Суду вопросы не задаются
Подборка наиболее важных документов по запросу Суду вопросы не задаются (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Виртуальная собственность "много лет спустя": есть ли будущее у благородной мечты цифровых юристов?
(Архипов В.В.)
("Закон", 2023, N 9)Подход, предполагающий некритичное объединение широкого круга цифровых объектов под словами "виртуальная собственность", характерен для раннего Дж. Фэйрфилда. Однако при знакомстве с его работами необходимо учитывать разницу в понимании слов "собственность" (рус.) и property (англ.) или разницу в соответствующей цивилистической терминологии систем общего права и континентальных правовых систем. Так, Е.А. Суханов подчеркивает, что "в англо-американском праве вместо привычного для большинства европейских правопорядков разделения имущественных прав на вещные и обязательственные и включения в категорию вещных прав широкого права собственности и иных, ограниченных по содержанию вещных прав, традиционно существуют "права владения" различными видами имущества. Они охватываются понятием property rights, которое обычно и весьма неудачно переводится как "права собственности", хотя в действительности речь идет о разнообразных по юридической природе имущественных правах" <43>. Соответственно, "правовой режим real property и personal property здесь в равной мере распространяется как на вещи (движимые и недвижимые), так и на различные имущественные права (и другие нематериальные объекты), которые, по классическим пандектным представлениям, не будучи вещами, не могут быть и объектами права собственности и других вещных прав" <44>. Иными словами, диапазон объектов, с которыми ассоциируется понятие property в англо-американской правовой системе, крайне широк и включает в себя большое количество видов гражданских прав (в нашем понимании). Поэтому в целом неудивительно, что в одном из самых первых известных миру дел о виртуальной собственности Bragg v. Linden Research (в котором истцом выступил адвокат и пользователь Second Life М. Брэгг) <45> суд особенно не задавался абстрактным вопросом о правовой природе виртуальной собственности, исходя, по сути, из того, что раз объект имеет экономическое значение, стоимость, значит, он есть в правовом смысле.
(Архипов В.В.)
("Закон", 2023, N 9)Подход, предполагающий некритичное объединение широкого круга цифровых объектов под словами "виртуальная собственность", характерен для раннего Дж. Фэйрфилда. Однако при знакомстве с его работами необходимо учитывать разницу в понимании слов "собственность" (рус.) и property (англ.) или разницу в соответствующей цивилистической терминологии систем общего права и континентальных правовых систем. Так, Е.А. Суханов подчеркивает, что "в англо-американском праве вместо привычного для большинства европейских правопорядков разделения имущественных прав на вещные и обязательственные и включения в категорию вещных прав широкого права собственности и иных, ограниченных по содержанию вещных прав, традиционно существуют "права владения" различными видами имущества. Они охватываются понятием property rights, которое обычно и весьма неудачно переводится как "права собственности", хотя в действительности речь идет о разнообразных по юридической природе имущественных правах" <43>. Соответственно, "правовой режим real property и personal property здесь в равной мере распространяется как на вещи (движимые и недвижимые), так и на различные имущественные права (и другие нематериальные объекты), которые, по классическим пандектным представлениям, не будучи вещами, не могут быть и объектами права собственности и других вещных прав" <44>. Иными словами, диапазон объектов, с которыми ассоциируется понятие property в англо-американской правовой системе, крайне широк и включает в себя большое количество видов гражданских прав (в нашем понимании). Поэтому в целом неудивительно, что в одном из самых первых известных миру дел о виртуальной собственности Bragg v. Linden Research (в котором истцом выступил адвокат и пользователь Second Life М. Брэгг) <45> суд особенно не задавался абстрактным вопросом о правовой природе виртуальной собственности, исходя, по сути, из того, что раз объект имеет экономическое значение, стоимость, значит, он есть в правовом смысле.
Статья: Ненормативные правовые акты как предмет оспаривания в порядке административного судопроизводства
(Кононов П.И.)
("Административное право и процесс", 2026, N 5)С учетом приведенной позиции Верховного Суда РФ рассмотрим далее вопрос о разграничении ненормативных и нормативных правовых актов публичных органов. Казалось бы, все просто: ненормативный правовой акт в отличие от нормативного не может содержать нормы права, т.е. правила поведения общего характера, обязательные для неопределенного круга лиц и рассчитанные на неоднократное применение <3>. Вместе с тем в судебной практике все-таки возникают проблемы разграничения указанных актов. Например, суды квалифицируют в качестве нормативных правовые акты органов исполнительной власти и органов местного самоуправления, которыми утверждаются схемы территориального размещения объектов, расположенных по конкретным адресам, различные перечни, реестры объектов, имеющих конкретную адресную привязку на территориях населенных пунктов. В обоснование их нормативности делается ссылка на то, что действие подобных актов распространяется на неопределенный круг субъектов <4>. Однако при этом суды почему-то не задаются вопросом о том, обладают ли такие акты основным признаком любого нормативного правового акта - наличием в нем норм права, не указывают, какие именно общеобязательные правила поведения в них содержатся. Нам представляется, что вряд ли утвержденный правовым актом перечень неких конкретных объектов (земельных участков, мест размещения нестационарных торговых объектов, рекламных конструкций), права на которые может приобрести неопределенный круг физических или юридических лиц, является общеобязательным правилом поведения. Кроме того, если признавать указанные акты нормативными, то возникает еще один закономерный вопрос: в каком процессуальном порядке должны рассматриваться требования конкретных юридических лиц и индивидуальных предпринимателей о невключении уже используемых ими мест для размещения торговых объектов, рекламных конструкций в утверждаемые публичными органами первичные или обновленные схемы либо об исключении соответствующих мест из данных схем? Возможно ли оспаривание по правилам главы 21 КАС РФ не имеющегося, а отсутствующего в нормативном правовом акте положения? Поставленные вопросы требуют квалифицированного научно обоснованного ответа.
(Кононов П.И.)
("Административное право и процесс", 2026, N 5)С учетом приведенной позиции Верховного Суда РФ рассмотрим далее вопрос о разграничении ненормативных и нормативных правовых актов публичных органов. Казалось бы, все просто: ненормативный правовой акт в отличие от нормативного не может содержать нормы права, т.е. правила поведения общего характера, обязательные для неопределенного круга лиц и рассчитанные на неоднократное применение <3>. Вместе с тем в судебной практике все-таки возникают проблемы разграничения указанных актов. Например, суды квалифицируют в качестве нормативных правовые акты органов исполнительной власти и органов местного самоуправления, которыми утверждаются схемы территориального размещения объектов, расположенных по конкретным адресам, различные перечни, реестры объектов, имеющих конкретную адресную привязку на территориях населенных пунктов. В обоснование их нормативности делается ссылка на то, что действие подобных актов распространяется на неопределенный круг субъектов <4>. Однако при этом суды почему-то не задаются вопросом о том, обладают ли такие акты основным признаком любого нормативного правового акта - наличием в нем норм права, не указывают, какие именно общеобязательные правила поведения в них содержатся. Нам представляется, что вряд ли утвержденный правовым актом перечень неких конкретных объектов (земельных участков, мест размещения нестационарных торговых объектов, рекламных конструкций), права на которые может приобрести неопределенный круг физических или юридических лиц, является общеобязательным правилом поведения. Кроме того, если признавать указанные акты нормативными, то возникает еще один закономерный вопрос: в каком процессуальном порядке должны рассматриваться требования конкретных юридических лиц и индивидуальных предпринимателей о невключении уже используемых ими мест для размещения торговых объектов, рекламных конструкций в утверждаемые публичными органами первичные или обновленные схемы либо об исключении соответствующих мест из данных схем? Возможно ли оспаривание по правилам главы 21 КАС РФ не имеющегося, а отсутствующего в нормативном правовом акте положения? Поставленные вопросы требуют квалифицированного научно обоснованного ответа.
Статья: Проблемы в судебной практике выявления фактической аффилированности лиц
(Каменков М.В.)
("Закон", 2021, N 11)Надо сказать, что в данных делах суды не задавались вопросом о качестве отношений между физическими лицами, которые так или иначе имели знакомство по совместной работе. За гранью судебного исследования оставалось то, действительно ли такого рода отношения могли свидетельствовать о наличии взаимообусловленных или хотя бы связанных интересов и целей. Установив факт прежней или нынешней работы в одной организации руководителя другой организации, суды рассматривали его в качестве дополнительного довода в пользу единой направленности действий формально независимых друг от друга юридических лиц. В этом смысле данная группа случаев схожа с ситуациями представительства одним лицом по доверенности разных лиц по принципу использования признака трудовых (гражданско-правовых) отношений как способа дополнительного обоснования наличия злоупотреблений в действиях, которые судам показались подозрительными.
(Каменков М.В.)
("Закон", 2021, N 11)Надо сказать, что в данных делах суды не задавались вопросом о качестве отношений между физическими лицами, которые так или иначе имели знакомство по совместной работе. За гранью судебного исследования оставалось то, действительно ли такого рода отношения могли свидетельствовать о наличии взаимообусловленных или хотя бы связанных интересов и целей. Установив факт прежней или нынешней работы в одной организации руководителя другой организации, суды рассматривали его в качестве дополнительного довода в пользу единой направленности действий формально независимых друг от друга юридических лиц. В этом смысле данная группа случаев схожа с ситуациями представительства одним лицом по доверенности разных лиц по принципу использования признака трудовых (гражданско-правовых) отношений как способа дополнительного обоснования наличия злоупотреблений в действиях, которые судам показались подозрительными.
"Объекты гражданских прав: научно-практический комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации"
(под ред. Г.А. Гаджиева)
("Статут", 2025)Несмотря на это, в судебной практике не встречается случаев, когда бы защита права на плоды осуществлялась посредством виндикационного иска: исковые требования обычно направлены на возврат неосновательного обогащения присвоившего плоды ответчика - в денежной форме на сумму обогащения или, реже, на выдачу такого обогащения в натуре (вещами того же рода и качества). При этом суды, как правило, не задаются вопросом, сохранились ли плоды в натуре и можно ли их идентифицировать для целей виндикации, а между тем при положительном ответе защита права на них была бы возможна по существу лишь путем виндикационного иска.
(под ред. Г.А. Гаджиева)
("Статут", 2025)Несмотря на это, в судебной практике не встречается случаев, когда бы защита права на плоды осуществлялась посредством виндикационного иска: исковые требования обычно направлены на возврат неосновательного обогащения присвоившего плоды ответчика - в денежной форме на сумму обогащения или, реже, на выдачу такого обогащения в натуре (вещами того же рода и качества). При этом суды, как правило, не задаются вопросом, сохранились ли плоды в натуре и можно ли их идентифицировать для целей виндикации, а между тем при положительном ответе защита права на них была бы возможна по существу лишь путем виндикационного иска.
Статья: Анализ судебной практики по возмещению убытков, возникших по причине ограничения прав на земельные участки в пределах охранных зон и зон защиты объекта культурного наследия
(Южаков Ю.В.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2025, NN 6, 7)Никаких правовых или политико-правовых обоснований для такого различия найти невозможно. И если применительно к практике арбитражных судов установление более высокого стандарта осмотрительности еще можно оправдать, учитывая особый характер предпринимательской деятельности, связанной с определенными рисками, то применение таких же стандартов судами общей юрисдикции вызывает известную степень недоумения. Особенно очевидно это проявляется в тех делах, где охранные зоны были установлены еще в советское время. Суды совершенно не задаются вопросами о том, а были ли нормативные акты, которыми установлены ограничения, опубликованы и имело ли лицо к ним доступ при покупке земельного участка.
(Южаков Ю.В.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2025, NN 6, 7)Никаких правовых или политико-правовых обоснований для такого различия найти невозможно. И если применительно к практике арбитражных судов установление более высокого стандарта осмотрительности еще можно оправдать, учитывая особый характер предпринимательской деятельности, связанной с определенными рисками, то применение таких же стандартов судами общей юрисдикции вызывает известную степень недоумения. Особенно очевидно это проявляется в тех делах, где охранные зоны были установлены еще в советское время. Суды совершенно не задаются вопросами о том, а были ли нормативные акты, которыми установлены ограничения, опубликованы и имело ли лицо к ним доступ при покупке земельного участка.