Последствия введения карантина
Подборка наиболее важных документов по запросу Последствия введения карантина (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Стратегии по смягчению социально-экономического воздействия COVID-19 и восстановлению сферы туризма
(Швец И.Ю.)
("Туризм: право и экономика", 2021, N 4)Пандемия COVID-19 негативно повлияла на множество различных секторов туризма, что в конечном итоге привело к большим ограничениям, временной приостановке деятельности в ряде стран и регионов. Сегодня довольно сложно оценить долгосрочные экономические, поведенческие или социальные последствия пандемии, вызванной вирусом COVID-19. Год пандемии показал, что на уровне национальных социально-экономических систем ни государственный, ни корпоративный сектора экономики, ни сектор домохозяйств не были готовы к пандемии. В результате строгих карантинных мер в большинстве направлений по всему миру были введены ограничения на поездки, связанные с COVID-19, которые секторально действуют и до сих пор. Несмотря на то что с июня 2020 г. были предприняты различные усилия для открытия отрасли, большинство секторов продолжают бороться с последствиями продолжающейся пандемии коронавируса.
(Швец И.Ю.)
("Туризм: право и экономика", 2021, N 4)Пандемия COVID-19 негативно повлияла на множество различных секторов туризма, что в конечном итоге привело к большим ограничениям, временной приостановке деятельности в ряде стран и регионов. Сегодня довольно сложно оценить долгосрочные экономические, поведенческие или социальные последствия пандемии, вызванной вирусом COVID-19. Год пандемии показал, что на уровне национальных социально-экономических систем ни государственный, ни корпоративный сектора экономики, ни сектор домохозяйств не были готовы к пандемии. В результате строгих карантинных мер в большинстве направлений по всему миру были введены ограничения на поездки, связанные с COVID-19, которые секторально действуют и до сих пор. Несмотря на то что с июня 2020 г. были предприняты различные усилия для открытия отрасли, большинство секторов продолжают бороться с последствиями продолжающейся пандемии коронавируса.
Статья: Об актуальности и подходах к началу перемещения товаров через таможенную границу Евразийского экономического союза высокоавтоматизированными транспортными средствами
(Кожанков А.Ю., Власенко Д.С., Рыбин А.И.)
("Таможенное дело", 2024, N 2)7) увеличение объемов экспорта и импорта товаров (в случае внедрения ВАТС в сферу международных грузовых перевозок). Данный вопрос особенно актуален в наше время, учитывая те многочисленные негативные последствия, которые переживает отрасль международных грузовых перевозок в период COVID-19. Закрытие государственных границ, введение ряда ограничений на международное передвижение товаров, разрыв логистических цепей. Это привело к тому, что объемы мировой торговли сократились примерно на треть. Последние данные показывают, что в период карантина доходы от международных грузовых перевозок сократились в среднем на 40% <8>. Все вышеперечисленные негативные последствия COVID-19, оказавшие влияние на международную торговлю, могли быть существенно сокращены с помощью внедрения беспилотных автомобилей, поскольку они не требуют нахождения человека, подверженного опасности заболевания, в своей кабине.
(Кожанков А.Ю., Власенко Д.С., Рыбин А.И.)
("Таможенное дело", 2024, N 2)7) увеличение объемов экспорта и импорта товаров (в случае внедрения ВАТС в сферу международных грузовых перевозок). Данный вопрос особенно актуален в наше время, учитывая те многочисленные негативные последствия, которые переживает отрасль международных грузовых перевозок в период COVID-19. Закрытие государственных границ, введение ряда ограничений на международное передвижение товаров, разрыв логистических цепей. Это привело к тому, что объемы мировой торговли сократились примерно на треть. Последние данные показывают, что в период карантина доходы от международных грузовых перевозок сократились в среднем на 40% <8>. Все вышеперечисленные негативные последствия COVID-19, оказавшие влияние на международную торговлю, могли быть существенно сокращены с помощью внедрения беспилотных автомобилей, поскольку они не требуют нахождения человека, подверженного опасности заболевания, в своей кабине.
Судебная практика
Апелляционное определение Московского городского суда от 12.10.2023 по делу N 33-42614/2023 (УИД 77RS0025-02-2022-009649-55)
Категория спора: 1) Аренда нежилых помещений; 2) Возмездное оказание услуг.
Требования: 1) О взыскании задолженности; 2) О взыскании неустойки.
Обстоятельства: Истец указал, что в период действия договора аренды ответчиком обязательства по внесению арендной платы надлежащим образом не исполнялись. Кроме того, на основании договора на оказание услуг истец предоставил ответчику техническую возможность временного размещения информационной вывески на фасаде здания. Однако ответчик своих обязательств по оплате услуг надлежащим образом не исполнял.
Решение: 1) Удовлетворено в части; 2) Удовлетворено в части.
Процессуальные вопросы: О возмещении расходов по уплате государственной пошлины - удовлетворено в части.Ссылка на обстоятельства непреодолимой силы ввиду распространения коронавирусной инфекции, введения карантинных мер, наступления негативных экономических последствий, не могут являться основанием для освобождения ответчика от ответственности, поскольку в связи с улучшением эпидемиологической ситуации в адрес Указом Мэра Москвы от 08.06.2020 года N 68-УМ с 09.06.2020 г. ограничения были сняты, нарушение обязательств по договору со стороны ответчика произошли после 01.06.2020 года, таким образом на них не распространяются положения Постановления Правительства РФ от 02.04.2020 года N 423.
Категория спора: 1) Аренда нежилых помещений; 2) Возмездное оказание услуг.
Требования: 1) О взыскании задолженности; 2) О взыскании неустойки.
Обстоятельства: Истец указал, что в период действия договора аренды ответчиком обязательства по внесению арендной платы надлежащим образом не исполнялись. Кроме того, на основании договора на оказание услуг истец предоставил ответчику техническую возможность временного размещения информационной вывески на фасаде здания. Однако ответчик своих обязательств по оплате услуг надлежащим образом не исполнял.
Решение: 1) Удовлетворено в части; 2) Удовлетворено в части.
Процессуальные вопросы: О возмещении расходов по уплате государственной пошлины - удовлетворено в части.Ссылка на обстоятельства непреодолимой силы ввиду распространения коронавирусной инфекции, введения карантинных мер, наступления негативных экономических последствий, не могут являться основанием для освобождения ответчика от ответственности, поскольку в связи с улучшением эпидемиологической ситуации в адрес Указом Мэра Москвы от 08.06.2020 года N 68-УМ с 09.06.2020 г. ограничения были сняты, нарушение обязательств по договору со стороны ответчика произошли после 01.06.2020 года, таким образом на них не распространяются положения Постановления Правительства РФ от 02.04.2020 года N 423.
Апелляционное определение Московского городского суда от 12.10.2023 по делу N 33-43616/2023 (УИД 77OS0000-02-2021-025523-36)
Категория спора: Аренда нежилых помещений.
Требования арендатора: 1) О взыскании неосновательного обогащения.
Требования арендодателя: 2) О взыскании задолженности; 3) О взыскании неустойки.
Обстоятельства: Истец указал, что между сторонами был заключен договор аренды нежилого помещения, ответчиком обязанность по уплате арендной платы исполнена ненадлежащим образом.
Решение: 1) Отказано; 2) Удовлетворено в части; 3) Удовлетворено в части.
Процессуальные вопросы: О возмещении расходов по уплате государственной пошлины - удовлетворено в части.Ссылка на обстоятельства непреодолимой силы ввиду распространения коронавирусной инфекции, введения карантинных мер, наступления негативных экономических последствий, не могут являться основанием для освобождения ответчика от ответственности, поскольку в связи с улучшением эпидемиологической ситуации в адрес Указом Мэра Москвы от 08.06.2020 года N 68-УМ с 09.06.2020 г. ограничения были сняты, нарушение обязательств по договору со стороны ответчика произошли после 01.06.2020 года, таким образом на них не распространяются положения Постановления Правительства РФ от 02.04.2020 года N 423.
Категория спора: Аренда нежилых помещений.
Требования арендатора: 1) О взыскании неосновательного обогащения.
Требования арендодателя: 2) О взыскании задолженности; 3) О взыскании неустойки.
Обстоятельства: Истец указал, что между сторонами был заключен договор аренды нежилого помещения, ответчиком обязанность по уплате арендной платы исполнена ненадлежащим образом.
Решение: 1) Отказано; 2) Удовлетворено в части; 3) Удовлетворено в части.
Процессуальные вопросы: О возмещении расходов по уплате государственной пошлины - удовлетворено в части.Ссылка на обстоятельства непреодолимой силы ввиду распространения коронавирусной инфекции, введения карантинных мер, наступления негативных экономических последствий, не могут являться основанием для освобождения ответчика от ответственности, поскольку в связи с улучшением эпидемиологической ситуации в адрес Указом Мэра Москвы от 08.06.2020 года N 68-УМ с 09.06.2020 г. ограничения были сняты, нарушение обязательств по договору со стороны ответчика произошли после 01.06.2020 года, таким образом на них не распространяются положения Постановления Правительства РФ от 02.04.2020 года N 423.
Нормативные акты
"Договор о Евразийском экономическом союзе"
(Подписан в г. Астане 29.05.2014)
(ред. от 25.05.2023)
(с изм. и доп., вступ. в силу с 24.06.2024)"фитосанитарный риск" - вероятность интродукции и распространения вредного организма на территориях государств-членов и масштаб связанных с ними потенциальных экономических последствий для государств-членов;
(Подписан в г. Астане 29.05.2014)
(ред. от 25.05.2023)
(с изм. и доп., вступ. в силу с 24.06.2024)"фитосанитарный риск" - вероятность интродукции и распространения вредного организма на территориях государств-членов и масштаб связанных с ними потенциальных экономических последствий для государств-членов;
Статья: Влияние глобализации на формирование механизмов публично-правового регулирования миграции в Российской Федерации
(Катаева О.В.)
("Административное право и процесс", 2024, N 12)Поскольку обстановка в различных субъектах Российской Федерации значительно отличалась, противодействие пандемии осуществлялось "точечно" и вводимые региональные ограничения неодинаковой степени ограничивали право на свободу передвижения. Причем ограничения эти затронули не только потоки внешней миграции, но и внутреннее миграционное движение в государстве. Так, при отсутствии введения режима полного карантина в стране в крупных городах вводился режим самоизоляции и сопутствующие ему ограничительные меры. Введение принципиально отличных правовых режимов в отдельных субъектах Российской Федерации и консолидация усилий государства, местных властей и гражданского общества позволили взять под контроль санитарно-эпидемиологическую обстановку, а также оказать поддержку экономике и социальной сфере регионов, преодолеть негативные последствия пандемии <37>.
(Катаева О.В.)
("Административное право и процесс", 2024, N 12)Поскольку обстановка в различных субъектах Российской Федерации значительно отличалась, противодействие пандемии осуществлялось "точечно" и вводимые региональные ограничения неодинаковой степени ограничивали право на свободу передвижения. Причем ограничения эти затронули не только потоки внешней миграции, но и внутреннее миграционное движение в государстве. Так, при отсутствии введения режима полного карантина в стране в крупных городах вводился режим самоизоляции и сопутствующие ему ограничительные меры. Введение принципиально отличных правовых режимов в отдельных субъектах Российской Федерации и консолидация усилий государства, местных властей и гражданского общества позволили взять под контроль санитарно-эпидемиологическую обстановку, а также оказать поддержку экономике и социальной сфере регионов, преодолеть негативные последствия пандемии <37>.
Статья: Обеспечение безопасности туристов в условиях пандемии на примере Китая и Турции
(Лиханова В.В., Титова М.П.)
("Туризм: право и экономика", 2022, N 3)15. Также были созданы карантинные помещения, соответствующие всем международным стандартам, и полностью оборудованные транспортные средства для отправки в ближайшее медицинское учреждение.
(Лиханова В.В., Титова М.П.)
("Туризм: право и экономика", 2022, N 3)15. Также были созданы карантинные помещения, соответствующие всем международным стандартам, и полностью оборудованные транспортные средства для отправки в ближайшее медицинское учреждение.
Статья: Об искусственном прерывании беременности
(Данилова С.И.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2022)Об этом, в частности, заявил директор Института демографии Высшей школы экономики А.Г. Вишневский. Он отметил, что самоизоляция на фоне пандемии коронавирусной инфекции сильно не изменит сложившуюся в стране демографическую ситуацию. Более того, ученый отметил, что не очень понимает, почему все ждут беби-бума по итогам карантина, ведь "подавляющее большинство людей понимает серьезность ситуации и неопределенность экономических последствий" <66>.
(Данилова С.И.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2022)Об этом, в частности, заявил директор Института демографии Высшей школы экономики А.Г. Вишневский. Он отметил, что самоизоляция на фоне пандемии коронавирусной инфекции сильно не изменит сложившуюся в стране демографическую ситуацию. Более того, ученый отметил, что не очень понимает, почему все ждут беби-бума по итогам карантина, ведь "подавляющее большинство людей понимает серьезность ситуации и неопределенность экономических последствий" <66>.
"Актуальные проблемы административного права: учебник"
(Кононов П.И.)
("КНОРУС", 2023)Неиндивидуальный ненормативный административно-правовой акт может быть определен как выраженное в определенной официально-документальной форме одностороннее подзаконное решение административно-публичного субъекта, не содержащее норм права и принимаемое (издаваемое) в целях массового применения правовых норм в отношении неопределенного (неиндивидуализированного) круга субъектов (физических лиц и организаций), подпадающих по действие данного решения, влекущее для них юридически значимые последствия в виде возникновения прав, ограничения имеющихся прав, возложения публично-правовых обязанностей.
(Кононов П.И.)
("КНОРУС", 2023)Неиндивидуальный ненормативный административно-правовой акт может быть определен как выраженное в определенной официально-документальной форме одностороннее подзаконное решение административно-публичного субъекта, не содержащее норм права и принимаемое (издаваемое) в целях массового применения правовых норм в отношении неопределенного (неиндивидуализированного) круга субъектов (физических лиц и организаций), подпадающих по действие данного решения, влекущее для них юридически значимые последствия в виде возникновения прав, ограничения имеющихся прав, возложения публично-правовых обязанностей.
Статья: Правовое регулирование деятельности подразделений по вопросам миграции Министерства внутренних дел России
(Муленко Н.В.)
("Миграционное право", 2022, N 2)Карантинные меры, введенные в 2020 г., явились сильнейшим ударом по трудовой сфере, в том числе по частным предпринимателям. Последствия данной инфекции стали губительны в особенности для трудовых мигрантов: по данным опроса Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, только в первые месяцы карантина лишилось работы около 40% мигрантов <3> - при условии, что 18 апреля 2020 г. в силу вступил Указ Президента Российской Федерации N 274 "О временных мерах по урегулированию правового положения иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации в связи с угрозой дальнейшего распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19)" <4>, разрешивший мигрантам продолжать жить и работать на территории Российской Федерации без продления разрешительных документов с истекшим сроком.
(Муленко Н.В.)
("Миграционное право", 2022, N 2)Карантинные меры, введенные в 2020 г., явились сильнейшим ударом по трудовой сфере, в том числе по частным предпринимателям. Последствия данной инфекции стали губительны в особенности для трудовых мигрантов: по данным опроса Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, только в первые месяцы карантина лишилось работы около 40% мигрантов <3> - при условии, что 18 апреля 2020 г. в силу вступил Указ Президента Российской Федерации N 274 "О временных мерах по урегулированию правового положения иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации в связи с угрозой дальнейшего распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19)" <4>, разрешивший мигрантам продолжать жить и работать на территории Российской Федерации без продления разрешительных документов с истекшим сроком.
Статья: Цифровизация гражданского судопроизводства Англии
(Ермакова Е.П., Протопопова О.В.)
("Вестник Пермского университета. Юридические науки", 2024, N 1)На протяжении всей пандемии правовая система Великобритании столкнулась с серьезными проблемами. Задержки в суде имели реальные последствия для людей, вынуждая их дольше ждать рассмотрения дел. На май 2021 года в Англии и Уэльсе накопилось значительное количество нерассмотренных дел - 54 000 [6]. 23 марта 2020 года премьер-министр Б. Джонсон ввел так называемый общенациональный карантин, требующий от всех людей оставаться дома, за исключением очень ограниченных целей. Это привело к принятию 25 марта 2020 года чрезвычайного закона, названного "Закон о коронавирусе 2020 года" (Coronavirus Act 2020). Что касается продолжения работы судов страны, данный Закон соответствовал предыдущим указаниям лорда - главного судьи Великобритании. По сути, статья 55 Закона разрешила трансляцию судебных разбирательств, проводимых исключительно с помощью видеосвязи или телефона. Впоследствии были изданы различные протоколы и руководства, а также внесены временные изменения в части Правил гражданского судопроизводства (Civil Procedure Rules (CPR)) [13]. В результате английские гражданские суды приняли во внимание проблемы, связанные с удаленной работой, и использовали все шансы, чтобы обеспечить непрерывное отправление правосудия там, где это возможно.
(Ермакова Е.П., Протопопова О.В.)
("Вестник Пермского университета. Юридические науки", 2024, N 1)На протяжении всей пандемии правовая система Великобритании столкнулась с серьезными проблемами. Задержки в суде имели реальные последствия для людей, вынуждая их дольше ждать рассмотрения дел. На май 2021 года в Англии и Уэльсе накопилось значительное количество нерассмотренных дел - 54 000 [6]. 23 марта 2020 года премьер-министр Б. Джонсон ввел так называемый общенациональный карантин, требующий от всех людей оставаться дома, за исключением очень ограниченных целей. Это привело к принятию 25 марта 2020 года чрезвычайного закона, названного "Закон о коронавирусе 2020 года" (Coronavirus Act 2020). Что касается продолжения работы судов страны, данный Закон соответствовал предыдущим указаниям лорда - главного судьи Великобритании. По сути, статья 55 Закона разрешила трансляцию судебных разбирательств, проводимых исключительно с помощью видеосвязи или телефона. Впоследствии были изданы различные протоколы и руководства, а также внесены временные изменения в части Правил гражданского судопроизводства (Civil Procedure Rules (CPR)) [13]. В результате английские гражданские суды приняли во внимание проблемы, связанные с удаленной работой, и использовали все шансы, чтобы обеспечить непрерывное отправление правосудия там, где это возможно.
Статья: К вопросу о дистанционном оказании туристских услуг в свете цифровизации
(Михайлова А.С.)
("Туризм: право и экономика", 2021, N 3)Общеизвестно, что "возникновение и формирование потребностей обусловливают существующие независимо от сознания людей условия материальной жизни" <1>. Справедлив акцент, сделанный Н.А. Бариновым на том, что "данные человеку природой потребности... рассматриваются... как потребности в условиях, обеспечивающие жизнедеятельность, ...как предпосылка действий человека", затем они "трансформируются в ...обобщенные потребности в материальных и духовных благах" <2>. "Потребность... есть необходимость потребления", - цитирует он Л.П. Евстигнееву <3>. Ученый пишет, что "потребности людей удовлетворяются... как продуктами, вещами, создаваемыми в сфере материального производства, так и в сфере услуг" <4>; при этом приводит значимый тезис В.В. Радаева: "приспосабливаясь к объективным условиям жизни, человек и общество в целом оказывают обратное воздействие на условия, что является важнейшей особенностью исторического процесса" <5>. Все сказанное в полной мере применимо и к современным реалиям, рассматриваемым в системе трех координат: 1) цифровизация, на осуществление которой взят курс в рамках государственной политики; 2) столкновение мирового сообщества с такой объективной реальностью, как коронавирусная инфекция, и необходимость учитывать требования эпидемиологической безопасности и противовирусной борьбы, что отражается на всех экономико-социальных сферах; 3) меры по сохранению стабильности, конкурентоспособности и по развитию дальнейшего потенциала различных отраслей отечественной экономики, в том числе и сферы туристских услуг. К сожалению, большинство исследователей как в России, так и за рубежом характеризуют ситуацию рубежа 2020 - 2021 годов как "колоссальный урон отечественному турбизнесу" <6>, "разрушительные последствия для туристической индустрии" <7>, отмечают, что "пандемия... является беспрецедентной ситуацией" <8> и что "одним из наиболее пострадавших секторов экономики является туризм". Однако при этом именно туризм являлся и является одной из отраслей, на которую государство возлагает обоснованные надежды. В подтверждение этому можно назвать два акта: во-первых, Распоряжение Правительства РФ от 20 сентября 2019 г. N 2129-р "Об утверждении Стратегии развития туризма в Российской Федерации на период до 2035 года" (ред. от 23.11.2020), которая провозглашает целями комплексное развитие внутреннего и въездного туризма, а также усиление роли туризма и увеличение доступности услуг; во-вторых, Распоряжение Правительства РФ от 14 августа 2019 г. N 1797-р "Об утверждении Стратегии развития экспорта услуг до 2025 года" (ред. от 23.11.2020), которая признает, что Россия остается вне группы ведущих поставщиков туристских услуг, при этом рассматривает данный сектор как перспективное направление для развития. Невозможно не подчеркнуть и то обстоятельство, что сфера туризма обозначается как одна из тех, в которых может происходить активная цифровизация (совершенствование электронного документооборота, развитие электронных платежных средств, активное использование интернет-ресурсов для маркетинга, использование современных технологий в процессе реализации туристского продукта и проч.). Если исходить из анализа литературы, то явным становится усиление внимания к формам предоставления туристских услуг, предполагающим дистанционность и индивидуальный подход к потребителю. Большое внимание уделяется инновациям в туризме, выражающимся во "внедрении новых управленческих и организационных решений", в разработке "новых туристских продуктов", а также применении "новых принципов оказания услуг с использованием современных информационно-телекоммуникационных технологий", при этом исследователи, например Л.Г. Буряк, Л.Л. Духовная, В.А. Шамликашвили, отмечают, что инновации должны характеризоваться "более высокими потребительскими качествами", быть нацеленными на "повышение уровня удовлетворенности туриста", улучшение "его качества жизни" <9>. Указанная Стратегия развития экспорта услуг подчеркивает тезис о том, что данное направление "будет сопровождаться диверсификацией и индивидуализацией услуг для физических лиц", к тому же особое внимание уделяется увеличению роли "технологий телеприсутствия, виртуальной и дополнительной реальности, дистанционно управляемой робототехники". Становится очевидным то, что тенденции современности диктуют необходимость развития дистанционных форм реализации туристского продукта. Более того, ситуация с пандемией доказала, что объективные обстоятельства могут пробуждать в человеке потребность получения туристской услуги дистанционно даже вне концепции "безбарьерной среды", изначально ориентированной на лиц с ограниченными возможностями (в конечном счете, деловой туризм, научно-образовательный, культурно-просветительский имеет важное значение и далеко не каждый готов "отложить его на неопределенный срок"; не стоит забывать и про психологическую составляющую, которая стала весьма заметна в связи с введением карантинных мер во многих государствах, что привело к резкому сокращению передвижений граждан, а порой и к их вынужденной изоляции, с определенными негативными последствиями которой может помочь справиться дистанционный туризм). Эта же ситуация доказала и то, что помимо потребности человека в дистанционных услугах не менее в них заинтересованы и субъекты, их оказывающие. В ситуации, в которой были нарушены транспортное сообщение, возможность иных организаций сферы обслуживания осуществлять свою деятельность в привычном режиме, стало очевидным, что дистанционная форма оказания услуг является одним из реально действующих механизмов обеспечения функционирования и сохранения конкурентоспособности. Не сложно заметить, что имеется, во-первых, объективно обусловленная потребность потенциальных потребителей и исполнителей услуг (в целом общества) в развитии технологий удаленного доступа к туристским продуктам; во-вторых, имеется политическая воля, направленная на государственное обеспечение удовлетворения данной потребности; в-третьих, наблюдается явный интерес научного сообщества к обозначенной сфере; в-четвертых, многие представители туристского бизнеса выражают готовность участия в процессе внедрения соответствующих технических средств и технологий. Однако обратим внимание на действующее законодательство, насколько оно соответствует. К сожалению, приходится констатировать, что не соответствует, причем начиная с категориального аппарата, раскрываемого в ФЗ от 24 ноября 1996 г. N 132 "Об основах туристской деятельности в РФ" (ред. от 08.06.2020). В Закон была введена ст. 10.3, регулирующая обмен информацией в электронной форме, предусматривающая электронную путевку; однако совершенно оставлены без внимания многие ключевые аспекты цифровизации и всего, что с ней связано; это касается и полного игнорирования дистанционных форм оказания услуг, входящих в общее понятие "туристский продукт", который по-прежнему трактуется как "комплекс услуг по перевозке и размещению, оказываемых за общую цену (независимо от включения... экскурсионного обслуживания и (или) других услуг)". Закон все также трактует понятие "туриста" как "лица, посещающего страну (место) временного пребывания... на период от 24 ч до 6 мес. подряд или осуществления не менее одной ночевки"; также трактует и понятие "экскурсанта" как "лица, посещающего страну (место) временного пребывания в познавательных целях на период менее 24 ч без ночевки... и использующее услуги гида". Не будет лишним вспомнить <10>, что указанные термины многократно подвергались критике в научной литературе как по содержанию, так и по согласованности между собой; однако в настоящий момент они еще в большей степени требуют корректировки и дополнения, так как не учитывают общего направления развития туриндустрии в рамках развития современных технологий. Таким образом, действующее законодательство требует оптимизации. В этой связи хотелось бы обратить внимание на понятие, которое набирает все большую популярность в литературе, - "виртуальный туризм". Приведем ряд мнений. Так, Е.А. Байков указывает, что "виртуальный туризм - это пассивная форма туризма, позволяющая, не выходя из дома, посетить удивительные и экзотические места" <11>. Е.В. Мошняга пишет, что в "виртуальные путешествия" пользователь "может отправиться, находясь у своего домашнего компьютера или с помощью мобильного телефона" <12>. В.А. Шамликашвили высказывает мнение, согласно которому "виртуальный туризм" представляет собой "деятельность... позволяющую посредством... компьютерной техники и коммуникационных сетей создать... максимально реалистичную сенсуальную информацию о желаемой дистинации из числа реально существующих без фактического перемещения в нее", при этом подчеркивает, что должно быть "перемещение... в реально существующее место"; также данный автор предлагает "отличие виртуального туризма от туризма в классическом понимании" - "масштаб посещаемого объекта может быть существенно меньше" <13>. Из всех приведенных мнений мы в большей степени солидарны с последним (единственное дополняющее замечание: на наш взгляд, понятие "масштаб "посещаемого" объекта" может быть рассмотрено более широко: современные компьютерные технологии позволяют воссоздавать исторический облик объектов, который был впоследствии нарушен, что позволяет наглядно увидеть модель того, каким был объект ранее, тем самым "погрузиться в его прошлое"; позволяет подчас увидеть "сокрытое", например, имитируя процесс создания здания, позволяя взглянуть с необычного ракурса, осмотреть "с высоты птичьего полета", не поднимаясь на нее, "визуально" опуститься на глубину, не опускаясь). Во многих работах "виртуальная реальность" отождествляется с предоставлением возможности ознакомления с фото-, аудио-, видео-, киноматериалами о туристских объектах посредством компьютерных технологий и сети Интернет и (или) характеризуется исключительно как дистанционная. С данной трактовкой мы не можем в полной мере согласиться. Во-первых, представляется, что правы авторы, придерживающиеся классического понимания "виртуальной реальности" как "технически конструируемой интерактивной среды, позволяющей пользователю погрузиться в искусственный мир и действовать в нем с помощью специальных устройств", что предполагает "моделирование... имитацию... и возможность обратной связи" <14>. Данные понятия также не имеют должного нормативно-правового закрепления, однако Дорожная карта развития цифровой технологии "Технологии виртуальной и дополненной реальности" предлагает понятие виртуальной реальности как "комплексной технологии", позволяющей погрузить человека в виртуальный мир при использовании специализированных средств (шлемов виртуальной реальности); подчеркивается, что "виртуальная реальность конструирует новый искусственный мир, передаваемый человеку через ощущения", а сам человек "может взаимодействовать с трехмерной компьютерной средой, а также манипулировать объектами" <15>. Невозможно ставить знак равенства между технологиями виртуальной реальности и аудио-, видео-, киноматериалами, независимо от того, на каких материальных носителях они хранятся и по каким каналам связи передаются. Невозможно поставить знак равенства между применением виртуальных технологий в туризме и обязательным наличием дистанционности. Субъект может использовать технологии виртуальной реальности удаленно, когда на устройства виртуальной реальности передаются сигналы посредством сети Интернет через установленные удаленно вебкамеры, микрофоны, датчики; а может использовать технологии виртуальной реальности в ходе посещения экскурсии при классической форме туризма с целью "погружения" в образ ранее существовавшего объекта, что позволит изучить его в ретроспективе, оценив и его нынешнее состояние, и прошлое. Технологии виртуальной и дополненной реальности наряду с гидом-человеком, гидом-роботом, книгой (или иной информацией на бумажном носителе), аудио-, видео-, киноматериалом, современными техническими средствами (дроны, глубоководные аппараты, роботы различной функциональной направленности), могут быть отнесены к категории ресурсов и средств в сфере туристской деятельности. В этом контексте они могут быть охарактеризованы как "туристские", но это не значит, что они являются туристским продуктом.
(Михайлова А.С.)
("Туризм: право и экономика", 2021, N 3)Общеизвестно, что "возникновение и формирование потребностей обусловливают существующие независимо от сознания людей условия материальной жизни" <1>. Справедлив акцент, сделанный Н.А. Бариновым на том, что "данные человеку природой потребности... рассматриваются... как потребности в условиях, обеспечивающие жизнедеятельность, ...как предпосылка действий человека", затем они "трансформируются в ...обобщенные потребности в материальных и духовных благах" <2>. "Потребность... есть необходимость потребления", - цитирует он Л.П. Евстигнееву <3>. Ученый пишет, что "потребности людей удовлетворяются... как продуктами, вещами, создаваемыми в сфере материального производства, так и в сфере услуг" <4>; при этом приводит значимый тезис В.В. Радаева: "приспосабливаясь к объективным условиям жизни, человек и общество в целом оказывают обратное воздействие на условия, что является важнейшей особенностью исторического процесса" <5>. Все сказанное в полной мере применимо и к современным реалиям, рассматриваемым в системе трех координат: 1) цифровизация, на осуществление которой взят курс в рамках государственной политики; 2) столкновение мирового сообщества с такой объективной реальностью, как коронавирусная инфекция, и необходимость учитывать требования эпидемиологической безопасности и противовирусной борьбы, что отражается на всех экономико-социальных сферах; 3) меры по сохранению стабильности, конкурентоспособности и по развитию дальнейшего потенциала различных отраслей отечественной экономики, в том числе и сферы туристских услуг. К сожалению, большинство исследователей как в России, так и за рубежом характеризуют ситуацию рубежа 2020 - 2021 годов как "колоссальный урон отечественному турбизнесу" <6>, "разрушительные последствия для туристической индустрии" <7>, отмечают, что "пандемия... является беспрецедентной ситуацией" <8> и что "одним из наиболее пострадавших секторов экономики является туризм". Однако при этом именно туризм являлся и является одной из отраслей, на которую государство возлагает обоснованные надежды. В подтверждение этому можно назвать два акта: во-первых, Распоряжение Правительства РФ от 20 сентября 2019 г. N 2129-р "Об утверждении Стратегии развития туризма в Российской Федерации на период до 2035 года" (ред. от 23.11.2020), которая провозглашает целями комплексное развитие внутреннего и въездного туризма, а также усиление роли туризма и увеличение доступности услуг; во-вторых, Распоряжение Правительства РФ от 14 августа 2019 г. N 1797-р "Об утверждении Стратегии развития экспорта услуг до 2025 года" (ред. от 23.11.2020), которая признает, что Россия остается вне группы ведущих поставщиков туристских услуг, при этом рассматривает данный сектор как перспективное направление для развития. Невозможно не подчеркнуть и то обстоятельство, что сфера туризма обозначается как одна из тех, в которых может происходить активная цифровизация (совершенствование электронного документооборота, развитие электронных платежных средств, активное использование интернет-ресурсов для маркетинга, использование современных технологий в процессе реализации туристского продукта и проч.). Если исходить из анализа литературы, то явным становится усиление внимания к формам предоставления туристских услуг, предполагающим дистанционность и индивидуальный подход к потребителю. Большое внимание уделяется инновациям в туризме, выражающимся во "внедрении новых управленческих и организационных решений", в разработке "новых туристских продуктов", а также применении "новых принципов оказания услуг с использованием современных информационно-телекоммуникационных технологий", при этом исследователи, например Л.Г. Буряк, Л.Л. Духовная, В.А. Шамликашвили, отмечают, что инновации должны характеризоваться "более высокими потребительскими качествами", быть нацеленными на "повышение уровня удовлетворенности туриста", улучшение "его качества жизни" <9>. Указанная Стратегия развития экспорта услуг подчеркивает тезис о том, что данное направление "будет сопровождаться диверсификацией и индивидуализацией услуг для физических лиц", к тому же особое внимание уделяется увеличению роли "технологий телеприсутствия, виртуальной и дополнительной реальности, дистанционно управляемой робототехники". Становится очевидным то, что тенденции современности диктуют необходимость развития дистанционных форм реализации туристского продукта. Более того, ситуация с пандемией доказала, что объективные обстоятельства могут пробуждать в человеке потребность получения туристской услуги дистанционно даже вне концепции "безбарьерной среды", изначально ориентированной на лиц с ограниченными возможностями (в конечном счете, деловой туризм, научно-образовательный, культурно-просветительский имеет важное значение и далеко не каждый готов "отложить его на неопределенный срок"; не стоит забывать и про психологическую составляющую, которая стала весьма заметна в связи с введением карантинных мер во многих государствах, что привело к резкому сокращению передвижений граждан, а порой и к их вынужденной изоляции, с определенными негативными последствиями которой может помочь справиться дистанционный туризм). Эта же ситуация доказала и то, что помимо потребности человека в дистанционных услугах не менее в них заинтересованы и субъекты, их оказывающие. В ситуации, в которой были нарушены транспортное сообщение, возможность иных организаций сферы обслуживания осуществлять свою деятельность в привычном режиме, стало очевидным, что дистанционная форма оказания услуг является одним из реально действующих механизмов обеспечения функционирования и сохранения конкурентоспособности. Не сложно заметить, что имеется, во-первых, объективно обусловленная потребность потенциальных потребителей и исполнителей услуг (в целом общества) в развитии технологий удаленного доступа к туристским продуктам; во-вторых, имеется политическая воля, направленная на государственное обеспечение удовлетворения данной потребности; в-третьих, наблюдается явный интерес научного сообщества к обозначенной сфере; в-четвертых, многие представители туристского бизнеса выражают готовность участия в процессе внедрения соответствующих технических средств и технологий. Однако обратим внимание на действующее законодательство, насколько оно соответствует. К сожалению, приходится констатировать, что не соответствует, причем начиная с категориального аппарата, раскрываемого в ФЗ от 24 ноября 1996 г. N 132 "Об основах туристской деятельности в РФ" (ред. от 08.06.2020). В Закон была введена ст. 10.3, регулирующая обмен информацией в электронной форме, предусматривающая электронную путевку; однако совершенно оставлены без внимания многие ключевые аспекты цифровизации и всего, что с ней связано; это касается и полного игнорирования дистанционных форм оказания услуг, входящих в общее понятие "туристский продукт", который по-прежнему трактуется как "комплекс услуг по перевозке и размещению, оказываемых за общую цену (независимо от включения... экскурсионного обслуживания и (или) других услуг)". Закон все также трактует понятие "туриста" как "лица, посещающего страну (место) временного пребывания... на период от 24 ч до 6 мес. подряд или осуществления не менее одной ночевки"; также трактует и понятие "экскурсанта" как "лица, посещающего страну (место) временного пребывания в познавательных целях на период менее 24 ч без ночевки... и использующее услуги гида". Не будет лишним вспомнить <10>, что указанные термины многократно подвергались критике в научной литературе как по содержанию, так и по согласованности между собой; однако в настоящий момент они еще в большей степени требуют корректировки и дополнения, так как не учитывают общего направления развития туриндустрии в рамках развития современных технологий. Таким образом, действующее законодательство требует оптимизации. В этой связи хотелось бы обратить внимание на понятие, которое набирает все большую популярность в литературе, - "виртуальный туризм". Приведем ряд мнений. Так, Е.А. Байков указывает, что "виртуальный туризм - это пассивная форма туризма, позволяющая, не выходя из дома, посетить удивительные и экзотические места" <11>. Е.В. Мошняга пишет, что в "виртуальные путешествия" пользователь "может отправиться, находясь у своего домашнего компьютера или с помощью мобильного телефона" <12>. В.А. Шамликашвили высказывает мнение, согласно которому "виртуальный туризм" представляет собой "деятельность... позволяющую посредством... компьютерной техники и коммуникационных сетей создать... максимально реалистичную сенсуальную информацию о желаемой дистинации из числа реально существующих без фактического перемещения в нее", при этом подчеркивает, что должно быть "перемещение... в реально существующее место"; также данный автор предлагает "отличие виртуального туризма от туризма в классическом понимании" - "масштаб посещаемого объекта может быть существенно меньше" <13>. Из всех приведенных мнений мы в большей степени солидарны с последним (единственное дополняющее замечание: на наш взгляд, понятие "масштаб "посещаемого" объекта" может быть рассмотрено более широко: современные компьютерные технологии позволяют воссоздавать исторический облик объектов, который был впоследствии нарушен, что позволяет наглядно увидеть модель того, каким был объект ранее, тем самым "погрузиться в его прошлое"; позволяет подчас увидеть "сокрытое", например, имитируя процесс создания здания, позволяя взглянуть с необычного ракурса, осмотреть "с высоты птичьего полета", не поднимаясь на нее, "визуально" опуститься на глубину, не опускаясь). Во многих работах "виртуальная реальность" отождествляется с предоставлением возможности ознакомления с фото-, аудио-, видео-, киноматериалами о туристских объектах посредством компьютерных технологий и сети Интернет и (или) характеризуется исключительно как дистанционная. С данной трактовкой мы не можем в полной мере согласиться. Во-первых, представляется, что правы авторы, придерживающиеся классического понимания "виртуальной реальности" как "технически конструируемой интерактивной среды, позволяющей пользователю погрузиться в искусственный мир и действовать в нем с помощью специальных устройств", что предполагает "моделирование... имитацию... и возможность обратной связи" <14>. Данные понятия также не имеют должного нормативно-правового закрепления, однако Дорожная карта развития цифровой технологии "Технологии виртуальной и дополненной реальности" предлагает понятие виртуальной реальности как "комплексной технологии", позволяющей погрузить человека в виртуальный мир при использовании специализированных средств (шлемов виртуальной реальности); подчеркивается, что "виртуальная реальность конструирует новый искусственный мир, передаваемый человеку через ощущения", а сам человек "может взаимодействовать с трехмерной компьютерной средой, а также манипулировать объектами" <15>. Невозможно ставить знак равенства между технологиями виртуальной реальности и аудио-, видео-, киноматериалами, независимо от того, на каких материальных носителях они хранятся и по каким каналам связи передаются. Невозможно поставить знак равенства между применением виртуальных технологий в туризме и обязательным наличием дистанционности. Субъект может использовать технологии виртуальной реальности удаленно, когда на устройства виртуальной реальности передаются сигналы посредством сети Интернет через установленные удаленно вебкамеры, микрофоны, датчики; а может использовать технологии виртуальной реальности в ходе посещения экскурсии при классической форме туризма с целью "погружения" в образ ранее существовавшего объекта, что позволит изучить его в ретроспективе, оценив и его нынешнее состояние, и прошлое. Технологии виртуальной и дополненной реальности наряду с гидом-человеком, гидом-роботом, книгой (или иной информацией на бумажном носителе), аудио-, видео-, киноматериалом, современными техническими средствами (дроны, глубоководные аппараты, роботы различной функциональной направленности), могут быть отнесены к категории ресурсов и средств в сфере туристской деятельности. В этом контексте они могут быть охарактеризованы как "туристские", но это не значит, что они являются туристским продуктом.
Статья: Защита прав российских туристов в условиях пандемии коронавирусной инфекции
(Сокольская Л.В., Иванова Ж.Б.)
("Туризм: право и экономика", 2021, N 4)Ситуация, обусловленная динамикой распространения инфекции COVID-19, во многих странах в течение последнего времени продолжает оставаться достаточно сложной и напряженной. В 2020 г. не только в Китайской Народной Республике, но и в Российской Федерации и большинстве зарубежных государств возникла угроза безопасности жизни и здоровья населения ввиду распространения новой коронавирусной инфекции. В этой связи ВОЗ 11 марта 2020 г. объявила о пандемии коронавирусной инфекции, и большинство стран в мире, чтобы сдержать распространение пандемии COVID-19, ввели карантинные меры по ограничению социальных контактов, а некоторые объявили локдаун, то есть национальную изоляцию. Последствия национальных локдаунов непосредственно отразились на развитии экономики многих государств. Приостановка регулярных международных транспортных сообщений или их полный запрет негативно отражается на сфере оказания туристических услуг, поэтому предпринимательская деятельность в сфере туризма практически во всем мире претерпевает существенные проблемы. Вместе с тем и миллионы граждан, как потребители туристских услуг, также оказались заложниками стагнации в данной сфере.
(Сокольская Л.В., Иванова Ж.Б.)
("Туризм: право и экономика", 2021, N 4)Ситуация, обусловленная динамикой распространения инфекции COVID-19, во многих странах в течение последнего времени продолжает оставаться достаточно сложной и напряженной. В 2020 г. не только в Китайской Народной Республике, но и в Российской Федерации и большинстве зарубежных государств возникла угроза безопасности жизни и здоровья населения ввиду распространения новой коронавирусной инфекции. В этой связи ВОЗ 11 марта 2020 г. объявила о пандемии коронавирусной инфекции, и большинство стран в мире, чтобы сдержать распространение пандемии COVID-19, ввели карантинные меры по ограничению социальных контактов, а некоторые объявили локдаун, то есть национальную изоляцию. Последствия национальных локдаунов непосредственно отразились на развитии экономики многих государств. Приостановка регулярных международных транспортных сообщений или их полный запрет негативно отражается на сфере оказания туристических услуг, поэтому предпринимательская деятельность в сфере туризма практически во всем мире претерпевает существенные проблемы. Вместе с тем и миллионы граждан, как потребители туристских услуг, также оказались заложниками стагнации в данной сфере.
Статья: Особенности защиты прав потребителей в пандемийный и постпандемийный периоды
(Кусков А.С.)
("Закон", 2021, N 9)Пандемия также потребовала принятия оперативных, практически мгновенных мер, направленных на предупреждение распространения инфекции и минимизацию ее последствий. 11 марта 2020 г. ВОЗ признала эпидемию коронавируса пандемией, после чего почти все государства мира, включая Россию, установили ряд ограничений, предполагающих введение карантинного режима (в том числе запрет туристских поездок и массовых мероприятий, прекращение международного авиасообщения, закрытие или ограничение работы предприятий питания, культуры, досуга и т.д.).
(Кусков А.С.)
("Закон", 2021, N 9)Пандемия также потребовала принятия оперативных, практически мгновенных мер, направленных на предупреждение распространения инфекции и минимизацию ее последствий. 11 марта 2020 г. ВОЗ признала эпидемию коронавируса пандемией, после чего почти все государства мира, включая Россию, установили ряд ограничений, предполагающих введение карантинного режима (в том числе запрет туристских поездок и массовых мероприятий, прекращение международного авиасообщения, закрытие или ограничение работы предприятий питания, культуры, досуга и т.д.).
Статья: Негативное воздействие кризиса, вызванного пандемией Covid-19, на обеспечение права детей на образование
(Брой Ш.У.)
("Юрист", 2022, N 1)Общее воздействие пандемии на детей отражает совокупное воздействие антивирусных мер на общество в различных сферах. Руководствуясь этическими принципами при спасении жизней и снижении темпов распространения вируса, правительства различных государств ввели карантин, что привело к резкому сокращению экономической деятельности и, следовательно, к глобальному экономическому спаду. Сокращение возможностей для получения дохода будет иметь такие социально-экономические последствия для семей, с которыми мы не сталкивались в течение нескольких поколений, и угрожает лишить средств к существованию миллионы обездоленных семей с детьми во всем мире.
(Брой Ш.У.)
("Юрист", 2022, N 1)Общее воздействие пандемии на детей отражает совокупное воздействие антивирусных мер на общество в различных сферах. Руководствуясь этическими принципами при спасении жизней и снижении темпов распространения вируса, правительства различных государств ввели карантин, что привело к резкому сокращению экономической деятельности и, следовательно, к глобальному экономическому спаду. Сокращение возможностей для получения дохода будет иметь такие социально-экономические последствия для семей, с которыми мы не сталкивались в течение нескольких поколений, и угрожает лишить средств к существованию миллионы обездоленных семей с детьми во всем мире.