Главная

Интернет-интервью с В.Д. Зорькиным,
Председателем Конституционного Суда РФ:
"Предварительные итоги деятельности Конституционного Суда РФ на пороге 15-летия"

Уважаемые посетители сервера!

Предлагаем вашему вниманию отчет об интернет-интервью с Председателем Конституционного Суда РФ Валерием Дмитриевичем Зорькиным, которое состоялось 6 апреля 2006 года.

21 февраля 2006 года В.Д. Зорькин был избран Председателем Конституционного Суда РФ на очередной 3-летний срок. Это уже третий срок для Валерия Дмитриевича на нынешнем посту. В 1991 году он стал первым Председателем Конституционного Суда РФ.

Интервью состоялось в преддверии 15-летнего юбилея Конституционного Суда РФ. В ходе беседы Валерий Дмитриевич рассказал о роли Конституционного Суда РФ в правовой защите Конституции России, дал характеристику его решений как нового источника конституционного и иных отраслей права, юридической природе правовых позиций в их соотношении с решениями Конституционного Суда, их влияний на развитие права, а также рассмотрел проблемы исполнения решений Конституционного Суда, их значение для деятельности органов законодательной, исполнительной и судебной власти.

Благодарим всех посетителей сервера КонсультантПлюс, приславших свои вопросы для интервью.

 

1Уважаемый Валерий Дмитриевич! Конституционный Суд России в своей практике последних лет все чаще ссылается на решения Европейского Суда по правам человека. Разъясните, пожалуйста, позицию КС  РФ и Ваше мнение по вопросу о значении решений ЕСПЧ в правовой системе нашей страны. Какова их правовая природа: являются ли решения ЕСПЧ правоприменительными актами либо их можно признать прецедентами и/или утверждать, что Европейский Суд таким образом вырабатывает принципы и нормы права? Как повысить эффективность реализации предписаний ЕСПЧ в нашей стране, в т.ч. в сфере обеспечения организации слаженного взаимодействия всех органов власти? Если все-таки признать, что ЕСПЧ вырабатывает некие принципы права, насколько тогда удачен механизм их реализации путем отсылки к решениям ЕСПЧ лишь в мотивировочной части решений КС России? Каковы тенденции и перспективы развития в данной области? - Наталья Анисимова, аспирантка МГУ им. М.В. Ломоносова (Москва)

Валерий Дмитриевич: В силу статьи 32 Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейский Суд по правам человека имеет право решать все вопросы, касающиеся толкования и применения положений Конвенции и Протоколов к ней. Поэтому правовые позиции Европейского Суда, излагаемые им в решениях при толковании положений Конвенции и Протоколов к ней, и сами прецеденты Европейского Суда признаются Российской Федерацией как имеющие обязательный характер.

Как справедливо отмечают специалисты, все более активное внедрение элементов прецедентного права свидетельствует об углублении интеграции судебной системы России в международное судейское общество.

Из официального признания Россией юрисдикции Европейского Суда обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней следует, что российским судам необходимо учитывать в своей деятельности прецедентную практику Европейского Суда.

Конституционный Суд России неоднократно ссылался в своих постановлениях на решения Европейского Суда, которые оцениваются им фактически как источник права.

Так, в Постановлении от 27 июня 2000 года Конституционный Суд признал неконституционными положения прежнего Уголовно-процессуального кодекса, ограничивавшие право каждого на досудебных стадиях уголовного судопроизводства пользоваться помощью адвоката (защитника) во всех случаях, когда его права и свободы существенно затрагиваются или могут быть существенно затронуты действиями и мерами, связанными с уголовным преследованием.

Наряду с истолкованием норм Конституции и выявлением конституционно-правового смысла оспоренных положений при их оценке Конституционный Суд сослался также на ряд положений, сформулированных Европейским Судом относительно права обвиняемого на получение помощи адвоката как распространяющееся на досудебные стадии производства (решения от 24 мая 1991 года по делу "Quaranta", от 24 ноября 1993 года по делу "Imbrioscia"). Это положения, согласно которым отказ задержанному в доступе к адвокату в течение первых часов допросов полицией в ситуации, когда праву на защиту мог быть нанесен невосполнимый ущерб, является, каким бы ни было основание такого отказа, несовместимым с правами обвиняемого, предусмотренными статьей 7 (пункт 3с) Конвенции о защите прав человека и основных свобод (решение от 8 февраля 1996 года по делу "John Murray"); при этом под обвинением в смысле статьи 6 Конвенции Европейский Суд  понимает не только официальное уведомление об обвинении, но и иные меры, связанные с подозрением в совершении преступления, которые влекут серьезные последствия или существенным образом сказываются на положении подозреваемого (решения от 27 февраля 1980 года по делу "Deweer", от 15 июля 1982 года по делу "Eckle" и др.).

Положения Постановления Конституционного Суда от 27 июня 2000 года нашли затем отражение в изменениях прежнего УПК и в новом УПК.

В Постановлении от 30 октября 2003 года Конституционный Суд оценивал конституционность положений избирательного закона, касающихся регулирования деятельности средств массовой информации в связи с информационным обеспечением выборов, агитационной деятельности журналистов в предвыборный период.

Кроме интерпретации конституционных норм о свободных выборах и свободе массовой информации, положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод (статья 10), статьи 3 Протокола N 1 к ней, Международного пакта о гражданских и политических правах (пункт 3 статьи 19) по тем же вопросам Конституционный Суд при обосновании правовых позиций по рассматриваемому вопросу сослался на корреспондирующие им правовые позиции Европейского Суда в делах, связанных с определением  границ свободы выражения мнений и права на информацию в период избирательной кампании.

В Постановлении было приведено решение Европейского Суда от 19 февраля 1998 года по делу "Bowman", в котором подчеркивалось, что свободные выборы и свобода слова, в особенности свобода политической дискуссии, образуют основу любой демократической системы, оба права взаимосвязаны и укрепляют друг друга; по этой причине особенно важно, чтобы всякого рода информация и мнения могли циркулировать свободно в период, предшествующий выборам. Тем не менее при некоторых обстоятельствах эти два права могут вступить в конфликт, и тогда может быть сочтено необходимым, что до или во время проведения выборов были установлены определенные ограничения свободы слова, которые в обычных условиях были бы неприемлемы; их цель - обеспечить свободное выражение мнений народа при избрании законодательной власти.

Конституционно-правовые аргументы и учет международных стандартов в области прав человека в рассматриваемой сфере позволили Конституционному Суду дифференцированно оценить конституционность оспоренных законоположений и очертить конституционные границы свободы выражения мнений в СМИ и права на информацию в период избирательной кампании.

Всего за последние 9 лет Конституционный Суд России сослался на Конвенцию о защите прав человека и основных свобод и Протоколы к ней, на решения образованных на основе Конвенции органов и других институтов Совета Европы более чем в 90 своих решениях.

Что касается решений Европейского Суда по жалобам против России, то Конституционный Суд пока использовал только одно из них - от 7 мая 2001 года по делу "Бурдов против России". Рассматривая в Постановлении от 19 июня 2002 года конституционность законоположений о социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС, о возмещении причиненного в результате этой катастрофы вреда здоровью граждан, Конституционный Суд привел положение названного решения Европейского Суда, согласно которому государство не вправе ссылаться на недостаток денежных средств как причину невыплаты долга по судебному решению.

2Конституционный Суд неоднократно подчеркивал в своих решениях значение конституционного права каждого обращаться в соответствии с международными договорами России в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты. При этом, как указывалось в Определении от 13 января 2000 года N 6-О, конституционное судопроизводство не относится к тем внутригосударственным правовым средствам, использование которых,  согласно части 3 статьи 46 Конституции, должно рассматриваться в качестве обязательной предпосылки для обращения в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека.

И позиция Европейского Суда  по вопросу об исчерпании внутренних средств судебной правовой защиты применительно к российской судебно-правовой системе заключается, как известно, в том, что достаточно прохождения двух инстанций - первой и кассационной. Если первоначально дело рассматривал мировой судья, то добавляется еще одна инстанция.

В то же время нельзя исключать ситуации, когда гражданин обратился с жалобой в Конституционный Суд, которая принята к рассмотрению, и одновременно направил жалобу в Европейский Суд. В таком случае Европейский Суд может признать, что внутригосударственные средства правовой защиты еще не исчерпаны, поскольку сохраняется реальная возможность защитить права посредством национальных правовых средств - через Конституционный Суд.

Как известно, в соответствии с Конвенцией решения Европейского Суда влекут за собой обязательства принятия "действенных мер для предотвращения новых нарушений Конвенции, подобных нарушениям, выявленным решениями Суда".

Согласно правовой позиции Конституционного Суда, зафиксированной в Постановлении от 2 февраля 1996 года N 4-П, принятом еще до ратификации Конвенции Россией, решения межгосударственных органов могут приводить к пересмотру конкретных дел высшими судами Российской Федерации, что открывает дорогу для полномочий последних по повторному рассмотрению дела в целях изменения ранее состоявшихся по нему решений, в том числе принятых высшей внутригосударственной судебной инстанцией.

Данная правовая позиция нашла затем отражение в новейшем российском уголовно-процессуальном и арбитражно-процессуальном законодательстве. Так, статья 413 (часть 4) УПК 2001 года относит к новым обстоятельствам как основанию возобновления производства по уголовному делу установленное Европейским Судом нарушение положений Конвенции при рассмотрении уголовного дела, связанное с: а) применением федерального закона, не соответствующего положениям Конвенции; б) иными нарушениями положений Конвенции. Пересмотр судебного решения осуществляется Президиумом Верховного Суда России по представлению его Председателя. Судебное  решение отменяется или изменяется в соответствии с постановлением Европейского Суда (статья 415, часть 5). Сходные положения о пересмотре судебных актов в соответствии с решениями Европейского Суда предусмотрены АПК 2002 года (статья 311, часть 7).

Если же защищаемые Конвенцией права и свободы нарушены законом, примененным в конкретном деле, т.е. если речь идет о дефекте закона, то вопрос о его судьбе решает законодатель, а в пределах своей компетенции может решить и Конституционный Суд.

Таким образом, Конституционный Суд в своей практике при проверке законов и иных нормативных актов принимает решения и вырабатывает правовые позиции, опираясь в том числе на Конвенцию и ее толкование Европейским Судом.

Как судебный орган конституционного контроля, Конституционный Суд Российской Федерации ориентирует развитие правовой системы России, ее законотворчество и правоприменительную практику в целом в направлении соответствия современному пониманию прав и свобод человека и гражданина, закрепленных в Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Тем самым Конституционный Суд играет важную роль в установлении и упрочении российского права как составной части единого европейского правового пространства, основанного на данной Конвенции.

Конституционный Суд России внимательно относится также к практике конституционных судов других государств, изучает наработанные ими правовые позиции по всем вопросам, которые оказываются в поле зрения судебного конституционного контроля. Конституционный Суд обращается и к опыту правового диалога между Европейским Судом и другими европейскими конституционными судами, в частности Федеральным Конституционным Судом Германии, с которым российский Конституционный Суд имеет не только много общего с точки зрения компетенции, но и поддерживает тесные профессиональные связи.

В частности, в настоящее время мы внимательно анализируем ситуацию, сложившуюся после принятия ряда решений (ноябрь 2004 г.) Федерального Конституционного Суда Германии относительно некоторых решений Европейского Суда. В них, как известно, Федеральный Конституционный Суд ФРГ фактически предпочел ограничительное толкование соотношения между международным правом и национальной конституцией и конституционными законами. Фактически Федеральный Конституционный Суд ФРГ поставил таким образом преграду для автоматического исполнения решений Европейского Суда на территории ФРГ, делая обязательной их перепроверку высшими органами германской юстиции.

Думается, что логика в таком подходе имеется. Ведь решения Европейского Суда носят субсидиарный характер, и, потом, нельзя рассматривать взаимоотношения Европейского Суда с высшими судебными органами европейских государств как дорогу с односторонним движением.

Всеобъемлющий учет международного опыта предохраняет от губительной изоляции, позволяет принимать решения с учетом той огромной практики, которая накоплена зарубежными конституционными судами, т.е. в контексте всего общеевропейского конституционного контроля, осуществляемого конституционными судами, которые призваны быть хранителями и гарантами современного конституционного строя, основанного на принципах правового государства, господства права.

3Поясните, пожалуйста, следующую правовую ситуацию, которая меня, как студента, сильно запутала. В своем Постановлении N 13-П 2004 г. Конституционный Суд РФ закрепил действие в России принципа дерогативности ("последующий закон отменяет предыдущий" - lex posterior derogat priori). Положения данного Постановления по аналогии права и закона в соответствии с ФКЗ N 1-ФКЗ можно применять ко всем общественным отношениям. Однако КС РФ оставил неопределенность в вопросе, касается ли этот принцип всего нормативно-правового акта в целом или отдельных его положений. Так, например, 27 декабря 2005 года были внесены федеральным законом дополнения в Бюджетный кодекс РФ по вопросу исполнения исполнительных листов органами Федерального казначейства. Но при этом федеральным законом не отменяются Постановления Правительства РФ (в т.ч. N 379 от 26.07.2004), регулирующие аналогичные правовые отношения. Однако некоторые важнейшие положения, прописанные в правительственных постановлениях, в БК РФ отсутствуют. Поэтому не ясно, можно ли считать весь нормативно-правовой акт (Постановление Правительства) утратившим силу или все-таки отдельные его положения в связи с неуказанием на его отмену остаются в действии. То же самое касается большого количества законов субъектов Федерации по избирательному праву и избирательному процессу, в частности Закона Санкт-Петербурга 2005 г. "О выборах депутатов Законодательного Собрания Санкт-Петербурга", в котором депутаты забыли указать на отмену предыдущего нормативного акта, регулирующего общественные отношения в области выборов. Не следует ли КС РФ уточнить свою правовую позицию по данной проблеме? - Меликян Артур, студент С.-З. филиала Российской правовой академии Минюста РФ (Санкт-Петербург)

В.Д.: В упоминаемом Вами Постановлении Конституционного Суда разъясняется, что в отношении федеральных законов как актов одинаковой юридической силы применяется правило "lex posterior derogat priori" ("последующий закон отменяет предыдущие"), означающее, что даже если в последующем законе отсутствует специальное предписание об отмене ранее принятых законоположений, в случае коллизии между ними действует последующий закон; вместе с тем независимо от времени принятия приоритетными признаются нормы того закона, который специально предназначен для регулирования соответствующих отношений. Обратите внимание на  оговорку в этом положении, касающуюся специального регулирования тех или иных отношений.

Что касается распространения этого вывода Суда на другие упоминаемые Вами различного рода федеральные и региональные акты, то надо исходить из положений частей 2 и 4 статьи 87 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".

Ежегодно КС принимает около 400 - 500 определений. Среди них имеются так называемые "отказные определения с положительным содержанием", которые играют значительную роль в правоприменительной практике других судов. Чтобы быть в курсе правовых позиций КС и не упустить каких-либо изменений в его взглядах на ту или иную правовую проблему, юристу приходится просматривать огромное число принимаемых определений КС на предмет наличия в них упомянутого "положительного содержания". В связи с этим хотелось бы узнать, как сами судьи КС и Секретариат КС систематизируют правовые позиции, содержащиеся в "отказных определениях с положительным содержанием", отделяют эти определения от всех прочих? Не целесообразно ли ввести в практику КС какие-нибудь "внешние признаки", по которым можно было бы сразу квалифицировать определение как имеющее "положительное содержание"? Например, именовать такие определения определениями "по жалобе (или по запросу) такого-то заявителя", а все другие именовать определениями "об отказе в принятии жалобы (или запроса) к рассмотрению". Как представляется, это бы облегчило работу и судей КС, и работников Секретариата КС, и других юристов. Как уважаемый Председатель КС смотрит на этот вопрос? Ведь на ознакомление со всеми принимаемыми определениями КС просто физически не хватает времени. - Максим Александрович (Архангельск)

В.Д.: По мере работы Конституционного Суда за пятнадцать лет фактически сложился "банк правовых позиций" по значительному кругу вопросов российского законодательства. Эти позиции в целях процессуальной экономии и оперативности конституционного судопроизводства нередко распространяются на решения схожих, однотипных вопросов.

В этих целях практика конституционного правосудия, опираясь на федеральный конституционный закон, "родила" феномен отказных определений с положительным содержанием, т.е. с решением по существу путем распространения ранее выработанных позиций.

Упомянутые определения доступны для граждан. Прежде всего, по актуальным и наиболее повторяемым вопросам, они публикуются, как и постановления Суда, в "Российской газете", и в Собрании законодательства Российской Федерации, и в "Вестнике Конституционного Суда", а также все без исключения решения публикуются на официальном сайте Конституционного Суда и в справочно-информационных системах. "Определения, имеющие положительное содержание" ежегодно публикуются и анализируются в подготавливаемом Конституционным Судом хронологическом собрании его решений.

Кроме того, судьями и специалистами Конституционного Суда выпущены комментарии, в том числе и к подобным определениям. Л.В. Лазаревым издан аналитический труд "Правовые позиции Конституционного Суда".

Но в то же время, я думаю, что Ваше предложение, Максим Александрович, заслуживает внимания и следует каким-то образом идентифицировать определения с позитивным содержанием.

Конституционный Суд РФ с 2002-2003 гг. ввел в практику принятие по многим налоговым делам решений в форме определений "с позитивным содержанием". Вы в своих интервью одобряете эту практику тем, что такие определения ускоряют конституционное судопроизводство, сокращают судебные расходы и т.д. С одной стороны, решение "положительное", но в таких определениях отсутствует ответ на простой вопрос - закон не соответствует Конституции РФ. В результате принятия таких определений у Правительства РФ и Государственной Думы не возникает обязанность внесения изменений в законодательные акты, как в случае принятия Постановления КС. Получается, что Правительство РФ и Государственная Дума остаются "чистенькими". Это создает порочную практику и позволяет им и далее "невзначай ошибаться". В итоге работает принцип презумпции соответствия закона Конституции и гражданам приходится проходить все судебные инстанции, а затем вновь и вновь обращаться в Конституционный Суд. Считаю, в тех случаях, когда норма закона фактически не соответствует Конституции, следует прямо об этом говорить, например как в случае принятия определения КС РФ 14.12.2004 N 447-О. В результате у законодателя появится ответственность за принимаемые законы. А граждане будут знать, что если законодатели ошиблись, то своевременно исправили закон. К сожалению, сегодня создается впечатление, что Конституционный Суд слишком "бережно" относится к исполнительной и законодательной власти. Каково Ваше мнение сегодня по этому вопросу? - Кокорин Олег (Киров, областной)

В.Д.: Нельзя утверждать, что в "определении с позитивным содержанием" отсутствует ответ на вопрос, соответствует ли закон Конституции. Ответ на него дан путем распространения позиции уже по ранее состоявшемуся решению Конституционного Суда по другому делу. И в том, уже рассмотренном деле был дан ответ на вопрос,  конституционен ли закон. И обязанность каждого, в том числе и законодателя, исполнять это решение Суда. Фактически позитивное определение напоминает о прежнем подходе Суда к подобной проблеме.

Одновременно следует отметить, что проблема исполнения определений является лишь частью более широкой проблемы исполнения решений Конституционного Суда, которая зависит от многих обстоятельств. В том числе от уровня правовой культуры граждан, институтов власти, правоприменителей. Требует совершенствования и законодательство о конституционном судопроизводстве.  

Каким образом можно лично (пусть в письменном или электронном виде) обратиться к Председателю КС? Письма, адресованные Вам, не доходят до адресата, не проходя "фильтр" секретариата! Почему судьи КС в отличие от судей Верховного Суда не ведут приём граждан? Не является ли это нарушением конституционных прав и свобод? - Андрей Семёнович (Москва)

В.Д.: Уважаемый Андрей Семёнович! Вы задали сразу три вопроса и на первый сами же и ответили, обратившись ко мне через Интернет.

Разумеется, я не в состоянии рассмотреть все письма, направляемые в Конституционный Суд и лично Председателю, - их ежегодно приходит более пятнадцати тысяч. В силу Закона о Конституционном Суде все обращения поступают в Секретариат Конституционного Суда. Если Секретариат полагает, что обращение явно неподведомственно Конституционному Суду, или исходит от ненадлежащего заявителя, либо неправильно оформлено, то он сообщает об этом заявителю. Уверяю Вас - в Секретариате работают грамотные и ответственные специалисты, не имеющие намерения быть фильтром на пути любых обращений. В любом случае заявитель после получения уведомления Секретариата вправе потребовать принятия решения Конституционного Суда.

Прием посетителей (как это указано в статье 111 Закона о КС РФ) возложен на отдел по приему граждан. В функции отдела входит разъяснение порядка обращения в Конституционный Суд, а при необходимости и предварительный анализ подготовленных жалоб, справочная информация о ходе рассмотрения обращений, устное разъяснение принятых Конституционным Судом и его Секретариатом решений. Нередко приходится разрешать и конфликтные ситуации, связанные с несогласием заявителей с принятыми по их жалобам решениями.

Отсутствие приёма граждан непосредственно судьями Конституционного Суда не может нарушать конституционные права. Конституционный Суд, в отличие от других судов, оценивает не конкретные ситуации, а законы и иные нормативные акты. Такие решения принимаются только коллегиально. Если обращение соответствует Закону о Конституционном Суде и принято к рассмотрению, то заявитель непосредственно участвует в заседании Конституционного Суда и, используя Ваше выражение, принимается всеми судьями.

Кстати, с 2003 года судьи Верховного Суда личного приема не ведут. Но это уже другая тема, касающаяся нового процессуального законодательства.

4Слышал, чтобы стать судьей суда общей юрисдикции, даже при наличии сданных в ККС экзаменов нужно для назначения ещё иметь соответствующие связи, чтобы тебя порекомендовали для назначения. Конечно, никаких доказательств этому нет, но вот знающие люди говорят... Как, по Вашему мнению, с таким проявлением "законности" может бороться КС РФ и что ждёт наше общество при таком "перспективном" судебном сообществе? Ведь не секрет, что в судах общей юрисдикции работают и такие люди, которые, с точки зрения простых людей, непонятно, как туда попали. При общении с такими судьями встречаешься с банальным незнанием судьями законов, приходится обжаловать в вышестоящий суд, тратить время... И проблема не в отсутствии кадров, проблема в том, что есть хорошие кандидаты, отлично сдавшие экзамен, но... назначают непонятных персон. На сдаче экзаменов в ККС случаются случаи, что кандидаты вместо презумпции невиновности называют презумпцию невинности, и они получают рекомендацию, и судят... Мне доподлинно известен случай, когда дочь одного из прокуроров (который был в плохих отношениях с председателем районного суда, поскольку многократно обжаловал его незаконные акты, и с прокурором соглашался вышестоящий суд, что влекло отмену актов председателя и, соответственно, неудовлетворительную статистику), так вот, она, сдав экзамен, дважды получила отказ ККС региона, а судьи ей неофициально разъяснили, что это из-за её фамилии. Как с этим можно бороться и возможно ли это вообще? - Роман К. (Сибирский федеральный округ)

В.Д.: Думаю, юрист никогда не должен пользоваться слухами, хотя, разумеется, нельзя исключать случаев субъективизма при решении вопроса о назначении судьей.

Сдача экзамена для назначения на должность судьи не является гарантией последующего назначения, поскольку в соответствии со статьями 4-1 и 5 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" квалификационная коллегия судей организует проверку достоверности документов и сведений, указанных о себе кандидатом на должность судьи, а затем на своем заседании анализирует соответствующую информацию, полученную из правоохранительных органов, и заслушивает позицию председателя суда, в котором хотел бы работать будущий судья (по кандидатам, рассматриваемым Высшей квалификационной коллегией судей Российской Федерации, заслушивается мнение соответственно Председателя Верховного Суда Российской Федерации или Председателя Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации).   Кроме того, для подтверждения отсутствия у претендента на должность судьи заболеваний, препятствующих назначению на должность судьи, изучаются результаты его предварительного медицинского освидетельствования.

Только по результатам рассмотрения заявлений всех граждан, претендующих на должность судьи, итогов проверки достоверности документов и сведений, указанных в упомянутом Законе, и с учетом результатов квалификационного экзамена квалификационная коллегия судей принимает решение о рекомендации одного или нескольких претендентов на должность судьи.

Отказ квалификационной коллегии судей в даче рекомендации для назначения на должность судьи может быть оспорен в суде.

В случае получения упомянутой рекомендации документы кандидата поступают в специальную комиссию при Президенте Российской Федерации, которая также изучает  личность кандидата и высказывает рекомендацию главе государства о назначении или об отказе в назначении гражданина судьей соответствующего суда.

Работа судьи является очень тяжелой и ответственной, а в процессе предварительного отбора, к сожалению, не удается порой с достаточной полнотой изучить личностные и профессиональные качества кандидата. Этим, в частности, можно объяснить факты подачи судьями заявлений о прекращении полномочий и факты прекращения полномочий судей вследствие допущенных ими нарушений закона или правил судейской этики.

Скажите, пожалуйста, если у нас двойной субъект Федерации: Ханты-Мансийский автономный округ - Югра Тюменской области, то почему адвокаты могут быть членами только одной адвокатской палаты, а именно Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа, и не могут быть членами Адвокатской палаты Тюменской области, хотя проживают на территории Тюменской области? - Инесса (Нижневартовск)

В.Д.: Ханты-Мансийский автономный округ - Югра не является двойным субъектом Федерации. Это самостоятельный субъект Российской Федерации, имеющий собственные самостоятельные органы государственной власти, но его территория одновременно является частью территории другого субъекта Российской Федерации - Тюменской области, то есть округ входит в состав области (часть 4 статьи 66 Конституции Российской Федерации).

Исходя из статьи 65 Конституции Российской Федерации, пунктом 4 статьи 15 Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" установлено, что адвокат может одновременно являться членом адвокатской палаты только одного субъекта Российской Федерации, сведения о нем вносятся только в один региональный реестр. Адвокат вправе осуществлять свою деятельность только в одном адвокатском образовании, учрежденном в соответствии с настоящим Федеральным законом.

5К сожалению, в РФ сложилась порочная практика: суды общей юрисдикции не применяют при рассмотрении дел акты Конституционного Суда. Обжалование решений в кассационном и надзорном порядке (в том числе в Верховном Суде) не дает никаких результатов. Акты Конституционного Суда игнорируются судами. Каким образом реагировать на такие нарушения? Как Вы считаете, является ли неприменение актов КС нарушением ст. 13 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод (право на эффективные средства правовой защиты)? - Вячеслав (Москва)

Почему не исполняются Конституция РФ, решения Конституционного Суда РФ? Как, по мнению Председателя Конституционного Суда РФ, устранить эту проблему? В силах ли Конституционного Суда РФ влиять на изменения в положительную сторону в этом вопросе? - Сергей Пархоменко (Ростов-на-Дону)

В.Д.: Да, такие случаи бывают, и это прискорбно. Наш Суд решает исключительно вопросы права и воздерживается от установления и исследования фактических обстоятельств во всех случаях, когда это входит в компетенцию других судов или иных органов. И на КС не возложена обязанность по исполнению своих решений, и КС не наделен правом контроля за деятельностью органов государственной власти и должностных лиц, а также правом проверки правоприменительной практики.

Обязанность по исполнению решений Конституционного Суда возложена на органы законодательной, исполнительной власти, а также правоприменителей, которые должны руководствоваться правовыми позициями, выраженными в решениях Конституционного Суда Российской Федерации.

Как правило, реализация решений Конституционного Суда Российской Федерации для юридических и физических лиц осуществляется через органы исполнительной власти либо суды общей и арбитражной юрисдикции. Выбор закона или соответствующего решения Конституционного Суда Российской Федерации, подлежащего применению в конкретном деле, его истолкование в правоприменительной практике осуществляется судом, в производстве которого находится дело. Только этот суд, проверяя фактические обстоятельства дела, решает, применимы ли положения той или иной нормы права или правовые позиции, выраженные в решениях Конституционного Суда, в данном деле.

Как известно, в правовом государстве доступ к правовой информации гарантирует права граждан. Какова, на Ваш взгляд, роль компаний, создающих правовые базы данных, в обеспечении таких гарантий? - Олег (Москва)

Как Вы оцениваете степень доступности правовой информации в сегодняшней России? Что нужно сделать для того, чтобы эта информация была доступна как можно большему числу граждан? Насколько, на Ваш взгляд, решает эту проблему распространение правовой информации через электронные справочные правовые системы? - Дмитрий (Калуга)

Каково, по Вашему мнению, место электронных справочных правовых систем в формировании массового правового сознания? Считаете ли Вы их надежным источником правовой информации? - Ольга (Иваново)

В.Д.: Доступная информация о современном состоянии законодательства, о судебных решениях - российских и международных - способствует правовой просвещенности как граждан, так и правоприменителей. Компании, формирующие правовые базы данных, сами по себе не гарантируют права граждан, однако способны содействовать развитию такой просвещенности. И развитие, и совершенствование таких баз можно только приветствовать. Я сам к их услугам обращаюсь постоянно.

Важный вклад в дело распространения правовой информации вносит разработка бесплатных баз данных, которые последнее время создаются, выкладываются в сеть и поддерживаются ведущими российскими компаниями. Тем, у кого есть такая возможность, рекомендую заглянуть в раздел "Документы" нашего интернет-представительства по адресу http://www.ksrf.ru/, где можно работать не только с решениями Конституционного Суда, но и со значительным массивом нормативно-правовых актов. Подобные разделы есть и на сайтах других федеральных органов государственной власти. Возможно, "продвинутому" пользователю скорость и удобство обращения с бесплатной базой данных покажутся далекими от того уровня, который предоставляют коммерческие базы, но для многих это является немалым подспорьем в поиске нужного закона или судебного решения.

Однако мало создать базу данных, надо приблизить ее к пользователю, причем не только физически, но и интеллектуально. Не секрет, что далеко не каждый гражданин, да что там гражданин, не всякий орган власти может позволить себе современный компьютер, к тому же подключенный к сети. Можно иметь совершенный компьютер, однако испытывать сложности с обновлением информации. База данных может быть неимоверной по объему, но малоудобной в обращении, недружелюбной по отношению к пользователю. Поисковые инструменты, предоставляемые базами, постоянно совершенствуются, но фактор человеческой ошибки при вводе информации полностью исключать все-таки нельзя.

Так что разработчикам программ есть над чем работать и могу отметить, что у Конституционного Суда с ними установились отношения конструктивного сотрудничества.

И вот еще что хотел бы подчеркнуть. Вход в электронные базы данных - это лишь первый шаг в поиске аутентичного текста правового акта, который завершается обращением к официальной публикации.

Когда Конституционный Суд РФ найдёт в себе мужество отказаться от нарушения процессуальной нормы ФКЗ-1 "О Конституционном Cуде РФ" (определение КС РФ 302-О от 5 июля 2005 года)? Указанным определением КС РФ отказал мне в принятии жалобы на нарушение конституционных прав п. 3 ст. 32 ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (закон РФ N 40-ФЗ от 25 апреля 2002 года) в части запрета на регистрацию и технический осмотр транспортных средств, владельцы которых не исполнили обязанность по страхованию своей гражданской ответственности. Свой отказ в принятии жалобы КС РФ обосновал тем, что якобы этот вопрос был уже рассмотрен. На самом деле это не так, поскольку в резолютивной части постановления КС РФ N 6-П от 31 мая 2005 года решение по этой теме моего обращения Конституционным судом РФ не выносилось! - Черничкин Александр Сергеевич (Москва)

В.Д.: При рассмотрении Вашей жалобы, уважаемый Александр Сергеевич,  Конституционный Суд учитывал тот факт, что по такому же, как Ваш, вопросу Конституционным Судом ранее было принято Постановление от 31 мая 2005 года N 6-П о проверке конституционности Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств". В этом Постановлении было сказано,  что введение этим законом института обязательного страхования риска гражданской ответственности и распространение его на всех владельцев транспортных средств применительно к каждому транспортному средству, а также обязанности страхования владельцами автомобилей риска своей гражданской ответственности и недопустимости использования на территории Российской Федерации транспортных средств, владельцы которых не исполнили эту обязанность, не противоречат Конституции РФ.

Согласитесь, что это как раз то, о чем Вы нас спрашивали. Вы требуете принять жалобу к рассмотрению, поскольку в Постановлении ничего не сказано о запрете на регистрацию автомобилей и на проведение технического осмотра, если не предъявлен полис об обязательном страховании. Между тем, слова "недопустимость использования" владельцев автомобилей, не исполнивших эту обязанность, с точки зрения судей, включают в себя не только поездки на автомобиле, но и все другие мероприятия, связанные с принадлежащими им транспортными средствами, в том числе и их технический осмотр органами ГИБДД.

С недавнего времени (около 2-х лет) администрации районов Московской области стали отказывать в приватизации земельных участков гражданам, вступившим в члены садоводческих товариществ после 31 октября 2001 г., т.е. после вступления в законную силу Земельного кодекса РФ. При этом они ссылаются на ст. 20 ч. 4 ЗК РФ, в которой сказано, что организации не вправе распоряжаться земельными участками после вступления в силу ЗК РФ. Однако в ЗК РФ сказано, что организации должны были определиться с формой собственности до 1 января 2006 г. Не значит ли это, что до 01.01.2006 организации (садоводческие товарищества) были вправе распоряжаться своими земельными участками, т.е. выделять гражданам резервные участки с правом их последующей приватизации? - Павлов Н.А. (г. Москва)

6В.Д.: К сожалению, Ваш вопрос мне не совсем понятен. Если Вы имеете в виду возможность распоряжения организациями земельными участками, принадлежащими им на праве постоянного (бессрочного) пользования, то, действительно, в силу пункта 4 статьи 20 Земельного кодекса Российской Федерации распоряжение организациями  такими земельными участками запрещено с момента вступления Земельного кодекса Российской Федерации в силу, т.е. с 30 октября 2001 года.

Установленная же абзацем первым пункта 2 статьи 3 Федерального закона "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации" необходимость юридических лиц переоформить право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком на право аренды или приобрести его в собственность - это не "распоряжение" собственностью, не отчуждение земельного участка во владение и пользование другого лица, а  всего  лишь законодательно установленная обязанность преобразовать правовой титул владения и пользования землей. При этом сроки продления "переоформления" титула землепользования на запрет распоряжаться данными земельными участками никак не влияют.

Приватизация земельных участков членами садоводческих объединений садовых участков производится в порядке и на условиях, установленных Федеральным законом от 15 апреля 1998 года "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан", в частности его статьи 28. Отказ в приватизации может быть обжалован в суде.

Когда Конституционный Cуд РФ найдёт в себе мужество отказаться от своей антиконституционной позиции в отношении п. 2 ст. 1070 ГК РФ в её части, ограничивающей право субъекта на возмещение государством вреда, причинённого правосудием, условием вынесения обвинительного приговора судье (постановление КС РФ N 1-П от 25 января 2001 года, определение КС РФ N 210-О от 27 мая 2004 года)? Суд как орган власти потенциально является источником повышенной опасности, поэтому возмещение вреда не может ставиться в зависимость от виновности судьи. В неправосудном решении судья виновен всегда! - Черничкин Александр Сергеевич (Москва)

В.Д.: Ваш вопрос, по существу, касается возможности пересмотра Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 25 января 2001 года N 1-П. Однако в соответствии со статьей 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" решение Конституционного Суда Российской Федерации обжалованию не подлежит. При этом мотивы, которыми руководствовался Конституционный Суд Российской Федерации при его принятии, изложены в названном Постановлении. Каких-либо оснований для пересмотра правовой позиции, выраженной в указанном Постановлении, Конституционный Суд Российской Федерации, рассматривая Ваше обращение по данному вопросу, не усмотрел.

Согласиться же с тем, что деятельность суда по осуществлению правосудия является источником повышенной опасности, не представляется возможным. 

Скажите, пожалуйста, когда будет вынесен вердикт КС о разграничении государственной собственности на объекты культурного наследия (памятники истории и культуры)? - Максим (Москва)

В.Д.: Как известно, на первоначальном заседании по делу о проверке конституционности пункта 3 раздела I приложения 1 к Постановлению Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 3020-1 "О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность", Указа Президента Российской Федерации от 20 февраля 1995 г. N 176 "Об утверждении Перечня объектов исторического и культурного наследия федерального (общероссийского) значения" 15 марта 2005 года Конституционный Суд Российской Федерации по ходатайству одной из сторон процесса принял решение об отложении слушания дела в связи с созданием и деятельностью рабочей группы из представителей города Москвы и федеральных органов исполнительной власти для предоставления сторонам возможности урегулирования спора во внесудебном порядке путем согласования взаимных интересов.

На повторном заседании Конституционного Суда Российской Федерации по этому делу, которое состоялось совсем недавно - 6 апреля, представитель Государственной Думы вновь заявил ходатайство об отложении рассмотрения дела в связи с необходимостью предоставления дополнительного времени для завершения процесса урегулирования разногласий в отношении объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) между Правительством Российской Федерации и Правительством города Москвы.

Конституционный Суд не нашел оснований для удовлетворения данного ходатайства и прекратил производство по делу. По сути, стороны не стремились к тому, чтобы с помощью конституционного судопроизводства выявить действительный конституционно-правовой смысл оспоренных норм. В значительно большей степени обращение в КС они использовали для достижения своих целей в ходе переговорного процесса по урегулированию возникших разногласий.

В последнее время Конституционным Судом вынесено несколько определений по проверке конституционности норм закона N 122-ФЗ от 22 августа 2004 года. Читая эти определения, возникает вопрос: почему Конституционным Судом не принимаются постановления, обязывающие законодателя исправлять неконституционные нормы закона? Например, определением N 385-О от 7 октября 2005 года рассмотрен вопрос о правомерности нераспространения с 1 января 2005 года действия нормы закона о возмещении вреда здоровью на граждан из подразделений особого риска, ставшими инвалидами. Определение вроде бы "положительное" для упомянутых граждан, но п. 15 ст. 14 "чернобыльского" закона так и не будет на них распространен законом. Подобная позиция прослеживается и в определениях КС РФ от 1 декабря 2005 г. N 462-О, от 27 декабря 2005 года N 502-О. Почему Конституционный Суд любыми способами уходит от принятия по Закону N 122-ФЗ именно постановлений, обязывающих законодателя в соответствии со ст. 79 ФКЗ N 1 пересматривать неконституционные нормы, заложенные в законе "о монетизации"?  - Виктор Иванович (Санкт-Петербург)

В.Д.: Статья 71 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предусматривает несколько видов принимаемых Конституционным Судом решений, которые в силу статьи 6 являются обязательными на всей территории Российской Федерации для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной  власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений.

С учетом этого Конституционный Суд Российской Федерации вправе принять по вопросу о конституционности норм какого-либо закона решение не только в виде Постановления, но и виде Определения "с позитивным содержанием". О чем сегодня уже шла речь. Для нас главное защитить права граждан. К тому же принятие Определения ускоряет конституционное судопроизводство, позволяя обратившемуся в Конституционный Суд гражданину значительно сократить срок, в течение которого он может воспользоваться своим правом, сокращает судебные расходы, поэтому в тех случаях, когда ранее Конституционный Суд Российской Федерации выражал свою правовую позицию по какому-либо вопросу, существует возможность в последующем использовать такую позицию в Определении.

Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 7 октября 2005 года N 385-О установлено, что положения пункта 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2123-1 (в редакции статьи 9 Федерального закона от 22 августа 2004 года N 122-ФЗ) и данной статьи - по их конституционно-правовому смыслу, выявленному в данном Определении на основании ранее выраженных Конституционным Судом Российской Федерации правовых позиций, в системе действующего нормативно-правового регулирования - не препятствуют получению гражданами из подразделений особого риска, ставшими инвалидами, ежемесячной компенсации в возмещение вреда, причиненного их здоровью радиационным излучением, вызванным испытаниями ядерного оружия либо радиационными авариями, имевшими место до вступления в силу постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2123-1.

Таким образом, Конституционный Суд указал, что оспариваемый пункт названного Постановления не предполагает лишение граждан-инвалидов из подразделений особого риска права на получение предусмотренной пунктом 15 части первой статьи 14 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" ежемесячной компенсации в возмещение вреда, причиненного их здоровью радиационным излучением.

В Определениях  от 1 декабря 2005 года N 462-О об отказе в принятии к рассмотрению запроса Сахалинской областной Думы о проверке конституционности частей первой и второй статьи 16 Закона "О реабилитации жертв политических репрессий" и от 27  декабря 2005 года N 502-О по жалобе гражданина С.В. Зимницкого на нарушение его конституционных прав положениями статьи 44 Федерального закона от 22 августа 2004 года N 122-ФЗ  Конституционный Суд выявил конституционно-правовой смысл оспариваемых норм в их системной связи с преамбулой и статьей 153 Федерального закона от 22 августа 2004 года N 122-ФЗ.

Конституционный Суд на основе представленных материалов и анализа норм действующего законодательства пришел к выводу об отсутствии необходимости принятия по данным обращениям итогового решения в форме постановления.

При этом главная задача - защита прав граждан - успешно решена. Используя правовые позиции, изложенные в указанных Определениях, граждане получают возможность защитить свои права в случае их нарушения.

Уважаемый Валерий Дмитриевич! Когда же Вы соберете Федеральное Собрание РФ для заслушивания  послания Конституционного Суда РФ? Или Вы передумали зачитывать это послание? - Андрей (Москва)

В.Д.: Дело в том, что обращение с таким посланием не относится к числу обязанностей Конституционного Суда. Нигде даже не оговорено,  с какой периодичностью следовало бы готовить  эти послания. Правда, мы-то считаем, что каждое наше решение - это и есть мини-послание Федеральному Собранию. Кроме того, ежегодно я отправляю в Федеральное Собрание письма, своего рода обширные записки, с перечнем тех проблем, которые выявляет в своих решениях Конституционный Суд. Во многих решениях мы даем конституционно-правовое истолкование закона. Правовые позиции Конституционного Суда должны помогать законодателю создавать такие  законы, которые не выходили бы за рамки Конституции. И я думаю, что такие письма-напоминания способствуют большему взаимопониманию между властями и отчасти заменяют то большое послание, о котором Вы спрашиваете. Еще я бы хотел заметить, что в большинстве современных государств процедура обращения с посланием органа конституционного контроля является  не правилом, а, скорее, исключением из правил. Это не означает, что мы никогда больше не будем готовить такого послания, напротив, у нас есть такое намерение. Материала для этого собрано больше чем достаточно, не на одну диссертацию хватило бы.

Есть мнение, что российская Конституция - это симбиоз двух систем, президентской и парламентской республик, сильно испорченных при "передаче". Если взять за образец президентской республики американскую модель, а парламентской - германскую, то французскую модель можно назвать "средневзвешенным" того и другого.   Можно ли назвать российскую модель государственного устройства неким вариантом французской конструкции? - Валерий (Санкт-Петербург)

7В.Д.: В каком-то смысле да. Потому что наряду с Президентом у нас существует Премьер-министр, или, точнее, руководитель Правительства, а Президент обладает значительно более широкими  полномочиями, нежели президенты парламентских республик. Но я хочу сказать, что форма правления каждого конкретного государства по-своему уникальна. Президентские республики в чистом виде существуют не только в США,  но разница между ними колоссальная. Пакистан, например, тоже президентская республика.

И у государственного устройства России, разумеется, есть своя специфика и отличие от французской модели. Кроме того, необходимо учитывать, что форма государственного и политического устройства нигде не является застывшей. Сравните французскую республику, которая была  при де Голле, с той, какой она стала при Жискар Д'Эстене или с той,  какова она сейчас - при Шираке.  Я бы сказал, что это три большие разницы. Де Голль сам создал  республику, он автор той концепции, которую потом  реализовал. Франция, как Вы знаете, находилась тогда в тяжелейшем состоянии после Алжирских событий и развала республики. Де Голль вывел страну из глубочайшего кризиса, он, бесспорно, был лидером нации, и формально полупрезидентская республика фактически существовала в режиме, на мой взгляд, максимально приближенном к чисто президентской. 

Я хочу сказать, что в зависимости от того, какова ситуация в стране и какие перед страной стоят задачи, может превалировать тот или иной аспект одной и той же конституционной конструкции. И Россию это касается в той же мере. Сейчас у нас формально полупрезидентская республика, но я считаю, что она ближе к президентской. В другой ситуации, когда, скажем, окрепнет партийная система, будет завершено создание  единого экономического пространства, экономика России пойдет по предсказуемому, внятному, сбалансированному и прочному пути, - одним словом, будут преодолены факторы, которые ослабляют единство России, очень вероятно, что акцент будет смещен  на формирование правительства с учетом расстановки сил в парламенте. Собственно, этим путем уже прошли многие страны, в том числе и монархии - от абсолютной монархии к дуалистической, а от нее - к конституционной, и это все почти без изменения формы государства.

Главное не то, какая форма, а то, как она будет функционировать. В конкретных обстоятельствах идеальных форм не существует. Идеален только Бог, все остальное несовершенно. Поэтому нужно думать о том, способна эта или та форма государственного устройства выдержать выпавшую на ее долю нагрузку   и выполнить задачи, стоящие перед страной? Это и есть критерий ее пригодности. Когда я слышу: "а не сделать ли нам вместо президентской парламентскую республику?", я всегда хочу спросить: а с какой целью? Для чего? Если это необходимо, если без этого нельзя обойтись - вот тогда народы меняют формы государственного устройства своих стран. А ничем не обусловленное жонглирование разными  формами приводит к очень печальным последствиям.

Как Вы оцениваете развитие конституционного процесса в нашей стране за последние 15 лет? - Алексей (Челябинск)

В.Д.: Как известно, всякие оценки относительны, всякие определения опасны. А к оценке конституционного процесса, по-моему, надо подходить очень сдержанно, очень осторожно, не впадая ни в уныние, ни в неоправданный оптимизм.   Я считаю, что  в эти годы шел вполне позитивный процесс. Положительные признаки я вижу в том, что страна, стоящая на грани развала, фактически уже в процессе развала, не рухнула в пропасть, а встала на путь цивилизованного развития. Понятно, что для этого нужны были колоссальные реформы. Практически у нас произошла, в большей или меньшей степени, реформистская революция. Произошла смена типа системы и типа государства. Мы захотели быть правовым государством, записали это в Конституцию, гарантировали права и свободы гражданам и создали Конституционный Суд, назначение которого - защита прямого действия Конституции и конституционного строя, защита конституционных прав и свобод граждан. За эти годы была создана судебная система. Да, у нее есть недостатки, и я часто говорил об этом, в том числе и на последнем съезде судей. Мне приходилось говорить и о недостаточном профессионализме некоторых судей, и о случаях коррупции, но вместе с тем судебная система создана и она работает. Вопрос в том, куда она пойдет дальше? В очень существенной  степени это зависит от народа. Право не приживется, если люди не способны стать носителями этого права. Если люди предпочтут находиться в системе "взяткодавания" и "взяткополучания", ничто им уже не поможет. Насильно осчастливить невозможно. С помощью насилия можно сделать очень многое, только удержать этого нельзя. Невозможно усидеть на острие. Народ должен захотеть жить по праву, научиться жить по праву и  проявить силу и решительность при отстаивании своих прав.

И главное, что заставляет меня оценивать конституционный процесс  со сдержанным, с осторожным, но все же оптимизмом, - это то, что народ проявил свою волю и захотел жить по-другому. Народ понял, что жить так, как раньше, - это унизительно и невозможно. Тем самым народ сделал  огромный шаг вперед. Огромный, но только шаг. Мы в самом начале пути, а путь нам предстоит долгий.  Нам предстоит решить множество проблем - от преодоления бедности до укрепления защищенности прав и свобод...

Глупо упрекать Россию в том, что она не смогла за 15 лет пробежать этот путь с немыслимой скоростью. Нельзя забывать о том, что современным благополучным странам с развитой демократией, таким как Швейцария или Англия, потребовалось на это  200 - 300 лет.

В России Конституция появилась только в 20 веке, хотя исторические предпосылки для ее возникновения появлялись и раньше. Как Вы думаете, если бы в свое время не было упразднено Учредительное собрание, которое готовилось принять конституцию, могло ли это как-то повлиять на развитие российской государственности, в чем-то изменить ход истории? - Анна (Вологда)

В.Д.: Я понимаю, что у всех это выражение уже набило оскомину, и все же... История не терпит сослагательного наклонения.

Если же не пытаться угадать, что могло бы быть, если бы.., а просто рассуждать об упущенных возможностях, то да, Россия тогда, к величайшему сожалению, не смогла воплотить в жизнь свой шанс на то, чтобы стать цивилизованным государством. И последствия этого были ужасающими. В 20-30 годы был уничтожен цвет нации. И можно только удивляться тому, насколько велика сила, велик дух российского народа, который, несмотря на все это, смог добиться феноменальных результатов в самых разных областях - от величайших научных достижений до освоения космоса. Представьте себе, каким генофондом надо было обладать! Может быть,  современные хакеры, для которых не существует нерешаемых задач, - это потомки как раз тех молодых ученых, которые создавали первые наукограды.

Конечно (и с этим невозможно спорить), было бы гораздо лучше, если бы на долю народа не выпали такие страшные испытания. И у меня нет никаких сомнений относительно того, что, не будь их, Россия ушла бы очень далеко вперед, опередив многих, если не всех. Я думаю, что это и сейчас многие понимают, в том числе и за рубежом.  Россия - слишком сильный потенциальный конкурент.

По прошествии этих 15 лет не считаете ли Вы необходимым скорректировать или внести изменения в Федеральный конституционный закон "О Конституционном Суде РФ"? Если да, то какие изменения или дополнения (поправки)? - Козырев Денис (Великие Луки)

В.Д.: Я юрист, а любой юрист по природе своей консервативен. И, следовательно, я очень осторожно, с опаской отношусь к изменениям. Конечно, как профессионал, я хорошо вижу, какие изменения, и даже существенные, надо внести. Возможно, я бы даже стал настаивать на этих изменениях, если бы они делались осторожно, бережно и разумно. А у нас, как правило, все  начинания, все изменения происходят по великой формуле: "хотели, как лучше..."

Конституционный Суд работает по существующему закону; закон позволяет Суду осуществлять свои функции, и это лучшее подтверждение того, что нас этот закон устраивает.  

Кстати, за последние годы некоторые  изменения в наш закон были внесены. Например, касательно предельного возраста пребывания в должности судей. Ситуация была явно ненормальной - в суде работали судьи с разным статусом. Сейчас эта проблема снята.

Каково, по Вашему мнению, главное качество судьи? - Денис С. (Москва)

В.Д.:  Профессионализм и неподкупность. Это - главное. Но все остальное тоже нужно. Если оставить только профессионализм и неподкупность, судья не будет человеком.

Можете ли Вы в нескольких  словах обозначить те изменения, которые произошли за эти 15 лет в Конституционном Суде и его работе? - Эрнест Михайлович (Воронеж)

В.Д.: Положительное - это то, что мы состоялись. Принято огромное количество решений, которые коснулись сотен тысяч  граждан.  Ведь решения Конституционного Суда отличаются от решений других судов тем, что каждое из них затрагивает огромное количество последующих решений судов общей юрисдикции и арбитражных, то есть каждое наше решение имеет колоссальный мультиплицирующий эффект.

Были и издержки на нашем пути, и я сам не раз был не согласен со своими коллегами. И не все решения мне нравятся.  Правда, в силу своего характера, я только дважды писал Особые мнения. Бывало и так, что, присоединяясь к большинству, я во многом соглашался и с теми судьями, которые выступали с Особым мнением, и думал: может быть, действительно, стоило чуть-чуть повернуть в их сторону? Решения, конечно, могут быть хуже или лучше, но я убежден, что ни одно их них не навредило России.

Является ли статус гражданина РФ, как источника власти в РФ, высшим статусом  в РФ или он "размыт", как молекула в объемном понятии "российский народ", и сам по себе ничего не представляет? Чей статус конституционно выше - Гражданина России или высшего должностного лица в Государстве (то есть Президента РФ)? - Дмитрий Захаров (Хабаровск)

8В.Д.: В этом вопросе - вся философия нашей жизни, и ответить на него кратко нельзя. Вечный вопрос: гражданин или народ? Но давайте задумаемся - а что такое народ? Это ведь не куча песка и не нечто аморфно-неделимое. Народ состоит из людей, из личностей. Если народ силен общим духом, тогда триста спартанцев могут противостоять всей персидской  державе. А бывает так, что огромная империя не может справиться с одной-единственной эскадрой, как это случилось с Россией, которая проиграла Крымскую войну в середине 19 века.

Как ответить на вопрос, что выше, а что ниже, если это одно целое? Да и как можно противопоставлять одно другому? Народ как совокупное целое не должен подавлять личность. А личность не должна противопоставлять себя народу. На мой взгляд, дилемма "что выше - права личности или права народа?" совершенно некорректна.  Права человека и гражданина существуют только в обществе, которое способно их защитить. И общество так же заинтересовано в защите каждого, как человек в защите своих прав. И здесь уместно вспомнить слова Достоевского о том, что никакие свершения и высокие цели не стоят слезинки ребенка. Когда каждая личность должна и может быть услышана, тогда, на мой взгляд, существует народ. Если же нет, то это не народ, а чернь, как называл это наш знаменитый философ Иван Ильин. Чернь - не в смысле простонародья. Чернью могут быть и выходцы и из высших слоев, которые терзают тело государства, разворовывают народное достояние и обращаются с ним как с источником своих корыстных интересов.

Что касается сравнения статуса чиновника и гражданина, то здесь все проще. Французское слово  "министр" означает "слуга".  Слуга народа - вот кем должен быть чиновник. А когда чиновник взгромождается на немыслимую высоту и становится чванным мандарином, то следует немедленно ему напомнить, что закон паданья с высоты еще никто не отменял. Может, и приятно падать кровельщику с крыши, но внизу все равно асфальт.  

Уважаемый Валерий Дмитриевич! Как Вы относитесь к нормам российского процессуального законодательства, которые позволяют некоторым судьям, как носителям государственной власти, выносить именем Российской Федерации заведомо незаконные решения в угоду личных симпатий стороне (которые в последующем отменяются по прошествии значительного  срока и затрат стороной значительного количества средств, при этом подчас вернуть стороне утраченное в связи с незаконным решением невозможно). Тем не менее судья за свои противозаконные действия не несет ответственности, а органы судейского сообщества смотрят на это сквозь пальцы, принимают решения вроде таких: "десять лет с конфискацией имущества - условно". Не считаете ли Вы, что подобные действия судей порочат и ставят под сомнение  у граждан сам смысл судебной системы и суда как гаранта прав граждан? - Денис Юрьевич (Красноярск)

В.Д.: Думаю, что по этому вопросу не может быть двух мнений. Конечно же, я резко отрицательно отношусь к тем - увы, действительно существующим в судебной деятельности - проявлениям, о которых Вы говорите. Но, полагаю, винить в их существовании следует, прежде всего, не законы, а тех лиц, которые призваны исполнять эти законы и которые их нарушают. Любой закон без надлежащего его исполнения можно превратить в фикцию. 

Ведь ни уголовно-процессуальное, ни гражданское процессуальное законодательство не содержит норм, позволяющих судьям выносить незаконные решения. Напротив, общими для всех отраслей права являются принципы судопроизводства, в соответствии с которыми судебные решения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

В российском процессуальном законодательстве отсутствуют какие-либо нормы, позволяющие судье выносить решения в зависимости от своих личных интересов или симпатий. Более того, им прямо устанавливается запрет на участие судьи в производстве по делу в тех случаях, когда имеются основания полагать, что он прямо или косвенно заинтересован в исходе данного дела. При наличии таких оснований судья обязан устраниться от участия в производстве по делу, а если он этого не делает, отвод судье может быть заявлен участниками судопроизводства. Решение по делу, принятое с участием судьи, заинтересованного в исходе дела и подлежащего отводу, во всяком случае, подлежит отмене.

Хочу также заметить, что граждане, в отношении которых были вынесены неправосудные решения, вовсе не лишаются возможности защиты своих прав и законных интересов. Они могут не только обжаловать эти решения в вышестоящих судах, но и получить возмещение вреда, причиненного вынесением незаконного или необоснованного решения. Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 25 января 2001 года по делу о проверке конституционности положений пункта 2 статьи 1070 ГК РФ признал подлежащим возмещению государством не только вред, причиненный гражданам в результате их незаконного осуждения или принятия иных незаконных решений по существу дела, за которые судья был осужден по приговору суда, но и вред, который был причинен при осуществлении гражданского судопроизводства в иных случаях (а именно когда спор не разрешается по существу) в результате незаконных действий (или бездействия) суда (судьи), в том числе при нарушении разумных сроков судебного разбирательства, даже если вина судьи установлена не приговором суда, а иным соответствующим судебным решением.

Судья оглашает приговор, а, получив его текст, понимаешь, что его мотивировочная часть изменена, объём увеличился как минимум вдвое. Все недочёты исправлены и протокол подправлен. Как бороться адвокату и осуждённому с этим безобразием? - Вадим К. (Новосибирск) 

В.Д.: К сожалению, явления, о которых Вы пишете, действительно имеют место на практике. А бороться с ними следует путем принесения замечаний на протокол судебного заседания, если он содержит искаженные сведения, и обжалования приговора. В случае отклонения судьей замечаний на протокол судебного заседания решение об этом может быть обжаловано в вышестоящий суд либо одновременно с обжалованием приговора, либо самостоятельно (если, скажем, неточности в протоколе не отразились на обоснованности приговора или если приносившее замечания лицо не управомочено обжаловать приговор). Обеспечению полноты и объективности протокола призваны служить стенографирование судебного заседания и фиксация его хода с помощью технических средств, что предусматривается частью второй статьи 259 УПК РФ. Нужно, только чтобы эти средства рассматривались судами не как возможные, а как обязательные. Сторонам же следует заявлять ходатайства о фиксировании хода судебного заседания с помощью стенограммы или использования технических средств. Нужно также иметь в виду, что Уголовно-процессуальный кодекс сейчас дает участникам процесса право самим вести аудиозапись судебного заседания без получения на то согласия председательствующего в судебном заседании.

С сожалением приходится констатировать, что позиция КС РФ в части соблюдения прав обвиняемых и осужденных стала более репрессивной. Чего только стоит последнее постановление о признании ст. 405 УПК РФ не соответствующей Конституции. Данное постановление противоречит предыдущим вашим решениям по аналогичным вопросам. Это при том, что Ваши решения не могут быть обжалованы. Фактически новый УПК "благодаря" Вашим постановлениям и определениям стал таким же репрессивным, как и прежний УПК РСФСР, хотя УПК РСФСР образца 2001 года был намного либеральнее нынешнего. Вопрос: это что, откат назад?  Иначе чем объяснить возрождение права прокурора еще целый год мурыжить приговор, обжалуя его в порядке надзора? Где состязательность, когда при досудебном производстве права потерпевшего защищаются целым государством, а защита может только просить обвинение о получении доказательств в пользу обвиняемого, поскольку доказательства, собранные защитой, как бы второго сорта? - Артур (Нальчик)

В.Д.: Думаю, оценка Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации сегодня не входит в мою задачу, тем более что его нормы нередко становятся и могут быть в будущем предметом проверки в Конституционном Суде. Могу только сказать, что, действительно, к нему есть немало претензий, носящих как принципиальный, так и технический характер, несмотря на то что в целом он, конечно же, более демократичный, нежели прежний кодекс.

И должен заметить, что Конституционный Суд Российской Федерации, действуя в пределах своей компетенции, внес заметную лепту в совершенствование уголовно-процессуального законодательства и практики его применения в плане обеспечения защиты прав и свобод граждан. Это касается и упорядочения действия принципа состязательности, и обеспечения права обвиняемого на защиту, и защиты права на свободу и личную неприкосновенность, и многих других аспектов уголовно-процессуального регулирования.

В этом же ряду находится и упоминаемое Вами Постановление от 11 мая 2005 года по делу о проверке конституционности статьи 405 УПК РФ, определение которого как "репрессивного" не соответствует его содержанию и значению. Конституционный Суд в этом Постановлении, признав неконституционной данную статью, исключавшую во всяком случае возможность пересмотра вступившего в законную силу приговора или иного судебного решения по основаниям, влекущим ухудшение положения осужденного или оправданного, исходил из того, что наряду с такими ценностями, как стабильность судебных решений и определенность установленного этими решениями статуса осужденного или оправданного, существуют и такие ценности, как правосудие и защита прав и законных интересов потерпевших от преступлений. Имея в виду эти ценности, Конституционный Суд и признал возможным пересмотр вступившего в законную силу судебного решения в случае, если имеются сведения о новых или вновь открывшихся обстоятельствах или если в ходе разбирательства было допущено имеющее существенное (фундаментальное) нарушение, повлиявшее на исход дела и исказившее саму суть правосудия. Такая возможность предусматривается пунктом 2 статьи 4 Протокола N 7 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод; не исключается она и законодательством различных стран, хотя порядок пересмотра там несколько иной.

Должен еще раз подчеркнуть, что Постановление Конституционного Суда не вводит пересмотр вступивших в законную силу судебных решений в обычную практику: такой пересмотр возможен лишь в случае наиболее значимых (фундаментальных) нарушений и осуществлен он может быть лишь в течение года с момента вступления соответствующего решения в законную силу.

Трудно согласиться и с Вашим утверждением о бесправии стороны защиты в собирании доказательств на стадии предварительного расследования. Статья 14 (часть вторая) УПК РФ устанавливает, что подозреваемый и обвиняемый не обязаны доказывать свою невиновность и доказывание обвинения лежит на стороне обвинения. Кроме того, нормы Кодекса  прямо устанавливают право подозреваемого, обвиняемого и их защитников собирать на досудебной стадии производства предметы, документы и сведения и представлять их для приобщения к уголовному делу в качестве доказательств, ходатайствовать о производстве следственных действий и участвовать в установленном законом порядке в их проведении, обжаловать в суд действия и решения стороны обвинения - следователя, органа дознания, дознавателя и прокурора, оспаривать перед независимым, беспристрастным судом как допустимость доказательств, собранных стороной обвинения, так и законность и обоснованность вынесенных на основе таких доказательств приговоров суда, защищаться любыми средствами и способами, не запрещенными данным Кодексом. Защищая права стороны защиты, связанные с участием в доказывании по уголовному делу, Конституционный Суд Российской Федерации указал в Определении от 21 декабря 2004 года N 467-О по жалобе гражданина П.Е. Пятничука, что, по смыслу содержащихся в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации нормативных предписаний в их взаимосвязи с положениями статей 45, 46 (часть 1), 50 (часть 2) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, отказ в истребовании или приобщении новых доказательств должен быть мотивирован и возможен лишь в случаях, когда соответствующее доказательство не имеет отношения к уголовному делу, по которому ведется расследование, и не способно подтверждать наличие или отсутствие события преступления, виновность или невиновность лица в его совершении, иные обстоятельства, подлежащие установлению при производстве по уголовному делу, когда доказательство, как не соответствующее требованиям закона, является недопустимым либо когда обстоятельства, которые призвано подтвердить указанное в ходатайстве стороны доказательство, уже установлены на основе достаточной совокупности других доказательств, в связи с чем исследование еще одного доказательства с позиций принципа разумности оказывается избыточным.

Существенным преимуществом стороны защиты в доказывании является также то, что она, не собирая доказательства, может приводить доводы в свою защиту, бремя опровержения которых возложено уголовно-процессуальным законом на сторону обвинения. 

9Почему КС принял решение о том, что новый порядок назначения губернаторов не противоречит Основному закону страны и не затрагивает интересы наших граждан? Ведь теперь на самом деле они уже не могут непосредственно участвовать в управлении того региона, где они живут. Какие условия сейчас наступили для того, что бы изменить решение КС, которое было дано в 1996 г. по алтайскому делу? - Анна (Барнаул, Алтайский край)

В.Д.: Подробно вся аргументация приводится в Постановлении КС РФ от 21 декабря 2005 года N 13-П ("Российская газета", 2005, 29 декабря).

Если же отвечать коротко, то я бы назвал несколько оснований именно  такого решения. Во-первых, Конституция РФ прямо не устанавливает порядок наделения полномочиями высших должностных лиц субъектов Федерации. А это значит, что возможны  различные модели. Во-вторых, Суд основывался на том, что высшее должностное лицо субъекта Федерации - глава исполнительного органа соответствующего субъекта. В таком качестве, по Конституции, губернатор является одновременно и звеном в единой системе исполнительной власти страны. Поэтому выбор конкретной модели наделения полномочиями высших должностных лиц субъектов - прерогатива Федерации в целом, а не отдельных ее членов. Российская Федерация обладает на своей территории всей полнотой государственного суверенитета, и она вправе выбирать наиболее оптимальные формы организации власти, корректировать их в процессе развития.

В-третьих,  Суд, вопреки расхожему мнению, исходил из ранее сформулированных им правовых позиций, в том числе из тех, которые были выражены по так называемому алтайскому делу. В 1996 году Конституционный Суд признал не соответствующим Конституции РФ решение законодателя Алтайского края, который отказался от прямых выборов главы администрации края населением и предусмотрел наделение его полномочиями путем избрания Законодательным Собранием. В рамках же "дела о губернаторах" Суд пришел к выводу, что указанная правовая позиция не может быть механически распространена на оценку нового, введенного Законом 2004 года порядка наделения полномочиями губернаторов. Прежде всего потому, что решение по "алтайскому делу" принималось в условиях, когда отсутствовал федеральный закон, регулирующий организацию государственной власти в субъектах Федерации; в этих условиях субъекты самостоятельно устанавливали порядок выборов высших должностных лиц субъектов Федерации. Кроме того, Суд в данном деле исследовал вопрос о порядке наделения полномочиями высшего должностного лица Алтайского края исключительно с точки зрения разделения властей внутри субъекта. При этом не рассматривались варианты, когда в процедуре наделения полномочиями принимала бы участие Федерация в лице ее высших органов и должностных лиц. Новый же порядок наделения полномочиями губернатора принципиально иной: он связан с разделением властей "по вертикали", и участие в этом процессе Президента РФ исключает возможность возникновения дисбаланса в разделении властей на региональном уровне.

Следует также отметить, что граждане участвуют в процессе наделения высших должностных лиц субъектов Федерации соответствующими полномочиями, но участвуют опосредованно - через депутатов региональных законодательных органов и Президента РФ, которых они избирают на основе свободных выборов.

Что делать, если так называемые Определения Конституционного Суда "с положительным содержанием" не исполняются судами общей юрисдикции и арбитражными судами? Ведь получается, что человек уже лишен права как подавать жалобу в Конституционный Суд, так и быть защищенным в судах в ходе рассмотрения конкретного дела. Такая ситуация, например, характерна для громкой и актуальной проблемы стоимости продовольственного пайка, применяемого при расчете пенсии бывшим военнослужащим: Верховный Суд и Минобороны РФ игнорируют Определение КС РФ от 14.12.2004 N 429-О. - Разгильдеев Александр Витальевич (Тула)

В.Д.: Еще раз хочу повторить: решения Конституционного Суда обязательны на всей территории Российской Федерации для органов публичной власти, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений.

При этом решение Суда:

- окончательно, не подлежит обжалованию и вступает в силу немедленно после его опубликования;

- действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами. Юридическая сила постановления КС о признании акта неконституционным не может быть преодолена повторным принятием этого же акта.

Решения судов и иных органов, основанные на актах, признанных неконституционными, не подлежат исполнению и должны быть пересмотрены в установленных федеральным законом случаях.

10А государственные органы и должностные лица обязаны приводить законы и иные нормативные акты в соответствие с Конституцией РФ в связи с решением Конституционного Суда РФ (ст. 80). В частности, предусмотрено, что Правительство РФ не позднее трех месяцев после опубликования решения КС вносит в Госдуму проект нового федерального закона, устраняющего дефекты неконституционных законоположений; указанный проект рассматривается во внеочередном порядке. Президент РФ, Правительство РФ не позднее двух месяцев после опубликования решения Конституционного Суда отменяют соответствующие нормативные акты, принимают новые акты либо вносят необходимые изменения и (или) дополнения в нормативный акт, признанный неконституционным в отдельной его части. Органы государственной власти субъектов РФ обязаны действовать подобным же образом и в случае, если они не предпринимают соответствующих мер во исполнение решения КС, то по отношению к ним применяется механизм ответственности (роспуск парламента и отстранение от должности высшего должностного лица субъекта РФ), предусмотренный федеральным законодательством.

В статье 81 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" записано, что неисполнение, ненадлежащее исполнение либо воспрепятствование исполнению решения Конституционного Суда влечет ответственность, установленную федеральным законом. Законодательство пока не содержит специальных норм об ответственности за подобные действия. Вместе с тем в указанных случаях при наличии соответствующих оснований возможно привлечение виновных должностных лиц к уголовной ответственности за злоупотребление властью или служебным положением, превышение власти или служебных полномочий, а также к административной ответственности как за проявление неуважения к Суду.

В целом же исполнение решений Конституционного Суда - это проблема, схожая с проблемой соблюдения законов, и она увязывается не столько с действиями Суда (хотя, бесспорно, качество его решений в данном случае играет не последнюю роль), сколько с существующей правовой культурой и правосознанием в обществе, с усилиями, исходящими от многих - законодательных и исполнительных органов, прокуратуры и судов.

КонсультантПлюс: Уважаемый Валерий Дмитриевич! Спасибо за интересную беседу.


Интервью с В.Д. Зорькиным провел специальный корреспондент
компании "Консультант Плюс" Д.В. Буянов. Фото - Т.М. Тверецкий.

Все интернет-интервью

Поделиться ссылкой: