Статут международного уголовного суда
Подборка наиболее важных документов по запросу Статут международного уголовного суда (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Когнитивное правосудие: возможна ли нейтральность международных судов в условиях глобального политического противостояния?
(Медушевский А.Н.)
("Российская юстиция", 2025, N 5)<13> См.: Римский статут Международного уголовного суда (принят в г. Риме 17 июля 1998 г. Дипломатической конференцией полномочных представителей под эгидой ООН по учреждению Международного уголовного суда) // Документ на русском языке опубликован не был. Источник - СПС "КонсультантПлюс".
(Медушевский А.Н.)
("Российская юстиция", 2025, N 5)<13> См.: Римский статут Международного уголовного суда (принят в г. Риме 17 июля 1998 г. Дипломатической конференцией полномочных представителей под эгидой ООН по учреждению Международного уголовного суда) // Документ на русском языке опубликован не был. Источник - СПС "КонсультантПлюс".
Статья: Особенности регулирования субъективной стороны преступления в международном уголовном праве
(Скуратова А.Ю.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2025, N 2)<1> Богуш Г.И. Общие принципы уголовного права в Римском статуте Международного уголовного суда / Г.И. Богуш // Международное уголовное правосудие: современные проблемы / Под ред. Г.И. Богуш, Е.Н. Трикоз. М.: Институт права и публичной политики, 2009. С. 86.
(Скуратова А.Ю.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2025, N 2)<1> Богуш Г.И. Общие принципы уголовного права в Римском статуте Международного уголовного суда / Г.И. Богуш // Международное уголовное правосудие: современные проблемы / Под ред. Г.И. Богуш, Е.Н. Трикоз. М.: Институт права и публичной политики, 2009. С. 86.
Статья: Принцип ex post facto в международном уголовном праве: соблюдать нельзя нарушить?
(Скуратова А.Ю.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2024, N 3)Рассмотрение принципа запрета придания закону обратной силы характеризуется двумя научными подходами: согласно первому указанный принцип имеет самостоятельный характер, согласно второму - рассматривается в качестве составной части принципа законности <1>. Первый подход представляется более рациональным - при понимании безусловной взаимосвязи принципа ex post facto и принципа законности. Как указал Европейский суд по правам человека в деле "Коккинакис против Греции", данная статья <2> "не ограничивается запрещением применения обратной силы в уголовном законе во вред обвиняемому: она также в более широком смысле говорит о другом (курсив мой. - А.С.) принципе уголовного права nullum crimen, nulla poena sine lege" <3>. Линия на разведение принципа законности и принципа отсутствия у закона обратной силы прослеживается и в Римском статуте Международного уголовного суда <4> (далее - МУС): принцип законности указан в ст. 22 и 23, принцип запрета придания закону обратной силы - в ст. 24.
(Скуратова А.Ю.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2024, N 3)Рассмотрение принципа запрета придания закону обратной силы характеризуется двумя научными подходами: согласно первому указанный принцип имеет самостоятельный характер, согласно второму - рассматривается в качестве составной части принципа законности <1>. Первый подход представляется более рациональным - при понимании безусловной взаимосвязи принципа ex post facto и принципа законности. Как указал Европейский суд по правам человека в деле "Коккинакис против Греции", данная статья <2> "не ограничивается запрещением применения обратной силы в уголовном законе во вред обвиняемому: она также в более широком смысле говорит о другом (курсив мой. - А.С.) принципе уголовного права nullum crimen, nulla poena sine lege" <3>. Линия на разведение принципа законности и принципа отсутствия у закона обратной силы прослеживается и в Римском статуте Международного уголовного суда <4> (далее - МУС): принцип законности указан в ст. 22 и 23, принцип запрета придания закону обратной силы - в ст. 24.
Статья: Проблема уголовного преследования несовершеннолетних за совершение актов пиратства
(Нелаева Г.А., Хабарова Е.А.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2023, N 1)Несмотря на то что пиратство является одним из наиболее древних преступлений, запрещенных еще в римском праве, в международном праве до сих пор не существует адекватного механизма расследования и наказания за совершение подобных деяний. Статут Международного уголовного суда не содержит запрета данного преступления, а среди государств и экспертного сообщества не наблюдается консенсуса относительно применения универсальной юрисдикции к преступлению пиратства. Данные противоречия приводят к тому, что в настоящее время случаи пиратства рассматриваются национальными судами, что не позволяет прийти к четкому пониманию данного явления и способов противодействия ему. Одной из серьезных проблем является вовлечение детей как исполнителей или помощников пиратов. Отсутствие единых критериев, регулирующих возраст наступления уголовной ответственности, разные представления о том, кого можно считать ребенком в соответствии с международными нормами, делают привлечение к уголовной ответственности лиц, не достигших 18 лет, практически невозможным и мало способствуют формированию негативного образа пиратов. Пиратство остается привлекательным способом заработка и усугубляет и без того сложную ситуацию в развивающихся странах. Необходима гармонизация национального законодательства в соответствии с Конвенцией и другими нормативными актами, а также принятие процессуальных гарантий, позволяющих защитить права несовершеннолетних обвиняемых при осуществлении уголовного преследования пиратов.
(Нелаева Г.А., Хабарова Е.А.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2023, N 1)Несмотря на то что пиратство является одним из наиболее древних преступлений, запрещенных еще в римском праве, в международном праве до сих пор не существует адекватного механизма расследования и наказания за совершение подобных деяний. Статут Международного уголовного суда не содержит запрета данного преступления, а среди государств и экспертного сообщества не наблюдается консенсуса относительно применения универсальной юрисдикции к преступлению пиратства. Данные противоречия приводят к тому, что в настоящее время случаи пиратства рассматриваются национальными судами, что не позволяет прийти к четкому пониманию данного явления и способов противодействия ему. Одной из серьезных проблем является вовлечение детей как исполнителей или помощников пиратов. Отсутствие единых критериев, регулирующих возраст наступления уголовной ответственности, разные представления о том, кого можно считать ребенком в соответствии с международными нормами, делают привлечение к уголовной ответственности лиц, не достигших 18 лет, практически невозможным и мало способствуют формированию негативного образа пиратов. Пиратство остается привлекательным способом заработка и усугубляет и без того сложную ситуацию в развивающихся странах. Необходима гармонизация национального законодательства в соответствии с Конвенцией и другими нормативными актами, а также принятие процессуальных гарантий, позволяющих защитить права несовершеннолетних обвиняемых при осуществлении уголовного преследования пиратов.
Статья: Кодификация международно-правовых норм об универсальной уголовной юрисдикции: современное состояние и перспективы
(Федорченко Д.В.)
("Актуальные проблемы российского права", 2024, N 11)<17> Римский статут международного уголовного суда. 1998. URL: https://www.google.com/url?sa=t&rct=j&q=&esrc=s&source=web&cd=&cad=rja&uact=8&ved=2ahUKEwjH5pafm72EAxWAEBAIHdLCB1sQFnoECEMQAQ&url=https%3A%2F%2Fwww.un.org%2Fru%2Flaw%2Ficc%2Frome_statute(r).pdf&usg=AOvVaw2NreXmAzcpw8zIyo83-eGt&opi=89978449 (дата обращения: 28.01.2024).
(Федорченко Д.В.)
("Актуальные проблемы российского права", 2024, N 11)<17> Римский статут международного уголовного суда. 1998. URL: https://www.google.com/url?sa=t&rct=j&q=&esrc=s&source=web&cd=&cad=rja&uact=8&ved=2ahUKEwjH5pafm72EAxWAEBAIHdLCB1sQFnoECEMQAQ&url=https%3A%2F%2Fwww.un.org%2Fru%2Flaw%2Ficc%2Frome_statute(r).pdf&usg=AOvVaw2NreXmAzcpw8zIyo83-eGt&opi=89978449 (дата обращения: 28.01.2024).
Статья: Иммунитеты должностных лиц государств от иностранной уголовной юрисдикции: обзор позиций государств
(Касперович А.М., Татаринов М.К.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2024, N 1)<28> В первую очередь речь идет о Римском статуте Международного уголовного суда, который не ратифицирован такими державами, как КНР, США, Российская Федерация и Израиль. Напротив, законодательство отдельных государств (Перу) содержит определения, непосредственно взятые из Римского статута, или отсылки к его положениям.
(Касперович А.М., Татаринов М.К.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2024, N 1)<28> В первую очередь речь идет о Римском статуте Международного уголовного суда, который не ратифицирован такими державами, как КНР, США, Российская Федерация и Израиль. Напротив, законодательство отдельных государств (Перу) содержит определения, непосредственно взятые из Римского статута, или отсылки к его положениям.
Статья: Проблемы соразмерности наказания в практике органов международного уголовного правосудия
(Евсеев А.П.)
("Закон", 2021, N 12)<8> Преамбула Римского статута Международного уголовного суда.
(Евсеев А.П.)
("Закон", 2021, N 12)<8> Преамбула Римского статута Международного уголовного суда.
Статья: Особенности содержания и применения принципа законности в международном уголовном праве
(Скуратова А.Ю.)
("Российский юридический журнал", 2024, N 1)В международном уголовном праве принцип законности получил закрепление в Римском статуте Международного уголовного суда. Принцип nullum crimen sine lege отражен в ст. 22 Статута в следующей формулировке:
(Скуратова А.Ю.)
("Российский юридический журнал", 2024, N 1)В международном уголовном праве принцип законности получил закрепление в Римском статуте Международного уголовного суда. Принцип nullum crimen sine lege отражен в ст. 22 Статута в следующей формулировке:
Статья: Средства правовой защиты в случае неисполнения решений международных судов и арбитражей
(Рачков И.В.)
("Международное правосудие", 2024, N 4)В Римском статуте Международного уголовного суда (далее - МУС) (1998 год) <87> предусмотрены более подробные обязательства по сотрудничеству и последствия их нарушения (часть 9 "Международное сотрудничество и судебная помощь"). Общая обязанность государств-участников сотрудничать (статья 86) дополнена таким положением:
(Рачков И.В.)
("Международное правосудие", 2024, N 4)В Римском статуте Международного уголовного суда (далее - МУС) (1998 год) <87> предусмотрены более подробные обязательства по сотрудничеству и последствия их нарушения (часть 9 "Международное сотрудничество и судебная помощь"). Общая обязанность государств-участников сотрудничать (статья 86) дополнена таким положением:
Статья: Участие СССР и России в международных механизмах защиты прав человека: новый путь или повторение предыдущего?
(Халафян Р.М.)
("Международное правосудие", 2024, N 2)Официальная позиция о роли правозащитной повестки корректируется текущим положением вещей: вскоре после первоначальной критики Всеобщей декларации прав человека Советский Союз при подходящем моменте делает на нее ссылку, стремясь уличить политического противника в посягательствах на права индивида <19>; в период перемен 1980-х годов СССР снимает оговорки к статьям о факультативной юрисдикции Международного суда ООН в Конвенциях о правах человека и борьбе с международными преступлениями <20>; на рубеже XX - XXI веков страна подписывает Статут Международного уголовного суда (далее - МУС, Суд), от сотрудничества с которым позже откажется <21>.
(Халафян Р.М.)
("Международное правосудие", 2024, N 2)Официальная позиция о роли правозащитной повестки корректируется текущим положением вещей: вскоре после первоначальной критики Всеобщей декларации прав человека Советский Союз при подходящем моменте делает на нее ссылку, стремясь уличить политического противника в посягательствах на права индивида <19>; в период перемен 1980-х годов СССР снимает оговорки к статьям о факультативной юрисдикции Международного суда ООН в Конвенциях о правах человека и борьбе с международными преступлениями <20>; на рубеже XX - XXI веков страна подписывает Статут Международного уголовного суда (далее - МУС, Суд), от сотрудничества с которым позже откажется <21>.
Статья: В поисках релевантных аргументов: структура конституционно-судебной аргументации
(Чирнинов А.М.)
("Сравнительное конституционное обозрение", 2022, N 3)В ряде случаев органам конституционного контроля приходится констатировать буквальное расхождение проверяемой нормы с конституционным положением. В частности, по этой причине первоначально не был допущен до ратификации Статут Международного уголовного суда 1998 года во Франции. Конституционный совет Франции пришел к выводу, что в части нейтрализации иммунитетов президента, членов правительства и парламентариев от уголовного преследования Статут прямо противоречит Конституции Франции, которая эти иммунитеты закрепляет <107>.
(Чирнинов А.М.)
("Сравнительное конституционное обозрение", 2022, N 3)В ряде случаев органам конституционного контроля приходится констатировать буквальное расхождение проверяемой нормы с конституционным положением. В частности, по этой причине первоначально не был допущен до ратификации Статут Международного уголовного суда 1998 года во Франции. Конституционный совет Франции пришел к выводу, что в части нейтрализации иммунитетов президента, членов правительства и парламентариев от уголовного преследования Статут прямо противоречит Конституции Франции, которая эти иммунитеты закрепляет <107>.
Статья: Уголовно-правовые средства противодействия преступности в немецком и российском уголовном праве
(Приходько Н.Ю.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2023, N 3)Наряду с международными обязательствами в сфере уголовного права (вследствие ратификации, например, Римского статута Международного уголовного суда или Международной конвенции о защите прав человека и основных свобод) большое влияние на немецкое уголовное право оказывает право Европейского союза (ЕС). В соответствии с обычной законодательной процедурой Европейский Парламент и Совет могут посредством принятия постановлений и директив определять минимальные правила для установления преступлений и наказаний в сферах особо тяжкой преступности, имеющих трансграничный характер, а также в силу характера или последствий преступных деяний или в связи с особой необходимостью требуют совместной борьбы с ними (ст. 83, абз. 1, Договора о функционировании Европейского союза <8>). В качестве таких сфер определены терроризм, торговля людьми, сексуальная эксплуатация женщин и детей, незаконная торговля наркотиками и оружием, отмывание денег, коррупция, организованная преступность и компьютерная преступность. После вступления в силу Лиссабонского договора <9> ЕС получил дополнительные возможности для оказания влияния на уголовное законодательство государств-членов. Так, ЕС стремится посредством принятия мер для предупреждения и противодействия преступности, а также для борьбы с расизмом и ксенофобией, координации и сотрудничества полицейских ведомств и органов, осуществляющих уголовное правосудие, в том числе за счет взаимного признания уголовно-правовых решений и при необходимости сближения уголовного права обеспечить высокий уровень безопасности (ст. 61, абз. 3, Лиссабонского договора). Если сближение уголовного законодательства государств-членов оказывается необходимым для эффективного осуществления политики Союза в области, в которой были приняты меры по гармонизации, могут быть приняты соответствующие директивы, устанавливающие минимальные правила для определения преступных деяний и наказаний в соответствующей области (ст. 69b, абз. 2, Лиссабонского договора). Таким образом, были изданы, например, Директивы для борьбы с отмыванием денег, для предупреждения и противодействия торговли людьми и обеспечения защиты пострадавшим, а также по вопросам осуществления предварительного расследования по уголовным делам <10> [8; 9; 10]. Кроме того, согласно ст. 83, абз. 3, Договора о функционировании Европейского союза при развитии преступности Совет вправе с согласия Европейского Парламента единогласным постановлением определять иные сферы преступности, соответствующие критериям данного абзаца.
(Приходько Н.Ю.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2023, N 3)Наряду с международными обязательствами в сфере уголовного права (вследствие ратификации, например, Римского статута Международного уголовного суда или Международной конвенции о защите прав человека и основных свобод) большое влияние на немецкое уголовное право оказывает право Европейского союза (ЕС). В соответствии с обычной законодательной процедурой Европейский Парламент и Совет могут посредством принятия постановлений и директив определять минимальные правила для установления преступлений и наказаний в сферах особо тяжкой преступности, имеющих трансграничный характер, а также в силу характера или последствий преступных деяний или в связи с особой необходимостью требуют совместной борьбы с ними (ст. 83, абз. 1, Договора о функционировании Европейского союза <8>). В качестве таких сфер определены терроризм, торговля людьми, сексуальная эксплуатация женщин и детей, незаконная торговля наркотиками и оружием, отмывание денег, коррупция, организованная преступность и компьютерная преступность. После вступления в силу Лиссабонского договора <9> ЕС получил дополнительные возможности для оказания влияния на уголовное законодательство государств-членов. Так, ЕС стремится посредством принятия мер для предупреждения и противодействия преступности, а также для борьбы с расизмом и ксенофобией, координации и сотрудничества полицейских ведомств и органов, осуществляющих уголовное правосудие, в том числе за счет взаимного признания уголовно-правовых решений и при необходимости сближения уголовного права обеспечить высокий уровень безопасности (ст. 61, абз. 3, Лиссабонского договора). Если сближение уголовного законодательства государств-членов оказывается необходимым для эффективного осуществления политики Союза в области, в которой были приняты меры по гармонизации, могут быть приняты соответствующие директивы, устанавливающие минимальные правила для определения преступных деяний и наказаний в соответствующей области (ст. 69b, абз. 2, Лиссабонского договора). Таким образом, были изданы, например, Директивы для борьбы с отмыванием денег, для предупреждения и противодействия торговли людьми и обеспечения защиты пострадавшим, а также по вопросам осуществления предварительного расследования по уголовным делам <10> [8; 9; 10]. Кроме того, согласно ст. 83, абз. 3, Договора о функционировании Европейского союза при развитии преступности Совет вправе с согласия Европейского Парламента единогласным постановлением определять иные сферы преступности, соответствующие критериям данного абзаца.