Противодействие расследованию
Подборка наиболее важных документов по запросу Противодействие расследованию (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Криминалистическая классификация субъектов противодействия расследованию высокотехнологичных преступлений
(Поляков В.В.)
("Актуальные проблемы российского права", 2023, N 2)"Актуальные проблемы российского права", 2023, N 2
(Поляков В.В.)
("Актуальные проблемы российского права", 2023, N 2)"Актуальные проблемы российского права", 2023, N 2
Нормативные акты
Указ Президента РФ от 21.09.2020 N 571
"О компетентных органах Российской Федерации, ответственных за реализацию Конвенции Шанхайской организации сотрудничества по противодействию экстремизму от 9 июня 2017 г."а) Министерство внутренних дел Российской Федерации - по вопросам противодействия преступлениям экстремистской направленности, предварительное расследование по уголовным делам о которых производится следователями и дознавателями органов внутренних дел Российской Федерации, а также по вопросам оказания правовой помощи по делам об административных правонарушениях, которые связаны с нарушением законодательства Российской Федерации о противодействии экстремистской деятельности и протоколы о которых уполномочены составлять должностные лица органов внутренних дел (полиции) Российской Федерации;
"О компетентных органах Российской Федерации, ответственных за реализацию Конвенции Шанхайской организации сотрудничества по противодействию экстремизму от 9 июня 2017 г."а) Министерство внутренних дел Российской Федерации - по вопросам противодействия преступлениям экстремистской направленности, предварительное расследование по уголовным делам о которых производится следователями и дознавателями органов внутренних дел Российской Федерации, а также по вопросам оказания правовой помощи по делам об административных правонарушениях, которые связаны с нарушением законодательства Российской Федерации о противодействии экстремистской деятельности и протоколы о которых уполномочены составлять должностные лица органов внутренних дел (полиции) Российской Федерации;
Статья: Анализ и синтез как парные методы научного познания (криминалистический аспект)
(Гарбуз Г.С.)
("Безопасность бизнеса", 2025, N 2)Если говорить о расследовании должностных преступлений в экологической сфере, то и здесь не обойтись без анализа и синтеза, поскольку поисково-познавательная деятельность будет направлена в том числе на установление специального субъекта, на доказывание наличия у последнего корыстной или иной личной заинтересованности, на выяснение причинения вреда в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан, а также на выявление инсценировок и устранение иного противодействия расследованию преступления.
(Гарбуз Г.С.)
("Безопасность бизнеса", 2025, N 2)Если говорить о расследовании должностных преступлений в экологической сфере, то и здесь не обойтись без анализа и синтеза, поскольку поисково-познавательная деятельность будет направлена в том числе на установление специального субъекта, на доказывание наличия у последнего корыстной или иной личной заинтересованности, на выяснение причинения вреда в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан, а также на выявление инсценировок и устранение иного противодействия расследованию преступления.
Статья: Личность современного телефонного мошенника в сфере оборота жилых помещений: правовой и криминалистический аспекты
(Кисленко С.Л., Фокин А.Д.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 8)Для создания схем нелегального вывода полученных мошенническим путем денежных средств со своих счетов преступники порой задействуют лиц, которые за небольшой процент предоставляют счета своих банковских карт для обналичивания или перевода денег. Следует констатировать, что за последнее десятилетие в области мошенничества сложилось устойчивое криминальное явление - дропперство. Последнее представляет собой процесс вывода денег со счетов преступников в целях их легализации посредством использования банковских карт подставных лиц. Механизм дропперства в криминалистике следует рассматривать в рамках теории преодоления противодействия расследованию. В частности, применительно к нашей тематике данный механизм применяется мошенниками в целях сокрытия следов криминальных действий и создания затруднений у правоохранительных органов в установлении причинно-следственных связей между реквизитами, используемыми мошенниками, и их преступными действиями.
(Кисленко С.Л., Фокин А.Д.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 8)Для создания схем нелегального вывода полученных мошенническим путем денежных средств со своих счетов преступники порой задействуют лиц, которые за небольшой процент предоставляют счета своих банковских карт для обналичивания или перевода денег. Следует констатировать, что за последнее десятилетие в области мошенничества сложилось устойчивое криминальное явление - дропперство. Последнее представляет собой процесс вывода денег со счетов преступников в целях их легализации посредством использования банковских карт подставных лиц. Механизм дропперства в криминалистике следует рассматривать в рамках теории преодоления противодействия расследованию. В частности, применительно к нашей тематике данный механизм применяется мошенниками в целях сокрытия следов криминальных действий и создания затруднений у правоохранительных органов в установлении причинно-следственных связей между реквизитами, используемыми мошенниками, и их преступными действиями.
Статья: Прокурорский надзор как средство преодоления пассивного противодействия досудебному уголовному судопроизводству
(Исаенко В.Н.)
("Законность", 2025, N 7)В статье рассматривается проблема преодоления средствами прокурорского надзора противодействия расследованию преступлений в форме пассивного отношения следователей, дознавателей к выполнению установленных уголовно-процессуальным законом задач. Примерами из практики иллюстрируется возможность органов прокуратуры преодолевать такое противодействие, несмотря на существенное ограничение ее полномочий в досудебном уголовном судопроизводстве.
(Исаенко В.Н.)
("Законность", 2025, N 7)В статье рассматривается проблема преодоления средствами прокурорского надзора противодействия расследованию преступлений в форме пассивного отношения следователей, дознавателей к выполнению установленных уголовно-процессуальным законом задач. Примерами из практики иллюстрируется возможность органов прокуратуры преодолевать такое противодействие, несмотря на существенное ограничение ее полномочий в досудебном уголовном судопроизводстве.
Статья: Применение стандартов доказывания при вынесении процессуальных решений по уголовным делам
(Сидорова Н.А., Васильев И.А.)
("Вестник Санкт-Петербургского государственного университета. Право", 2025, N 3)О содержании понятия "обоснованное подозрение" можно судить, исходя из правовых позиций ВС РФ. Так, в п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 19.12.2013 N 41 (ред. от 11.06.2020) "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий" комментируя понятие, ВС РФ указывает: "Обоснованное подозрение предполагает наличие данных о том, что это лицо причастно к совершенному преступлению (застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения; потерпевший или очевидцы указали на данное лицо как на совершившее преступление; на данном лице или его одежде, при нем или в его жилище обнаружены явные следы преступления и т.п.), [но] вывод об обоснованности подозрения должен подтверждаться данными, свидетельствующими о причастности подозреваемого, обвиняемого к преступлению. В качестве таких данных не могут рассматриваться доказательства, подтверждающие само событие преступления. <...> Избрание в качестве меры пресечения заключения под стражу допускается только после проверки судом обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению". При этом "проверка обоснованности подозрения... не может сводиться к формальной ссылке суда на наличие у органов предварительного расследования достаточных данных о том, что лицо причастно к совершенному преступлению". При применении меры пресечения в подавляющем большинстве случаев во внимание принимаются обстоятельства будущего перспективного ненадлежащего поведения обвиняемого (Муравьев 2020, 75). При рассмотрении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу на судью налагается обязанность проверить, содержат ли поступившие в суд материалы конкретные сведения, которые свидетельствуют о причастности именно этого лица к совершению преступления; суд должен дать им оценку. "Наличие обоснованного подозрения в совершении лицом преступления определенной категории является необходимым условием законности при первоначальном заключении его под стражу, однако по истечении времени оно перестает быть достаточным" <2>. "Обоснованное подозрение" можно отнести к стандарту, в соответствии с которым допускаются задержание лица и применение отдельных мер пресечения; оно предполагает, что у уполномоченных должностных лиц есть разумные основания полагать, что лицо причастно к совершению преступления, тем не менее достаточных доказательств для определения иного статуса лица, привлечения его в качестве обвиняемого еще нет. Перечень таких оснований сформулирован, например, в ст. 91 УПК. После установления подобных обоснованных подозрений при решении вопроса о мере пресечения такое подозрение должно стремиться к следующему более высокому уровню доказывания, к следующему стандарту доказывания, поскольку обоснованность подозрения как основание для избрания меры пресечения неприемлема для последующих решений, связанных с продлением срока применения меры пресечения. Таким образом, суд должен определить наличие конкретных обстоятельств, которые привели бы его к выводу о необходимости, например, дальнейшего содержания обвиняемого под стражей. Нужно принимать во внимание и результаты досудебного производства, и судебного разбирательства, характеристику личности, посткриминальное поведение обвиняемого, содействие или противодействие расследованию и пр. Однако все эти обстоятельства определяют содержание уже иного стандарта доказывания - "достаточное основание".
(Сидорова Н.А., Васильев И.А.)
("Вестник Санкт-Петербургского государственного университета. Право", 2025, N 3)О содержании понятия "обоснованное подозрение" можно судить, исходя из правовых позиций ВС РФ. Так, в п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 19.12.2013 N 41 (ред. от 11.06.2020) "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий" комментируя понятие, ВС РФ указывает: "Обоснованное подозрение предполагает наличие данных о том, что это лицо причастно к совершенному преступлению (застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения; потерпевший или очевидцы указали на данное лицо как на совершившее преступление; на данном лице или его одежде, при нем или в его жилище обнаружены явные следы преступления и т.п.), [но] вывод об обоснованности подозрения должен подтверждаться данными, свидетельствующими о причастности подозреваемого, обвиняемого к преступлению. В качестве таких данных не могут рассматриваться доказательства, подтверждающие само событие преступления. <...> Избрание в качестве меры пресечения заключения под стражу допускается только после проверки судом обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению". При этом "проверка обоснованности подозрения... не может сводиться к формальной ссылке суда на наличие у органов предварительного расследования достаточных данных о том, что лицо причастно к совершенному преступлению". При применении меры пресечения в подавляющем большинстве случаев во внимание принимаются обстоятельства будущего перспективного ненадлежащего поведения обвиняемого (Муравьев 2020, 75). При рассмотрении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу на судью налагается обязанность проверить, содержат ли поступившие в суд материалы конкретные сведения, которые свидетельствуют о причастности именно этого лица к совершению преступления; суд должен дать им оценку. "Наличие обоснованного подозрения в совершении лицом преступления определенной категории является необходимым условием законности при первоначальном заключении его под стражу, однако по истечении времени оно перестает быть достаточным" <2>. "Обоснованное подозрение" можно отнести к стандарту, в соответствии с которым допускаются задержание лица и применение отдельных мер пресечения; оно предполагает, что у уполномоченных должностных лиц есть разумные основания полагать, что лицо причастно к совершению преступления, тем не менее достаточных доказательств для определения иного статуса лица, привлечения его в качестве обвиняемого еще нет. Перечень таких оснований сформулирован, например, в ст. 91 УПК. После установления подобных обоснованных подозрений при решении вопроса о мере пресечения такое подозрение должно стремиться к следующему более высокому уровню доказывания, к следующему стандарту доказывания, поскольку обоснованность подозрения как основание для избрания меры пресечения неприемлема для последующих решений, связанных с продлением срока применения меры пресечения. Таким образом, суд должен определить наличие конкретных обстоятельств, которые привели бы его к выводу о необходимости, например, дальнейшего содержания обвиняемого под стражей. Нужно принимать во внимание и результаты досудебного производства, и судебного разбирательства, характеристику личности, посткриминальное поведение обвиняемого, содействие или противодействие расследованию и пр. Однако все эти обстоятельства определяют содержание уже иного стандарта доказывания - "достаточное основание".
Статья: Актуальные проблемы борьбы с мошенничеством в сфере туризма
(Коваленко Т.С., Берестнев А.И.)
("Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление", 2025, N 2)В свете сказанного следует обратить внимание на отдельные особенности методики расследования уголовных дел о мошенничестве в туристической сфере. Ранее мы отмечали: в условиях активного противодействия расследованию со стороны лица (лиц), совершившего преступление, наибольшую сложность представляет доказывание факта преднамеренного неисполнения договорных обязательств. В такой ситуации основной задачей следователя является опровержение защитной версии о том, что утрата субъектом способности отвечать по обязательствам перед контрагентами обусловлена объективными причинами, не связанными с наличием преступного умысла на хищение денежных средств.
(Коваленко Т.С., Берестнев А.И.)
("Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление", 2025, N 2)В свете сказанного следует обратить внимание на отдельные особенности методики расследования уголовных дел о мошенничестве в туристической сфере. Ранее мы отмечали: в условиях активного противодействия расследованию со стороны лица (лиц), совершившего преступление, наибольшую сложность представляет доказывание факта преднамеренного неисполнения договорных обязательств. В такой ситуации основной задачей следователя является опровержение защитной версии о том, что утрата субъектом способности отвечать по обязательствам перед контрагентами обусловлена объективными причинами, не связанными с наличием преступного умысла на хищение денежных средств.
Статья: Клавиатурный почерк сквозь призму цифровой криминалистики
(Сосновикова А.М.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2025, N 3)7. Мещеряков В.А., Цурлуй О.Ю. Электронно-цифровое отображение как методическая основа цифровой криминалистики // Развитие учения о противодействии расследованию преступлений и мерах по его преодолению в условиях цифровой трансформации: Сб. науч. ст. по материалам Междунар. науч.-практ. конф. "62-е криминалистические чтения" (Москва, 21 мая 2021 г.) / Под ред. Ю.В. Гаврилина, Ю.В. Шпагиной. М.: Акад. управления МВД России, 2021. С. 232 - 238.
(Сосновикова А.М.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2025, N 3)7. Мещеряков В.А., Цурлуй О.Ю. Электронно-цифровое отображение как методическая основа цифровой криминалистики // Развитие учения о противодействии расследованию преступлений и мерах по его преодолению в условиях цифровой трансформации: Сб. науч. ст. по материалам Междунар. науч.-практ. конф. "62-е криминалистические чтения" (Москва, 21 мая 2021 г.) / Под ред. Ю.В. Гаврилина, Ю.В. Шпагиной. М.: Акад. управления МВД России, 2021. С. 232 - 238.
Статья: Использование теории катастроф в расследовании преступлений
(Корма В.Д.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 7)Данную работу можно считать продолжением ранее опубликованной статьи "Использование теории катастроф в криминалистике" (Актуальные проблемы российского права. 2022. N 12. С. 204 - 212), в которой были кратко освещены общие положения теории катастроф, сделана попытка использования этой теории в расследовании преступлений, связанных с профессиональной деятельностью, предметом которых являются техногенные источники повышенной опасности. Однако, по мнению автора, с методологической позиции исследование двух динамических систем (преступной деятельности и деятельности по ее расследованию) следует проводить на основе принципов дуализма и изоморфизма. Это позволит наиболее полно понять сущность интеграционной модели вышеуказанных динамических систем, ее закономерные и случайные связи, познание которых будет способствовать ее конструктивному отражению как в научной и методической сферах деятельности, так и в практике расследования преступлений с целью получения системы доказательств по уголовному делу. В работе основное внимание уделено наиболее важным элементам этой модели: субъекту (на примере деструктивного поведения свидетеля, потерпевшего, мотивации и мотивов их противодействия расследованию); средствам решения задач раскрытия и расследования преступных деяний, включая использование современного оборудования и новейших технологий, позволяющих принципиально по-новому, конструктивно решать идентификационные и диагностические вопросы, что значительно снижает дисбаланс между средствами антикриминальной и криминальной деятельности.
(Корма В.Д.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 7)Данную работу можно считать продолжением ранее опубликованной статьи "Использование теории катастроф в криминалистике" (Актуальные проблемы российского права. 2022. N 12. С. 204 - 212), в которой были кратко освещены общие положения теории катастроф, сделана попытка использования этой теории в расследовании преступлений, связанных с профессиональной деятельностью, предметом которых являются техногенные источники повышенной опасности. Однако, по мнению автора, с методологической позиции исследование двух динамических систем (преступной деятельности и деятельности по ее расследованию) следует проводить на основе принципов дуализма и изоморфизма. Это позволит наиболее полно понять сущность интеграционной модели вышеуказанных динамических систем, ее закономерные и случайные связи, познание которых будет способствовать ее конструктивному отражению как в научной и методической сферах деятельности, так и в практике расследования преступлений с целью получения системы доказательств по уголовному делу. В работе основное внимание уделено наиболее важным элементам этой модели: субъекту (на примере деструктивного поведения свидетеля, потерпевшего, мотивации и мотивов их противодействия расследованию); средствам решения задач раскрытия и расследования преступных деяний, включая использование современного оборудования и новейших технологий, позволяющих принципиально по-новому, конструктивно решать идентификационные и диагностические вопросы, что значительно снижает дисбаланс между средствами антикриминальной и криминальной деятельности.
Статья: Интернет вещей: криминалистические аспекты
(Коринь А.В.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 2)В работе представлен обзор криминальных угроз в области эксплуатации умных устройств (IoT-устройств). Особое внимание уделено использованию ботнетов из скомпрометированных умных устройств для совершения DDoS-атак, распространения вредоносного программного обеспечения, майнинга криптовалюты, превращения умных устройств в прокси-серверы. Автором рассмотрены основные факторы уязвимости умных устройств. Сделан вывод о том, что IoT-устройства являются ценными источниками криминалистически значимой информации, в первую очередь о факторах. Отмечена возможность использования умных устройств в целях противодействия расследованию преступлений. Автор обращает внимание на целесообразность привлечения специалиста для работы с умными устройствами в ходе следственных действий, т.к. умные устройства являются носителями цифровых следов. Подчеркивается важность подготовительного этапа в проведении следственных действий, предполагающих работу с умными устройствами. Сформулирован алгоритм поэтапной проверки криминалистически значимой информации, полученной от умных устройств.
(Коринь А.В.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 2)В работе представлен обзор криминальных угроз в области эксплуатации умных устройств (IoT-устройств). Особое внимание уделено использованию ботнетов из скомпрометированных умных устройств для совершения DDoS-атак, распространения вредоносного программного обеспечения, майнинга криптовалюты, превращения умных устройств в прокси-серверы. Автором рассмотрены основные факторы уязвимости умных устройств. Сделан вывод о том, что IoT-устройства являются ценными источниками криминалистически значимой информации, в первую очередь о факторах. Отмечена возможность использования умных устройств в целях противодействия расследованию преступлений. Автор обращает внимание на целесообразность привлечения специалиста для работы с умными устройствами в ходе следственных действий, т.к. умные устройства являются носителями цифровых следов. Подчеркивается важность подготовительного этапа в проведении следственных действий, предполагающих работу с умными устройствами. Сформулирован алгоритм поэтапной проверки криминалистически значимой информации, полученной от умных устройств.
Статья: О соотношении публичных и частных интересов в уголовном судопроизводстве
(Лавдаренко Л.И., Борбат А.В.)
("Российский следователь", 2025, N 4)Иначе обстоит дело с обеспечением интересов лица, привлекаемого к уголовной ответственности. С отказом от принципа установления объективной истины в пользу состязательности, с постулированием в отношении участников стороны защиты концепции "дозволено все, что не запрещено законом" (п. 11 ч. 4 ст. 46, п. 21 ч. 4 ст. 47 УПК РФ) статус их законных интересов по действующему Кодексу возрос чрезмерно, причем в ущерб интересам публичным. При этом предоставление ряда прав лицу, совершившему преступление, увеличивает его возможности в противодействии раскрытию преступления, быстрому, всестороннему, объективному расследованию и справедливому разрешению уголовного дела, т.е. в рамках закона обеспечивать незаконный интерес. Так, уже с момента возбуждения уголовного дела у лица, на которого пало подозрение в совершении преступления, появляется право на защиту и право знать, в чем оно подозревается (п. 1 ч. 4 ст. 46 УПК РФ), при задержании - право на один телефонный разговор в целях уведомления близких родственников, родственников или близких лиц о своем задержании и месте нахождения (ч. 3 ст. 46 УПК РФ), право на встречу с адвокатом наедине и конфиденциально до первого допроса (п. 3 ч. 4 ст. 46 УПК РФ). Предоставление таких прав лицу, заподозренному в совершении преступления, на начальном этапе расследования уголовного дела, когда отсутствует полная картина происшедшего и ее необходимо воссоздавать из разрозненных, порой противоречивых фактических данных, может им использоваться в не запрещенном законом "пассивном противодействии" расследованию - отказе давать показания либо "активном" противодействии - выдвижении обвиняемым в суде новых защитных версий и представлении новых доказательств, о которых оно имело возможность сообщить на стадии предварительного расследования, но умолчало, воспользовавшись соответствующим правом. Противодействие расследованию может приобрести незаконный характер и выражаться в фальсификации и уничтожении следов преступления, подготовке ложного алиби, воздействии на потерпевшего и свидетелей, согласовании с соучастниками линии поведения и других способах помешать производству по уголовному делу.
(Лавдаренко Л.И., Борбат А.В.)
("Российский следователь", 2025, N 4)Иначе обстоит дело с обеспечением интересов лица, привлекаемого к уголовной ответственности. С отказом от принципа установления объективной истины в пользу состязательности, с постулированием в отношении участников стороны защиты концепции "дозволено все, что не запрещено законом" (п. 11 ч. 4 ст. 46, п. 21 ч. 4 ст. 47 УПК РФ) статус их законных интересов по действующему Кодексу возрос чрезмерно, причем в ущерб интересам публичным. При этом предоставление ряда прав лицу, совершившему преступление, увеличивает его возможности в противодействии раскрытию преступления, быстрому, всестороннему, объективному расследованию и справедливому разрешению уголовного дела, т.е. в рамках закона обеспечивать незаконный интерес. Так, уже с момента возбуждения уголовного дела у лица, на которого пало подозрение в совершении преступления, появляется право на защиту и право знать, в чем оно подозревается (п. 1 ч. 4 ст. 46 УПК РФ), при задержании - право на один телефонный разговор в целях уведомления близких родственников, родственников или близких лиц о своем задержании и месте нахождения (ч. 3 ст. 46 УПК РФ), право на встречу с адвокатом наедине и конфиденциально до первого допроса (п. 3 ч. 4 ст. 46 УПК РФ). Предоставление таких прав лицу, заподозренному в совершении преступления, на начальном этапе расследования уголовного дела, когда отсутствует полная картина происшедшего и ее необходимо воссоздавать из разрозненных, порой противоречивых фактических данных, может им использоваться в не запрещенном законом "пассивном противодействии" расследованию - отказе давать показания либо "активном" противодействии - выдвижении обвиняемым в суде новых защитных версий и представлении новых доказательств, о которых оно имело возможность сообщить на стадии предварительного расследования, но умолчало, воспользовавшись соответствующим правом. Противодействие расследованию может приобрести незаконный характер и выражаться в фальсификации и уничтожении следов преступления, подготовке ложного алиби, воздействии на потерпевшего и свидетелей, согласовании с соучастниками линии поведения и других способах помешать производству по уголовному делу.