Логика для юристов
Подборка наиболее важных документов по запросу Логика для юристов (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Понятие и особенности рисков в корпоративном праве
(Андреева А.М.)
("Хозяйство и право", 2026, N 2)<1> Ивин А.А. Логика для юристов: учебник и практикум для вузов / А.А. Ивин. М.: Юрайт, 2024. С. 41.
(Андреева А.М.)
("Хозяйство и право", 2026, N 2)<1> Ивин А.А. Логика для юристов: учебник и практикум для вузов / А.А. Ивин. М.: Юрайт, 2024. С. 41.
Статья: Особенности установления ненормированного рабочего дня
(Славинская А.)
("Кадровая служба и управление персоналом предприятия", 2026, N 1)По этой логике рядовым специалистам, в том числе кадровикам, бухгалтерам, делопроизводителям, юристам, воспитателям, инженерам и прочим, режим НРД устанавливать излишне (хотя прямого запрета в НПА нет). Если они не успевают выполнять свою работу в течение рабочего дня, следует:
(Славинская А.)
("Кадровая служба и управление персоналом предприятия", 2026, N 1)По этой логике рядовым специалистам, в том числе кадровикам, бухгалтерам, делопроизводителям, юристам, воспитателям, инженерам и прочим, режим НРД устанавливать излишне (хотя прямого запрета в НПА нет). Если они не успевают выполнять свою работу в течение рабочего дня, следует:
Статья: Выдача расчетных листков не в бумажном виде: последние разъяснения
(Ливена С.В.)
("Кадровик-практик", 2025, N 1)Тем не менее, зная современную судебную и инспекторскую практику, понимая логику закона, многие опытные юристы рекомендовали при существующем законодательном регулировании вручать работникам расчетные листки в традиционной бумажной форме и под подпись, чтобы у работодателя осталось подтверждение исполнения им обязанности, установленной ст. 136 ТК РФ (об извещении работника). Подписи собирались в ведомостях, журналах и иными способами. Все это касалось, разумеется, работодателей, не вводивших электронный документооборот.
(Ливена С.В.)
("Кадровик-практик", 2025, N 1)Тем не менее, зная современную судебную и инспекторскую практику, понимая логику закона, многие опытные юристы рекомендовали при существующем законодательном регулировании вручать работникам расчетные листки в традиционной бумажной форме и под подпись, чтобы у работодателя осталось подтверждение исполнения им обязанности, установленной ст. 136 ТК РФ (об извещении работника). Подписи собирались в ведомостях, журналах и иными способами. Все это касалось, разумеется, работодателей, не вводивших электронный документооборот.
Статья: Юридическая наука и доктрина: что это такое, кому и зачем они нужны (да и нужны ли)?
(Белов В.А.)
("Закон", 2025, N 12)Критерий научности любых занятий - метод, т.е. то, как (каким образом) ведется работа с материалом исследования, в чем она заключается (состоит). Существо научного метода познания сводится прежде всего к (1) аналитическому (умозрительному) расщеплению предмета познания на минимальные, далее логически неделимые абстрактные сущности (элементы) <16>. Оно осуществляется в целях установления (2) тех внутренних структурных связей между ними, которые скрепляют их в исследуемый предмет, и (3) тех внешних структурных связей, благодаря которым элементы каждого из выявленных типов соединяются с иными, им подобными элементами других предметов изучения, тем самым сопрягая и сочленяя сам этот предмет в целом с другими предметами, с ним взаимодействующими. Предпоследним этапом работы ученого является (4) установление функций каждого элемента и каждой связи, осуществляемое методами последовательного (а) исключения (что будет, если элемент такой-то убрать?), (б) замены (понятно) и (в) добавления (что будет, если к имеющимся элементам понятия добавить тот или другой новый?). С точки зрения своей внешней видимости все научные занятия (на всех их этапах) сводятся к осмыслению известных исследователю фактов, т.е. представляют собой размышления, которые производятся по системам известных правил - надстроек над кантовским "чистым разумом" (его оболочек), называемых модальными логиками. Юристы обыкновенно отдают предпочтение формальной, диалектической, деонтической, аксиологической, эпистемической и (реже) математической логикам. На выходе любой ученый должен получить представление обо всех свойствах и характеристиках исследуемого предмета, позволяющее (1) дать его формальное определение (дефиницию), (2) определить его место в системе правовых явлений и, главное, (3) понять и объяснить его возможности, т.е. то, какие функции и как (за счет чего) он выполняет, для решения каких задач и достижения каких целей он может быть использован, а также о том, что можно и/или нужно поменять (в самом ли предмете или в идущих от него межпредметных связях), дабы повысить/понизить его эффективность и/или приспособить для решения иных задач и/или для достижения иных целей.
(Белов В.А.)
("Закон", 2025, N 12)Критерий научности любых занятий - метод, т.е. то, как (каким образом) ведется работа с материалом исследования, в чем она заключается (состоит). Существо научного метода познания сводится прежде всего к (1) аналитическому (умозрительному) расщеплению предмета познания на минимальные, далее логически неделимые абстрактные сущности (элементы) <16>. Оно осуществляется в целях установления (2) тех внутренних структурных связей между ними, которые скрепляют их в исследуемый предмет, и (3) тех внешних структурных связей, благодаря которым элементы каждого из выявленных типов соединяются с иными, им подобными элементами других предметов изучения, тем самым сопрягая и сочленяя сам этот предмет в целом с другими предметами, с ним взаимодействующими. Предпоследним этапом работы ученого является (4) установление функций каждого элемента и каждой связи, осуществляемое методами последовательного (а) исключения (что будет, если элемент такой-то убрать?), (б) замены (понятно) и (в) добавления (что будет, если к имеющимся элементам понятия добавить тот или другой новый?). С точки зрения своей внешней видимости все научные занятия (на всех их этапах) сводятся к осмыслению известных исследователю фактов, т.е. представляют собой размышления, которые производятся по системам известных правил - надстроек над кантовским "чистым разумом" (его оболочек), называемых модальными логиками. Юристы обыкновенно отдают предпочтение формальной, диалектической, деонтической, аксиологической, эпистемической и (реже) математической логикам. На выходе любой ученый должен получить представление обо всех свойствах и характеристиках исследуемого предмета, позволяющее (1) дать его формальное определение (дефиницию), (2) определить его место в системе правовых явлений и, главное, (3) понять и объяснить его возможности, т.е. то, какие функции и как (за счет чего) он выполняет, для решения каких задач и достижения каких целей он может быть использован, а также о том, что можно и/или нужно поменять (в самом ли предмете или в идущих от него межпредметных связях), дабы повысить/понизить его эффективность и/или приспособить для решения иных задач и/или для достижения иных целей.
"Методологические проблемы толкования уголовного закона и судейского усмотрения при его применении: монография"
(Кузнецов А.Ю.)
("Проспект", 2025)Во-вторых, специфика этой методики объяснима также тем, что, как и у медиков, инженеров или искусствоведов, у юристов есть свой профессиональный и зачастую понятный только им язык - язык права. Если на этапе лингвистического анализа по возможности требуется установить все смысловые значения и варианты толкования текста с позиций правил русского языка, то на втором этапе требуется выбрать тот или те из них, которые наиболее соответствуют системному смыслу уголовного закона (языку уголовного права). Очевидно, без знания определенных правил произвести эту операцию невозможно. Кроме того, зачастую и ни один из отобранных на этапе лингвистического анализа вариантов не способствует установлению искомого смысла, поскольку в уголовном законе имеется и специальная юридической терминология, значение которой в толковых словарях языку права не соответствует и понятно только юристу. Именно поэтому логика системы нередко противоречит логике русского литературного языка.
(Кузнецов А.Ю.)
("Проспект", 2025)Во-вторых, специфика этой методики объяснима также тем, что, как и у медиков, инженеров или искусствоведов, у юристов есть свой профессиональный и зачастую понятный только им язык - язык права. Если на этапе лингвистического анализа по возможности требуется установить все смысловые значения и варианты толкования текста с позиций правил русского языка, то на втором этапе требуется выбрать тот или те из них, которые наиболее соответствуют системному смыслу уголовного закона (языку уголовного права). Очевидно, без знания определенных правил произвести эту операцию невозможно. Кроме того, зачастую и ни один из отобранных на этапе лингвистического анализа вариантов не способствует установлению искомого смысла, поскольку в уголовном законе имеется и специальная юридической терминология, значение которой в толковых словарях языку права не соответствует и понятно только юристу. Именно поэтому логика системы нередко противоречит логике русского литературного языка.
Статья: Спорность требований УПК о мотивированности решений прокурора в досудебном уголовном судопроизводстве
(Исаенко В.Н.)
("Законность", 2026, N 4)<9> См.: Жоль К.К. Логика для юристов: Учебное пособие для вузов. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2004. С. 215.
(Исаенко В.Н.)
("Законность", 2026, N 4)<9> См.: Жоль К.К. Логика для юристов: Учебное пособие для вузов. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2004. С. 215.
Статья: Исковая давность по требованиям о компенсации морального вреда
(Ягельницкий А.А.)
("Закон", 2025, N 5)Первым следствием стал, как представляется, подход российского права к случаям смерти причинителя морального вреда <36>. Логика юриста, привыкшего определять срок указанием на календарную дату, истечение периода времени или на событие, которое должно наступить неизбежно (первым примером которого во многих учебниках приводится смерть), в сочетании с отсутствием убедительного обоснования незадавниваемости этих требований привела к тому, что требование о моральном вреде стало "задавниваться" не истечением периода времени, а событием - смертью <37>. Поскольку по ст. 151 ГК РФ потерпевшим, в отличие от причинителя, может быть только физическое лицо, таким событием стала смерть потерпевшего. Любопытно, что текст ГК РФ прямо не отвечает ни на вопрос о задавниваемости морального вреда в ст. 208 ГК РФ, ни на вопрос о прекращении требования смертью в ст. 383 ГК РФ, и очевидно, что требование о компенсации морального вреда не может одновременно изыматься из-под действия давности и переходить по наследству. Нельзя исключить, что оба эти умолчания были сделаны намеренно, и решение о незадавниваемости обрекало иски о моральном вреде пресекаться смертью жертвы <38>.
(Ягельницкий А.А.)
("Закон", 2025, N 5)Первым следствием стал, как представляется, подход российского права к случаям смерти причинителя морального вреда <36>. Логика юриста, привыкшего определять срок указанием на календарную дату, истечение периода времени или на событие, которое должно наступить неизбежно (первым примером которого во многих учебниках приводится смерть), в сочетании с отсутствием убедительного обоснования незадавниваемости этих требований привела к тому, что требование о моральном вреде стало "задавниваться" не истечением периода времени, а событием - смертью <37>. Поскольку по ст. 151 ГК РФ потерпевшим, в отличие от причинителя, может быть только физическое лицо, таким событием стала смерть потерпевшего. Любопытно, что текст ГК РФ прямо не отвечает ни на вопрос о задавниваемости морального вреда в ст. 208 ГК РФ, ни на вопрос о прекращении требования смертью в ст. 383 ГК РФ, и очевидно, что требование о компенсации морального вреда не может одновременно изыматься из-под действия давности и переходить по наследству. Нельзя исключить, что оба эти умолчания были сделаны намеренно, и решение о незадавниваемости обрекало иски о моральном вреде пресекаться смертью жертвы <38>.
"Происхождение ребенка и порядок его установления по нормам семейного права: монография"
(Комиссарова Е.Г.)
("Статут", 2025)В континентальной науке частного права такие суждения, идущие вразрез с действующей законодательной логикой, именуются девиантными. Такое качество им присвоили осторожные немецкие юристы, считая, что своей явной противоположностью по отношению к закону они вредят авторитету позитивного права, культурной и политической значимости его норм, ударяют по семейно-правовым ценностям, интегрированным в текст положительного права. На участившиеся случаи научного неуважения к действующим нормам, демонстрирующим "нигилистическое отношение к праву и законодательству в угоду утилитарно понимаемым интересам" <1>, обращено внимание и в отечественной науке частного права. Как минимум это сигнал к более разборчивому выбору научного подхода к исследованию тех явлений, которые в современной науке оказались на стыке права и технологий.
(Комиссарова Е.Г.)
("Статут", 2025)В континентальной науке частного права такие суждения, идущие вразрез с действующей законодательной логикой, именуются девиантными. Такое качество им присвоили осторожные немецкие юристы, считая, что своей явной противоположностью по отношению к закону они вредят авторитету позитивного права, культурной и политической значимости его норм, ударяют по семейно-правовым ценностям, интегрированным в текст положительного права. На участившиеся случаи научного неуважения к действующим нормам, демонстрирующим "нигилистическое отношение к праву и законодательству в угоду утилитарно понимаемым интересам" <1>, обращено внимание и в отечественной науке частного права. Как минимум это сигнал к более разборчивому выбору научного подхода к исследованию тех явлений, которые в современной науке оказались на стыке права и технологий.