Новация будущего обязательства
Подборка наиболее важных документов по запросу Новация будущего обязательства (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Международно-правовая охрана биологического разнообразия: реалии и перспективы
(Редникова Т.В.)
("Международное право и международные организации", 2025, N 4)Современное международное законодательство в области охраны биоразнообразия основывается на ратифицированном 196 странами всеобъемлющем договоре - Конвенции о биологическом разнообразии (Рио-де-Жанейро, 1992 г.) Российская Федерация ратифицировала Конвенцию в 1995 г. (Федеральный закон от 17 февраля 1995 г. N 16-ФЗ "О ратификации Конвенции о биологическом разнообразии" // СЗ РФ. 2005. N 8. Ст. 601). Конвенция является юридически обязывающим договором, который установил новые принципы сохранения и использования биологического разнообразия планеты. Документ основан на трех равнозначных и взаимосвязанных целях. Во-первых, в соответствии с его положениями стороны принимают на себя обязательства по сохранению разнообразия экосистем, видов и генетических ресурсов in-situ - в естественной среде, в том числе и на особо охраняемых территориях, и ex-situ - вне естественной среды, например ботанических садах и банках семян [5]. Во-вторых, это обязательства сторон по устойчивому использованию компонентов биологического разнообразия, которое в долгосрочной перспективе не приведет к сокращению биоразнообразия, тем самым сохраняя его потенциал для удовлетворения потребностей нынешнего и будущих поколений. В-третьих, ключевой новацией данного международного соглашения стало обязательство сторон по справедливому и равноправному распределению выгод, связанных с использованием генетических ресурсов [6]. На практике это означает, что выгоды (финансовые, научные и технологические), получаемые кем-либо из субъектов от использования генетических ресурсов, например растений для создания фармацевтических препаратов, должны быть разделены на справедливой и равной основе со страной - поставщиком таких ресурсов [7].
(Редникова Т.В.)
("Международное право и международные организации", 2025, N 4)Современное международное законодательство в области охраны биоразнообразия основывается на ратифицированном 196 странами всеобъемлющем договоре - Конвенции о биологическом разнообразии (Рио-де-Жанейро, 1992 г.) Российская Федерация ратифицировала Конвенцию в 1995 г. (Федеральный закон от 17 февраля 1995 г. N 16-ФЗ "О ратификации Конвенции о биологическом разнообразии" // СЗ РФ. 2005. N 8. Ст. 601). Конвенция является юридически обязывающим договором, который установил новые принципы сохранения и использования биологического разнообразия планеты. Документ основан на трех равнозначных и взаимосвязанных целях. Во-первых, в соответствии с его положениями стороны принимают на себя обязательства по сохранению разнообразия экосистем, видов и генетических ресурсов in-situ - в естественной среде, в том числе и на особо охраняемых территориях, и ex-situ - вне естественной среды, например ботанических садах и банках семян [5]. Во-вторых, это обязательства сторон по устойчивому использованию компонентов биологического разнообразия, которое в долгосрочной перспективе не приведет к сокращению биоразнообразия, тем самым сохраняя его потенциал для удовлетворения потребностей нынешнего и будущих поколений. В-третьих, ключевой новацией данного международного соглашения стало обязательство сторон по справедливому и равноправному распределению выгод, связанных с использованием генетических ресурсов [6]. На практике это означает, что выгоды (финансовые, научные и технологические), получаемые кем-либо из субъектов от использования генетических ресурсов, например растений для создания фармацевтических препаратов, должны быть разделены на справедливой и равной основе со страной - поставщиком таких ресурсов [7].
Статья: Практика рассмотрения дел о прекращении обязательств новацией
(Харина Д.П.)
("Арбитражные споры", 2023, N 2)4.1. Некоторые участники гражданских правоотношений ошибочно полагают, что соглашение о расторжении договора является новацией обязательства, вследствие чего считают необоснованными требования кредитора о погашении основного долга и уплате санкций за ненадлежащее исполнение. Однако следует учитывать, что по общему правилу расторжение договора влечет прекращение обязательств на будущее время и не лишает кредитора права требовать с должника образовавшиеся до момента расторжения договора суммы основного долга и имущественных санкций в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением договора (пункт 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 21.12.2005 N 104 "Обзор практики применения арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о некоторых основаниях прекращения обязательств"). Расторжение договора, таким образом, не освобождает должника, принявшего исполнение кредитора, от исполнения его обязательств и компенсации неустойки за просрочку исполнения, которая будет начисляться вплоть до фактического погашения долга. Следовательно, соглашение о расторжении договора не влечет новационный эффект при отсутствии намерения обновить обязательство путем указания в нем на необходимость исполнить должником новое обязательство взамен старого <43>. Аналогичные правила распространяются и на случай, если в соглашении о расторжении договора указаны последствия такого расторжения и не содержится волеизъявления сторон на замену обязательства новым. При таких обстоятельствах неправомерны действия должника, исполнившего свои обязанности, предусмотренные в соглашении о расторжении, и отказывающегося оплатить неустойку, установленную договором за ненадлежащее исполнение, со ссылкой на новационный эффект расторжения договора <44>.
(Харина Д.П.)
("Арбитражные споры", 2023, N 2)4.1. Некоторые участники гражданских правоотношений ошибочно полагают, что соглашение о расторжении договора является новацией обязательства, вследствие чего считают необоснованными требования кредитора о погашении основного долга и уплате санкций за ненадлежащее исполнение. Однако следует учитывать, что по общему правилу расторжение договора влечет прекращение обязательств на будущее время и не лишает кредитора права требовать с должника образовавшиеся до момента расторжения договора суммы основного долга и имущественных санкций в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением договора (пункт 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 21.12.2005 N 104 "Обзор практики применения арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о некоторых основаниях прекращения обязательств"). Расторжение договора, таким образом, не освобождает должника, принявшего исполнение кредитора, от исполнения его обязательств и компенсации неустойки за просрочку исполнения, которая будет начисляться вплоть до фактического погашения долга. Следовательно, соглашение о расторжении договора не влечет новационный эффект при отсутствии намерения обновить обязательство путем указания в нем на необходимость исполнить должником новое обязательство взамен старого <43>. Аналогичные правила распространяются и на случай, если в соглашении о расторжении договора указаны последствия такого расторжения и не содержится волеизъявления сторон на замену обязательства новым. При таких обстоятельствах неправомерны действия должника, исполнившего свои обязанности, предусмотренные в соглашении о расторжении, и отказывающегося оплатить неустойку, установленную договором за ненадлежащее исполнение, со ссылкой на новационный эффект расторжения договора <44>.
Нормативные акты
Федеральный закон от 10.12.2003 N 173-ФЗ
(ред. от 28.12.2024)
"О валютном регулировании и валютном контроле"14) при проведении зачета встречных требований по обязательствам, вытекающим из заключенных между резидентами и нерезидентами внешнеторговых договоров (контрактов), условиями которых предусмотрена передача нерезидентам товаров, или при замене обязательства нерезидента перед резидентом новым обязательством в целях исполнения резидентом обязанности по получению от нерезидента на свои банковские счета в уполномоченных банках иностранной валюты или валюты Российской Федерации, причитающейся в соответствии с условиями указанных договоров (контрактов), в случаях, не предусмотренных настоящей частью и включенных в перечень разрешенных случаев проведения таких зачетов или замены обязательств нерезидентов новыми обязательствами, утвержденный Правительством Российской Федерации по согласованию с Центральным банком Российской Федерации.
(ред. от 28.12.2024)
"О валютном регулировании и валютном контроле"14) при проведении зачета встречных требований по обязательствам, вытекающим из заключенных между резидентами и нерезидентами внешнеторговых договоров (контрактов), условиями которых предусмотрена передача нерезидентам товаров, или при замене обязательства нерезидента перед резидентом новым обязательством в целях исполнения резидентом обязанности по получению от нерезидента на свои банковские счета в уполномоченных банках иностранной валюты или валюты Российской Федерации, причитающейся в соответствии с условиями указанных договоров (контрактов), в случаях, не предусмотренных настоящей частью и включенных в перечень разрешенных случаев проведения таких зачетов или замены обязательств нерезидентов новыми обязательствами, утвержденный Правительством Российской Федерации по согласованию с Центральным банком Российской Федерации.
"Исполнение и прекращение обязательства: комментарий к статьям 307 - 328 и 407 - 419 Гражданского кодекса Российской Федерации"
(отв. ред. А.Г. Карапетов)
("М-Логос", 2022)Запрет новации может вытекать также из существа отношений, на что прямо и указано в п. 1 ст. 414 ГК РФ. В частности, представляется логичным исключать новацию обязательств по возмещению вреда, причиненного жизни или здоровью (как минимум в форме предстоящих периодических выплат содержания в связи с утратой трудоспособности или потерей кормильца), а также алиментных обязательств по выплате содержания на будущее. В прежней редакции ст. 414 ГК РФ недопустимость новации подобных обязательств была прямо установлена, однако в ходе реформы, вступившей в силу 1 июня 2015 г., соответствующую норму из текста исключили. Вместо этого в п. 1 ст. 414 ГК РФ появилось указание на то, что запрет на новацию может вытекать из существа отношений. Как представляется, законодатель в рамках реформы имел цель не разрешить новацию таких требований, а заменить этот конкретный перечень ограничений гибким критерием "существо отношений". Соответствующие обязательства по возмещению вреда жизни и здоровью в форме доставления периодического содержания, а также алиментные обязательства, будучи направлены на обеспечение особо значимых и имеющих значительную личную составляющую интересов граждан, не могут быть новированы таким образом, что это исключит на будущее выплату соответствующего содержания, заменив ее неким другим предоставлением. Исходя из целей законодательного регулирования соответствующих обязательств возможность их прекращения способом иным, нежели исполнение, в том числе посредством новации, исключается (как минимум если речь идет о будущих выплатах). Кроме того, принятие противоположной позиции делает бессмысленным запрет зачета соответствующих требований (ст. 411 ГК РФ), создавая "легальный" способ обхода императивных норм законодательства (было бы достаточно новировать алиментное обязательство в заемное, а затем погасить последнее зачетом встречного однородного требования).
(отв. ред. А.Г. Карапетов)
("М-Логос", 2022)Запрет новации может вытекать также из существа отношений, на что прямо и указано в п. 1 ст. 414 ГК РФ. В частности, представляется логичным исключать новацию обязательств по возмещению вреда, причиненного жизни или здоровью (как минимум в форме предстоящих периодических выплат содержания в связи с утратой трудоспособности или потерей кормильца), а также алиментных обязательств по выплате содержания на будущее. В прежней редакции ст. 414 ГК РФ недопустимость новации подобных обязательств была прямо установлена, однако в ходе реформы, вступившей в силу 1 июня 2015 г., соответствующую норму из текста исключили. Вместо этого в п. 1 ст. 414 ГК РФ появилось указание на то, что запрет на новацию может вытекать из существа отношений. Как представляется, законодатель в рамках реформы имел цель не разрешить новацию таких требований, а заменить этот конкретный перечень ограничений гибким критерием "существо отношений". Соответствующие обязательства по возмещению вреда жизни и здоровью в форме доставления периодического содержания, а также алиментные обязательства, будучи направлены на обеспечение особо значимых и имеющих значительную личную составляющую интересов граждан, не могут быть новированы таким образом, что это исключит на будущее выплату соответствующего содержания, заменив ее неким другим предоставлением. Исходя из целей законодательного регулирования соответствующих обязательств возможность их прекращения способом иным, нежели исполнение, в том числе посредством новации, исключается (как минимум если речь идет о будущих выплатах). Кроме того, принятие противоположной позиции делает бессмысленным запрет зачета соответствующих требований (ст. 411 ГК РФ), создавая "легальный" способ обхода императивных норм законодательства (было бы достаточно новировать алиментное обязательство в заемное, а затем погасить последнее зачетом встречного однородного требования).
Статья: Методические подходы к формированию бухгалтерского баланса: прошлое, настоящее, будущее
(Дружиловская Т.Ю.)
("Международный бухгалтерский учет", 2025, N 2)И, наконец, еще одно новшество ФСБУ 4/2023, соответствующее регламентациям МСФО (IAS) 1, заключается в исключении из состава обязательств показателя доходов будущих периодов. Данное новшество, однако, требует некоторого обсуждения.
(Дружиловская Т.Ю.)
("Международный бухгалтерский учет", 2025, N 2)И, наконец, еще одно новшество ФСБУ 4/2023, соответствующее регламентациям МСФО (IAS) 1, заключается в исключении из состава обязательств показателя доходов будущих периодов. Данное новшество, однако, требует некоторого обсуждения.
Статья: Нотариальное удостоверение медиативных соглашений
(Зылевич С.Ю.)
("Нотариальный вестник", 2022, N 2)Медиативное соглашение может предусматривать замену первоначального обязательства, существовавшего между сторонами, другим обязательством между теми же лицами (новация), если иное не установлено законом или не вытекает из существа медиативного соглашения.
(Зылевич С.Ю.)
("Нотариальный вестник", 2022, N 2)Медиативное соглашение может предусматривать замену первоначального обязательства, существовавшего между сторонами, другим обязательством между теми же лицами (новация), если иное не установлено законом или не вытекает из существа медиативного соглашения.
Статья: Перспективы развития налогового мониторинга в Российской Федерации
(Сафохина Е.А.)
("Финансы", 2024, N 11)Начальник Управления налогового мониторинга ФНС России М.А. Крашенинникова подчеркнула, что рост числа компаний, переходящих на расширенное информационное взаимодействие с налоговыми органами, объясняется пониманием преимуществ этой формы налогового контроля для крупного бизнеса. Это обеспечивает предсказуемость налоговых обязательств, ускоряет закрытие налоговых периодов и сокращает объем необходимых документов. Получение мотивированных мнений также помогает уменьшить налоговые риски и избежать будущих доплат [2].
(Сафохина Е.А.)
("Финансы", 2024, N 11)Начальник Управления налогового мониторинга ФНС России М.А. Крашенинникова подчеркнула, что рост числа компаний, переходящих на расширенное информационное взаимодействие с налоговыми органами, объясняется пониманием преимуществ этой формы налогового контроля для крупного бизнеса. Это обеспечивает предсказуемость налоговых обязательств, ускоряет закрытие налоговых периодов и сокращает объем необходимых документов. Получение мотивированных мнений также помогает уменьшить налоговые риски и избежать будущих доплат [2].
"Частное право в странах бывшего СССР: итоги 30-летия: сборник статей"
(под ред. Л.Ю. Михеевой)
("Статут", 2022)В целях более точного определения порядка возмещения убытков в разрабатываемой новой редакции ГК Республики Узбекистан в ст. 324 Кодекса (ст. 373 новой редакции) вносится следующее дополнение: "Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности, исходя из соразмерности убытков последствиям нарушения обязательства. Размер этих убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела". И далее (ст. 374): "Размер неустойки не может превышать половину суммы неисполненного обязательства".
(под ред. Л.Ю. Михеевой)
("Статут", 2022)В целях более точного определения порядка возмещения убытков в разрабатываемой новой редакции ГК Республики Узбекистан в ст. 324 Кодекса (ст. 373 новой редакции) вносится следующее дополнение: "Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности, исходя из соразмерности убытков последствиям нарушения обязательства. Размер этих убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела". И далее (ст. 374): "Размер неустойки не может превышать половину суммы неисполненного обязательства".
Статья: Обзор правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации по вопросам частного права за февраль 2022 г.
(Автонова Е.Д., Гвоздева С.В., Карапетов А.Г., Сбитнев Ю.В., Трофимов С.В., Фетисова Е.М.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2022, N 4)Если между застройщиком и инвестором в один день заключены предварительный договор инвестирования в строительство и договор займа, заимодавцем по которому выступает инвестор, и при этом (1) сумма займа совпадает с установленной в предварительном договоре стоимостью будущей вещи, (2) срок возврата суммы займа совпадает со сроком заключения основного договора, (3) инвестор передал застройщику по договору займа денежные средства в размере стоимости будущей вещи сразу и в полном объеме до заключения основного договора, (4) стороны согласовали в предварительном договоре замену иных обязательств по другим договорам выполнением обязательства по основному договору долевого участия, то суду необходимо оценить эти обстоятельства на предмет квалификации указанных сделок в качестве договора участия в долевом строительстве.
(Автонова Е.Д., Гвоздева С.В., Карапетов А.Г., Сбитнев Ю.В., Трофимов С.В., Фетисова Е.М.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2022, N 4)Если между застройщиком и инвестором в один день заключены предварительный договор инвестирования в строительство и договор займа, заимодавцем по которому выступает инвестор, и при этом (1) сумма займа совпадает с установленной в предварительном договоре стоимостью будущей вещи, (2) срок возврата суммы займа совпадает со сроком заключения основного договора, (3) инвестор передал застройщику по договору займа денежные средства в размере стоимости будущей вещи сразу и в полном объеме до заключения основного договора, (4) стороны согласовали в предварительном договоре замену иных обязательств по другим договорам выполнением обязательства по основному договору долевого участия, то суду необходимо оценить эти обстоятельства на предмет квалификации указанных сделок в качестве договора участия в долевом строительстве.
"Перемена лиц в обязательстве и ответственность за нарушение обязательства: комментарий к статьям 330 - 333, 380 - 381, 382 - 406.1 Гражданского кодекса Российской Федерации"
(отв. ред. А.Г. Карапетов)
("М-Логос", 2022)То же и с прекращением права требования до перехода в результате зачета (цессионарий может потребовать от цедента перечислить сумму, равную той, которая была погашена путем зачета), предоставления отступного (цессионарий может потребовать от цедента передачи полученного в качестве отступного имущества) или новации (здесь цессионарий может потребовать от цедента уступки нового требования, которое заступило на место прежнего в результате новации, или получения имущества, которое цедент получил от должника по новому обязательству).
(отв. ред. А.Г. Карапетов)
("М-Логос", 2022)То же и с прекращением права требования до перехода в результате зачета (цессионарий может потребовать от цедента перечислить сумму, равную той, которая была погашена путем зачета), предоставления отступного (цессионарий может потребовать от цедента передачи полученного в качестве отступного имущества) или новации (здесь цессионарий может потребовать от цедента уступки нового требования, которое заступило на место прежнего в результате новации, или получения имущества, которое цедент получил от должника по новому обязательству).
Статья: Анализ новых требований к формированию бухгалтерского баланса в ФСБУ 4/2023
(Дружиловская Э.С.)
("Бухгалтерский учет в бюджетных и некоммерческих организациях", 2024, N 9)Из табл. 3 видно, что состав статей обязательств в ФСБУ 4 является более близким к предусмотренному действующим Приказом N 66н по сравнению с планировавшимся в изначальном проекте четвертого Федерального стандарта.
(Дружиловская Э.С.)
("Бухгалтерский учет в бюджетных и некоммерческих организациях", 2024, N 9)Из табл. 3 видно, что состав статей обязательств в ФСБУ 4 является более близким к предусмотренному действующим Приказом N 66н по сравнению с планировавшимся в изначальном проекте четвертого Федерального стандарта.
Статья: Альтернативное обязательство в гражданском праве: немецкий и российский опыт регулирования
(Рафикова С.И.)
("Вестник гражданского права", 2022, N 2)Нетрудно заметить, что этот подход вследствие его строгой догматичности приводит к излишним теоретическим трудностям и разъединяет однородные по своей сути отношения. В частности, согласование сторонами осуществления права замены волеизъявлением выводит их отношение из категории факультативного обязательства, а право замены на стороне кредитора либо отвергается, либо признается правовым явлением, отличным от права замены на стороне должника, хотя во всех этих ситуациях воля сторон сходна и направлена на возможность будущей адаптации исполнения под их изменившиеся интересы. Почему факультативное обязательство нельзя сконструировать так, что осуществление права изменить содержание предоставления, которое повлечет прекращение обязательства, меняет сам предмет обязательства, таким образом прекращая его надлежащим исполнением, а не его заменой? В данном случае снимается вопрос об основаниях требований кредитора, связанных с недостатками переданного, отпадают препятствия для согласования замены предмета обязательства простым волеизъявлением в рамках факультативного обязательства, нет трудностей с признанием права замены у кредитора.
(Рафикова С.И.)
("Вестник гражданского права", 2022, N 2)Нетрудно заметить, что этот подход вследствие его строгой догматичности приводит к излишним теоретическим трудностям и разъединяет однородные по своей сути отношения. В частности, согласование сторонами осуществления права замены волеизъявлением выводит их отношение из категории факультативного обязательства, а право замены на стороне кредитора либо отвергается, либо признается правовым явлением, отличным от права замены на стороне должника, хотя во всех этих ситуациях воля сторон сходна и направлена на возможность будущей адаптации исполнения под их изменившиеся интересы. Почему факультативное обязательство нельзя сконструировать так, что осуществление права изменить содержание предоставления, которое повлечет прекращение обязательства, меняет сам предмет обязательства, таким образом прекращая его надлежащим исполнением, а не его заменой? В данном случае снимается вопрос об основаниях требований кредитора, связанных с недостатками переданного, отпадают препятствия для согласования замены предмета обязательства простым волеизъявлением в рамках факультативного обязательства, нет трудностей с признанием права замены у кредитора.
Статья: Уступка требования в современном гражданском обороте России
(Груздев В.В.)
("Журнал российского права", 2023, N 3)Цессия (cessio) в позднейшем римском праве производит сингулярное преемство в требованиях и не является новацией, поэтому придаточные права также переходят к цессионарию. Такое преемство допускалась в отношении всех требований (условных, срочных, будущих). В области двусторонних обязательств каждая сторона могла уступить свое требование, что, однако, не освобождало ее от собственного долга. Поэтому двустороннего договора как целого нельзя было переводить по cessio <3>.
(Груздев В.В.)
("Журнал российского права", 2023, N 3)Цессия (cessio) в позднейшем римском праве производит сингулярное преемство в требованиях и не является новацией, поэтому придаточные права также переходят к цессионарию. Такое преемство допускалась в отношении всех требований (условных, срочных, будущих). В области двусторонних обязательств каждая сторона могла уступить свое требование, что, однако, не освобождало ее от собственного долга. Поэтому двустороннего договора как целого нельзя было переводить по cessio <3>.