Третейская оговорка потребитель
Подборка наиболее важных документов по запросу Третейская оговорка потребитель (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Альтернативное (внесудебное) урегулирование медицинских споров: причины невостребованности в России и перспективы
(Кратенко М.В.)
("Журнал российского права", 2026, N 4)Сдерживающим фактором для развития медицинского арбитража в России является текущая редакция п. 2 ст. 22.1 ГПК РФ <37> о гражданско-правовых спорах, которые не могут быть переданы на рассмотрение третейского суда. К их числу отнесены, в частности, дела о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью гражданина (подп. 7 п. 2 ст. 22.1 ГПК РФ). Если изъятие из сферы арбитража споров, имеющих публично-правовую окраску (например, связанных с приватизацией государственного и муниципального имущества или контрактной системой закупок), вполне объяснимо, то ограничения для сугубо частноправовых споров (споры, возникающие из наследственных отношений, а также споры о возмещении вреда здоровью) весьма сомнительны <38>. За время действия новой редакции ст. 22.1 ГПК РФ вопрос об обоснованности установленных ею ограничений неоднократно возникал в контексте медицинских споров. В первом случае гражданин обратился с иском к стоматологической клинике о возврате уплаченной цены и компенсации морального вреда, ссылаясь на некачественное лечение. Ответчик просил оставить иск без рассмотрения, поскольку договор об оказании медицинских услуг содержал третейскую оговорку. Суд пришел к выводу, что условия договора ущемляют право истца на судебную защиту, и отклонил ходатайство ответчика со ссылкой на ст. 22.1 ГПК РФ и ст. 16 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей". Апелляционная инстанция с этим согласилась, подчеркнув, что подп. 7 п. 2 ст. 22.1 ГПК РФ распространяется и на требование о компенсации морального вреда, если оно связано с умалением нематериальных благ гражданина. По словам апелляционной коллегии, в данном деле "фактически имеет место спор о возмещении вреда здоровью" <39>. В другом аналогичном случае суд также рассмотрел по существу иск пациента к медицинскому центру о возврате цены за некачественные услуги и компенсации морального вреда, несмотря на имеющуюся в договоре третейскую оговорку и возражения ответчика <40>. Примечательно, что до внесения изменений в ГПК РФ в 2015 г. на территории России довольно успешно функционировали несколько постоянно действующих третейских судов по разрешению медицинских споров (при торгово-промышленных палатах, медицинских ассоциациях) <41>.
(Кратенко М.В.)
("Журнал российского права", 2026, N 4)Сдерживающим фактором для развития медицинского арбитража в России является текущая редакция п. 2 ст. 22.1 ГПК РФ <37> о гражданско-правовых спорах, которые не могут быть переданы на рассмотрение третейского суда. К их числу отнесены, в частности, дела о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью гражданина (подп. 7 п. 2 ст. 22.1 ГПК РФ). Если изъятие из сферы арбитража споров, имеющих публично-правовую окраску (например, связанных с приватизацией государственного и муниципального имущества или контрактной системой закупок), вполне объяснимо, то ограничения для сугубо частноправовых споров (споры, возникающие из наследственных отношений, а также споры о возмещении вреда здоровью) весьма сомнительны <38>. За время действия новой редакции ст. 22.1 ГПК РФ вопрос об обоснованности установленных ею ограничений неоднократно возникал в контексте медицинских споров. В первом случае гражданин обратился с иском к стоматологической клинике о возврате уплаченной цены и компенсации морального вреда, ссылаясь на некачественное лечение. Ответчик просил оставить иск без рассмотрения, поскольку договор об оказании медицинских услуг содержал третейскую оговорку. Суд пришел к выводу, что условия договора ущемляют право истца на судебную защиту, и отклонил ходатайство ответчика со ссылкой на ст. 22.1 ГПК РФ и ст. 16 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей". Апелляционная инстанция с этим согласилась, подчеркнув, что подп. 7 п. 2 ст. 22.1 ГПК РФ распространяется и на требование о компенсации морального вреда, если оно связано с умалением нематериальных благ гражданина. По словам апелляционной коллегии, в данном деле "фактически имеет место спор о возмещении вреда здоровью" <39>. В другом аналогичном случае суд также рассмотрел по существу иск пациента к медицинскому центру о возврате цены за некачественные услуги и компенсации морального вреда, несмотря на имеющуюся в договоре третейскую оговорку и возражения ответчика <40>. Примечательно, что до внесения изменений в ГПК РФ в 2015 г. на территории России довольно успешно функционировали несколько постоянно действующих третейских судов по разрешению медицинских споров (при торгово-промышленных палатах, медицинских ассоциациях) <41>.
Статья: Лица, не подписавшие арбитражную оговорку, как участники третейского разбирательства
(Налетов К.И.)
("Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения", 2021, N 4)Поскольку суды прямо не устанавливают различий слабой или сильной сторон договора, и какие-либо однозначные правила или руководящие принципы определения их отсутствуют, такой подход позволяет влиятельным сторонам посредством третейского разбирательства достигать результатов, которые наносят ущерб как менее влиятельной стороне, подписавшей договор, так и лицам, не являющимся сторонами договора, особенно потребителям, пострадавшим от решения.
(Налетов К.И.)
("Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения", 2021, N 4)Поскольку суды прямо не устанавливают различий слабой или сильной сторон договора, и какие-либо однозначные правила или руководящие принципы определения их отсутствуют, такой подход позволяет влиятельным сторонам посредством третейского разбирательства достигать результатов, которые наносят ущерб как менее влиятельной стороне, подписавшей договор, так и лицам, не являющимся сторонами договора, особенно потребителям, пострадавшим от решения.
Судебная практика
Перечень позиций высших судов к ст. 168 ГК РФ "Недействительность сделки, нарушающей требования закона или иного правового акта"1.2.16.3. Условие договора потребительского кредита об уплате комиссии за открытие и ведение ссудного счета ничтожно (позиция ВС РФ) >>>
Подборка судебных решений за 2024 год: Статья 225 "Содержание определения суда" ГПК РФ"Кроме того, в нарушение требований п. 5 ч. 1 ст. 225 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд не привел в обжалуемом определении мотивы, по которым отклонил заявленные ФИО4 возражения о том, что согласно ч. 4 ст. 13 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" заемщик вправе заключить третейское соглашение о разрешении спора по договору потребительского кредита (займа) только после возникновения оснований для предъявления иска, а в силу п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N "О выполнении судами Российской Федерации функций содействия и контроля в отношении третейского разбирательства, международного коммерческого арбитража" арбитражная оговорка, включенная до возникновения оснований для предъявления иска в договор потребительского кредита (займа), является недействительной (л.д. 153).
Нормативные акты
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10.12.2019 N 53
"О выполнении судами Российской Федерации функций содействия и контроля в отношении третейского разбирательства, международного коммерческого арбитража"19. Исходя из положений части 1 статьи 7 Закона об арбитраже, пункта 1 части 7 Закона о международном коммерческом арбитраже, части 3 статьи 3 ГПК РФ, части 6 статьи 4 АПК РФ арбитражное соглашение может предусматривать передачу на рассмотрение третейского суда как уже возникших между сторонами, так и будущих споров, если иное не установлено федеральным законом.
"О выполнении судами Российской Федерации функций содействия и контроля в отношении третейского разбирательства, международного коммерческого арбитража"19. Исходя из положений части 1 статьи 7 Закона об арбитраже, пункта 1 части 7 Закона о международном коммерческом арбитраже, части 3 статьи 3 ГПК РФ, части 6 статьи 4 АПК РФ арбитражное соглашение может предусматривать передачу на рассмотрение третейского суда как уже возникших между сторонами, так и будущих споров, если иное не установлено федеральным законом.
"Обзор практики рассмотрения судами дел, связанных с выполнением функций содействия и контроля в отношении третейских судов и международных коммерческих арбитражей"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.12.2018)Установлено, что обществом и гражданином заключен договор займа, в тексте которого содержалась арбитражная оговорка о том, что споры, разногласия или требования, возникающие из договора или в связи с ним, подлежат разрешению в третейском суде, и решение указанного третейского суда признается сторонами окончательным и обязательным для сторон договора.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.12.2018)Установлено, что обществом и гражданином заключен договор займа, в тексте которого содержалась арбитражная оговорка о том, что споры, разногласия или требования, возникающие из договора или в связи с ним, подлежат разрешению в третейском суде, и решение указанного третейского суда признается сторонами окончательным и обязательным для сторон договора.
Статья: Исполнение соглашения о досудебном урегулировании как условие реализации права на обращение в суд в гражданском судопроизводстве
(Шеменева О.Н.)
("Вестник гражданского процесса", 2025, N 4)Так, в п. 3 ст. 5 ранее действовавшего Закона о третейских судах предусматривалось, что третейское соглашение, включенное в договор присоединения, "действительно, если такое соглашение заключено после возникновения оснований для предъявления иска" <12>. При этом уже в период его действия ВС РФ допускалось признание данной оговорки в договоре с потребителем действительной "в случае, если волеизъявление присоединившейся к договору стороны на рассмотрение дела третейским судом установлено после возникновения оснований для предъявления иска" <13>. Схожей позиции придерживался и КС РФ <14>. Действующий же Закон об арбитраже (третейском разбирательстве) нормы, предусматривающей аналогичное ограничение в отношении договоров присоединения, уже не содержит, равно как не содержит его и законодательство о защите прав потребителей. В юридической общественности неоднозначно оценили исключение данного правила <15>. Однако оно не применяется уже более десяти лет, что не влечет сколь-либо значительного нарушения прав потребителей.
(Шеменева О.Н.)
("Вестник гражданского процесса", 2025, N 4)Так, в п. 3 ст. 5 ранее действовавшего Закона о третейских судах предусматривалось, что третейское соглашение, включенное в договор присоединения, "действительно, если такое соглашение заключено после возникновения оснований для предъявления иска" <12>. При этом уже в период его действия ВС РФ допускалось признание данной оговорки в договоре с потребителем действительной "в случае, если волеизъявление присоединившейся к договору стороны на рассмотрение дела третейским судом установлено после возникновения оснований для предъявления иска" <13>. Схожей позиции придерживался и КС РФ <14>. Действующий же Закон об арбитраже (третейском разбирательстве) нормы, предусматривающей аналогичное ограничение в отношении договоров присоединения, уже не содержит, равно как не содержит его и законодательство о защите прав потребителей. В юридической общественности неоднозначно оценили исключение данного правила <15>. Однако оно не применяется уже более десяти лет, что не влечет сколь-либо значительного нарушения прав потребителей.
Готовое решение: Как составить договор об оказании услуг физическому лицу
(КонсультантПлюс, 2026)об ограничении права потребителя на выбор предусмотренной законом территориальной подсудности споров (например, условие о том, что спор передается на рассмотрение в суд по месту нахождения исполнителя) (пп. 2 п. 2 ст. 16 Закона о защите прав потребителей).
(КонсультантПлюс, 2026)об ограничении права потребителя на выбор предусмотренной законом территориальной подсудности споров (например, условие о том, что спор передается на рассмотрение в суд по месту нахождения исполнителя) (пп. 2 п. 2 ст. 16 Закона о защите прав потребителей).
Статья: Защита прав и законных интересов субъектов банковской деятельности
(Михайлова Е.В.)
("Банковское право", 2023, N 4)При этом необходимо иметь в виду следующее. Для передачи спора на рассмотрение третейского суда (арбитража) обеим сторонам конфликта необходимо заключить третейское (арбитражное) соглашение <15>. В подавляющем большинстве случаев арбитражное соглашение включено в банковский договор как одно из его условий (так называемая третейская оговорка). Учитывая то, что обычно потребители банковских услуг и продуктов не могут участвовать в согласовании условий соответствующего банковского договора, они подписывают одновременно и договор, и включенную в него третейскую оговорку. Это представляется нарушением их прав и свобод, в первую очередь - принципа диспозитивности гражданского права. Следует помнить, что согласно позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 26 мая 2011 г. N 10-П <16>, третейская оговорка имеет природу гражданско-правового договора, следовательно, она может быть заключена исключительно при наличии доброй и свободной на то воли обеих сторон правоотношения. Было бы правильно запретить банкам включать в типовые договоры третейскую оговорку.
(Михайлова Е.В.)
("Банковское право", 2023, N 4)При этом необходимо иметь в виду следующее. Для передачи спора на рассмотрение третейского суда (арбитража) обеим сторонам конфликта необходимо заключить третейское (арбитражное) соглашение <15>. В подавляющем большинстве случаев арбитражное соглашение включено в банковский договор как одно из его условий (так называемая третейская оговорка). Учитывая то, что обычно потребители банковских услуг и продуктов не могут участвовать в согласовании условий соответствующего банковского договора, они подписывают одновременно и договор, и включенную в него третейскую оговорку. Это представляется нарушением их прав и свобод, в первую очередь - принципа диспозитивности гражданского права. Следует помнить, что согласно позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 26 мая 2011 г. N 10-П <16>, третейская оговорка имеет природу гражданско-правового договора, следовательно, она может быть заключена исключительно при наличии доброй и свободной на то воли обеих сторон правоотношения. Было бы правильно запретить банкам включать в типовые договоры третейскую оговорку.
"Перемена лиц в обязательстве и ответственность за нарушение обязательства: комментарий к статьям 330 - 333, 380 - 381, 382 - 406.1 Гражданского кодекса Российской Федерации"
(отв. ред. А.Г. Карапетов)
("М-Логос", 2022)Одним из спорных вопросов правоприменительной практики долгие годы была проблема перехода к новому кредитору прав по арбитражной (третейской) оговорке и пророгационному соглашению (соглашению о подсудности). Ссылаясь на принцип автономности таких прав (преимущественно арбитражной оговорки), суды нередко делали вывод, что такие права не переходят автоматически вместе с переходом основного требования, а должны быть переданы на основании отдельной сделки. Соответственно, если такой передачи не было, то новый кредитор не связан условиями прежних процессуальных договоренностей. При этом не учитывалось, что эти права обслуживают интересы не только кредитора, но и должника. Арбитражная (третейская) оговорка, а равно соглашение о подсудности порождают не только права, но и обязанности: любая из сторон не только вправе подать иск в соответствующий суд или арбитраж, но и обязана воздерживаться от подачи иска в суд (или арбитражное учреждение), отличный от того, который был указан в соглашении. Получается, что если условия такого процессуального соглашения не распространяются на нового кредитора, то должник может быть лишен в одностороннем порядке преимущества, связанного с тем порядком разрешения споров, который он ранее согласовал с первоначальным кредитором. Это противоречит как принципу pacta sunt servanda, так и указанному выше правилу о недопустимости ухудшения положения должника при смене кредитора.
(отв. ред. А.Г. Карапетов)
("М-Логос", 2022)Одним из спорных вопросов правоприменительной практики долгие годы была проблема перехода к новому кредитору прав по арбитражной (третейской) оговорке и пророгационному соглашению (соглашению о подсудности). Ссылаясь на принцип автономности таких прав (преимущественно арбитражной оговорки), суды нередко делали вывод, что такие права не переходят автоматически вместе с переходом основного требования, а должны быть переданы на основании отдельной сделки. Соответственно, если такой передачи не было, то новый кредитор не связан условиями прежних процессуальных договоренностей. При этом не учитывалось, что эти права обслуживают интересы не только кредитора, но и должника. Арбитражная (третейская) оговорка, а равно соглашение о подсудности порождают не только права, но и обязанности: любая из сторон не только вправе подать иск в соответствующий суд или арбитраж, но и обязана воздерживаться от подачи иска в суд (или арбитражное учреждение), отличный от того, который был указан в соглашении. Получается, что если условия такого процессуального соглашения не распространяются на нового кредитора, то должник может быть лишен в одностороннем порядке преимущества, связанного с тем порядком разрешения споров, который он ранее согласовал с первоначальным кредитором. Это противоречит как принципу pacta sunt servanda, так и указанному выше правилу о недопустимости ухудшения положения должника при смене кредитора.
Статья: Применение судами принципа добросовестности: сравнительно-правовое исследование
(Гинзбург И.В.)
("Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения", 2024, N 4)Проведенный анализ актуален для Российской Федерации. Конституционный Суд РФ в Постановлении от 16 апреля 2024 г. N 18-П отметил, что разбирательство в третейском суде относится к числу общепризнанных способов разрешения гражданско-правовых споров, однако недобросовестность сторон третейского разбирательства может служить основанием для вывода о нарушении публичного порядка. Свобода договора, выступая основным началом гражданского законодательства, не является абсолютной и не должна приводить к умалению других прав и свобод. Так, в последнее время участились случаи включения третейских оговорок в договоры с потребителями. Сама по себе такая оговорка не нарушает право граждан на судебную защиту, однако в некоторых случаях при недобросовестном подходе экономически сильного контрагента может существенно ограничить его реализацию. Правоприменительной практикой сформулирован очень важный вывод на этот счет: суд, прежде чем принимать решение о возвращении искового заявления или оставлении его без рассмотрения, должен дать оценку третейской оговорке с точки зрения реализации права на судебную защиту потребителем <41>. Л.В. Терентьева отмечает, что третейские оговорки в потребительских контрактах следует относить к оспоримым сделкам, недействительность которых может быть признана только в судебном порядке, в случае, если будет доказана недобросовестность их включения <42>.
(Гинзбург И.В.)
("Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения", 2024, N 4)Проведенный анализ актуален для Российской Федерации. Конституционный Суд РФ в Постановлении от 16 апреля 2024 г. N 18-П отметил, что разбирательство в третейском суде относится к числу общепризнанных способов разрешения гражданско-правовых споров, однако недобросовестность сторон третейского разбирательства может служить основанием для вывода о нарушении публичного порядка. Свобода договора, выступая основным началом гражданского законодательства, не является абсолютной и не должна приводить к умалению других прав и свобод. Так, в последнее время участились случаи включения третейских оговорок в договоры с потребителями. Сама по себе такая оговорка не нарушает право граждан на судебную защиту, однако в некоторых случаях при недобросовестном подходе экономически сильного контрагента может существенно ограничить его реализацию. Правоприменительной практикой сформулирован очень важный вывод на этот счет: суд, прежде чем принимать решение о возвращении искового заявления или оставлении его без рассмотрения, должен дать оценку третейской оговорке с точки зрения реализации права на судебную защиту потребителем <41>. Л.В. Терентьева отмечает, что третейские оговорки в потребительских контрактах следует относить к оспоримым сделкам, недействительность которых может быть признана только в судебном порядке, в случае, если будет доказана недобросовестность их включения <42>.
Статья: Защита потребителей от несправедливых договорных условий в итальянском праве (в сравнении с российским регулированием)
(Тузов Д.О., Чичкан Е.В., Саргсян А.М.)
("Закон", 2021, N 9)В отличие от классической абсолютной ничтожности, которая действует против всех (лат. erga omnes) и на которую может ссылаться каждый, имеющий в этом интерес, защитная ничтожность является относительной в том смысле, что в силу п. 3 ст. 36 ПК "действует только в пользу потребителя", а следовательно, ссылаться на нее или заявлять о ней может только потребитель, но не другая сторона сделки (профессионал), которой в отдельных случаях могло бы быть выгодно сослаться на недействительность предложенного ею же условия (например, третейской оговорки или условия о договорной подсудности) <122>. Эта особенность ничтожности несправедливых условий однозначно вытекает из предписания самой Директивы о том, что такие условия "не связывают" именно потребителя (а не вообще стороны договора).
(Тузов Д.О., Чичкан Е.В., Саргсян А.М.)
("Закон", 2021, N 9)В отличие от классической абсолютной ничтожности, которая действует против всех (лат. erga omnes) и на которую может ссылаться каждый, имеющий в этом интерес, защитная ничтожность является относительной в том смысле, что в силу п. 3 ст. 36 ПК "действует только в пользу потребителя", а следовательно, ссылаться на нее или заявлять о ней может только потребитель, но не другая сторона сделки (профессионал), которой в отдельных случаях могло бы быть выгодно сослаться на недействительность предложенного ею же условия (например, третейской оговорки или условия о договорной подсудности) <122>. Эта особенность ничтожности несправедливых условий однозначно вытекает из предписания самой Директивы о том, что такие условия "не связывают" именно потребителя (а не вообще стороны договора).
Статья: Процессуальные соглашения в производстве по защите прав и законных интересов группы лиц
(Гинзбург И.В.)
("Правосудие/Justice", 2024, N 2)Третейское соглашение. Статья 22.1 ГПК РФ закрепляет споры, подлежащие передаче на рассмотрение третейского суда. В п. 2 этой статьи указаны споры, которые на рассмотрение третейского суда переданы быть не могут. В последнее время участились случаи включения арбитражных оговорок в договоры с потребителями. По смыслу ст. 22.1 ГПК РФ в потребительский контракт может быть включено соглашение о рассмотрении спора третейским судом, однако наличие такого соглашения само по себе не является препятствием для обращения в суд общей юрисдикции. Суд, прежде чем принимать решение о возвращении искового заявления или оставлении его без рассмотрения, должен дать оценку данному соглашению с точки зрения реализации права на судебную защиту <5>. Л.В. Терентьева отмечает, что третейские оговорки в потребительских контрактах следует относить к оспоримым сделкам, недействительность которых может быть признана только в судебном порядке, в случае, если будет доказана недобросовестность их включения [Терентьева Л.В., 2020]. При этом с точки зрения российского законодательства (гл. 28.2 АПК РФ, 22.3 ГПК РФ) дела о защите прав и законных интересов группы лиц не могут быть переданы на рассмотрение третейского суда <6>.
(Гинзбург И.В.)
("Правосудие/Justice", 2024, N 2)Третейское соглашение. Статья 22.1 ГПК РФ закрепляет споры, подлежащие передаче на рассмотрение третейского суда. В п. 2 этой статьи указаны споры, которые на рассмотрение третейского суда переданы быть не могут. В последнее время участились случаи включения арбитражных оговорок в договоры с потребителями. По смыслу ст. 22.1 ГПК РФ в потребительский контракт может быть включено соглашение о рассмотрении спора третейским судом, однако наличие такого соглашения само по себе не является препятствием для обращения в суд общей юрисдикции. Суд, прежде чем принимать решение о возвращении искового заявления или оставлении его без рассмотрения, должен дать оценку данному соглашению с точки зрения реализации права на судебную защиту <5>. Л.В. Терентьева отмечает, что третейские оговорки в потребительских контрактах следует относить к оспоримым сделкам, недействительность которых может быть признана только в судебном порядке, в случае, если будет доказана недобросовестность их включения [Терентьева Л.В., 2020]. При этом с точки зрения российского законодательства (гл. 28.2 АПК РФ, 22.3 ГПК РФ) дела о защите прав и законных интересов группы лиц не могут быть переданы на рассмотрение третейского суда <6>.
Статья: Процессуальные особенности рассмотрения дел о защите прав потребителей в суде: судебная практика и проблемные аспекты
(Олимова Р.М., Халилова Р.Р.)
("Современное право", 2025, N 8)Однако, несмотря на формальную ясность указанного положения, его применение на практике вызывает определенные трудности. Одной из наиболее обсуждаемых проблем является наличие в договорах третейских (арбитражных) оговорок, согласно которым споры должны рассматриваться в негосударственном третейском суде [1, с. 52].
(Олимова Р.М., Халилова Р.Р.)
("Современное право", 2025, N 8)Однако, несмотря на формальную ясность указанного положения, его применение на практике вызывает определенные трудности. Одной из наиболее обсуждаемых проблем является наличие в договорах третейских (арбитражных) оговорок, согласно которым споры должны рассматриваться в негосударственном третейском суде [1, с. 52].
Статья: Обзор правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации по вопросам частного права за июль 2025 года
(Гуна А.Н., Гвоздева С.В., Карапетов А.Г., Михайлова В.С., Саргсян Т.А., Сбитнев Ю.В., Трофимов С.В., Фетисова Е.М.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2025, N 9)Ипотекой могут обеспечиваться в том числе обязательства по договору займа, заключенному гражданами между собой для целей, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (ст. 2 Федерального закона от 16 июля 1998 года N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)"). К таким правоотношениям не подлежат применению положения Федерального закона от 21 декабря 2013 года N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)", регулирующего отношения, связанные с предоставлением потребительских займов в качестве профессиональной деятельности. Следовательно, вывод суда о недействительности третейской оговорки на основании ч. 4 ст. 13 данного Закона основан на ошибочном применении норм права.
(Гуна А.Н., Гвоздева С.В., Карапетов А.Г., Михайлова В.С., Саргсян Т.А., Сбитнев Ю.В., Трофимов С.В., Фетисова Е.М.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2025, N 9)Ипотекой могут обеспечиваться в том числе обязательства по договору займа, заключенному гражданами между собой для целей, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (ст. 2 Федерального закона от 16 июля 1998 года N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)"). К таким правоотношениям не подлежат применению положения Федерального закона от 21 декабря 2013 года N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)", регулирующего отношения, связанные с предоставлением потребительских займов в качестве профессиональной деятельности. Следовательно, вывод суда о недействительности третейской оговорки на основании ч. 4 ст. 13 данного Закона основан на ошибочном применении норм права.
Статья: Защита частного и публичного интереса в делах, возникающих из банковского кредитования физических лиц
(Михайлова Е.В.)
("Банковское право", 2024, N 2)В контексте рассмотрения вопросов, связанных с защитой прав субъектов потребительского кредитования целесообразно также учесть ситуацию, развернувшуюся вокруг включения в типовой договор кредитования третейской оговорки.
(Михайлова Е.В.)
("Банковское право", 2024, N 2)В контексте рассмотрения вопросов, связанных с защитой прав субъектов потребительского кредитования целесообразно также учесть ситуацию, развернувшуюся вокруг включения в типовой договор кредитования третейской оговорки.