Принцип тесной связи
Подборка наиболее важных документов по запросу Принцип тесной связи (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: О проблеме разграничения принципа наиболее тесной связи и обычных коллизионных норм
(Новикова Т.В.)
("Актуальные проблемы российского права", 2021, N 6)"Актуальные проблемы российского права", 2021, N 6
(Новикова Т.В.)
("Актуальные проблемы российского права", 2021, N 6)"Актуальные проблемы российского права", 2021, N 6
Нормативные акты
"Обзор судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2024 год"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.04.2025)Компетенция арбитражных судов определяется в соответствии с принципом наличия тесной связи спорного правоотношения с территорией Российской Федерации, поэтому нормы части 1 статьи 247 АПК РФ должны толковаться с учетом этого принципа. Перечень оснований компетенции арбитражных судов Российской Федерации, установленных указанной статьей, не является исчерпывающим.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.04.2025)Компетенция арбитражных судов определяется в соответствии с принципом наличия тесной связи спорного правоотношения с территорией Российской Федерации, поэтому нормы части 1 статьи 247 АПК РФ должны толковаться с учетом этого принципа. Перечень оснований компетенции арбитражных судов Российской Федерации, установленных указанной статьей, не является исчерпывающим.
"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2023)"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2023)31. При разрешении вопроса о компетенции арбитражных судов Российской Федерации по экономическим спорам, осложненным иностранным элементом, судам в соответствии с принципом наличия тесной связи спорного правоотношения с территорией Российской Федерации следует учитывать фактическое место исполнения договора.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2023)31. При разрешении вопроса о компетенции арбитражных судов Российской Федерации по экономическим спорам, осложненным иностранным элементом, судам в соответствии с принципом наличия тесной связи спорного правоотношения с территорией Российской Федерации следует учитывать фактическое место исполнения договора.
Статья: Международное семейное право: quo vadis?
(Войтович Е.П.)
("Актуальные проблемы российского права", 2023, N 3)Классическая парадигма международного частного права предполагает определение применимого к трансграничному отношению права. Устоявшиеся каноны разрешения конфликта правовых систем позволяют ему столетиями оставаться неизменным, обеспечивая выбор права на основе принципа тесной связи. Тем не менее не учитывать влияние извне, оказываемое разнообразными факторами, становится все сложнее. Ответом на внешние вызовы является трансформация международного частного права, изменяющая его юридический ландшафт и значение. Особенно ощутимые перемены происходят в нормативном составе, менее заметные - в правоприменении. Все это приводит к утрате международным частным правом нейтралитета, превращении его в инструмент правовой политики. Какие цели могли бы иметь значение для международного частного права Российской Федерации? Какие механизмы способны обеспечить достижение этих целей? Quo vadis?
(Войтович Е.П.)
("Актуальные проблемы российского права", 2023, N 3)Классическая парадигма международного частного права предполагает определение применимого к трансграничному отношению права. Устоявшиеся каноны разрешения конфликта правовых систем позволяют ему столетиями оставаться неизменным, обеспечивая выбор права на основе принципа тесной связи. Тем не менее не учитывать влияние извне, оказываемое разнообразными факторами, становится все сложнее. Ответом на внешние вызовы является трансформация международного частного права, изменяющая его юридический ландшафт и значение. Особенно ощутимые перемены происходят в нормативном составе, менее заметные - в правоприменении. Все это приводит к утрате международным частным правом нейтралитета, превращении его в инструмент правовой политики. Какие цели могли бы иметь значение для международного частного права Российской Федерации? Какие механизмы способны обеспечить достижение этих целей? Quo vadis?
Статья: Значение определения российского государственного суда о запрете инициирования и продолжения арбитража в порядке ст. 248.2 Арбитражного процессуального кодекса РФ для международного коммерческого арбитража
(Зотов А.В.)
("Вестник гражданского процесса", 2023, N 3)Со ссылкой на принцип тесной связи в дополнение к аргументации о наличии исключительной компетенции на основании ч. 4 ст. 248.1 АПК РФ российским судом была установлена исключительная компетенция на рассмотрение иска ООО "Азия Лес" к Prodesa medioambiente SL (Испания) из контракта, предусматривающего установку завода на территории России и содержащего арбитражную оговорку о передаче споров в Парижскую международную торгово-промышленную палату <30>.
(Зотов А.В.)
("Вестник гражданского процесса", 2023, N 3)Со ссылкой на принцип тесной связи в дополнение к аргументации о наличии исключительной компетенции на основании ч. 4 ст. 248.1 АПК РФ российским судом была установлена исключительная компетенция на рассмотрение иска ООО "Азия Лес" к Prodesa medioambiente SL (Испания) из контракта, предусматривающего установку завода на территории России и содержащего арбитражную оговорку о передаче споров в Парижскую международную торгово-промышленную палату <30>.
Статья: Правовой режим цифровых и интеллектуальных прав в инвестиционном и международном частном праве
(Лисица В.Н.)
("Юрист", 2025, N 4)Так, в сфере интеллектуальной собственности предусмотрены различные коллизионные привязки, главная из которых - lex loci protectionis - до сих пор не закреплена в разделе VI "Международное частное право" ГК РФ. Более того, в отдельных случаях в целях более точного применения основополагающего принципа наиболее тесной связи в международном частном праве возможно и оправданно применение других коллизионных привязок. К примеру, lex voluntatis или lex contractus необходимо использовать применительно к договорным отношениям (договору об отчуждении исключительного права, лицензионному договору и т.д.).
(Лисица В.Н.)
("Юрист", 2025, N 4)Так, в сфере интеллектуальной собственности предусмотрены различные коллизионные привязки, главная из которых - lex loci protectionis - до сих пор не закреплена в разделе VI "Международное частное право" ГК РФ. Более того, в отдельных случаях в целях более точного применения основополагающего принципа наиболее тесной связи в международном частном праве возможно и оправданно применение других коллизионных привязок. К примеру, lex voluntatis или lex contractus необходимо использовать применительно к договорным отношениям (договору об отчуждении исключительного права, лицензионному договору и т.д.).
Статья: Компетенция российских судов по делам о несостоятельности иностранных юридических лиц
(Ярков В.В.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 8)Дело "Вествок" (2024 г.). Далее юридическая возможность осуществления банкротства иностранных компаний была подтверждена Верховным Судом Российской Федерации в Определении от 8 февраля 2024 г. N 305-ЭС23-15177 по делу N А40-248405/2022 о несостоятельности компании с ограниченной ответственностью "Вествок Проджектс ЛТД". В судебном акте были сформулированы критерии, на основании которых российский суд вправе определить свою компетенцию при рассмотрении вопроса об обоснованности заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), установив, во-первых, свою компетенцию по делам с участием иностранных лиц, исходя из принципа тесной связи правоотношения с Российской Федерацией, во-вторых, определив, где находится центр основных интересов должника - в российской юрисдикции или за ее пределами, и в зависимости от установленного фактического состава возбудить основное или "вторичное" (локальное) производство по делу о банкротстве.
(Ярков В.В.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 8)Дело "Вествок" (2024 г.). Далее юридическая возможность осуществления банкротства иностранных компаний была подтверждена Верховным Судом Российской Федерации в Определении от 8 февраля 2024 г. N 305-ЭС23-15177 по делу N А40-248405/2022 о несостоятельности компании с ограниченной ответственностью "Вествок Проджектс ЛТД". В судебном акте были сформулированы критерии, на основании которых российский суд вправе определить свою компетенцию при рассмотрении вопроса об обоснованности заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), установив, во-первых, свою компетенцию по делам с участием иностранных лиц, исходя из принципа тесной связи правоотношения с Российской Федерацией, во-вторых, определив, где находится центр основных интересов должника - в российской юрисдикции или за ее пределами, и в зависимости от установленного фактического состава возбудить основное или "вторичное" (локальное) производство по делу о банкротстве.
"Проблемы строительного права: сборник статей"
(выпуск 3)
(сост. и отв. ред. Н.Б. Щербаков)
("Статут", 2024)С достаточной степенью уверенности можно сказать, что правовой основой обязанности (принципа) по сотрудничеству является общее требование добросовестности. Несмотря на то что в некоторых национальных правопорядках (в частности, германском и российском) и международных правовых унифицированных актах обязанность по содействию является самостоятельно закрепленной, очевидны ее происхождение из принципа добросовестности и тесная связь с ним. Вопреки абстрактности исследуемой обязанности, принцип добросовестности может помочь восполнить пробелы законодательного и договорного регулирования: так, суды при разрешении конкретного спора, исходя из общего требования добросовестности, могут наделить обязанность по сотрудничеству конкретным содержанием на основании фактических обстоятельств дела и применить к правонарушителю соответствующие меры гражданско-правовой ответственности. Этот вывод актуален и для российской судебной практики <1>.
(выпуск 3)
(сост. и отв. ред. Н.Б. Щербаков)
("Статут", 2024)С достаточной степенью уверенности можно сказать, что правовой основой обязанности (принципа) по сотрудничеству является общее требование добросовестности. Несмотря на то что в некоторых национальных правопорядках (в частности, германском и российском) и международных правовых унифицированных актах обязанность по содействию является самостоятельно закрепленной, очевидны ее происхождение из принципа добросовестности и тесная связь с ним. Вопреки абстрактности исследуемой обязанности, принцип добросовестности может помочь восполнить пробелы законодательного и договорного регулирования: так, суды при разрешении конкретного спора, исходя из общего требования добросовестности, могут наделить обязанность по сотрудничеству конкретным содержанием на основании фактических обстоятельств дела и применить к правонарушителю соответствующие меры гражданско-правовой ответственности. Этот вывод актуален и для российской судебной практики <1>.
Статья: Банкротство иностранных компаний в Российской Федерации: теоретические основы, развитие судебной практики, проблемы и перспективы
(Мохова Е.В.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2024, NN 5, 6)<35> ВС РФ первоначально обращается к ч. 5 ст. 27 АПК РФ и к общей идее определения компетенции российских судов на рассмотрение дел с участием иностранных и международных организаций, далее - к избранным положениям ч. 1 ст. 247 АПК РФ, и затем уже - к принципу тесной связи.
(Мохова Е.В.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2024, NN 5, 6)<35> ВС РФ первоначально обращается к ч. 5 ст. 27 АПК РФ и к общей идее определения компетенции российских судов на рассмотрение дел с участием иностранных и международных организаций, далее - к избранным положениям ч. 1 ст. 247 АПК РФ, и затем уже - к принципу тесной связи.
Статья: Коллизионное регулирование обязательств из действий в чужом интересе без поручения
(Куташевская Я.С.)
("Вестник гражданского права", 2023, N 5)Подытоживаем: в рамках существующего регулирования видится обоснованным следующий алгоритм разрешения коллизионной проблемы. Во-первых, если действия в чужом интересе без поручения были основаны на существующем между сторонами правоотношении, целесообразно обратиться к общему принципу наиболее тесной связи (п. 2 ст. 1186 ГК РФ) и применять к обоим обязательствам нормы одного правопорядка. При отсутствии тесно связанного обязательства представляется необходимым предоставление сторонам возможности одобрения действий гестора посредством заключения договора поручения с обратным эффектом и подчинения правоотношения договорному статуту.
(Куташевская Я.С.)
("Вестник гражданского права", 2023, N 5)Подытоживаем: в рамках существующего регулирования видится обоснованным следующий алгоритм разрешения коллизионной проблемы. Во-первых, если действия в чужом интересе без поручения были основаны на существующем между сторонами правоотношении, целесообразно обратиться к общему принципу наиболее тесной связи (п. 2 ст. 1186 ГК РФ) и применять к обоим обязательствам нормы одного правопорядка. При отсутствии тесно связанного обязательства представляется необходимым предоставление сторонам возможности одобрения действий гестора посредством заключения договора поручения с обратным эффектом и подчинения правоотношения договорному статуту.
Статья: Личные неимущественные права и безопасность человека в виртуальном пространстве
(Синицын С.А.)
("Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения", 2023, N 1)Обозначим отдельные элементы будущего регулирования. Получение формальных согласий на обработку персональных данных не означает ограничения свободы выбора применимого права независимо от содержащихся указаний в соответствующем согласии. Прямолинейная привязка складывающихся отношений исключительно к одному-единственному регулятору, например к личному закону, может не учитывать каскада вредоносных последствий от нарушения за пределами страны личного закона. По этим же причинам при выборе юрисдикции неприменим принцип наиболее тесной связи. В целом к защите и правовой охране нематериальных благ (прежде всего неприкосновенности частной жизни) может быть применим деликтный статут, ориентированный на привязку к месту наступления вредоносных последствий. При этом при мультипликации распространения вредоносных последствий потерпевшему должно быть гарантировано право выбора закона страны, в которой возник наибольший вред, независимо от места жительства/нахождения/деятельности потерпевшего. Деликтному статуту должны быть подчинены требования о пресечении правонарушения и возмещении причиненного вреда, а также другие требования о защите нематериальных благ (право на объяснение, отзыв, коррекцию и удаление размещенной информации, нарушающей личные неимущественные права, право на забвение).
(Синицын С.А.)
("Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения", 2023, N 1)Обозначим отдельные элементы будущего регулирования. Получение формальных согласий на обработку персональных данных не означает ограничения свободы выбора применимого права независимо от содержащихся указаний в соответствующем согласии. Прямолинейная привязка складывающихся отношений исключительно к одному-единственному регулятору, например к личному закону, может не учитывать каскада вредоносных последствий от нарушения за пределами страны личного закона. По этим же причинам при выборе юрисдикции неприменим принцип наиболее тесной связи. В целом к защите и правовой охране нематериальных благ (прежде всего неприкосновенности частной жизни) может быть применим деликтный статут, ориентированный на привязку к месту наступления вредоносных последствий. При этом при мультипликации распространения вредоносных последствий потерпевшему должно быть гарантировано право выбора закона страны, в которой возник наибольший вред, независимо от места жительства/нахождения/деятельности потерпевшего. Деликтному статуту должны быть подчинены требования о пресечении правонарушения и возмещении причиненного вреда, а также другие требования о защите нематериальных благ (право на объяснение, отзыв, коррекцию и удаление размещенной информации, нарушающей личные неимущественные права, право на забвение).
Статья: Некоторые вопросы наследования недвижимого имущества в советский и постсоветский периоды (на примере России и Казахстана)
(Зайцева Ю.А.)
("Нотариальный вестник", 2025, N 9)<20> Новикова Т.В. О проблеме разграничения принципа наиболее тесной связи и обычных коллизионных норм // Актуальные проблемы российского права. 2021. N 6. С. 140 - 148.
(Зайцева Ю.А.)
("Нотариальный вестник", 2025, N 9)<20> Новикова Т.В. О проблеме разграничения принципа наиболее тесной связи и обычных коллизионных норм // Актуальные проблемы российского права. 2021. N 6. С. 140 - 148.