Смарт-Контракт савельев
Подборка наиболее важных документов по запросу Смарт-Контракт савельев (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Цифровизация и вопросы прав человека в реалиях современного мира
(Ковлер А.И., Семилютина Н.Г.)
("Журнал российского права", 2024, N 10)Обострение конкуренции между предпринимателями и государствами, в свою очередь, привело к фактической конкуренции между человеком и искусственным интеллектом <4>. Проявлением такой "конкуренции интеллектов" стало создание иллюзии отсутствия непосредственного контакта между потребителем услуги (покупателем) и лицом, предоставляющим услугу (продавцом). Так, при использовании платформы Uber для вызова такси создается видимость того, что потенциальный пассажир сам находит себе такси (водителя с машиной), договаривается о цене, получает услугу. Аналогичным образом некоторые авторы рассматривают "смарт-контракт" не как договорное обязательство, а как "специальный алгоритм автоматизации контрактов, в том числе процессов принятия решений. Благодаря им появляется возможность установления определенного набора условий и правил, исполнение которых обязательно для всех участников. Другими словами, им (вероятно, смарт-контрактом. - Прим. авт.) всегда выполняется заранее установленный набор правил, изменить которые после создания контракта и его запуска невозможно. Это исключает воздействие человеческого фактора на исполнение предписанных условий и правил" (курсив наш. - Прим. авт.) <5>. Подобным образом описывает смарт-контракт А. Савельев, определяющий его как договор, существующий в форме программного кода, имплементированного на платформе блокчейн, который обеспечивает автономность и самоисполнимость условий такого договора по наступлении заранее определенных в нем обстоятельств <6>.
(Ковлер А.И., Семилютина Н.Г.)
("Журнал российского права", 2024, N 10)Обострение конкуренции между предпринимателями и государствами, в свою очередь, привело к фактической конкуренции между человеком и искусственным интеллектом <4>. Проявлением такой "конкуренции интеллектов" стало создание иллюзии отсутствия непосредственного контакта между потребителем услуги (покупателем) и лицом, предоставляющим услугу (продавцом). Так, при использовании платформы Uber для вызова такси создается видимость того, что потенциальный пассажир сам находит себе такси (водителя с машиной), договаривается о цене, получает услугу. Аналогичным образом некоторые авторы рассматривают "смарт-контракт" не как договорное обязательство, а как "специальный алгоритм автоматизации контрактов, в том числе процессов принятия решений. Благодаря им появляется возможность установления определенного набора условий и правил, исполнение которых обязательно для всех участников. Другими словами, им (вероятно, смарт-контрактом. - Прим. авт.) всегда выполняется заранее установленный набор правил, изменить которые после создания контракта и его запуска невозможно. Это исключает воздействие человеческого фактора на исполнение предписанных условий и правил" (курсив наш. - Прим. авт.) <5>. Подобным образом описывает смарт-контракт А. Савельев, определяющий его как договор, существующий в форме программного кода, имплементированного на платформе блокчейн, который обеспечивает автономность и самоисполнимость условий такого договора по наступлении заранее определенных в нем обстоятельств <6>.
Статья: Киберхулиганство как следствие развития цифровых прав в информационном обществе
(Шевченко О.А., Агаджанян М.А.)
("Безопасность бизнеса", 2021, N 5)Так, по мнению А.И. Савельева, смарт-контракт - это договор, существующий в форме программного кода, имплементированного на платформе блокчейн, который обеспечивает автономность и самоисполнимость условий такого договора при наступлении заранее определенных в нем обстоятельств <5>.
(Шевченко О.А., Агаджанян М.А.)
("Безопасность бизнеса", 2021, N 5)Так, по мнению А.И. Савельева, смарт-контракт - это договор, существующий в форме программного кода, имплементированного на платформе блокчейн, который обеспечивает автономность и самоисполнимость условий такого договора при наступлении заранее определенных в нем обстоятельств <5>.
Статья: Цифровой правовой контроль как новая цивилистическая категория
(Линников А.С.)
("Вестник Пермского университета. Юридические науки", 2024, N 2)Понимание цифрового правового контроля в контексте смарт-контракта имеет большой эвристический потенциал. Это обусловлено прежде всего тем, что смарт-контракт нередко трактуется как новая механика контроля за исполнением гражданско-правовых договоров. Так, например, Е.Е. Кирсанова отмечает, что смарт-контракт представляет собой "альтернативный способ заключения договора и контроля за исполнением обязательств" [16]. При этом стоит добавить, что термины "смарт-контракт" и "цифровой контроль" также связаны и в другом смысловом аспекте: актив, предполагаемый к передаче при помощи смарт-контракта, поступает под контроль программного кода, в чем видится технологическое преимущество смарт-контракта. Так, А.И. Савельев по этому поводу пишет следующее: "программный код такого смарт-контракта контролируется не одной из сторон договора, а автономно исполняется на множестве компьютеров (узлов блокчейна), неподконтрольных сторонам договора" [13]. Представляется, что в этом уникальном свойстве проявляется особенность цифрового правового контроля в рамках договора, исполняющегося при помощи смарт-контракта. В.А. Северин совершенно справедливо добавляет, что "условия выполнения смарт-контракта будут контролироваться в системе блокчейн в автоматическом режиме и не могут быть произвольно изменены сторонами" [37]. Отмечая, что смарт-контракт может быть основан не только на блокчейне, но и на иной информационной системе, В.В. Уткин дает весьма ценное пояснение: "...безусловно, использование технологии распределенных реестров делает смарт-контракт более защищенным с точки зрения контроля за несанкционированным изменением, так как при использовании данной технологии происходит синхронизация копий реестра и каждый участник взаимодействия может иметь доступ к истории транзакций" [39]. О возможности подобного контроля в отношениях, обусловленных смарт-контрактом, нередко упоминается в научной литературе [41; 38; 27; 12; 28; 24]. Контрольная сущность смарт-контракта настолько значительна, что некоторые исследователи частного права отражают ее непосредственно в доктринальной дефиниции смарт-контракта. К примеру, такое определение предлагает А.В. Ягубян: "...смарт-контракт - это, по сути, автоматизированный алгоритм, предназначенный для формирования, контроля и предоставления информации (функций и данных), находящихся по определенному адресу в блокчейне" [46]. Добавим, что цифровой правовой контроль, свойственный гражданско-правовому договору, исполняющемуся при помощи смарт-контракта, о котором, к слову, впервые писал Н. Сабо, реализуется при помощи математических алгоритмов [91]. По этому поводу А.В. Ефимов справедливо замечает: "...в смарт-контрактах компьютерная программа инициирует и одновременно контролирует исполнение, что снижает издержки сторон" [9].
(Линников А.С.)
("Вестник Пермского университета. Юридические науки", 2024, N 2)Понимание цифрового правового контроля в контексте смарт-контракта имеет большой эвристический потенциал. Это обусловлено прежде всего тем, что смарт-контракт нередко трактуется как новая механика контроля за исполнением гражданско-правовых договоров. Так, например, Е.Е. Кирсанова отмечает, что смарт-контракт представляет собой "альтернативный способ заключения договора и контроля за исполнением обязательств" [16]. При этом стоит добавить, что термины "смарт-контракт" и "цифровой контроль" также связаны и в другом смысловом аспекте: актив, предполагаемый к передаче при помощи смарт-контракта, поступает под контроль программного кода, в чем видится технологическое преимущество смарт-контракта. Так, А.И. Савельев по этому поводу пишет следующее: "программный код такого смарт-контракта контролируется не одной из сторон договора, а автономно исполняется на множестве компьютеров (узлов блокчейна), неподконтрольных сторонам договора" [13]. Представляется, что в этом уникальном свойстве проявляется особенность цифрового правового контроля в рамках договора, исполняющегося при помощи смарт-контракта. В.А. Северин совершенно справедливо добавляет, что "условия выполнения смарт-контракта будут контролироваться в системе блокчейн в автоматическом режиме и не могут быть произвольно изменены сторонами" [37]. Отмечая, что смарт-контракт может быть основан не только на блокчейне, но и на иной информационной системе, В.В. Уткин дает весьма ценное пояснение: "...безусловно, использование технологии распределенных реестров делает смарт-контракт более защищенным с точки зрения контроля за несанкционированным изменением, так как при использовании данной технологии происходит синхронизация копий реестра и каждый участник взаимодействия может иметь доступ к истории транзакций" [39]. О возможности подобного контроля в отношениях, обусловленных смарт-контрактом, нередко упоминается в научной литературе [41; 38; 27; 12; 28; 24]. Контрольная сущность смарт-контракта настолько значительна, что некоторые исследователи частного права отражают ее непосредственно в доктринальной дефиниции смарт-контракта. К примеру, такое определение предлагает А.В. Ягубян: "...смарт-контракт - это, по сути, автоматизированный алгоритм, предназначенный для формирования, контроля и предоставления информации (функций и данных), находящихся по определенному адресу в блокчейне" [46]. Добавим, что цифровой правовой контроль, свойственный гражданско-правовому договору, исполняющемуся при помощи смарт-контракта, о котором, к слову, впервые писал Н. Сабо, реализуется при помощи математических алгоритмов [91]. По этому поводу А.В. Ефимов справедливо замечает: "...в смарт-контрактах компьютерная программа инициирует и одновременно контролирует исполнение, что снижает издержки сторон" [9].
"Гражданско-правовое обеспечение смарт-контрактов: монография"
(Кириллова Е.А., Зульфугарзаде Т.Э.)
("ИНФРА-М", 2024)В российской цивилистике также многие исследователи давали определение смарт-контрактам, например, А.И. Савельев пишет, что под смарт-контрактом следует понимать соглашение сторон в виде программного алгоритма в технологии блокчейн с гарантированным соблюдением условий <1>. Соглашаясь с таким подходом, А.А. Волос подчеркивает, что смарт-контракты относятся к запрограммированным контрактам, которые автоматически выполняются с помощью технологии блокчейн <2>.
(Кириллова Е.А., Зульфугарзаде Т.Э.)
("ИНФРА-М", 2024)В российской цивилистике также многие исследователи давали определение смарт-контрактам, например, А.И. Савельев пишет, что под смарт-контрактом следует понимать соглашение сторон в виде программного алгоритма в технологии блокчейн с гарантированным соблюдением условий <1>. Соглашаясь с таким подходом, А.А. Волос подчеркивает, что смарт-контракты относятся к запрограммированным контрактам, которые автоматически выполняются с помощью технологии блокчейн <2>.
"Правовые аспекты разработки и коммерциализации программного обеспечения"
(Савельев А.И.)
("Статут", 2024)<2> Данные аргументы были изложены мной в статье: Савельев А.И. Некоторые правовые аспекты использования смарт-контрактов и блокчейн-технологий по российскому праву // Закон. 2017. N 5.
(Савельев А.И.)
("Статут", 2024)<2> Данные аргументы были изложены мной в статье: Савельев А.И. Некоторые правовые аспекты использования смарт-контрактов и блокчейн-технологий по российскому праву // Закон. 2017. N 5.
Статья: Смарт-контракт как договор. Виды, способы заключения и совершения, проблемы исполнения
(Гармашев М.А.)
("Legal Bulletin", 2023, N 2)С правовой точки зрения нет единства мнений о правовой природе умного договора, что является проблемой. Законодатель осторожно относится к развитию гражданских прав, смежных с цифровой экономикой, и ее инструментов и не спешит с легальным регулированием смарт-контрактов, однако доктрина уже делает важные шаги по исследованию этого явления и подготовке к его распространению в реалиях гражданского оборота. Таким образом, легального определения смарт-контрактов в действующем законодательстве РФ не содержится. Наиболее известное в российской доктрине гражданского права определение смарт-контракта предложено А.И. Савельевым. Он предлагает понимать под смарт-контрактом "соглашение сторон, существующее в форме программного кода, функционирующего в распределенном реестре данных, который обеспечивает самоисполнимость условий такого договора при наступлении заранее определенных в нем обстоятельств" [2, с. 40]. То есть смарт-контракт является новым видом и формой гражданско-правового договора со своим уникальным набором признаков.
(Гармашев М.А.)
("Legal Bulletin", 2023, N 2)С правовой точки зрения нет единства мнений о правовой природе умного договора, что является проблемой. Законодатель осторожно относится к развитию гражданских прав, смежных с цифровой экономикой, и ее инструментов и не спешит с легальным регулированием смарт-контрактов, однако доктрина уже делает важные шаги по исследованию этого явления и подготовке к его распространению в реалиях гражданского оборота. Таким образом, легального определения смарт-контрактов в действующем законодательстве РФ не содержится. Наиболее известное в российской доктрине гражданского права определение смарт-контракта предложено А.И. Савельевым. Он предлагает понимать под смарт-контрактом "соглашение сторон, существующее в форме программного кода, функционирующего в распределенном реестре данных, который обеспечивает самоисполнимость условий такого договора при наступлении заранее определенных в нем обстоятельств" [2, с. 40]. То есть смарт-контракт является новым видом и формой гражданско-правового договора со своим уникальным набором признаков.