Самостоятельность судебной власти
Подборка наиболее важных документов по запросу Самостоятельность судебной власти (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Позиция КС РФ, ВС РФ: Суд не может оценивать доказательства произвольно и в противоречии с законом
Определение Конституционного Суда РФ от 25.05.2017 N 1116-О и другие акты высших судов
Применимые нормы: ст. 71 АПК РФПредоставление судам в соответствии со ст. 71 АПК РФ полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия. Однако это не предполагает возможность оценивать доказательства произвольно и в противоречии с законом.
Определение Конституционного Суда РФ от 25.05.2017 N 1116-О и другие акты высших судов
Применимые нормы: ст. 71 АПК РФПредоставление судам в соответствии со ст. 71 АПК РФ полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия. Однако это не предполагает возможность оценивать доказательства произвольно и в противоречии с законом.
Подборка судебных решений за 2025 год: Статья 187 "Исследование заключения эксперта. Назначение дополнительной или повторной экспертизы" ГПК РФ"Предусмотренные частью третьей статьи 86 ГПК Российской Федерации правомочия суда не согласиться с заключением эксперта, а также частью второй статьи 187 этого же Кодекса правила исследования заключения эксперта, в соответствии с которыми оно исследуется в судебном заседании, оценивается судом наряду с другими доказательствами и не имеет для суда заранее установленной силы, обеспечивают создание условий для правильного рассмотрения дела судом на основе состязательности и равноправия сторон и вынесение законного и обоснованного судебного постановления. Данные полномочия суда вытекают из принципа самостоятельности судебной власти и служат проявлением его дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия. Вместе с тем лица, участвующие в деле, не лишены возможности представить суду доказательства с целью опровержения выводов эксперта, и такие доказательства подлежат оценке наравне со всеми иными доказательствами по делу с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности (часть третья статьи 67 и часть третья статьи 86 ГПК Российской Федерации).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Судебный контроль как самостоятельная функция судебной власти и его место в досудебном производстве по уголовным делам
(Александров И.С.)
("Актуальные проблемы российского права", 2023, N 12)"Актуальные проблемы российского права", 2023, N 12
(Александров И.С.)
("Актуальные проблемы российского права", 2023, N 12)"Актуальные проблемы российского права", 2023, N 12
Статья: Цифровая платформа в сфере судебной деятельности: понятие, признаки, обеспечение надлежащего функционирования
(Кабацкая Е.А.)
("Российский судья", 2024, N 8)Проблема соответствия цифровой платформы самостоятельности
(Кабацкая Е.А.)
("Российский судья", 2024, N 8)Проблема соответствия цифровой платформы самостоятельности
Нормативные акты
"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2, 3 (2024)"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.11.2024)В силу конституционных принципов и норм, в частности принципов свободы договора, доступности правосудия, независимости и самостоятельности судебной власти, состязательности и равноправия сторон, предполагается, что стороны в договоре об оказании правовых услуг, будучи вправе в силу диспозитивного характера гражданско-правового регулирования свободно определять наиболее оптимальные условия оплаты оказанных услуг, в том числе самостоятельно устанавливать порядок и сроки внесения платежей (уплата аванса, предварительные платежи, рассрочка платежа, предоставление кредита, почасовая оплата, исчисление размера вознаграждения в процентах от цены иска и т.д.), не могут, однако, обусловливать выплату вознаграждения принятием конкретного судебного решения: в системе действующего правового регулирования, в том числе положений гражданского законодательства, судебное решение не может выступать ни объектом чьих-либо гражданских прав (статья 128 ГК РФ), ни предметом какого-либо гражданско-правового договора (статья 432 ГК РФ).
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.11.2024)В силу конституционных принципов и норм, в частности принципов свободы договора, доступности правосудия, независимости и самостоятельности судебной власти, состязательности и равноправия сторон, предполагается, что стороны в договоре об оказании правовых услуг, будучи вправе в силу диспозитивного характера гражданско-правового регулирования свободно определять наиболее оптимальные условия оплаты оказанных услуг, в том числе самостоятельно устанавливать порядок и сроки внесения платежей (уплата аванса, предварительные платежи, рассрочка платежа, предоставление кредита, почасовая оплата, исчисление размера вознаграждения в процентах от цены иска и т.д.), не могут, однако, обусловливать выплату вознаграждения принятием конкретного судебного решения: в системе действующего правового регулирования, в том числе положений гражданского законодательства, судебное решение не может выступать ни объектом чьих-либо гражданских прав (статья 128 ГК РФ), ни предметом какого-либо гражданско-правового договора (статья 432 ГК РФ).
"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2015)"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2015)
(ред. от 26.04.2017)Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2015)
(ред. от 26.04.2017)Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.
Статья: Подведомственность и компетенция в цивилистическом процессуальном праве
(Каратаев И.А.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 7)Итак, положения ст. 1 - 3 Устава гражданского судопроизводства 1864 г. (далее - УГС 1864 г.) закрепили самостоятельность судебной власти, осуществление ее только судами и невозможность разрешения гражданско-правовых споров иными государственными органами <1>. Согласно примечанию к ст. 1 бесспорные требования "административных мест и лиц" не могли быть рассмотрены судом. Какого-либо перечня разрешаемых судами дел дореволюционный процессуальный закон не содержал, однако устанавливал их признак - спор о праве гражданском.
(Каратаев И.А.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 7)Итак, положения ст. 1 - 3 Устава гражданского судопроизводства 1864 г. (далее - УГС 1864 г.) закрепили самостоятельность судебной власти, осуществление ее только судами и невозможность разрешения гражданско-правовых споров иными государственными органами <1>. Согласно примечанию к ст. 1 бесспорные требования "административных мест и лиц" не могли быть рассмотрены судом. Какого-либо перечня разрешаемых судами дел дореволюционный процессуальный закон не содержал, однако устанавливал их признак - спор о праве гражданском.
Статья: Использование нейросетевых языковых моделей в судебном следствии при производстве по уголовному делу
(Малина М.А.)
("Российский судья", 2026, N 2)Считаем, что важную вспомогательную роль в гносеологической составляющей деятельности суда могут выполнять системы генеративного искусственного интеллекта <3>. Чтобы наиболее полно раскрыть эту мысль, предлагаем в методологических целях кратко взглянуть на идею судоустройства в духе дореволюционного подхода к пониманию самостоятельности судебной власти. После Судебной реформы Александра II 1864 г. к ней были отнесены еще и так называемые вспомогательные органы суда. Логика здесь следующая. Те органы, без которых невозможно осуществление правосудия, которые нужны суду для выполнения этой миссии, были причислены именно к "судебным установлениям" <4>. Как отмечал В.К. Случевский, законодатель <5> включил в число лиц судебного ведомства помимо собственно судей еще и тех субъектов, "...которые отправляют функции хотя и не чисто судебного свойства, но близко к ним прикасающиеся" <6>. Это судебные следователи, прокуроры, присяжные поверенные, нотариусы, судебные приставы. Их официально называли "вспомогательными органами суда" <7>, так как они действовали для суда, под контролем суда, в интересах правосудия <8>. И.Я. Фойницкий в те годы писал: "Суд должен быть силой, а для этого необходимо, чтобы в руках судебной власти сосредоточивались все мероприятия, обеспечивающие возможность судебного разбирательства и действительное осуществление судебных решений", - и далее: "Этот признак организации может быть назван полнотой судебной власти" <9>.
(Малина М.А.)
("Российский судья", 2026, N 2)Считаем, что важную вспомогательную роль в гносеологической составляющей деятельности суда могут выполнять системы генеративного искусственного интеллекта <3>. Чтобы наиболее полно раскрыть эту мысль, предлагаем в методологических целях кратко взглянуть на идею судоустройства в духе дореволюционного подхода к пониманию самостоятельности судебной власти. После Судебной реформы Александра II 1864 г. к ней были отнесены еще и так называемые вспомогательные органы суда. Логика здесь следующая. Те органы, без которых невозможно осуществление правосудия, которые нужны суду для выполнения этой миссии, были причислены именно к "судебным установлениям" <4>. Как отмечал В.К. Случевский, законодатель <5> включил в число лиц судебного ведомства помимо собственно судей еще и тех субъектов, "...которые отправляют функции хотя и не чисто судебного свойства, но близко к ним прикасающиеся" <6>. Это судебные следователи, прокуроры, присяжные поверенные, нотариусы, судебные приставы. Их официально называли "вспомогательными органами суда" <7>, так как они действовали для суда, под контролем суда, в интересах правосудия <8>. И.Я. Фойницкий в те годы писал: "Суд должен быть силой, а для этого необходимо, чтобы в руках судебной власти сосредоточивались все мероприятия, обеспечивающие возможность судебного разбирательства и действительное осуществление судебных решений", - и далее: "Этот признак организации может быть назван полнотой судебной власти" <9>.
Статья: Экзистенция правосудия: аксиологические начала и роль судьи как гаранта справедливости
(Ланг П.П.)
("Российская юстиция", 2026, N 1)Однако даже эта система постепенно подчинилась вновь созданным для нее правилам: пусть и не сразу, но в советскую правовую систему вернулся принцип независимости суда (ст. 112 Конституции СССР 1936 г.). Правовые системы СССР и союзных республик не восприняли принцип разделения властей и самостоятельности судебной власти, но в законодательных актах появился новый принцип - принцип осуществления правосудия только судом.
(Ланг П.П.)
("Российская юстиция", 2026, N 1)Однако даже эта система постепенно подчинилась вновь созданным для нее правилам: пусть и не сразу, но в советскую правовую систему вернулся принцип независимости суда (ст. 112 Конституции СССР 1936 г.). Правовые системы СССР и союзных республик не восприняли принцип разделения властей и самостоятельности судебной власти, но в законодательных актах появился новый принцип - принцип осуществления правосудия только судом.
Статья: Конституционная юстиция субъектов Российской Федерации: шаг вперед, два шага назад
(Гатауллин А.Г., Зайнутдинов Д.Р.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 3)Особо ценны в данном отношении мнения бывших судей конституционных (уставных) судов субъектов РФ. Так, председатель Конституционного суда Республики Карелия в отставке, кандидат юридических наук, доцент С.А. Беньяминова в соавторстве с коллегами (А.А. Баляткеев и В.А. Кабанов) пишет: "Реформу региональной конституционной юстиции нельзя признать удачной. Вместо конституционных (уставных) судов, статус и компетенция которых были урегулированы на федеральном уровне, были созданы органы, общие основания деятельности которых не закреплены федеральным законодательством. Правовая неопределенность пункта 7 ст. 5 Федерального конституционного закона от 08.12.2020 N 7-ФКЗ, а также указание на образование конституционных (уставных) советов при органах законодательной власти субъектов РФ привели к фактической ликвидации института регионального конституционного контроля и свидетельствуют об определенного рода "откате", инволюции в конституционно-правовом развитии не только субъектов РФ, но и Российской Федерации: по мнению ряда ученых, Закон о поправке к Конституции РФ от 14.03.2020 N 1-ФКЗ ограничил самостоятельность судебной власти, видовое разнообразие судов и тем самым разбалансировал всю систему сдержек и противовесов в России" <25>. Подобную точку зрения можно в полной мере поддержать. Следует признать неудачным привязывание конституционных (уставных) советов к высшим представительным (законодательным) органам государственной власти субъектов РФ.
(Гатауллин А.Г., Зайнутдинов Д.Р.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 3)Особо ценны в данном отношении мнения бывших судей конституционных (уставных) судов субъектов РФ. Так, председатель Конституционного суда Республики Карелия в отставке, кандидат юридических наук, доцент С.А. Беньяминова в соавторстве с коллегами (А.А. Баляткеев и В.А. Кабанов) пишет: "Реформу региональной конституционной юстиции нельзя признать удачной. Вместо конституционных (уставных) судов, статус и компетенция которых были урегулированы на федеральном уровне, были созданы органы, общие основания деятельности которых не закреплены федеральным законодательством. Правовая неопределенность пункта 7 ст. 5 Федерального конституционного закона от 08.12.2020 N 7-ФКЗ, а также указание на образование конституционных (уставных) советов при органах законодательной власти субъектов РФ привели к фактической ликвидации института регионального конституционного контроля и свидетельствуют об определенного рода "откате", инволюции в конституционно-правовом развитии не только субъектов РФ, но и Российской Федерации: по мнению ряда ученых, Закон о поправке к Конституции РФ от 14.03.2020 N 1-ФКЗ ограничил самостоятельность судебной власти, видовое разнообразие судов и тем самым разбалансировал всю систему сдержек и противовесов в России" <25>. Подобную точку зрения можно в полной мере поддержать. Следует признать неудачным привязывание конституционных (уставных) советов к высшим представительным (законодательным) органам государственной власти субъектов РФ.
Статья: Судебное право: игра в слова или содержательная дискуссия?
(Фокин Е.А.)
("Российская юстиция", 2025, N 7)<16> См.: Фокин Е.А. Самостоятельность судебной власти (суды и разделение властей) // Современные концепции верховенства права и правового государства: сравнительно-правовое исследование: монография / отв. ред. Т.Я. Хабриева, А.И. Ковлер. М., 2024. С. 267 - 281.
(Фокин Е.А.)
("Российская юстиция", 2025, N 7)<16> См.: Фокин Е.А. Самостоятельность судебной власти (суды и разделение властей) // Современные концепции верховенства права и правового государства: сравнительно-правовое исследование: монография / отв. ред. Т.Я. Хабриева, А.И. Ковлер. М., 2024. С. 267 - 281.
"Гражданский процесс: учебник"
(под ред. А.В. Габова, В.Г. Голубцова, С.Ж. Соловых)
("Статут", 2024)Правовая позиция Конституционного Суда РФ: Применение аналогии закона обусловлено необходимостью восполнения пробелов в правовом регулировании тех или иных отношений. Закрепление подобного права в части четвертой ст. 1 ГПК РФ вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, поскольку невозможность применения норм права по аналогии при наличии неурегулированных отношений привела бы к невозможности защиты прав граждан и в конечном итоге к ограничению их конституционных прав (Определение КС РФ от 26.11.2018 N 3019-О).
(под ред. А.В. Габова, В.Г. Голубцова, С.Ж. Соловых)
("Статут", 2024)Правовая позиция Конституционного Суда РФ: Применение аналогии закона обусловлено необходимостью восполнения пробелов в правовом регулировании тех или иных отношений. Закрепление подобного права в части четвертой ст. 1 ГПК РФ вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, поскольку невозможность применения норм права по аналогии при наличии неурегулированных отношений привела бы к невозможности защиты прав граждан и в конечном итоге к ограничению их конституционных прав (Определение КС РФ от 26.11.2018 N 3019-О).
Статья: Личность и судебная власть: конституционные основы взаимоотношений
(Бондарь Н.С.)
("Российская юстиция", 2025, N 8)Дискреционные полномочия суда, отмечается в Постановлении КС РФ от 30 октября 2014 г. N 26-П <21>, необходимы для осуществления правосудия и вытекают из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможности реализации этих полномочий произвольно и в противоречии с законом. В Определении от 6 ноября 2003 г. N 390-О <22> КС РФ отметил, что применение обеспечительных мер в административном судопроизводстве, осуществляемом арбитражными судами, реализуется в рамках их дискреционных полномочий на основе принципов состязательности и равноправия сторон. Это предполагает, что суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы; иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту оказывалось бы существенно ущемленным <23>.
(Бондарь Н.С.)
("Российская юстиция", 2025, N 8)Дискреционные полномочия суда, отмечается в Постановлении КС РФ от 30 октября 2014 г. N 26-П <21>, необходимы для осуществления правосудия и вытекают из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможности реализации этих полномочий произвольно и в противоречии с законом. В Определении от 6 ноября 2003 г. N 390-О <22> КС РФ отметил, что применение обеспечительных мер в административном судопроизводстве, осуществляемом арбитражными судами, реализуется в рамках их дискреционных полномочий на основе принципов состязательности и равноправия сторон. Это предполагает, что суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы; иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту оказывалось бы существенно ущемленным <23>.
Статья: Реализация конституционного принципа независимости судебной власти при определении целей судебного управления
(Кравцова Л.Е.)
("Конституционное и муниципальное право", 2024, N 5)Судебная власть не является участником стратегического планирования в Российской Федерации <23>, что расценивается некоторыми исследователями как отсутствие самостоятельности судебной власти в таком планировании <24>. На практике судебная власть в разной степени принимала участие в определении целей развития судебной системы в утверждаемых Правительством РФ федеральных целевых программах (первая - на 2002 - 2006 гг. <25>, вторая - на 2007 - 2012 гг. <26>, третья - на 2013 - 2024 гг. <27>). При создании первой Программы ВС РФ, Высший Арбитражный Суд РФ, Судебный департамент выступили государственными заказчиками, основными разработчиками и исполнителями Программы, КС РФ стал государственным заказчиком. При подготовке второй Программы упомянутые судебные органы были государственными заказчиками и основными разработчиками. В ходе выработки третьей Программы высшие суды и Судебный департамент хоть и являлись государственными заказчиками, но не были включены в состав основных разработчиков Программы. Им стало Минэкономразвития России. Несмотря на "сужение" степени участия судебной власти в разработке программ, тексты этих документов все же дают основания для вывода о позитивных изменениях в отношении Правительства РФ к судебной власти, поскольку в каждой последующей программе формулировки, характеризующие воздействие исполнительной власти на суды, становились более умеренными (от "экспертных проверок и контроля" судов до "анализа и обеспечения их деятельности" <28>). Примечательно также, что в списке задач (предусмотренных программами) укрепление независимости судов в конечном счете было "передвинуто" с четвертой на третью позицию. Такая динамика, как представляется, демонстрирует стремление авторов программ к укреплению институциональной независимости судебной системы при установлении целей ее деятельности, что согласуется со ст. 10 Конституции РФ.
(Кравцова Л.Е.)
("Конституционное и муниципальное право", 2024, N 5)Судебная власть не является участником стратегического планирования в Российской Федерации <23>, что расценивается некоторыми исследователями как отсутствие самостоятельности судебной власти в таком планировании <24>. На практике судебная власть в разной степени принимала участие в определении целей развития судебной системы в утверждаемых Правительством РФ федеральных целевых программах (первая - на 2002 - 2006 гг. <25>, вторая - на 2007 - 2012 гг. <26>, третья - на 2013 - 2024 гг. <27>). При создании первой Программы ВС РФ, Высший Арбитражный Суд РФ, Судебный департамент выступили государственными заказчиками, основными разработчиками и исполнителями Программы, КС РФ стал государственным заказчиком. При подготовке второй Программы упомянутые судебные органы были государственными заказчиками и основными разработчиками. В ходе выработки третьей Программы высшие суды и Судебный департамент хоть и являлись государственными заказчиками, но не были включены в состав основных разработчиков Программы. Им стало Минэкономразвития России. Несмотря на "сужение" степени участия судебной власти в разработке программ, тексты этих документов все же дают основания для вывода о позитивных изменениях в отношении Правительства РФ к судебной власти, поскольку в каждой последующей программе формулировки, характеризующие воздействие исполнительной власти на суды, становились более умеренными (от "экспертных проверок и контроля" судов до "анализа и обеспечения их деятельности" <28>). Примечательно также, что в списке задач (предусмотренных программами) укрепление независимости судов в конечном счете было "передвинуто" с четвертой на третью позицию. Такая динамика, как представляется, демонстрирует стремление авторов программ к укреплению институциональной независимости судебной системы при установлении целей ее деятельности, что согласуется со ст. 10 Конституции РФ.
Статья: Отсрочка исполнения решения суда
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Установление оснований для отсрочки - прерогатива суда, вынесшего судебный акт, которая вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является проявлением его дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия. Гарантией процессуальных прав лиц в данном случае выступает возможность обжалования определения арбитражного суда, вынесенного по результатам рассмотрения заявления об отсрочке исполнения судебного акта (Определение Конституционного Суда РФ от 29.11.2024 N 3210-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Воробьева Кирилла Руслановича на нарушение его конституционных прав рядом норм Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 37 Федерального закона "Об исполнительном производстве", статьей 32 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" и пунктом 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства").
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Установление оснований для отсрочки - прерогатива суда, вынесшего судебный акт, которая вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является проявлением его дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия. Гарантией процессуальных прав лиц в данном случае выступает возможность обжалования определения арбитражного суда, вынесенного по результатам рассмотрения заявления об отсрочке исполнения судебного акта (Определение Конституционного Суда РФ от 29.11.2024 N 3210-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Воробьева Кирилла Руслановича на нарушение его конституционных прав рядом норм Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 37 Федерального закона "Об исполнительном производстве", статьей 32 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" и пунктом 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства").
Статья: Современное состояние принципа независимости судебной власти
(Ковшарева Е.И.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 4)Кроме того, ученые подчеркивают, что возможность реализации принципа независимости и самостоятельности судебной власти стоит на трех китах: воспроизведении обществом и государством принципа разделения властей, законодательном установлении принципа независимости судебной власти, а также реализации на практике автономной системы судебной власти <4>.
(Ковшарева Е.И.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 4)Кроме того, ученые подчеркивают, что возможность реализации принципа независимости и самостоятельности судебной власти стоит на трех китах: воспроизведении обществом и государством принципа разделения властей, законодательном установлении принципа независимости судебной власти, а также реализации на практике автономной системы судебной власти <4>.