Самоограничение
Подборка наиболее важных документов по запросу Самоограничение (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
"Двадцать пять лет российскому акционерному закону: проблемы, задачи, перспективы развития"
(отв. ред. Д.В. Ломакин)
("Статут", 2021)4.3. Корпоративный договор как инструмент самоограничения
(отв. ред. Д.В. Ломакин)
("Статут", 2021)4.3. Корпоративный договор как инструмент самоограничения
Статья: "Самозапрет" и "период охлаждения" - новые понятия в кредитовании
(Рубанова М.П.)
("Предпринимательское право", 2025, N 3)Анализируются новеллы законодательства, определяющие возможность установления самозапрета (самоограничения) на дистанционное заключение кредитного договора и периода охлаждения до перечисления и получения денежных средств по оформленным кредитам. Делается вывод о необходимости информирования граждан о тех возможностях, которые предоставляют указанные инструменты для обеспечения их надлежащей работы и повышения эффективности применения.
(Рубанова М.П.)
("Предпринимательское право", 2025, N 3)Анализируются новеллы законодательства, определяющие возможность установления самозапрета (самоограничения) на дистанционное заключение кредитного договора и периода охлаждения до перечисления и получения денежных средств по оформленным кредитам. Делается вывод о необходимости информирования граждан о тех возможностях, которые предоставляют указанные инструменты для обеспечения их надлежащей работы и повышения эффективности применения.
Нормативные акты
Постановление Правительства РФ от 04.05.2012 N 442
(ред. от 07.02.2026)
"О функционировании розничных рынков электрической энергии, полном и (или) частичном ограничении режима потребления электрической энергии"
(вместе с "Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии", "Правилами полного и (или) частичного ограничения режима потребления электрической энергии")7. Потребитель, в отношении энергопринимающих устройств и (или) объектов электроэнергетики которого вводится ограничение режима потребления, обязан осуществить самостоятельно полное ограничение режима потребления указанными энергопринимающими устройствами и (или) объектами электроэнергетики на дату, которая указана в уведомлении об ограничении режима потребления, а если это ограничение вводится в отношении энергопринимающих устройств и (или) объектов электроэнергетики потребителя, ограничение режима потребления электрической энергии которого может привести к экономическим, экологическим или социальным последствиям, в день, следующий за датой, в которую этим потребителем в соответствии с пунктом 16(1) настоящих Правил должны быть выполнены мероприятия по обеспечению готовности к введению полного ограничения режима потребления.
(ред. от 07.02.2026)
"О функционировании розничных рынков электрической энергии, полном и (или) частичном ограничении режима потребления электрической энергии"
(вместе с "Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии", "Правилами полного и (или) частичного ограничения режима потребления электрической энергии")7. Потребитель, в отношении энергопринимающих устройств и (или) объектов электроэнергетики которого вводится ограничение режима потребления, обязан осуществить самостоятельно полное ограничение режима потребления указанными энергопринимающими устройствами и (или) объектами электроэнергетики на дату, которая указана в уведомлении об ограничении режима потребления, а если это ограничение вводится в отношении энергопринимающих устройств и (или) объектов электроэнергетики потребителя, ограничение режима потребления электрической энергии которого может привести к экономическим, экологическим или социальным последствиям, в день, следующий за датой, в которую этим потребителем в соответствии с пунктом 16(1) настоящих Правил должны быть выполнены мероприятия по обеспечению готовности к введению полного ограничения режима потребления.
Федеральный закон от 26.03.2003 N 35-ФЗ
(ред. от 27.10.2025)
"Об электроэнергетике"7.2. Потребители электрической энергии при возникновении предусмотренных порядком полного и (или) частичного ограничения режима потребления электрической энергии и правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, установленными в соответствии с жилищным законодательством, оснований для введения ограничения режима потребления электрической энергии в порядке, установленном указанными нормативными правовыми актами, обязаны совершить действия по самостоятельному обеспечению введения ограничения режима потребления электрической энергии или обеспечить доступ уполномоченных лиц сетевой организации и (или) гарантирующего поставщика к своим энергопринимающим устройствам и (или) иным объектам электроэнергетики, с использованием которых вводится ограничение режима потребления электрической энергии, для введения такого ограничения.
(ред. от 27.10.2025)
"Об электроэнергетике"7.2. Потребители электрической энергии при возникновении предусмотренных порядком полного и (или) частичного ограничения режима потребления электрической энергии и правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, установленными в соответствии с жилищным законодательством, оснований для введения ограничения режима потребления электрической энергии в порядке, установленном указанными нормативными правовыми актами, обязаны совершить действия по самостоятельному обеспечению введения ограничения режима потребления электрической энергии или обеспечить доступ уполномоченных лиц сетевой организации и (или) гарантирующего поставщика к своим энергопринимающим устройствам и (или) иным объектам электроэнергетики, с использованием которых вводится ограничение режима потребления электрической энергии, для введения такого ограничения.
Статья: О переосмыслении доктринального подхода к правовой природе актов толкования Верховного Суда Российской Федерации в условиях пересмотра соотношения международного и национального права
(Дячук Е.В.)
("Российский судья", 2025, N 6)Период, наступивший после Второй мировой войны, отмеченный принятием Устава Организации Объединенных Наций в 1945 г., в доктрине условно обозначенный как Потсдамский этап развития международной системы права <11>, определил содержание этапа международных отношений и международного права, отражающего биполярную геополитическую модель мироустройства. Позиционирующее себя после 1945 г. как право мира, международное право стало апеллировать такими элементами правовой системы, как общепризнанные универсальные принципы и нормы ius cogens (неоспоримое право). Важным аспектом вновь сформированной системы международного права стало обращение его к индивиду. Поскольку механизм реализации прав человека и гражданина предполагает взаимодействие с национальным (внутригосударственным) правом, последнее подвергается трансформационным процессам, т.е. преобразованиям правовой системы, выразившимся в самоограничении прав государства в пользу международных организаций и наднациональных (надгосударственных) органов <12>.
(Дячук Е.В.)
("Российский судья", 2025, N 6)Период, наступивший после Второй мировой войны, отмеченный принятием Устава Организации Объединенных Наций в 1945 г., в доктрине условно обозначенный как Потсдамский этап развития международной системы права <11>, определил содержание этапа международных отношений и международного права, отражающего биполярную геополитическую модель мироустройства. Позиционирующее себя после 1945 г. как право мира, международное право стало апеллировать такими элементами правовой системы, как общепризнанные универсальные принципы и нормы ius cogens (неоспоримое право). Важным аспектом вновь сформированной системы международного права стало обращение его к индивиду. Поскольку механизм реализации прав человека и гражданина предполагает взаимодействие с национальным (внутригосударственным) правом, последнее подвергается трансформационным процессам, т.е. преобразованиям правовой системы, выразившимся в самоограничении прав государства в пользу международных организаций и наднациональных (надгосударственных) органов <12>.
Статья: Выполнение субъектами права принципов ESG в области корпоративного управления
(Максуров А.А.)
("Российский юридический журнал", 2025, N 1)Во-вторых, развитие экономики привело к неблагоприятным для экологии последствиям, в результате появилось императивное требование о добровольном самоограничении общества в использовании невозобновляемых природных ресурсов для того, чтобы удовлетворить свои потребности в них смогли и следующие поколения.
(Максуров А.А.)
("Российский юридический журнал", 2025, N 1)Во-вторых, развитие экономики привело к неблагоприятным для экологии последствиям, в результате появилось императивное требование о добровольном самоограничении общества в использовании невозобновляемых природных ресурсов для того, чтобы удовлетворить свои потребности в них смогли и следующие поколения.
Статья: О юридических конструкциях в гражданском законодательстве
(Демин А.А.)
("Власть Закона", 2025, N 1)Положения о правоспособности юридических лиц закреплены в п. 3 ст. 49 ГК РФ. В ней указано, что правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в Единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в такой реестр сведений о его прекращении. При этом деятельность юридических лиц основана на учредительных документах, в которых могут быть установлены ограничения (самоограничение) в приобретении ими субъективных гражданских прав, то есть ограничения правоспособности. Коммерческие организации (предприниматели), за исключением унитарных предприятий и иных видов организаций, предусмотренных законом, свободны в приобретении субъективных гражданских прав, необходимых для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных законом (общая правоспособность). Однако закон предусматривает, что в учредительных документах может содержаться ограниченный (завершенный) перечень видов деятельности, которыми соответствующая организация вправе заниматься (п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 8 от 1 июля 1996 г.) <7>. В этом случае такое лицо способно приобретать для себя гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в его учредительном документе (п. 1 ст. 49 ГК РФ).
(Демин А.А.)
("Власть Закона", 2025, N 1)Положения о правоспособности юридических лиц закреплены в п. 3 ст. 49 ГК РФ. В ней указано, что правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в Единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в такой реестр сведений о его прекращении. При этом деятельность юридических лиц основана на учредительных документах, в которых могут быть установлены ограничения (самоограничение) в приобретении ими субъективных гражданских прав, то есть ограничения правоспособности. Коммерческие организации (предприниматели), за исключением унитарных предприятий и иных видов организаций, предусмотренных законом, свободны в приобретении субъективных гражданских прав, необходимых для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных законом (общая правоспособность). Однако закон предусматривает, что в учредительных документах может содержаться ограниченный (завершенный) перечень видов деятельности, которыми соответствующая организация вправе заниматься (п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 8 от 1 июля 1996 г.) <7>. В этом случае такое лицо способно приобретать для себя гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в его учредительном документе (п. 1 ст. 49 ГК РФ).
Статья: Временные пределы обязательственных правоотношений
(Громов А.А.)
("Вестник гражданского права", 2025, N 5)Р. Иеринг видит предел использования свободы, предоставляемой правовым институтом, в требовании практического продолжения этого института. Таким образом, при использовании свободы, вытекающей из этого института, индивид свободен, но он не может устранить источник своей свободы <80>. Применительно к нашей проблеме это означает, что правило о свободе договора не является полностью диспозитивным, даже несмотря на то, что оно позволяет частному лицу некоторым образом ограничивать свою свободу. Предел добровольного самоограничения свободы, таким образом, заключается в том, что за самоограничениями осуществляемой свободы основополагающее предоставление свободы все еще остается узнаваемым <81>. Постоянные обременения собственности или отказ от свободы договора полностью похоронили бы лежащий в основе институт и, таким образом, исчерпали бы первоначальный источник гарантии свободы. Поскольку в частном праве свобода предоставляется в форме институтов, свобода должна поддерживаться в рамках этих институтов. Свобода, существующая только через институты, не может выйти за пределы своей формы и не может изменить или устранить эти самые институты, поскольку институт представляет собой меру свободного движения, разрешенного субъекту внутри него. Следовательно, правопорядок предоставляет собственнику контроль над вещью, но не контроль над изменением права собственности. Осуществление свободы договора не может перечеркивать саму идею автономии воли, поскольку сама действительность свободы договора является не частью законодательного делегирования полномочий по регулированию собственных дел, а скорее его основой. Вечное обязательство, напротив, может привести к полному низложению принципа свободы договора, превращая субъекта обязательства, реализующего автономию воли, в объект, который более таких возможностей не имеет и, по сути, сам себя лишает опции вступать в новые обязательства.
(Громов А.А.)
("Вестник гражданского права", 2025, N 5)Р. Иеринг видит предел использования свободы, предоставляемой правовым институтом, в требовании практического продолжения этого института. Таким образом, при использовании свободы, вытекающей из этого института, индивид свободен, но он не может устранить источник своей свободы <80>. Применительно к нашей проблеме это означает, что правило о свободе договора не является полностью диспозитивным, даже несмотря на то, что оно позволяет частному лицу некоторым образом ограничивать свою свободу. Предел добровольного самоограничения свободы, таким образом, заключается в том, что за самоограничениями осуществляемой свободы основополагающее предоставление свободы все еще остается узнаваемым <81>. Постоянные обременения собственности или отказ от свободы договора полностью похоронили бы лежащий в основе институт и, таким образом, исчерпали бы первоначальный источник гарантии свободы. Поскольку в частном праве свобода предоставляется в форме институтов, свобода должна поддерживаться в рамках этих институтов. Свобода, существующая только через институты, не может выйти за пределы своей формы и не может изменить или устранить эти самые институты, поскольку институт представляет собой меру свободного движения, разрешенного субъекту внутри него. Следовательно, правопорядок предоставляет собственнику контроль над вещью, но не контроль над изменением права собственности. Осуществление свободы договора не может перечеркивать саму идею автономии воли, поскольку сама действительность свободы договора является не частью законодательного делегирования полномочий по регулированию собственных дел, а скорее его основой. Вечное обязательство, напротив, может привести к полному низложению принципа свободы договора, превращая субъекта обязательства, реализующего автономию воли, в объект, который более таких возможностей не имеет и, по сути, сам себя лишает опции вступать в новые обязательства.
Статья: Коммодификация нематериальных благ в Российской Федерации: история, современное состояние, перспективы развития
(Дмитриева О.В.)
("Журнал российского права", 2025, N 10)В связи с этим вопрос о коммодификации нематериальных благ должен быть осмыслен с новых позиций, сформированных названными нормативными актами, отражающих разворот Российского государства от идеологии безграничной свободы (прежде всего потребления) к признанию необходимости уважения и защиты также иных общественных ценностей, к разумному самоограничению. Настало время изменения "общественных предпочтений", касающихся нематериальных благ.
(Дмитриева О.В.)
("Журнал российского права", 2025, N 10)В связи с этим вопрос о коммодификации нематериальных благ должен быть осмыслен с новых позиций, сформированных названными нормативными актами, отражающих разворот Российского государства от идеологии безграничной свободы (прежде всего потребления) к признанию необходимости уважения и защиты также иных общественных ценностей, к разумному самоограничению. Настало время изменения "общественных предпочтений", касающихся нематериальных благ.
Статья: Взаимодействие органов предварительного расследования и суда. Статья 1. Уголовно-судебное право о следствии предварительном и судебном: о доверии общества к результатам предварительного расследования вообще и о формах коммуникации между следователем и судом
(Колоколов Н.А.)
("Уголовное судопроизводство", 2025, N 3)Очевидна и причина неприятия азбучных по своей сути истин: с некоторых пор в науке официально упрочился выдаваемый за стройную и завершенную концепцию миф о самоограничении власти вообще и государства в частности. На самом деле эта концепция (наверное, имеющая право на свое существование) <12> в изложении отдельных авторов представляет собой хаотичное нагромождение фривольных суждений.
(Колоколов Н.А.)
("Уголовное судопроизводство", 2025, N 3)Очевидна и причина неприятия азбучных по своей сути истин: с некоторых пор в науке официально упрочился выдаваемый за стройную и завершенную концепцию миф о самоограничении власти вообще и государства в частности. На самом деле эта концепция (наверное, имеющая право на свое существование) <12> в изложении отдельных авторов представляет собой хаотичное нагромождение фривольных суждений.
Статья: Неэквивалентное голосование участника хозяйственного общества, регулируемое корпоративным договором
(Добрачев Д.В.)
("Вестник арбитражной практики", 2025, N 1)Окончательно подход в пользу признания за соглашениями о порядке голосования обязывающей силы сформировался в судебной практике уже к середине XX в. и в настоящий момент суды при решении любого спора в этом отношении основываются на исходной посылке о действительности такого рода соглашений. Равным образом в американской доктрине в настоящий момент допустимость соглашений о голосовании per se принимается в качестве аксиомы. В пользу данной позиции выдвигаются аргументы о том, что посредством таких соглашений участники общества по существу реализуют принадлежащее им право голоса, которое они могли таким же образом реализовать и при отсутствии соглашения, и права других участников общества при этом никак не ущемляются - у них остается такая же власть при решении вопросов управления компанией посредством реализации своего собственного голоса, как и ранее. Довод о том, что такие соглашения ограничивают свободу участников, который первоначально выдвигался судами, решительно отвергается в доктрине - за участниками корпорации признается возможность добровольно ограничить свободу использования ими своего права голоса, поскольку такое самоограничение является одним из проявлений свободы, а не ее ограничителем.
(Добрачев Д.В.)
("Вестник арбитражной практики", 2025, N 1)Окончательно подход в пользу признания за соглашениями о порядке голосования обязывающей силы сформировался в судебной практике уже к середине XX в. и в настоящий момент суды при решении любого спора в этом отношении основываются на исходной посылке о действительности такого рода соглашений. Равным образом в американской доктрине в настоящий момент допустимость соглашений о голосовании per se принимается в качестве аксиомы. В пользу данной позиции выдвигаются аргументы о том, что посредством таких соглашений участники общества по существу реализуют принадлежащее им право голоса, которое они могли таким же образом реализовать и при отсутствии соглашения, и права других участников общества при этом никак не ущемляются - у них остается такая же власть при решении вопросов управления компанией посредством реализации своего собственного голоса, как и ранее. Довод о том, что такие соглашения ограничивают свободу участников, который первоначально выдвигался судами, решительно отвергается в доктрине - за участниками корпорации признается возможность добровольно ограничить свободу использования ими своего права голоса, поскольку такое самоограничение является одним из проявлений свободы, а не ее ограничителем.
"Правовые аспекты разработки и коммерциализации программного обеспечения"
(Савельев А.И.)
("Статут", 2024)<2> Указанная позиция высказана В.О. Калятиным (см.: Круглый стол РШЧП по теме: "Свободные лицензии или самоограничение права?". Тезисы основного доклада. 19 мая 2011 г. URL: http://www.privlaw.ru/files/o_proektah.doc).
(Савельев А.И.)
("Статут", 2024)<2> Указанная позиция высказана В.О. Калятиным (см.: Круглый стол РШЧП по теме: "Свободные лицензии или самоограничение права?". Тезисы основного доклада. 19 мая 2011 г. URL: http://www.privlaw.ru/files/o_proektah.doc).
Статья: Интенсивность судебного контроля в России: международные стандарты, конституционные основы и практика административного судопроизводства
(Должиков А.В.)
("Российская юстиция", 2025, N 6)<7> См.: Джавакян Г.З. Принцип разумной сдержанности в конституционном правосудии: самоограничение или самоустранение? // Конституционное и муниципальное право. 2018. N 6. С. 54 - 61.
(Должиков А.В.)
("Российская юстиция", 2025, N 6)<7> См.: Джавакян Г.З. Принцип разумной сдержанности в конституционном правосудии: самоограничение или самоустранение? // Конституционное и муниципальное право. 2018. N 6. С. 54 - 61.
Статья: Роль судебной власти в разрешении публично-правовых споров: некоторые проблемы
(Комлев Е.Ю.)
("Российский судья", 2025, N 9)В статье анализируются некоторые проблемы, связанные с определением роли суда при разрешении споров, возникающих из публичных правоотношений. Рассматриваемые проблемы анализируются сквозь призму соотношения судебного активизма и принципа судебного самоограничения. Автор приходит к выводу, что суды не должны подменять собой органы публичной власти при принятии решения в случае обжалования актов и/или действий последних. В то же время в некоторых случаях активность суда при разрешении соответствующих дел должна возрастать. В частности, речь идет о муниципальных правоотношениях в контексте реализованной муниципальной реформы 2025 г., а также об избирательных правоотношениях, имеющих ряд особенностей.
(Комлев Е.Ю.)
("Российский судья", 2025, N 9)В статье анализируются некоторые проблемы, связанные с определением роли суда при разрешении споров, возникающих из публичных правоотношений. Рассматриваемые проблемы анализируются сквозь призму соотношения судебного активизма и принципа судебного самоограничения. Автор приходит к выводу, что суды не должны подменять собой органы публичной власти при принятии решения в случае обжалования актов и/или действий последних. В то же время в некоторых случаях активность суда при разрешении соответствующих дел должна возрастать. В частности, речь идет о муниципальных правоотношениях в контексте реализованной муниципальной реформы 2025 г., а также об избирательных правоотношениях, имеющих ряд особенностей.