Отступление от равенства долей
Подборка наиболее важных документов по запросу Отступление от равенства долей (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2024 год: Статья 39 "Определение долей при разделе общего имущества супругов" СК РФ"Вопреки доводам кассационной жалобы требования о применении положений части 2 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации об отступлении от равенства долей не заявлялись, следовательно, у судов нижестоящих инстанций, отсутствовали основания для их применения."
Подборка судебных решений за 2023 год: Статья 39 "Определение долей при разделе общего имущества супругов" СК РФ"Доводы жалобы о том, что у суда не имелось оснований для отступления от равенства долей при разделе имущества, основаниями к отмене судебного постановления не являются, поскольку не содержат ссылок на обстоятельства, которые не были учтены судом первой и апелляционной инстанций и не получили бы правовой оценки судом нижестоящей инстанции. При этом суд правомерно, исходя из требований ст. 39 СК РФ, учел заслуживающие внимания обстоятельства, а именно, наличие ребенка инвалида, место жительства которого определено с матерью, что обусловило вывод суда об отступлении от равенства долей при разделе имущества."
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Принцип равенства прав супругов и основания для отступления при разделе имущества супругов
(Ульянова М.В.)
("Правосудие/Justice", 2023, N 4)Основания отступления от равенства долей
(Ульянова М.В.)
("Правосудие/Justice", 2023, N 4)Основания отступления от равенства долей
Нормативные акты
"Семейный кодекс Российской Федерации" от 29.12.1995 N 223-ФЗ
(ред. от 23.11.2024, с изм. от 30.10.2025)
(с изм. и доп., вступ. в силу с 05.02.2025)2. Суд вправе отступить от начала равенства долей супругов в их общем имуществе исходя из интересов несовершеннолетних детей и (или) исходя из заслуживающего внимания интереса одного из супругов, в частности, в случаях, если другой супруг не получал доходов по неуважительным причинам или совершал недобросовестные действия, которые привели к уменьшению общего имущества супругов, в том числе совершал без необходимого в силу пункта 3 статьи 35 настоящего Кодекса согласия другого супруга на невыгодных условиях такие сделки по отчуждению общего имущества супругов, к которым судом не были применены последствия их недействительности по требованию другого супруга.
(ред. от 23.11.2024, с изм. от 30.10.2025)
(с изм. и доп., вступ. в силу с 05.02.2025)2. Суд вправе отступить от начала равенства долей супругов в их общем имуществе исходя из интересов несовершеннолетних детей и (или) исходя из заслуживающего внимания интереса одного из супругов, в частности, в случаях, если другой супруг не получал доходов по неуважительным причинам или совершал недобросовестные действия, которые привели к уменьшению общего имущества супругов, в том числе совершал без необходимого в силу пункта 3 статьи 35 настоящего Кодекса согласия другого супруга на невыгодных условиях такие сделки по отчуждению общего имущества супругов, к которым судом не были применены последствия их недействительности по требованию другого супруга.
"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2019)"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.11.2019)14. Наличие общего несовершеннолетнего ребенка не является безусловным основанием для отступления от начала равенства долей при разделе имущества бывших супругов.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.11.2019)14. Наличие общего несовершеннолетнего ребенка не является безусловным основанием для отступления от начала равенства долей при разделе имущества бывших супругов.
Статья: Гражданский закон: возможности и ограничения как "законодателя мод" для семейного права
(Тарусина Н.Н.)
("Семейное и жилищное право", 2025, N 4)Принципиальное же различие вполне очевидно и заключается в том, что аналогия права и закона включается при наличии пробела в законодательстве, а субсидиарное применение нормы другой отраслевой принадлежности обусловлено иными причинами, в частности соображениями законодателя о разумной экономии нормативного материала, оптимизации законотворчества и законодательства. При этом сложность дифференциации заполнения пробела и конкретизации "недоговоренности" закона, четкого их отграничения предпосылает не только теоретические, но и прикладные трудности распознавания обсуждаемых технологий, поскольку в последнем случае в правоприменительном акте необходимо их квалифицировать со ссылкой не только на норму, обеспечивающую регуляторное "вспомоществование", но и на общие начала соответствующего закона. Ярким примером подобной необходимости служат два автономных предписания из общей части Семейного кодекса РФ (далее - СК РФ): норма ст. 4 СК РФ допускает субсидиарное применение гражданского закона, а ст. 5 - применение его же по аналогии. Подобная автономия технологий, наряду с теоретическими соображениями, является дополнительным аргументом в споре о том, что субсидиарное применение закона не следует рассматривать в качестве межотраслевой аналогии. При этом мы отдаем себе отчет в том, что ссылки на действующий закон не являются необходимым и достаточным аргументом в споре как теоретического, так и прикладного характера: для доктрины они имеют факультативное значение, для практики - существенно более весомое, подкрепленное, однако, профессиональным толкованием. Следует заметить, что означенные технологии в богатстве своего сходства и различия относятся к системе форм и способов "пользовательского" и правоприменительного усмотрения <2>, ключевой предпосылкой которого являются нормы с относительно определенным содержанием, а среди них - прежде всего ситуационные <3>. Именно последние доминируют в семейно-правовой сфере, предопределяют картину административного и судейского усмотрения при разрешении дел с семейным элементом. Это обусловлено яркой спецификой предмета семейно-правового (и смежного) регулирования и соответствующей методологией правового на него воздействия: личным характером социальной связи субъектов, вполне видимой конкуренцией частных и публичных интересов, активным присутствием этических компонентов и др. Именно поэтому применение норм по аналогии и субсидиарно (прежде всего гражданско-правовых) неизбежно изобилует объективными и субъективными прочтениями и ограничениями. Так, общие цивилистические положения о добросовестности могут проявлять себя в нетипичных конструкциях супружеской верности, надлежащего воспитания детей, заботы о ближних. Факт недобросовестности способен "перевернуть пирамиду" классических правовых последствий недействительности брака (из-под "удара" выводятся дети и добросовестный супруг). Принцип равенства субъектов правоотношений цивилистического типа ослабляется либо в пользу женщины (ситуация с запретом развода по инициативе мужа - ст. 31 СК РФ), либо в пользу ребенка (статус "детских вещей", отступление от равенства долей в общесупружеском имуществе с учетом жизненно важных интересов детей - ч. 2 ст. 39 СК РФ). И так далее.
(Тарусина Н.Н.)
("Семейное и жилищное право", 2025, N 4)Принципиальное же различие вполне очевидно и заключается в том, что аналогия права и закона включается при наличии пробела в законодательстве, а субсидиарное применение нормы другой отраслевой принадлежности обусловлено иными причинами, в частности соображениями законодателя о разумной экономии нормативного материала, оптимизации законотворчества и законодательства. При этом сложность дифференциации заполнения пробела и конкретизации "недоговоренности" закона, четкого их отграничения предпосылает не только теоретические, но и прикладные трудности распознавания обсуждаемых технологий, поскольку в последнем случае в правоприменительном акте необходимо их квалифицировать со ссылкой не только на норму, обеспечивающую регуляторное "вспомоществование", но и на общие начала соответствующего закона. Ярким примером подобной необходимости служат два автономных предписания из общей части Семейного кодекса РФ (далее - СК РФ): норма ст. 4 СК РФ допускает субсидиарное применение гражданского закона, а ст. 5 - применение его же по аналогии. Подобная автономия технологий, наряду с теоретическими соображениями, является дополнительным аргументом в споре о том, что субсидиарное применение закона не следует рассматривать в качестве межотраслевой аналогии. При этом мы отдаем себе отчет в том, что ссылки на действующий закон не являются необходимым и достаточным аргументом в споре как теоретического, так и прикладного характера: для доктрины они имеют факультативное значение, для практики - существенно более весомое, подкрепленное, однако, профессиональным толкованием. Следует заметить, что означенные технологии в богатстве своего сходства и различия относятся к системе форм и способов "пользовательского" и правоприменительного усмотрения <2>, ключевой предпосылкой которого являются нормы с относительно определенным содержанием, а среди них - прежде всего ситуационные <3>. Именно последние доминируют в семейно-правовой сфере, предопределяют картину административного и судейского усмотрения при разрешении дел с семейным элементом. Это обусловлено яркой спецификой предмета семейно-правового (и смежного) регулирования и соответствующей методологией правового на него воздействия: личным характером социальной связи субъектов, вполне видимой конкуренцией частных и публичных интересов, активным присутствием этических компонентов и др. Именно поэтому применение норм по аналогии и субсидиарно (прежде всего гражданско-правовых) неизбежно изобилует объективными и субъективными прочтениями и ограничениями. Так, общие цивилистические положения о добросовестности могут проявлять себя в нетипичных конструкциях супружеской верности, надлежащего воспитания детей, заботы о ближних. Факт недобросовестности способен "перевернуть пирамиду" классических правовых последствий недействительности брака (из-под "удара" выводятся дети и добросовестный супруг). Принцип равенства субъектов правоотношений цивилистического типа ослабляется либо в пользу женщины (ситуация с запретом развода по инициативе мужа - ст. 31 СК РФ), либо в пользу ребенка (статус "детских вещей", отступление от равенства долей в общесупружеском имуществе с учетом жизненно важных интересов детей - ч. 2 ст. 39 СК РФ). И так далее.
Статья: Ответственность наследников по долгам наследодателя: проблемы и возможные пути их решения
(Барщевский М.Ю., Пухова М.М.)
("Наследственное право", 2025, N 1)Помимо этого, есть вероятность, что впоследствии между наследниками будет заключено соглашение о разделе наследственного имущества, предусматривающее, к примеру, раздел наследственного имущества с отступлением от равенства долей, пообъектный раздел и так далее.
(Барщевский М.Ю., Пухова М.М.)
("Наследственное право", 2025, N 1)Помимо этого, есть вероятность, что впоследствии между наследниками будет заключено соглашение о разделе наследственного имущества, предусматривающее, к примеру, раздел наследственного имущества с отступлением от равенства долей, пообъектный раздел и так далее.
"Личные и имущественные правоотношения супругов: учебное пособие"
(отв. ред. О.Н. Низамиева)
("Проспект", 2023)Впрочем, сходный механизм защиты имущественных прав супругов уже давно используется в правоприменительной деятельности. Согласно пункту 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака" в случае, когда при рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет установлено, что один из них произвел отчуждение общего имущества или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, либо скрыл имущество, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость. Правда, следует обратить внимание, что речь идет не об отступлении от равенства долей, а об учете имущества или его стоимости в рамках абз. 2 п. 3 ст. 38 СК РФ. При этом речь идет не только об отчуждении имущества, права на которое подлежат государственной регистрации, или совершении сделки, требующей обязательной нотариальной формы или подлежащей обязательной государственной регистрации, но и об отчуждении любого общего имущества по любой сделке, но вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи. Кроме того, не имеет значения, на каких условиях (выгодных или невыгодных) была совершена сделка.
(отв. ред. О.Н. Низамиева)
("Проспект", 2023)Впрочем, сходный механизм защиты имущественных прав супругов уже давно используется в правоприменительной деятельности. Согласно пункту 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака" в случае, когда при рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет установлено, что один из них произвел отчуждение общего имущества или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, либо скрыл имущество, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость. Правда, следует обратить внимание, что речь идет не об отступлении от равенства долей, а об учете имущества или его стоимости в рамках абз. 2 п. 3 ст. 38 СК РФ. При этом речь идет не только об отчуждении имущества, права на которое подлежат государственной регистрации, или совершении сделки, требующей обязательной нотариальной формы или подлежащей обязательной государственной регистрации, но и об отчуждении любого общего имущества по любой сделке, но вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи. Кроме того, не имеет значения, на каких условиях (выгодных или невыгодных) была совершена сделка.
Ситуация: Каков законный режим имущества супругов?
("Электронный журнал "Азбука права", 2025)В некоторых случаях возможно отступление от принципа равенства долей супругов, в частности (п. 3 ст. 35, п. 2 ст. 39 СК РФ; п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 15):
("Электронный журнал "Азбука права", 2025)В некоторых случаях возможно отступление от принципа равенства долей супругов, в частности (п. 3 ст. 35, п. 2 ст. 39 СК РФ; п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 15):
Статья: Особенности подачи регрессного иска
(Иванова С.)
("Юридический справочник руководителя", 2025, N 6)Денежность обязательства, отступления от равенства долей
(Иванова С.)
("Юридический справочник руководителя", 2025, N 6)Денежность обязательства, отступления от равенства долей
Статья: Соглашение о разделе имущества супругов: вопросы формы
(Машовец А.О.)
("Имущественные отношения в Российской Федерации", 2025, N 5)Суд кассационной инстанции признал ошибочными выводы судов о том, что приобретение по договору купли-продажи жилого помещения в общую долевую собственность супругов свидетельствует о заключении между ними соглашения о разделе имущества и изменении режима совместной собственности супругов. Между тем каких-либо доказательств, подтверждающих, что между истцом и ответчиком было достигнуто соглашение о разделе совместно нажитого имущества с отступлением от равенства долей супругов, в материалах дела не имеется. При этом ни договор купли-продажи жилого помещения, ни регистрация права общей долевой собственности на недвижимое имущество таким соглашением о разделе общего имущества супругов не являются. Договор купли-продажи жилого помещения представляет собой сделку, имеющую самостоятельное правовое регулирование, не содержит элементов соглашения о разделе имущества супругов. Мотивов, по которым суды пришли к выводу о том, что договор купли-продажи свидетельствует о заключении соглашения о разделе имущества супругов, судебные постановления не содержат.
(Машовец А.О.)
("Имущественные отношения в Российской Федерации", 2025, N 5)Суд кассационной инстанции признал ошибочными выводы судов о том, что приобретение по договору купли-продажи жилого помещения в общую долевую собственность супругов свидетельствует о заключении между ними соглашения о разделе имущества и изменении режима совместной собственности супругов. Между тем каких-либо доказательств, подтверждающих, что между истцом и ответчиком было достигнуто соглашение о разделе совместно нажитого имущества с отступлением от равенства долей супругов, в материалах дела не имеется. При этом ни договор купли-продажи жилого помещения, ни регистрация права общей долевой собственности на недвижимое имущество таким соглашением о разделе общего имущества супругов не являются. Договор купли-продажи жилого помещения представляет собой сделку, имеющую самостоятельное правовое регулирование, не содержит элементов соглашения о разделе имущества супругов. Мотивов, по которым суды пришли к выводу о том, что договор купли-продажи свидетельствует о заключении соглашения о разделе имущества супругов, судебные постановления не содержат.
Ситуация: Как разделить имущество супругов через суд?
("Электронный журнал "Азбука права", 2025)В то же время наличие общего несовершеннолетнего ребенка не является безусловным основанием для отступления от начала равенства долей при разделе совместно нажитого имущества. При таком отступлении необходимо обосновать, каким образом соблюдаются интересы детей, ради которых оно производится (п. 14 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 3 (2019)).
("Электронный журнал "Азбука права", 2025)В то же время наличие общего несовершеннолетнего ребенка не является безусловным основанием для отступления от начала равенства долей при разделе совместно нажитого имущества. При таком отступлении необходимо обосновать, каким образом соблюдаются интересы детей, ради которых оно производится (п. 14 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 3 (2019)).
Статья: Семейно-правовое основание изменения и расторжения брачного договора
(Ульянова М.В.)
("Семейное и жилищное право", 2025, N 5)<19> Полагаем допустимым привести пример об отступлении от равенства долей при разделе совместно нажитого имущества супругов в интересах ребенка-инвалида. См.: Определение Верховного Суда РФ от 14 января 2020 г. N 18-КГ19-184 // СПС "Гарант".
(Ульянова М.В.)
("Семейное и жилищное право", 2025, N 5)<19> Полагаем допустимым привести пример об отступлении от равенства долей при разделе совместно нажитого имущества супругов в интересах ребенка-инвалида. См.: Определение Верховного Суда РФ от 14 января 2020 г. N 18-КГ19-184 // СПС "Гарант".
Статья: Защита имущественных прав несовершеннолетних при банкротстве их законных представителей: вопросы теории и практики
(Жукова О.В.)
("Вестник гражданского процесса", 2024, N 5)Кроме того, ст. 39 СК РФ необходимо дополнить положением о том, что суд (в том числе при рассмотрении дел о банкротстве) должен отступить от начала равенства долей супругов в их общем имуществе не только исходя из заслуживающего внимания интереса одного из супругов, но и исходя из защиты имущественных интересов несовершеннолетних детей. Отступление от равенства долей может стать одной из гарантий защиты имущественных интересов ребенка с учетом увеличения государственных выплат на детей. Ведь имущество должника могло быть приобретено, например, с использованием средств материнского (семейного) капитала.
(Жукова О.В.)
("Вестник гражданского процесса", 2024, N 5)Кроме того, ст. 39 СК РФ необходимо дополнить положением о том, что суд (в том числе при рассмотрении дел о банкротстве) должен отступить от начала равенства долей супругов в их общем имуществе не только исходя из заслуживающего внимания интереса одного из супругов, но и исходя из защиты имущественных интересов несовершеннолетних детей. Отступление от равенства долей может стать одной из гарантий защиты имущественных интересов ребенка с учетом увеличения государственных выплат на детей. Ведь имущество должника могло быть приобретено, например, с использованием средств материнского (семейного) капитала.
Статья: Сложные дела по разделу имущества
(Васильева О.)
("Жилищное право", 2025, N 8)Анализ Кассационного определения Ростовского областного суда от 2 февраля 2012 года по делу N 33-1279 позволяет выделить ключевые аспекты спора, связанного с разделом совместно нажитого имущества супругов Леоновых, в частности определением стоимости проданного автомобиля и вопросом об отступлении от принципа равенства долей при разделе имущества. Данное дело является сложным ввиду необходимости установления рыночной стоимости спорного имущества на момент рассмотрения дела, оценки доказательств, представленных сторонами, а также применения норм семейного и гражданского права с учетом интересов несовершеннолетних детей. Спор возник между Леоновой Е.А. (истицей) и Леоновым В.В. (ответчиком) в связи с разделом имущества, приобретенного в период брака, включая автомобиль марки Skoda Roomster 2006 года выпуска, который был продан ответчиком без согласия истицы. Истица требовала взыскать компенсацию в размере половины стоимости автомобиля, ссылаясь на его рыночную цену в 330 000 рублей, подтвержденную справкой независимого оценщика. Ответчик, в свою очередь, настаивал на применении стоимости, указанной в договоре купли-продажи (120 000 рублей), заключенном в 2008 году. Кроме того, истица просила отступить от принципа равенства долей при разделе имущества, учитывая интересы несовершеннолетних детей, проживающих с ней. Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 34, 35, 38 Семейного кодекса РФ и статьями 162, 244 Гражданского кодекса РФ, частично удовлетворил требования истицы, взыскав с ответчика 60 000 рублей (половину стоимости автомобиля по договору купли-продажи). В удовлетворении требования об отступлении от равенства долей суд отказал, указав на отсутствие доказательств, подтверждающих необходимость такого отступления.
(Васильева О.)
("Жилищное право", 2025, N 8)Анализ Кассационного определения Ростовского областного суда от 2 февраля 2012 года по делу N 33-1279 позволяет выделить ключевые аспекты спора, связанного с разделом совместно нажитого имущества супругов Леоновых, в частности определением стоимости проданного автомобиля и вопросом об отступлении от принципа равенства долей при разделе имущества. Данное дело является сложным ввиду необходимости установления рыночной стоимости спорного имущества на момент рассмотрения дела, оценки доказательств, представленных сторонами, а также применения норм семейного и гражданского права с учетом интересов несовершеннолетних детей. Спор возник между Леоновой Е.А. (истицей) и Леоновым В.В. (ответчиком) в связи с разделом имущества, приобретенного в период брака, включая автомобиль марки Skoda Roomster 2006 года выпуска, который был продан ответчиком без согласия истицы. Истица требовала взыскать компенсацию в размере половины стоимости автомобиля, ссылаясь на его рыночную цену в 330 000 рублей, подтвержденную справкой независимого оценщика. Ответчик, в свою очередь, настаивал на применении стоимости, указанной в договоре купли-продажи (120 000 рублей), заключенном в 2008 году. Кроме того, истица просила отступить от принципа равенства долей при разделе имущества, учитывая интересы несовершеннолетних детей, проживающих с ней. Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 34, 35, 38 Семейного кодекса РФ и статьями 162, 244 Гражданского кодекса РФ, частично удовлетворил требования истицы, взыскав с ответчика 60 000 рублей (половину стоимости автомобиля по договору купли-продажи). В удовлетворении требования об отступлении от равенства долей суд отказал, указав на отсутствие доказательств, подтверждающих необходимость такого отступления.