Незатронутая природная территория
Подборка наиболее важных документов по запросу Незатронутая природная территория (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Позиции судов по спорным вопросам. Гражданское право: Регистрация договора аренды земельного участка
(КонсультантПлюс, 2025)По результатам правовой экспертизы предоставленных на государственную регистрацию договоров управление приняло решение о приостановлении такой регистрации... В качестве оснований для приостановления государственной регистрации управление указало, что спорные договоры аренды в пункте 3.3.2 предусматривают право арендатора возводить на земельных участках здания, строения и сооружения, тогда как постановлением Правительства Российской Федерации от 30.08.2001 N 643... установлен запрет на строительство зданий и сооружений (или их частей) на незатронутых природных территориях, включая земли лесного фонда, водоохранные зоны и прибрежные защитные полосы озера Байкал и впадающих в него рек.
(КонсультантПлюс, 2025)По результатам правовой экспертизы предоставленных на государственную регистрацию договоров управление приняло решение о приостановлении такой регистрации... В качестве оснований для приостановления государственной регистрации управление указало, что спорные договоры аренды в пункте 3.3.2 предусматривают право арендатора возводить на земельных участках здания, строения и сооружения, тогда как постановлением Правительства Российской Федерации от 30.08.2001 N 643... установлен запрет на строительство зданий и сооружений (или их частей) на незатронутых природных территориях, включая земли лесного фонда, водоохранные зоны и прибрежные защитные полосы озера Байкал и впадающих в него рек.
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: О праве человека на выбор места жительства на исконной земле, признанной особо охраняемой природной территорией
(Винокуров В.А., Шафигулин К.В.)
("Экологическое право", 2021, N 3)Указанный Федеральный закон определяет правовые основы охраны озера Байкал, включая режим охраны, нормативы предельно допустимых вредных воздействий и другие вопросы государственного регулирования в области охраны озера Байкал, но, к сожалению, не содержит конкретных норм, посвященных проживанию граждан России и иных лиц на исконной территории, которая данным актом определена как Байкальская природная территория. Лишь, как указано в ст. 9 Федерального закона "Об охране озера Байкал", на Байкальской природной территории "определяются территории традиционного природопользования", но в установленном законодательством Российской Федерации порядке. Современное законодательство в этой части представлено пока только Федеральным законом "О территориях традиционного природопользования коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации" <13>, который "регулирует отношения в области образования, охраны и использования территорий традиционного природопользования для ведения на этих территориях традиционного природопользования и традиционного образа жизни лицами, относящимися к малочисленным народам, и общинами малочисленных народов, а также лицами, не относящимися к малочисленным народам, но постоянно проживающими в местах их традиционного проживания и традиционной хозяйственной деятельности, ведущими такие же, как и малочисленные народы, традиционное природопользование и традиционный образ жизни, в порядке, установленном законами субъектов Российской Федерации" (ст. 3), т.е. не затрагивает вопросы проживания на особо охраняемых природных территориях лиц, не относящихся к коренным малочисленным народам, и тех, кто ведет природопользование не так, как коренные малочисленные народы.
(Винокуров В.А., Шафигулин К.В.)
("Экологическое право", 2021, N 3)Указанный Федеральный закон определяет правовые основы охраны озера Байкал, включая режим охраны, нормативы предельно допустимых вредных воздействий и другие вопросы государственного регулирования в области охраны озера Байкал, но, к сожалению, не содержит конкретных норм, посвященных проживанию граждан России и иных лиц на исконной территории, которая данным актом определена как Байкальская природная территория. Лишь, как указано в ст. 9 Федерального закона "Об охране озера Байкал", на Байкальской природной территории "определяются территории традиционного природопользования", но в установленном законодательством Российской Федерации порядке. Современное законодательство в этой части представлено пока только Федеральным законом "О территориях традиционного природопользования коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации" <13>, который "регулирует отношения в области образования, охраны и использования территорий традиционного природопользования для ведения на этих территориях традиционного природопользования и традиционного образа жизни лицами, относящимися к малочисленным народам, и общинами малочисленных народов, а также лицами, не относящимися к малочисленным народам, но постоянно проживающими в местах их традиционного проживания и традиционной хозяйственной деятельности, ведущими такие же, как и малочисленные народы, традиционное природопользование и традиционный образ жизни, в порядке, установленном законами субъектов Российской Федерации" (ст. 3), т.е. не затрагивает вопросы проживания на особо охраняемых природных территориях лиц, не относящихся к коренным малочисленным народам, и тех, кто ведет природопользование не так, как коренные малочисленные народы.
Статья: Миграция граждан как способ обеспечения конституционного права на благоприятную окружающую среду
(Кравцова Е.А.)
("Конституционное и муниципальное право", 2025, N 5)Однако, как уже было указано, существующее нормативное регулирование касается только двух наиболее опасных техногенных катастроф в истории российской государственности. Общих правил, регулирующих экологическую миграцию, основания и способы ее проведения, не существует. Федеральный закон от 21 декабря 1994 г. N 68-ФЗ "О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера" <19> вопросы экологической миграции не затрагивает, хотя и предусматривает обязанность эвакуации населения в случае возникновения чрезвычайных экологических ситуаций (ст. 19).
(Кравцова Е.А.)
("Конституционное и муниципальное право", 2025, N 5)Однако, как уже было указано, существующее нормативное регулирование касается только двух наиболее опасных техногенных катастроф в истории российской государственности. Общих правил, регулирующих экологическую миграцию, основания и способы ее проведения, не существует. Федеральный закон от 21 декабря 1994 г. N 68-ФЗ "О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера" <19> вопросы экологической миграции не затрагивает, хотя и предусматривает обязанность эвакуации населения в случае возникновения чрезвычайных экологических ситуаций (ст. 19).
Нормативные акты
Постановление Конституционного Суда РФ от 01.12.2025 N 42-П
"По делу о проверке конституционности части 23 статьи 26 Федерального закона от 3 августа 2018 года N 342-ФЗ "О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации" в связи с жалобой гражданина Малинова Михаила Алексеевича"Эта корректировка законодательства, призванная, как следует из пояснительной записки к соответствующему законопроекту, преодолеть установленные Конституционным Судом Российской Федерации неоднозначность интерпретации нормативного содержания подпунктов 4 и 5 пункта 1 статьи 57 Земельного кодекса Российской Федерации и отсутствие необходимой ясности в вопросе о правовой природе института возмещения убытков при ограничении прав правообладателей земельных участков, не затронула законоположение, оспариваемое заявителем и примененное судами в его деле в качестве блокирующего ответственность органа публичной власти за принятое им до 4 августа 2018 года (т.е. дня вступления в силу этого законоположения) решение об установлении зоны с особыми условиями использования территорий (ее границ), ограничивающее или препятствующее использованию земельных участков в ее пределах согласно виду их разрешенного использования. Такой подход судов формально мог бы быть оправдан при отнесении статьи 57.1 Земельного кодекса Российской Федерации к нормам-новациям, меняющим прежнее правовое регулирование, а потому распространяющимся на правоотношения, возникшие в период их действия. Однако в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 5 марта 2020 года N 11-П данная статья была квалифицирована как уточняющая положения о возмещении убытков, ранее изложенные в статье 57 того же Кодекса, т.е. как норма, не меняющая прежнего правового регулирования, а лишь упорядочивающая его применение.
"По делу о проверке конституционности части 23 статьи 26 Федерального закона от 3 августа 2018 года N 342-ФЗ "О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации" в связи с жалобой гражданина Малинова Михаила Алексеевича"Эта корректировка законодательства, призванная, как следует из пояснительной записки к соответствующему законопроекту, преодолеть установленные Конституционным Судом Российской Федерации неоднозначность интерпретации нормативного содержания подпунктов 4 и 5 пункта 1 статьи 57 Земельного кодекса Российской Федерации и отсутствие необходимой ясности в вопросе о правовой природе института возмещения убытков при ограничении прав правообладателей земельных участков, не затронула законоположение, оспариваемое заявителем и примененное судами в его деле в качестве блокирующего ответственность органа публичной власти за принятое им до 4 августа 2018 года (т.е. дня вступления в силу этого законоположения) решение об установлении зоны с особыми условиями использования территорий (ее границ), ограничивающее или препятствующее использованию земельных участков в ее пределах согласно виду их разрешенного использования. Такой подход судов формально мог бы быть оправдан при отнесении статьи 57.1 Земельного кодекса Российской Федерации к нормам-новациям, меняющим прежнее правовое регулирование, а потому распространяющимся на правоотношения, возникшие в период их действия. Однако в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 5 марта 2020 года N 11-П данная статья была квалифицирована как уточняющая положения о возмещении убытков, ранее изложенные в статье 57 того же Кодекса, т.е. как норма, не меняющая прежнего правового регулирования, а лишь упорядочивающая его применение.
Постановление Конституционного Суда РФ от 07.06.2000 N 10-П
"По делу о проверке конституционности отдельных положений Конституции Республики Алтай и Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации"Этим не затрагиваются закрепленные в части четвертой статьи 16 Конституции Республики Алтай обязанности Республики Алтай по обеспечению экологической безопасности, рационального природопользования, защиты уникальной территории и ее природно - заповедного фонда.
"По делу о проверке конституционности отдельных положений Конституции Республики Алтай и Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации"Этим не затрагиваются закрепленные в части четвертой статьи 16 Конституции Республики Алтай обязанности Республики Алтай по обеспечению экологической безопасности, рационального природопользования, защиты уникальной территории и ее природно - заповедного фонда.
Статья: Отражение концепции устойчивого развития в нормативно-правовых актах РФ
(Еремин В.В.)
("Закон", 2023, N 11)Одним из ключевых законодательных актов, в которых упоминается устойчивое развитие, является Градостроительный кодекс РФ (далее - ГрК РФ). В п. 3 ст. 1 ГрК РФ вводится термин "устойчивое развитие территорий", означающий обеспечение при осуществлении градостроительной деятельности безопасности и благоприятных условий жизнедеятельности человека, ограничение негативного воздействия хозяйственной и иной деятельности на окружающую среду и охрану и рациональное использование природных ресурсов в интересах настоящего и будущего поколений. Данное определение по своей сути является верным, но сконцентрированным лишь на экологической составляющей устойчивого развития, в результате чего почти не затрагивающим социальную и управленческую составляющую <8>.
(Еремин В.В.)
("Закон", 2023, N 11)Одним из ключевых законодательных актов, в которых упоминается устойчивое развитие, является Градостроительный кодекс РФ (далее - ГрК РФ). В п. 3 ст. 1 ГрК РФ вводится термин "устойчивое развитие территорий", означающий обеспечение при осуществлении градостроительной деятельности безопасности и благоприятных условий жизнедеятельности человека, ограничение негативного воздействия хозяйственной и иной деятельности на окружающую среду и охрану и рациональное использование природных ресурсов в интересах настоящего и будущего поколений. Данное определение по своей сути является верным, но сконцентрированным лишь на экологической составляющей устойчивого развития, в результате чего почти не затрагивающим социальную и управленческую составляющую <8>.
Статья: Компетенция нотариуса при международном наследовании и правовая природа норм статьи 1115 Гражданского кодекса Российской Федерации
(Рассказова Н.Ю.)
("Нотариальный вестник", 2022, N 12)<7> См. по этому поводу: Карандашов И.И. Принятие наследства за рубежом и его правовые последствия на территории России // Закон. 2019. N 8.
(Рассказова Н.Ю.)
("Нотариальный вестник", 2022, N 12)<7> См. по этому поводу: Карандашов И.И. Принятие наследства за рубежом и его правовые последствия на территории России // Закон. 2019. N 8.
Статья: Конституционный Суд Российской Федерации: 30 лет на защите прав граждан. На примерах практики
("Официальный сайт КС РФ", 2022)Конституционный Суд пришел к выводу, что положения Земельного кодекса Российской Федерации, предусматривающие ограничения для иностранных граждан, лиц без гражданства и иностранных юридических лиц в осуществлении права землепользования, имеют цель обеспечить суверенные права Российской Федерации на все ее природные богатства и ресурсы и защитить интересы российской экономики. Что же касается установленных законодателем случаев предоставления земли в частную собственность иностранных граждан, иностранных юридических лиц и лиц без гражданства, то указанным приобретателям передается не часть государственной территории, а лишь земельный участок как объект гражданских прав, что не затрагивает суверенитет Российской Федерации и ее территориальную целостность.
("Официальный сайт КС РФ", 2022)Конституционный Суд пришел к выводу, что положения Земельного кодекса Российской Федерации, предусматривающие ограничения для иностранных граждан, лиц без гражданства и иностранных юридических лиц в осуществлении права землепользования, имеют цель обеспечить суверенные права Российской Федерации на все ее природные богатства и ресурсы и защитить интересы российской экономики. Что же касается установленных законодателем случаев предоставления земли в частную собственность иностранных граждан, иностранных юридических лиц и лиц без гражданства, то указанным приобретателям передается не часть государственной территории, а лишь земельный участок как объект гражданских прав, что не затрагивает суверенитет Российской Федерации и ее территориальную целостность.
Статья: К вопросу о международно-правовых принципах использования космических ресурсов
(Балычевский Д.Н.)
("Международное право и международные организации", 2025, N 3)Современная практика свидетельствует о попытках обхода принципа через наделение частных субъектов правомочиями собственности на извлеченные ресурсы. Национальные законы США, Люксембурга, ОАЭ и Японии устанавливают комплекс правомочий по владению, транспортировке и реализации космических ресурсов, что, по нашему мнению, противоречит императиву неприсвоения и принципу добросовестного исполнения международных обязательств, в том числе принципу добросовестного толкования международных договоров. Указанные государства исходят из разрешительного подхода, согласно которому запрет присвоения охватывает исключительно небесные тела как пространственные образования, не затрагивая природные ресурсы. Такой подход находит поддержку в доктрине. Например, А. Мидзусима и другие зарубежные исследователи утверждают, что освоение космических ресурсов не связано с присвоением территорий, а представляет собой исключительно их извлечение и коммерческую эксплуатацию [9]. Россия последовательно следует ограничительному подходу к интерпретации Договора по космосу, ссылаясь на неприемлемость произвольной интерпретации международно-правовых норм. Отечественные исследователи А.Н. Вылегжанин, О.А. Киселева, И.Ю. Штодина в этой связи обоснованно указывают на угрозу фрагментации международного космического права [10, с. 150 - 151]. Стоит также согласиться с зарубежным исследователем Ф. де Маном, который, анализируя применение принципа неприсвоения к космическим ресурсам, обоснованно указывает, что данный принцип распространяется на космическое пространство, небесные тела и все находящиеся в них природные ресурсы [11, p. 25].
(Балычевский Д.Н.)
("Международное право и международные организации", 2025, N 3)Современная практика свидетельствует о попытках обхода принципа через наделение частных субъектов правомочиями собственности на извлеченные ресурсы. Национальные законы США, Люксембурга, ОАЭ и Японии устанавливают комплекс правомочий по владению, транспортировке и реализации космических ресурсов, что, по нашему мнению, противоречит императиву неприсвоения и принципу добросовестного исполнения международных обязательств, в том числе принципу добросовестного толкования международных договоров. Указанные государства исходят из разрешительного подхода, согласно которому запрет присвоения охватывает исключительно небесные тела как пространственные образования, не затрагивая природные ресурсы. Такой подход находит поддержку в доктрине. Например, А. Мидзусима и другие зарубежные исследователи утверждают, что освоение космических ресурсов не связано с присвоением территорий, а представляет собой исключительно их извлечение и коммерческую эксплуатацию [9]. Россия последовательно следует ограничительному подходу к интерпретации Договора по космосу, ссылаясь на неприемлемость произвольной интерпретации международно-правовых норм. Отечественные исследователи А.Н. Вылегжанин, О.А. Киселева, И.Ю. Штодина в этой связи обоснованно указывают на угрозу фрагментации международного космического права [10, с. 150 - 151]. Стоит также согласиться с зарубежным исследователем Ф. де Маном, который, анализируя применение принципа неприсвоения к космическим ресурсам, обоснованно указывает, что данный принцип распространяется на космическое пространство, небесные тела и все находящиеся в них природные ресурсы [11, p. 25].
"Комментарий к Закону Российской Федерации от 21 февраля 1992 г. N 2395-1 "О недрах"
(Пешкова (Белогорцева) Х.В., Аверина К.Н., Бергер Е.В., Борисов А.А., Ведышева Н.О., Гаевская Е.Ю., Иванова Ж.Б., Камынина Н.Р., Коновальчикова С.С., Левочко В.В., Марьин Е.В., Налетов К.И., Чернусь Н.Ю., Вагина (Шихалева) О.В., Бабич А.А., Котухов С.А., Югова Л.И.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2021)В Перечне, утвержденном Постановлением Правительства от 31.12.2020 N 2399, среди видов деятельности, запрещенных в центральной экологической зоне Байкальской природной территории, указаны:
(Пешкова (Белогорцева) Х.В., Аверина К.Н., Бергер Е.В., Борисов А.А., Ведышева Н.О., Гаевская Е.Ю., Иванова Ж.Б., Камынина Н.Р., Коновальчикова С.С., Левочко В.В., Марьин Е.В., Налетов К.И., Чернусь Н.Ю., Вагина (Шихалева) О.В., Бабич А.А., Котухов С.А., Югова Л.И.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2021)В Перечне, утвержденном Постановлением Правительства от 31.12.2020 N 2399, среди видов деятельности, запрещенных в центральной экологической зоне Байкальской природной территории, указаны:
Статья: Земля как основа жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующих территориях, в решениях Конституционного Суда Российской Федерации
(Аверьянова Н.Н.)
("Конституционное и муниципальное право", 2021, N 1)В рамках интерпретации Конституционным Судом РФ ч. 1 ст. 9 Конституции РФ особое значение имеет Постановление Конституционного Суда РФ от 23 апреля 2004 г. N 8-П, вынесенное по запросу Мурманской областной Думы, которая считала, что "часть 1 статьи 9 Конституции Российской Федерации, провозгласив землю основой жизни и деятельности народов России, имеет в виду только народы (граждан) Российской Федерации" <11>. По смыслу регионального законодателя иностранные лица не могут в этой связи наделяться правом частной собственности на землю. Таким образом, заявитель, по сути, обращается в орган судебного конституционного контроля, поскольку у него возникла потребность в интерпретации Конституционным Судом РФ указанного конституционного положения. Конституционный Суд РФ, встав на защиту социально-экономических прав на землю иностранных лиц, определил, что сама по себе указанная норма не может препятствовать предоставлению земельных участков на праве собственности иностранным лицам, поскольку имеет не имущественное, а иное конституционно-правовое назначение, изложенное Конституционным Судом РФ. И такое предоставление не противоречит конституционно-правовому статусу земли как публичного достояния многонационального народа России. Народ России действительно обладает суверенитетом на всей территории Российской Федерации, однако "при предоставлении земли в частную собственность приобретателю передается не часть государственной территории, а лишь земельный участок как объект гражданских прав, что не затрагивает суверенитет Российской Федерации" <12>.
(Аверьянова Н.Н.)
("Конституционное и муниципальное право", 2021, N 1)В рамках интерпретации Конституционным Судом РФ ч. 1 ст. 9 Конституции РФ особое значение имеет Постановление Конституционного Суда РФ от 23 апреля 2004 г. N 8-П, вынесенное по запросу Мурманской областной Думы, которая считала, что "часть 1 статьи 9 Конституции Российской Федерации, провозгласив землю основой жизни и деятельности народов России, имеет в виду только народы (граждан) Российской Федерации" <11>. По смыслу регионального законодателя иностранные лица не могут в этой связи наделяться правом частной собственности на землю. Таким образом, заявитель, по сути, обращается в орган судебного конституционного контроля, поскольку у него возникла потребность в интерпретации Конституционным Судом РФ указанного конституционного положения. Конституционный Суд РФ, встав на защиту социально-экономических прав на землю иностранных лиц, определил, что сама по себе указанная норма не может препятствовать предоставлению земельных участков на праве собственности иностранным лицам, поскольку имеет не имущественное, а иное конституционно-правовое назначение, изложенное Конституционным Судом РФ. И такое предоставление не противоречит конституционно-правовому статусу земли как публичного достояния многонационального народа России. Народ России действительно обладает суверенитетом на всей территории Российской Федерации, однако "при предоставлении земли в частную собственность приобретателю передается не часть государственной территории, а лишь земельный участок как объект гражданских прав, что не затрагивает суверенитет Российской Федерации" <12>.