Отказ от трансплантации
Подборка наиболее важных документов по запросу Отказ от трансплантации (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: О некоторых недостатках правового регулирования отношений по трансплантации органов и тканей человека
(Карнушин В.Е.)
("Медицинское право", 2023, N 1)В статье обосновывается необходимость переработки действующего законодательства о трансплантации органов и тканей человека. Высказаны идеи о расширении перечня объектов трансплантации и отказа от устаревших ненаучных моральных и религиозных принципов правового регулирования трансплантации.
(Карнушин В.Е.)
("Медицинское право", 2023, N 1)В статье обосновывается необходимость переработки действующего законодательства о трансплантации органов и тканей человека. Высказаны идеи о расширении перечня объектов трансплантации и отказа от устаревших ненаучных моральных и религиозных принципов правового регулирования трансплантации.
Статья: О влиянии регистрационной системы на оборот недвижимости
(Рудоквас А.Д.)
("Вестник гражданского права", 2022, N 1)Таким образом, отсутствие в России ожидаемых благоприятных для оборота последствий заимствования немецкой регистрационной системы явно обусловлено не отказом отечественной цивилистики от трансплантации в российский правопорядок абстрактного вещного договора, а иными причинами. В частности, П. Лиммер видит основу действительной публичной достоверности немецкого реестра прав на недвижимость прежде всего в обязательном нотариальном удостоверении сделок с недвижимостью, что и позволяет возложить на регистратора лишь функции формального контроля представленных для регистрации правоустанавливающих документов без оценки правомерности их содержания <30>. Между тем в отечественном праве такое удостоверение является не общим правилом, а лишь исключением из него, несмотря на то, что такого рода исключения по действующему законодательству весьма многочисленны.
(Рудоквас А.Д.)
("Вестник гражданского права", 2022, N 1)Таким образом, отсутствие в России ожидаемых благоприятных для оборота последствий заимствования немецкой регистрационной системы явно обусловлено не отказом отечественной цивилистики от трансплантации в российский правопорядок абстрактного вещного договора, а иными причинами. В частности, П. Лиммер видит основу действительной публичной достоверности немецкого реестра прав на недвижимость прежде всего в обязательном нотариальном удостоверении сделок с недвижимостью, что и позволяет возложить на регистратора лишь функции формального контроля представленных для регистрации правоустанавливающих документов без оценки правомерности их содержания <30>. Между тем в отечественном праве такое удостоверение является не общим правилом, а лишь исключением из него, несмотря на то, что такого рода исключения по действующему законодательству весьма многочисленны.
Нормативные акты
"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2025)"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 08.10.2025)В пункте 2.2.1.1 Условий страхования указано, что страховыми случаями не являются и страховая выплата не производится в случае, если лица находятся в группе риска по развитию тяжелых форм заболевания коронавирусной инфекцией COVID-19 и имеют один или несколько следующих диагнозов при положительном тесте на коронавирусную инфекцию COVID-19: ожирение, диабет 1 и 2 типа, гипертоническая болезнь 2 степени и выше, бронхиальная астма, онкологические/аутоиммунные заболевания, лица, перенесшие трансплантацию органов, аорто-коронарное шунтирование, лица, имеющие врожденные или генетические заболевания, лица, имеющие хронические заболевания, осложненные хронической легочной, и/или сердечно-сосудистой, и/или почечной, и/или печеночной недостаточностью (подпункт 3).
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 08.10.2025)В пункте 2.2.1.1 Условий страхования указано, что страховыми случаями не являются и страховая выплата не производится в случае, если лица находятся в группе риска по развитию тяжелых форм заболевания коронавирусной инфекцией COVID-19 и имеют один или несколько следующих диагнозов при положительном тесте на коронавирусную инфекцию COVID-19: ожирение, диабет 1 и 2 типа, гипертоническая болезнь 2 степени и выше, бронхиальная астма, онкологические/аутоиммунные заболевания, лица, перенесшие трансплантацию органов, аорто-коронарное шунтирование, лица, имеющие врожденные или генетические заболевания, лица, имеющие хронические заболевания, осложненные хронической легочной, и/или сердечно-сосудистой, и/или почечной, и/или печеночной недостаточностью (подпункт 3).
Статья: Опровержение презумпции материнства в случае медицинской ошибки при применении ЭКО
(Барщевский М.Ю., Козлова Е.Б., Родионова О.М.)
("Юрист", 2025, N 2)Кроме того, очевидно, что в том случае, если у ребенка, рожденного генетически чужой ему женщиной, появятся наследственные заболевания, лечение которых невозможно без трансплантации органов, совпадающих по генотипу (например, костного мозга), то он будет лишен права на жизнь, ведь воспитывающие его лица не являются теми, кто может быть донорами.
(Барщевский М.Ю., Козлова Е.Б., Родионова О.М.)
("Юрист", 2025, N 2)Кроме того, очевидно, что в том случае, если у ребенка, рожденного генетически чужой ему женщиной, появятся наследственные заболевания, лечение которых невозможно без трансплантации органов, совпадающих по генотипу (например, костного мозга), то он будет лишен права на жизнь, ведь воспитывающие его лица не являются теми, кто может быть донорами.
Статья: Регулирование редактирования генома: мнимый цугцванг
(Макарова Ю.И.)
("Конституционное и муниципальное право", 2025, N 12)<10> Россия не участвует в данном международном договоре, однако в одном из определений Конституционный Суд РФ отметил, что неприсоединение к Конвенции Овьедо не исключает возможности учета и использования ее положений при формировании отечественного законодательства в соответствующей области общественных отношений. См.: Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2016 г. N 224-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Бирюковой Татьяны Михайловны, Саблиной Елены Владимировны и Саблиной Нэлли Степановны на нарушение их конституционных прав статьей 8 Закона Российской Федерации "О трансплантации органов и (или) тканей человека" // СПС "КонсультантПлюс".
(Макарова Ю.И.)
("Конституционное и муниципальное право", 2025, N 12)<10> Россия не участвует в данном международном договоре, однако в одном из определений Конституционный Суд РФ отметил, что неприсоединение к Конвенции Овьедо не исключает возможности учета и использования ее положений при формировании отечественного законодательства в соответствующей области общественных отношений. См.: Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2016 г. N 224-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Бирюковой Татьяны Михайловны, Саблиной Елены Владимировны и Саблиной Нэлли Степановны на нарушение их конституционных прав статьей 8 Закона Российской Федерации "О трансплантации органов и (или) тканей человека" // СПС "КонсультантПлюс".
Статья: К вопросу о возможности предоставления правовой охраны способу модификации генетической целостности клеток зародышевой линии человека: аналитический обзор судебного дела N СИП-960/2019
(Домовская Е.В.)
("Российский судья", 2021, N 6)Несмотря на то что указанные международные акты не являются источниками российского законодательства и имеют для государств рекомендательный характер, Суд по интеллектуальным правам пришел к выводу, что содержащиеся в них этические принципы необходимо учитывать не только на законодательном уровне, но и в судебной практике в процессе разрешения возникающих споров (как отметил суд, аналогичный подход отражен в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 10.02.2016 N 224-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Бирюковой Татьяны Михайловны, Саблиной Елены Владимировны и Саблиной Нэлли Степановны на нарушение их конституционных прав статьей 8 Закона Российской Федерации "О трансплантации органов и (или) тканей человека").
(Домовская Е.В.)
("Российский судья", 2021, N 6)Несмотря на то что указанные международные акты не являются источниками российского законодательства и имеют для государств рекомендательный характер, Суд по интеллектуальным правам пришел к выводу, что содержащиеся в них этические принципы необходимо учитывать не только на законодательном уровне, но и в судебной практике в процессе разрешения возникающих споров (как отметил суд, аналогичный подход отражен в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 10.02.2016 N 224-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Бирюковой Татьяны Михайловны, Саблиной Елены Владимировны и Саблиной Нэлли Степановны на нарушение их конституционных прав статьей 8 Закона Российской Федерации "О трансплантации органов и (или) тканей человека").
Статья: Презумпция согласия на трансплантацию органов и тканей человека: конституционно-правовой аспект
(Тресков А.П.)
("Государственная власть и местное самоуправление", 2025, N 7)2. Альтернативная система предполагаемого согласия - так называемый "отказ (или заключение договора)" - позволяет изъятие материала из тела умершего человека для трансплантации, если только человек не выразил свое несогласие до смерти, т.е. так называемое "opting (or contracting) out" <2>.
(Тресков А.П.)
("Государственная власть и местное самоуправление", 2025, N 7)2. Альтернативная система предполагаемого согласия - так называемый "отказ (или заключение договора)" - позволяет изъятие материала из тела умершего человека для трансплантации, если только человек не выразил свое несогласие до смерти, т.е. так называемое "opting (or contracting) out" <2>.
"Комментарий к Федеральному закону от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"
(Жеребцов А.Н., Пешкова (Белогорцева) Х.В., Аверина К.Н., Агибалова Е.Н., Ведышева Н.О., Воронцова Е.В., Данилов П.С., Менкенов А.В., Пучкова В.В., Ротко С.В., Самойлова Ю.Б., Сенокосова Е.К., Чернусь Н.Ю., Беляев М.А., Загорских С.А., Котухов С.А., Тимошенко Д.А.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2022)Считается, что любой гражданин становится по умолчанию донором, если не выразит свою волю об отказе трансплантации органов и тканей при жизни. Это подтверждается ч. 10 комментируемой статьи, согласно которой трансплантация органов у трупа не допускается, если медицинская организация в момент изъятия органов поставлена в известность о том, что лицо еще при жизни выразил свое несогласие на изъятие органов и тканей после его смерти для трансплантации. Следовательно, действует презумпция согласия на изъятие органов и тканей.
(Жеребцов А.Н., Пешкова (Белогорцева) Х.В., Аверина К.Н., Агибалова Е.Н., Ведышева Н.О., Воронцова Е.В., Данилов П.С., Менкенов А.В., Пучкова В.В., Ротко С.В., Самойлова Ю.Б., Сенокосова Е.К., Чернусь Н.Ю., Беляев М.А., Загорских С.А., Котухов С.А., Тимошенко Д.А.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2022)Считается, что любой гражданин становится по умолчанию донором, если не выразит свою волю об отказе трансплантации органов и тканей при жизни. Это подтверждается ч. 10 комментируемой статьи, согласно которой трансплантация органов у трупа не допускается, если медицинская организация в момент изъятия органов поставлена в известность о том, что лицо еще при жизни выразил свое несогласие на изъятие органов и тканей после его смерти для трансплантации. Следовательно, действует презумпция согласия на изъятие органов и тканей.
Статья: Международно-правовые основы трансплантации и донорства (сообщение 1)
(Мамедов В.Г. оглы, Мамедова Л.Э. гызы, Джафарова Л.А. гызы, Дадашев С.Г. оглы)
("Медицинское право", 2021, N 6)Специальный документ - Резолюция по вопросам поведения врачей при осуществлении трансплантации человеческих органов, принятая ВМА (Стокгольм, Швеция) в 1994 г., - стал ответом на получившее к тому времени широкое распространение случаев участия врачей в операциях по пересадке органов и тканей, полученных от заключенных, приговоренных к смертной казни, лиц, страдающих физическими или психическими недостатками, похищенных детей и других лиц, не имеющих возможности отказаться от такой операции <12>.
(Мамедов В.Г. оглы, Мамедова Л.Э. гызы, Джафарова Л.А. гызы, Дадашев С.Г. оглы)
("Медицинское право", 2021, N 6)Специальный документ - Резолюция по вопросам поведения врачей при осуществлении трансплантации человеческих органов, принятая ВМА (Стокгольм, Швеция) в 1994 г., - стал ответом на получившее к тому времени широкое распространение случаев участия врачей в операциях по пересадке органов и тканей, полученных от заключенных, приговоренных к смертной казни, лиц, страдающих физическими или психическими недостатками, похищенных детей и других лиц, не имеющих возможности отказаться от такой операции <12>.
"Уголовно-правовая охрана человека от посягательств на его анатомические и физиологические свойства: Монография"
(Чукреев В.А.)
("Прометей", 2022)Важным представляется Определение Конституционного Суда РФ от 10 февраля 2016 года N 224-О "Об отказе в принятии в рассмотрение жалобы граждан Бирюковой Татьяны Михайловны, Саблиной Елены Владимировны и Саблиной Нэлли Степановны на нарушение их конституционных прав статьей 8 Закона Российской Федерации "О трансплантации органов и (или) тканей человека" <267>, в котором приводятся следующие аргументы в пользу обеспечения посредством законодательной модели "презумпции согласия" справедливого баланса интересов донора и реципиента (на наш взгляд, с учетом приоритета последних): во-первых, признание негуманным спрашивать родственников одновременно с сообщением о смерти близкого человека или непосредственно перед операцией об изъятии органов и (или) тканей; во-вторых, невозможность выяснения воли данных лиц после смерти человека в сроки, обеспечивающие сохранность трансплантата; в-третьих, наличие опубликованного акта, устанавливающего анализируемую презумпцию; в-четвертых, соответствие российского законодательства общепризнанным принципам и нормам международного права; в-пятых, необходимость достижения цели развития в стране донорства и трансплантации с использованием такого регулирования, которое способствовало бы увеличению пригодных для трансплантации органов и тканей и спасению жизни как можно большего числа нуждающихся лиц <268>.
(Чукреев В.А.)
("Прометей", 2022)Важным представляется Определение Конституционного Суда РФ от 10 февраля 2016 года N 224-О "Об отказе в принятии в рассмотрение жалобы граждан Бирюковой Татьяны Михайловны, Саблиной Елены Владимировны и Саблиной Нэлли Степановны на нарушение их конституционных прав статьей 8 Закона Российской Федерации "О трансплантации органов и (или) тканей человека" <267>, в котором приводятся следующие аргументы в пользу обеспечения посредством законодательной модели "презумпции согласия" справедливого баланса интересов донора и реципиента (на наш взгляд, с учетом приоритета последних): во-первых, признание негуманным спрашивать родственников одновременно с сообщением о смерти близкого человека или непосредственно перед операцией об изъятии органов и (или) тканей; во-вторых, невозможность выяснения воли данных лиц после смерти человека в сроки, обеспечивающие сохранность трансплантата; в-третьих, наличие опубликованного акта, устанавливающего анализируемую презумпцию; в-четвертых, соответствие российского законодательства общепризнанным принципам и нормам международного права; в-пятых, необходимость достижения цели развития в стране донорства и трансплантации с использованием такого регулирования, которое способствовало бы увеличению пригодных для трансплантации органов и тканей и спасению жизни как можно большего числа нуждающихся лиц <268>.
Статья: Постмортемные интересы: правовые основы и виды
(Саркисян В.В.)
("Наследственное право", 2024, N 4)<18> См., напр.: Определение Конституционного Суда РФ от 10 февраля 2016 г. N 224-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Бирюковой Т.М., Саблиной Е.В. и Саблиной Н.С. на нарушение их конституционных прав статьей 8 Закона Российской Федерации "О трансплантации органов и (или) тканей человека" // Сайт Конституционного Суда РФ. URL: http://www.ksrf.ru.
(Саркисян В.В.)
("Наследственное право", 2024, N 4)<18> См., напр.: Определение Конституционного Суда РФ от 10 февраля 2016 г. N 224-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Бирюковой Т.М., Саблиной Е.В. и Саблиной Н.С. на нарушение их конституционных прав статьей 8 Закона Российской Федерации "О трансплантации органов и (или) тканей человека" // Сайт Конституционного Суда РФ. URL: http://www.ksrf.ru.
Статья: Право быть человеком - фундаментальное право и конституционный нарратив в системе личных прав и свобод в парадигме гуманизма
(Умнова-Конюхова И.А.)
("Конституционное и муниципальное право", 2021, N 11)- право на здоровье и здоровый образ жизни, в том числе права на выбор способа лечения и возможность отказа от лечения как такового, на благоприятную окружающую среду, на защиту от генно-модифицированных продуктов и др.;
(Умнова-Конюхова И.А.)
("Конституционное и муниципальное право", 2021, N 11)- право на здоровье и здоровый образ жизни, в том числе права на выбор способа лечения и возможность отказа от лечения как такового, на благоприятную окружающую среду, на защиту от генно-модифицированных продуктов и др.;
Статья: Законность и безопасность гражданско-правовых обязательств в сфере трансплантации органов человека
(Шапиро И.М., Попова Л.В.)
("Безопасность бизнеса", 2025, N 1)Одни ученые-правоведы характеризуют отношения как гражданско-правовые, другие настаивают на их административно-правовом характере. Вместе с тем представляется важным разграничение основных правоотношений и отношений, выполняющих вспомогательную функцию. В основе трансплантации органов и тканей человека лежат правоотношения, возникающие по поводу оказания медицинской помощи пациенту медицинским учреждением. Все остальные правоотношения строятся вокруг него, сопровождают процесс его реализации и обеспечивают качественную и своевременную медицинскую помощь нуждающемуся лицу - пациенту. Более того, такие отношения по своему характеру не однородны, поскольку решают одновременно несколько различных задач. С одной стороны, они реализуют административные функции по обеспечению взаимодействия и координации деятельности медицинских структур в сфере трансплантации, с другой стороны, обеспечивают соблюдение частноправовых интересов донора и реципиента. Отношения между пациентом и медицинским учреждением носят притязательный характер, они основаны на волевых действиях пациента, направлены к медицинскому учреждению в установленном гражданским законодательством порядке <2>. В свою очередь, пациент, находящийся в медицинском учреждении, берет на себя обязательство выполнять требования и рекомендации по соблюдению правил пребывания в нем по своей инициативе, поскольку в любой момент может отказаться от его услуг, за исключением случая невозможности принятия решения самостоятельно по состоянию здоровья. В этом случае помещение такого пациента в медицинское учреждение осуществляется только на основании решения лечащего врача или комиссионного медицинского заключения. Административная функция медицинского учреждения по отношению к пациенту может быть реализована только в случаях, установленных в законодательстве. Следовательно, гражданско-правовые способы обеспечения лечения (в том числе с использованием трансплантации) пациента, с точки зрения законодателя, являются более приоритетными по сравнению с властными, административно-правовыми методами.
(Шапиро И.М., Попова Л.В.)
("Безопасность бизнеса", 2025, N 1)Одни ученые-правоведы характеризуют отношения как гражданско-правовые, другие настаивают на их административно-правовом характере. Вместе с тем представляется важным разграничение основных правоотношений и отношений, выполняющих вспомогательную функцию. В основе трансплантации органов и тканей человека лежат правоотношения, возникающие по поводу оказания медицинской помощи пациенту медицинским учреждением. Все остальные правоотношения строятся вокруг него, сопровождают процесс его реализации и обеспечивают качественную и своевременную медицинскую помощь нуждающемуся лицу - пациенту. Более того, такие отношения по своему характеру не однородны, поскольку решают одновременно несколько различных задач. С одной стороны, они реализуют административные функции по обеспечению взаимодействия и координации деятельности медицинских структур в сфере трансплантации, с другой стороны, обеспечивают соблюдение частноправовых интересов донора и реципиента. Отношения между пациентом и медицинским учреждением носят притязательный характер, они основаны на волевых действиях пациента, направлены к медицинскому учреждению в установленном гражданским законодательством порядке <2>. В свою очередь, пациент, находящийся в медицинском учреждении, берет на себя обязательство выполнять требования и рекомендации по соблюдению правил пребывания в нем по своей инициативе, поскольку в любой момент может отказаться от его услуг, за исключением случая невозможности принятия решения самостоятельно по состоянию здоровья. В этом случае помещение такого пациента в медицинское учреждение осуществляется только на основании решения лечащего врача или комиссионного медицинского заключения. Административная функция медицинского учреждения по отношению к пациенту может быть реализована только в случаях, установленных в законодательстве. Следовательно, гражданско-правовые способы обеспечения лечения (в том числе с использованием трансплантации) пациента, с точки зрения законодателя, являются более приоритетными по сравнению с властными, административно-правовыми методами.