 года начинается последний год полномочий Государственной Думы. Исходя из статьи 7 Федерального конституционного закона о референдуме во взаимосвязи с его статьей 14 (часть 2) в настоящее время инициатива проведения общероссийского референдума не может быть выдвинута и он не может быть назначен.

Аналогичные положения ранее действовавшего Федерального закона о референдуме были предметом рассмотрения Конституционного Суда в Постановлении от 11 июня 2003 года N 11-П  по запросу группы депутатов Государственной Думы.  Эти положения Закона, устанавливающие период, в течение которого граждане Российской Федерации не могут выступать с инициативой о проведении референдума Российской Федерации и проведение такого референдума не допускается, признаны не противоречащими Конституции РФ постольку, поскольку – по конституционно-правовому смыслу положений данного Закона – период, в течение которого граждане могут выступать с инициативой о проведении референдума и непосредственно участвовать в нем¸ должен во всяком случае составлять не менее двух лет, с тем чтобы в пределах четырехлетнего избирательного цикла обеспечивалась возможность проведения не менее двух референдумов.

При этом Конституционный Суд исходил из того, что предусмотренные Законом периоды, в течение которых общероссийский референдум не может быть инициирован и проведен, не должны приводить к фактической отмене института референдума. Высшие формы непосредственной демократии – свободные выборы и референдум, имея  каждая собственное предназначение в процессе осуществления народовластия, равноценны и, будучи взаимосвязаны, дополняют друг друга. Законодательство направлено на обеспечение их согласованного осуществления, с тем чтобы каждая из них не использовалась в ущерб другой, не препятствовала ее осуществлению.

Почему в описательной части решений Конституционного Суда РФ не указывается источник официального опубликования оспариваемого законоположения, как это происходит в известной мне практике зарубежных органов конституционного контроля Италии, Литвы, Азербайджана, Казахстана? Без этого затруднительно понять, что является предметом рассмотрения. Не считаете ли Вы необходимым инициировать внесение соответствующих изменений и дополнений в статьи Федерального конституционного закона " О Конституционном Суде РФ", регламентирующих содержание решений? При анализе Постановления КС РФ по конкретным делам в большинстве случаев становится неясно, какова была позиция представителей государственных органов, принявших оспариваемый акт, не указывается существо заключения эксперта, мнение специалиста, без этого снижается аргументированность, убедительность итоговых решений. Когда будет усовершенствовано содержание решений КС РФ, которые многие исследователи относят к источникам различных отраслей российского права? - Квасников Юрий Дмитриевич (г. Вологда)

6В.Д.: Законодательные и регламентные требования, предъявляемые к решениям конституционных судов, их изложению, и практика в различных странах разная. Здесь нет какого-то шаблона. Ваше предложение указывать в решении Конституционного Суда РФ официальные источники опубликования оспариваемого законоположения можно обсуждать. При этом, однако, не требуется вносить какие-либо изменения или дополнения в Закон о Конституционном Суде, поскольку он не ограничивает Конституционный Суд в отражении в его решениях тех или иных сведений.

Что же касается оспариваемых законоположений, то они всегда приводятся в решениях Конституционного Суда как предмет рассмотрения. Иногда предмет обращения заявителя и предмет рассмотрения не совпадают, например когда в жалобе гражданина оспаривается ряд статей закона, но некоторые из них к нему не применялись в конкретном деле судом или иным органом (применение оспариваемого закона в конкретном деле является одним из условий допустимости жалобы). В подобных случаях в решениях Конституционного Суда прямо формулируется: "Таким образом, предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации по настоящему делу являются положения …" таких-то статей закона.

Целесообразно ли излагать в решениях Конституционного Суда позиции всех участников процесса – представителей органа, издавшего оспоренный акт; экспертов; специалистов и т.д.? Вопрос достаточно спорный. Ведь это решения Конституционного Суда, и именно его позиция по поставленному заявителем вопросу, итоговый вывод – главное в них. Основываются же решения на всех исследованных Конституционным Судом материалах¸ в том числе представленных названными Вами участниками процесса.

Валерий Дмитриевич, Определение Конституционного Суда по жалобе Фатуллаевой Г.В. от 08.11.2005 N 402-О отбросило нас к эпохе советской обязательной постоянной регистрации. Тысячи людей лишились возможности оформить гражданство по п. 4 ст. 4 Закона о гражданстве. Теперь УФМС требует наличия постоянной регистрации в РФ на 1 июня 2002 г., хотя это не основано ни на одном законе РФ, кроме данного Постановления. И я, имея на руках вынесенное судом решение, благодаря этому постановлению не могу оформить гражданство РФ. Отсюда цепная реакция: моим детям, родившимся в РФ, не оформляют вкладыши в свидетельство о рождении. Почему выносят подобные сиюминутные, выгодные бюрократии решения, не основанные на законах РФ? - Джульетта Петровна (Москва)

В.Д.: Проблема признания, приобретения российского гражданства волнует многих граждан бывшего СССР, и она действительно актуальна, как показывает практика обращений граждан в Конституционный Суд РФ. Данные вопросы регулируются в настоящее время Федеральным законом от 31 мая 2002 года "О гражданстве Российской Федерации", который предусматривает упрощенный порядок приема в российское гражданство, в частности, иностранных граждан и лиц без гражданства, имевших гражданство СССР и прибывших в Российскую Федерацию из государств, входивших в состав СССР. К необходимым условиям принятия в российское гражданство в упрощенном порядке данный Федеральный закон относит наличие у ходатайствующего лица регистрации по месту жительства по состоянию на 1 июля 2002 года или разрешение на временное проживание. Следовательно, наличие такой регистрации, вопреки Вашему утверждению, предусмотрено именно законом.

В упоминавшемся Вами Определении от 8 ноября 2005 года N 402-О в связи с жалобой гражданки Г.В. Фатуллаевой на нарушение ее конституционных прав частью четвертой статьи 14 Федерального закона "О гражданстве Российской Федерации" Конституционный Суд РФ уже выразил свою позицию по вопросу о регистрации. Он указал, что часть четвертая статьи 14 названного Федерального закона, закрепляющая требование о наличии у иностранных граждан и лиц без гражданства, имевших гражданство СССР, прибывших в Российскую Федерацию из государств, входивших в состав СССР, регистрации по месту жительства на территории Российской Федерации по состоянию на 1 июля 2002 года, во взаимосвязи с положениями  законодательства Российской Федерации о порядке пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации не может  рассматриваться как нарушающая права и свободы, вытекающие из статей 6 (часть 1), 17 (часть 1), 18, 21 (часть 1), 27 (часть 1), 55 (части 2 и 3) и 62 (часть 3) Конституции РФ.

Этот вывод основан на положении статьи 6 (часть 1) Конституции РФ, согласно которой гражданство Российской Федерации приобретается в соответствии с федеральным законом. Таким федеральным законом и является Федеральный закон  от 31 мая 2002 года "О гражданстве Российской Федерации", в соответствии со статьей 3 (абзац восьмой) которого под проживанием понимается проживание на территории Российской Федерации на законном  основании. При этом под законно находящимся на  территории Российской Федерации иностранным гражданином Федеральный закон "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" признает лицо, имеющее действительный вид на жительство либо разрешение на временное проживание, либо  визу или иные предусмотренные данным Федеральным законом или международным договором Российской Федерации документы, подтверждающие право иностранного гражданина  на пребывание (проживание) в Российской Федерации.

С Вашим утверждением о том, что в результате принятого Конституционным Судом решения "тысячи людей лишились возможности оформить гражданство по части 4 статьи 14 Федерального закона "О гражданстве Российской Федерации", поскольку уполномоченные органы требуют наличия постоянной регистрации в Российской Федерации на 1 июля 2002 года", нельзя согласиться: само по себе отсутствие регистрации по месту жительства по состоянию на 1 июля 2002 года не исключает  для иностранных граждан после получения разрешения на временное проживание возможности приема в российское гражданство на основании части четвертой статьи 14 Федерального закона "О гражданстве Российской Федерации".

Что касается порядка удостоверения и оформления наличия российского гражданства детей, не достигших возраста 14 лет, то в целях его совершенствования Указом Президента РФ от 3 ноября 2006 года N 1226 внесены изменения в Положение о порядке рассмотрения вопросов гражданства Российской Федерации, согласно которым наличие гражданства Российской Федерации удостоверяется, в том числе, свидетельством о рождении с отметкой, подтверждающей наличие гражданства Российской Федерации, проставленной должностным лицом полномочного органа на бланке свидетельства о рождении ребенка на основании устного обращения родителей (родителя) в день обращения.

Как соотносятся решения конституционных судов субъектов РФ и Конституционного Суда РФ? Если КС РФ примет решение, противоположное решению конституционного суда субъекта РФ, то решение конституционного суда субъекта утрачивает силу? - Курбанов Дмитрий (Казань)

В.Д.: Ответ на Ваш вопрос содержится в Федеральном конституционном законе "О Конституционном Суде Российской Федерации". В нем предусмотрено:
"Решения Конституционного Суда Российской Федерации обязательны на всей территории Российской Федерации для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений" (статья 6);
"Решения судов и иных органов, основанные на актах, признанных неконституционными, не подлежат исполнению и должны быть пересмотрены в установленном федеральным законом случаях" (часть третья статьи 79).

Из приведенных положений следует, что решения Конституционного Суда РФ обязательны и для конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации. В случае если возникает конкуренция решений, то, безусловно, верховенством обладают решения Конституционного Суда РФ, и соответствующие правоотношения должны развиваться в русле именно его решения, а не решения какого-то иного суда.

Не считаете ли Вы, что ограничение доступа к официальным толкованиям решений КС РФ нарушает принцип равенства и ставит в неравное положение лицо, которое изначально обращалось с жалобой, и лицо, которое не участвовало в деле, но на которое решение фактически распространяется? Известно, например, что Федеральная миграционная служба фактически игнорирует правовую позицию Конституционного Суда РФ о приобретении гражданства по рождению и его прекращении, выраженную в Постановлении N 12-П по жалобе Смирнова от 1996 г., применительно к лицам, которые признаны гражданами иных государств. При этом Секретариат КС РФ в своих ответах подтверждает, что имеет место факт игнорирования ФМС РФ правовой позиции Конституционного Суда. - Андрей (Москва)

4В.Д.: Мне трудно согласиться с Вами, что существует какое-то ограничение доступа к решениям Конституционного Суда РФ, ставящее в неравное положение лиц, не участвовавших в конституционном судопроизводстве, по сравнению с теми гражданами, по обращениям которых было принято решение Конституционного Суда.

Все без исключения постановления и определения Конституционного Суда публикуются на официальном сайте Конституционного Суда. Многие из них публикуются в официальных изданиях органов государственной власти Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, которых касается принятое решение, в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации", а при необходимости и в иных изданиях. Ежегодно издаются сборники постановлений и определений Конституционного Суда за соответствующий год. Упомянутое Вами Постановление Конституционного Суда от 16 мая 1996 года N 12-П по жалобе гражданина А.Б. Смирнова было опубликовано в "Собрании законодательства Российской Федерации", "Российской газете", а также в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации". Таким образом, с решениями Конституционного Суда имеет возможность ознакомиться каждый, а не только лица, являвшиеся участниками процесса.

Решения Конституционного Суда обязательны для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц и других субъектов права, действуют непосредственно и не требуют подтверждения другими органами и должностными лицами (статьи 6, 79, 80 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации"). Решения исполнительных органов государственной власти, в том числе Федеральной миграционной службы, принятые без учета правовых позиций, выраженных Конституционным Судом в его решениях, могут быть оспорены в суде общей юрисдикции, вплоть до обращения в Верховный Суд РФ.

Неисполнение, ненадлежащее исполнение либо воспрепятствование исполнению решения Конституционного Суда влечет, как это предусмотрено статьей 81 указанного Федерального конституционного закона, ответственность, установленную федеральным законом.

Почему Россия подписывает международные соглашения, которые нарушают Конституцию РФ? Я имею в виду 8 статью Договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве между Российской Федерацией и Китайской Народной Республикой (Москва, 16 июля 2001 г.). - Буслов Андрей Павлович (Кисловодск)

В.Д.: Официальное решение, позволяющее судить о соответствии международного договора Российской Федерации Конституции Российской Федерации, может быть принято лишь Конституционным Судом Российской Федерации в порядке предварительного конституционного контроля по запросам государственных органов и должностных лиц, прямо указанных в части 2 статьи 125 Конституции Российской Федерации. Граждане с такими запросами обращаться не вправе.

В соответствии со статьей 125 (часть 2, пункт "г") Конституции Российской Федерации, статьями 3 (подпункт "г" пункта 1 части первой) и 89 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" Конституционный Суд правомочен проверять конституционность лишь не вступивших в силу международных договоров Российской Федерации.

В силу статьи 15 Федерального закона "О международных договорах Российской Федерации"  упоминаемый Вами международный Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве между Российской Федерацией и Китайской Народной Республикой по своему содержанию относится к числу ратифицируемых международных договоров. В частности, статья 8 оспоренного Договора предусматривает, что Договаривающиеся Стороны не участвуют в каких-либо союзах или блоках, не предпринимают каких-либо действий, включая заключение договоров с третьими государствами, наносящих ущерб суверенитету, безопасности и территориальной целостности другой Стороны; ни одна из Сторон не допускает использования своей территории третьими государствами в ущерб государственному суверенитету, безопасности и территориальной целостности другой Договаривающейся Стороны.

Федеральным законом от 25 января 2002 года Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве между Российской Федерацией и Китайской Народной Республикой был ратифицирован и вступил в силу в порядке и сроки, определенные на основе Федерального закона "О международных договорах Российской Федерации" (статья 24), 28 февраля 2002 года.

С учетом этого оценка конституционности вступившего в силу оспариваемого Договора противоречила бы изложенным выше положениям Конституции Российской Федерации и Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".

В качестве примера решения Конституционного Суда о неподведомственности Суду подобных запросов можно привести Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 апреля 1999 года N 62-О, которым прекращено производство по запросу о проверке конституционности Договора о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Российской Федерацией и Украиной в связи с вступлением указанного Договора в силу.

Поясните, пожалуйста, пункт 4 статьи 40 ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации": заявитель, не согласный с заключением Секретариата Конституционного Суда о неприемлемости жалобы, может потребовать принятия Конституционным Судом решения по этому вопросу. Процедура не урегулирована. Документы возвращены. Требуется ли направить в Суд: а) соответствующее заявление; б) заявление и обращение; в) заявление и обращение со всеми документами и копиями; а также на чье имя подается заявление? - Анна (Ульяновск)

В.Д.: Как я уже говорил, в случае несогласия заявителя с ответом Секретариата Конституционного Суда по его обращению, он вправе, в соответствии со статьей 40 ФКЗ "О Конституционном Суде РФ", настаивать на принятии решения по его жалобе Конституционным Судом.

Соответствующее заявление направляется в Конституционный Суд с соблюдением требований, предусмотренных статьями 37, 38 и 39 Закона о Конституционном Суде.

Кстати, решение вопроса о принятии обращения к рассмотрению либо об отказе в таковом к компетенции Секретариата не относится. Это – прерогатива Пленума Конституционного Суда (ст.ст. 42, 43 и 111 ФКЗ "О Конституционном Суде РФ").

В Определении от 11 мая 2006 года N 187–О Конституционный Суд РФ определил: "Федеральному законодателю надлежит предусмотреть правовой механизм, гарантирующий выплату работающим по трудовому договору военным пенсионерам помимо пенсии по государственному пенсионному обеспечению страховой части трудовой пенсии с учётом страховых взносов, отражённых на их индивидуальных лицевых счетах в Пенсионном фонде РФ, и обеспечить введение установленного правового регулирования в срок не позднее 1 января 2007 года". Никакой информации об исполнении названного Определения Конституционного Суда не имеется. Соответствующий законопроект в Думу не внесён. Кто в таком случае подлежит уголовной ответственности по ст. 315 Уголовного кодекса РФ за злостное неисполнение решения суда? - Зинченко Лев (Москва)

В.Д.: Действительно, Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 11 мая 2006 года N 187-О федеральному законодателю поручено предусмотреть правовой механизм, гарантирующий выплату работающим по трудовому договору военным пенсионерам помимо пенсии по государственному пенсионному обеспечению страховой части трудовой пенсии с учетом страховых взносов, отраженных на их индивидуальных лицевых счетах в Пенсионном фонде Российской Федерации, и обеспечить введение установленного правового регулирования в срок не позднее 1 января 2007 года.

По полученной нами информации в Государственной Думе по данному вопросу идет законотворческий процесс.

Конституционный Суд РФ в своих решениях неоднократно отмечал, что формы предоставления гражданам мер социальной поддержки могут изменяться, но их объём не должен уменьшаться. Это утверждение можно только приветствовать, однако в то же время в Определении N 14-О от 16 февраля 2006 года (об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Пехтеревой В.А.) мы читаем: "Между тем оценка достаточности размера ежемесячной денежной выплаты и ее равноценности предоставляемым ранее льготам в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации не входит". Получается, что требование к законодателю о неснижении объёма социальной поддержки - это лишь декларация? Я понимаю, что КС должен заниматься вопросами права, а не фактических обстоятельств, но ведь здесь речь идёт о нормах, непосредственно зафиксированных в законе. Кто, если не КС, может контролировать, выполнил ли законодатель требование о сохранении объёма мер социальной поддержки? На самом деле я не имею в виду этот конкретный случай, мой вопрос скорее общий. В сущности он сводится к тому, как обеспечить выполнение декларации о неснижении объёма предоставляемых мер социальной поддержки, если КС РФ такую проверку не считает своим делом, а другие суды законодателя не контролируют? - Руслан Батдалов (Казань - Москва)

7В.Д.: В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 февраля 2006 года N 14-О Конституционный Суд Российской Федерации указал на то, что пункт 6 статьи 44 Федерального закона от 22 августа 2004 года N 122-ФЗ в системе действующего правового регулирования не может рассматриваться как исключающий обязанность государства обеспечить ветеранам труда социальную поддержку, поскольку порядок реализации этой обязанности устанавливается исходя из совокупного объема предоставленных им в натуральной и денежной формах мер социальной поддержки на уровне конкретного субъекта Российской Федерации, который в соответствии со статьей 153 названного Закона не может быть уменьшен, а условия предоставления ухудшены.

Оценка же достаточности предоставленных им субъектом Российской Федерации в натуральной и денежной формах мер социальной поддержки и проверка их равноценности предоставляемым ранее льготам входят в  компетенцию судов общей юрисдикции, поскольку это связано с проверкой фактических обстоятельств, что в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации не входит.

Военные лётчики-испытатели за время своей службы получают денежное вознаграждение за проведение лётных испытаний согласно приказу министра обороны. Но при уходе на пенсию эти деньги не учитываются. Конституционно ли это? - Сергей (Астраханская область)

В.Д.: Порядок и условия пенсионного обеспечения военнослужащих регулируются специальным законодательным актом – Законом Российской Федерации "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей". Его статья 43 предусматривает исчисление военных пенсий из денежного довольствия военнослужащего, в которое включаются оклады по должности, воинскому званию, процентная надбавка за выслугу лет и месячная стоимость продовольственного пайка.

Учет при назначении военных пенсий помимо указанного денежного довольствия каких-либо иных, в том числе упоминаемых Вами выплат не предусмотрен действующим законодательством и возможен только в случае его изменения, что является прерогативой законодателя, к компетенции Конституция Российской Федерации (статья 39, часть 2) относит определение порядка реализации закрепленного в ее статье 39 (часть 1) конституционного права каждого на социальное обеспечение, в том числе установление правил исчисления размеров государственных пенсий.

В своей статье "Конституционно-правовые аспекты налогового права в России и практика Конституционного Суда" Вы написали, что в настоящее время приостановление расходных операций по счету налогоплательщика является не обеспечительной мерой (как это предусмотрено ст. 72 НК РФ), а мерой принуждения к уплате налога. Не могли бы Вы пояснить: это Ваша личная позиция или официальная точка зрения КС? Если последнее, то в каком решении КС она была сформулирована? Если это Ваша личная точка зрения, то, как Вы считаете, когда Вы и другие судьи КС высказываетесь публично (но не в тексте решения КС) по тем или иным вопросам, которые потенциально могут стать предметом рассмотрения КС РФ, не происходит ли внесудебного предрешения этих вопросов? Допустимо ли это? Не было бы правильным в таких ситуациях судьям КС хранить полное молчание до того момента, когда эти вопросы попадут в их официальное производство? - Сергей Шаповалов (Москва)

В.Д.: Мнение относительно приостановления расходных операций по счету налогоплательщика высказано мной в русле позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении от 27 декабря 2005 года N 503-О. В этом Определении Конституционный Суд Российской Федерации, в частности, указал, что "требование налогового органа об уплате налога является мерой государственного принуждения, которая, в свою очередь, также обеспечена мерами государственного принуждения (обращение взыскания на денежные средства и иное имущество налогоплательщика, приостановление операций по его счетам в банке)". Что касается возможности высказывания судьями своей позиции о том, что может стать предметом рассмотрения, то это совершенно недопустимо. Закон "О Конституционном Суде РФ" содержит прямой запрет на подобные высказывания.

В своем выступлении "Конституционно-правовые аспекты налогового права в России и практика Конституционного Суда" на конференции "VIII Диалог российского и германского правосудия" 16 января 2006 г. Вы много внимания уделили вопросам налогообложения, отметив значительное количество недостатков отечественной налоговой системы. Изменилась ли, на Ваш взгляд, ситуация с принятием Федерального закона от 27 июля 2006 г. N 137-ФЗ "О внесении изменений в часть первую и часть вторую Налогового кодекса РФ и в отдельные законодательные акты РФ в связи с осуществлением мер по совершенствованию налогового администрирования"? В частности, не считаете ли Вы, что вводимый порядок взыскания налоговых санкций вне зависимости от их размера во внесудебном порядке, даже с возможностью судебного обжалования, но по инициативе налогоплательщика, противоречит ч. 3 ст. 35 Конституции РФ, согласно которой никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда, и множеству правовых позиций Конституционного Суда, в т.ч. выраженной в Постановлении N 8-П от 11 марта 1998 г. позиции, согласно которой меры ответственности за правонарушения, связанные с лишением собственников имущества на основании вынесенных во внесудебной процедуре решений, ограничивают возможности гарантированной Конституцией РФ надлежащей судебной защиты права собственности? - Артем (Москва)

В.Д.: Принятый в июле 2006 года Федеральный закон N 137-ФЗ "О внесении изменений в часть первую и часть вторую Налогового кодекса Российской Федерации и в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с осуществлением мер по совершенствованию налогового администрирования" может оцениваться как положительный шаг законодателя по упорядочению налоговых правоотношений. Отмечу, что почти одновременно с законодателем в июле 2006 года было принято несколько решений Конституционного Суда, которые перекликаются по смыслу с внесенными в Налоговый кодекс изменениями (Определения от 12 июля 2006 года N 266-О и N 267-О).

Вторая часть Вашего вопроса касается изменений в порядке взыскания налоговых санкций, внесенных Федеральным законом N 137-ФЗ, и в этой части вопроса Вы ссылаетесь на Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 11 марта 1998 года N 8-П. Хочу подчеркнуть, что решения налоговых органов могут быть обжалованы в суд. Многое здесь будет зависеть от правоприменительной практики, поскольку Конституционный Суд рассматривает нормы закона, примененные в конкретном деле, и учитывает сложившуюся судебную практику.

В Федеральном законе N 137-ФЗ речь не идет о конфискации имущества граждан и юридических лиц в отличие от признанных неконституционными в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации N 8-П норм ранее действовавших Таможенного кодекса Российской Федерации и Кодекса РСФСР об административных правонарушениях. В сфере налогообложения было бы правильнее обратить внимание на позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Постановлении от 17 декабря 1996 года N 20-П, где рассматривалась аналогичная проблема именно в сфере налогообложения. Конституционный Суд Российской Федерации в этом Постановлении указал, что право собственности не является абсолютным и не принадлежит к таким правам, которые не подлежат ограничению ни при каких условиях. Следовательно, по смыслу статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, оно может быть ограничено федеральным законом, но только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Позиция Конституционного Суда, выраженная в Постановлении N 20-П, до настоящего времени остается неизменной.

Скажите, пожалуйста, с чем связано обозначившееся в последнее время сокращение количества судебных актов Конституционного Суда РФ по вопросам налогообложения? Почему определения КС РФ от 12 июля 2006 года N 266-О и N 267-О были обнародованы только в октябре 2006 года? Как Вы относитесь к тому, что Конституционный Суд РФ и ВАС РФ часто имеют разные правовые позиции по актуальным проблемам налогообложения? - Василий (Уфа)

В.Д.: Не могу с Вами согласиться по поводу сокращения судебных актов Конституционного Суда Российской Федерации по вопросам налогообложения. По-прежнему значительная доля решений Конституционного Суда Российской Федерации так или иначе касается вопросов налогообложения.

Далее, в своем вопросе Вы высказываете недоумение по поводу обнародования ряда определений Конституционного Суда Российской Федерации, принятых в июле, только в октябре 2006 года. В Конституционный Суд Российской Федерации поступают вопросы разного уровня сложности, многие из которых требуют серьезного и длительного изучения. Конституционный Суд направляет запросы экспертам, в государственные органы и так далее. На обсуждение выносится проект Определения Конституционного Суда Российской Федерации, который может быть принят концептуально, но дорабатываться по результатам обсуждения. Как известно, определения Конституционного Суда Российской Федерации по результатам предварительного изучения обращений принимаются  не в процедуре открытого судебного заседания, а в условиях совещательной комнаты (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 18 декабря 2003 года N 496-О). Сложность вопросов, поставленных заявителями в жалобах, по которым приняты названные Вами определения, и ход обсуждения этих вопросов не позволил сократить сроки их обнародования. Некоторые вопросы конституционного правосудия могут потребовать длительного периода времени для формирования позиции Конституционного Суда. Зарубежная практика конституционного контроля допускает гораздо более длительные сроки для вынесения решения.

Что же касается различия в правовых позициях Конституционного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по некоторым проблемам налогообложения, то такие различия вполне оправданны. Конституционный Суд Российской Федерации и Высший Арбитражный Суд Российской Федерации имеют разную компетенцию и рассматривают проблему с разных точек зрения.

Если защищаемые Конституцией РФ права и свободы нарушены законом, примененным в конкретном деле, т.е. если речь идет о дефекте закона, то вопрос о его судьбе решает законодатель либо в пределах своей компетенции Конституционный Суд РФ. Законодатель отменил действие Основ законодательства СССР об аренде с 01.03.1996. (Еще ранее многие нормы Основ были перекрыты российским Законом о предприятии и предпринимательской деятельности, другими российскими законами). Тем не менее в 2003-2005 гг. Арбитражный суд С-Пб и ЛО применил недействующие Основы при рассмотрении конкретных дел. Конституционный Суд РФ отказал мне в проверке "конституционности" Основ (см. определение КС от 16.02.2006 N 50-О), указав, что признание законодателем нормативного акта утратившим силу имеет такие же правовые последствия, как и признание Конституционным Судом РФ какого-либо акта не соответствующим Конституции РФ, поскольку именно путем лишения юридической силы устраняются неконституционные нормы и, следовательно, обеспечивается защита конституционных прав граждан. На мое заявление о пересмотре решений по вновь открывшимся обстоятельствам в связи с правовой позицией КС (п. 6 ст. 311 АПК РФ) Арбитражный суд С-Пб и ЛО указал, что сама по себе отмена или утрата силы правового акта не означает, что данный акт являлся неконституционным, а правовая позиция КС в определении от 16.02.2006 N 50-О не является признанием КС РФ неконституционности Основ, и отказал в удовлетворении заявления. Налицо два противоположных мнения субъектов судебной системы РФ. По юридической силе правовая позиция КС выше, но как гражданину в данной ситуации защититься от неконституционного закона, если арбитражный суд не признает юридическую силу решений Конституционного Суда? Ведь получается, что гражданин уже лишен права как подавать жалобу в Конституционный Суд, так и быть защищенным в судах в ходе рассмотрения конкретного дела. Ваше мнение, Валерий Дмитриевич? - Михайлова В.Н. (Санкт-Петербург)

8В.Д.: По вопросу, касающемуся проверки актов, утративших силу, Конституционный Суд Российской Федерации высказывался неоднократно. Согласно сформулированной Конституционным Судом правовой позиции проверка актов, утративших силу до обращения заявителя в Конституционный Суд Российской Федерации, Федеральным конституционным законом "О Конституционном Суде Российской Федерации" не предусмотрена.

При этом Конституционный Суд  исходил из того, что защита конституционных прав граждан обеспечивается путем лишения акта, признанного не соответствующим Конституции, юридической силы, что, однако, было сделано ранее законодателем, который вправе по своему усмотрению изменять регулирование правоотношений, не обусловливая это неконституционностью акта. В этой связи конституционное судопроизводство излишне.

Следовательно, вынесение определения об отказе в принятии жалобы гражданина о проверке конституционности утратившего силу акта к рассмотрению Конституционного Суда  не является признанием или подтверждением несоответствия такого акта Конституции и не предполагает возможности пересмотра его дела по вновь открывшимся обстоятельствам.

Таким образом, противоречий в позициях Конституционного Суда и арбитражного суда, в который Вы обратились с подобным заявлением, по данному вопросу не усматривается.

Защита иных прав граждан осуществляется судами общей и арбитражной юрисдикции, которые на основании установления и исследования фактических обстоятельств дела осуществляют выбор и истолкование подлежащей применению нормы, проверка которых в компетенцию Конституционного Суда не входит.

Что касается права на судебную защиту, то в соответствии со статьей 46 Конституции Российской Федерации оно не может сводиться лишь к получению сторонами гражданского судопроизводства желаемого для них результата. Если Ваше дело рассматривалось судами первой и (или) вышестоящими инстанциями по существу, то Ваше право на судебную защиту следует признать реализованным.

Когда отменят институт обязательной (де-факто) регистрации для граждан России, противоречащий Конституции Российской Федерации? - Олег (Москва)

В.Д.: Судя по всему, речь идет о регистрационном учете по месту жительства (пребывания). Этот вопрос, "больной" для многих россиян, неоднократно был предметом изучения Конституционного Суда. Принимая соответствующие решения (в т.ч. Постановление от 2 февраля 1998 года, Определения от 28 марта 2003 года N 102-О, от 29 мая 2003 года N 209-О, от 16 октября 2003 года N 334-О), Конституционный Суд неоднократно заявлял, что указанная регистрация является, по существу, лишь способом учета граждан на территории России и носит уведомительный характер, отражая факт нахождения их по конкретному месту жительства (пребывания). Особо было отмечено, что самостоятельное определение гражданами места своего  нахождения на территории Российской Федерации не связано с  наличием (отсутствием) у него соответствующего жилого помещения (т.е. регистрация возможна в иных помещениях, предназначенных для временного проживания). Высказываться же о целесообразности регистрационного учета вообще конституционный судья не вправе.

Могу заметить только, что регистрационный учет многие граждане рассматривают и как способ, обеспечивающий им осуществление прав (избирать и быть избранными, в том числе для недопущения "многоразового" голосования; права на жилище – например, для подтверждения необходимости улучшения жилищных условий по месту проживания). Что касается нарушения прав в случае отсутствия регистрации (т.е. отметки соответствующего органа), то в таком случае не надо бояться обращаться в суд общей юрисдикции.  

В последнее время много обсуждается вопрос о необходимости поддержки наших соотечественников, волей судьбы оказавшихся за пределами России. Но в то же время ничего не говорится о том, что граждане РФ по сути делятся на два вида в зависимости от наличия или отсутствия локальной регистрации по месту жительства ("прописки"). Так, к примеру, в Москве или Петербурге граждане, не имеющие соответствующей регистрации, являются фактически гражданами второго сорта, так как не имеют возможности в полном объеме реализовать свои права и интересы. Будет ли либерализовано законодательство РФ для окончательного устранения позорного наследия крепостного права и сталинского тоталитарного режима? - Алексей (Санкт-Петербург)

5В.Д.: Институт прописки был введен в нашей стране в 1925 году, при этом под пропиской подразумевался не столько специальный учет граждан соответствующими органами, сколько предоставление указанными органами своего рода разрешения на проживание (пребывание) по определенному адресу в конкретном населенном пункте.

В Постановлении Конституционного Суда от 25 апреля 1995 года положение Жилищного кодекса РСФСР (часть первая статьи 54), предполагающее вселение в жилое помещение при условии соблюдения режима прописки, было признано не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статье 40. Замена института прописки регистрационным учетом была обусловлена демократизацией нашего общества и проведением реформирования правовой системы для обеспечения реального соблюдения и обеспечения прав граждан. Процедура регистрации во многом отличается от прописки – по характеру, условиям и основаниям. Основное отличие заключается в уведомительном характере регистрации, существо которой сводится к фиксации органами государственной власти по заявлению гражданина факта его проживания или нахождения на определенной территории Российской Федерации; она не предопределяет решения вопроса о месте жительства гражданина, поскольку при ее отсутствии место жительства может быть установлено на основе других  сведений, не из данных регистрационного учета.  

Позволю себе не согласиться с так называемой "сортировкой" граждан в зависимости от наличия либо отсутствия регистрационной отметки. В силу  Конституции и Закона Российской Федерации "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации", а также с учетом правовых позиций Конституционного Суда (Постановления от 4 апреля 1996 года N 9-П, от 2 июля 1997 года N 10-П, от 15 января 1998 года N 2-П, от 2 февраля 1998 года N 4-П) регистрация или отсутствие таковой не могут служить основанием  ограничения или реализации прав и свобод граждан.

При трудоустройстве в г. Москве, получении кредита, пластиковой карты, постановке машины на учет требуют наличие московской прописки. Как Вы считаете, нарушают ли данные требования Конституцию РФ, в которой заявлены равные права граждан России вне зависимости от цвета кожи, материального положения и адреса регистрации? - Олег (Москва / С-Пб)

В.Д.: О прописке уже было сказано. Данный вопрос связан, судя по всему, с трудностями, с которыми сталкиваются в Москве граждане, приезжающие из других городов. Впрочем, москвичи или жители Санкт-Петербурга, приезжая в другой город на постоянное жительство или на какой-то период, также должны уведомить соответствующие органы власти о своем нахождении.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 15 января 1998 года N 2-П по делу о проверке конституционности положений частей первой и третьей статьи 8 Федерального закона от 15 августа 1996 года "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" в связи с жалобой гражданина А.Я. Аванова, конституционные права и свободы гарантируются гражданину независимо от места жительства, включая наличие или отсутствие у него жилого помещения для постоянного или временного проживания. При этом Конституционный Суд Российской Федерации признал, что порядок выдачи загранпаспорта лишь по месту жительства выступает в качестве дискриминирующего признака, явно противоречащего статье 19 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, которая гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина, в том числе независимо от места жительства, а тем более от наличия или отсутствия регистрации по месту жительства или пребывания. Данная правовая позиция сохраняет силу и является общеобязательной.

Что касается трудоустройства, то в части  2 статьи  64 Трудового кодекса Российской Федерации прямо указывается, что наличие или отсутствие регистрации по месту жительства или пребывания не может служить основанием для отказа в заключении трудового договора. В связи с этим отказ работодателя в заключении трудового договора с лицом, являющимся гражданином Российской Федерации, по мотиву отсутствия у него регистрации по месту жительства, пребывания или по месту нахождения работодателя является незаконным, поскольку нарушает право граждан РФ на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства. Аналогичный вывод содержится и в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 17 марта 2004 года (пункт 11).

Вместе с тем не исключается возможность истребования кредитными организациями у лиц, обращающихся за предоставлением кредита, документов, в частности удостоверяющих их личность. Наверное, применение таких мер можно признать допустимым, поскольку они направлены прежде всего на защиту интересов сторон гражданско-правового договора. Другое дело иностранные граждане (лица без гражданства) – тут совсем другие правила и требования, носящие разрешительный характер.

КонсультантПлюс: Спасибо, Валерий Дмитриевич, за актуальное и интересное интервью.


В подготовке и проведении интервью с В.Д. Зорькиным участвовали специальный корреспондент компании "Консультант Плюс" Д.В. Буянов и редактор сервера КонсультантПлюс Н.А. Лашкина. Фото - Т.М. Тверецкий.

Все интернет-интервью

Поделиться ссылкой: