Криптовалюта иное имущество
Подборка наиболее важных документов по запросу Криптовалюта иное имущество (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Идентификация в наследственных правоотношениях при наследовании цифровых активов
(Бандурина Н.В.)
("Законы России: опыт, анализ, практика", 2025, N 8)Отнесение криптовалюты к иному имуществу закреплено в основном в судебных актах. Например, в приговоре Кировского районного суда г. Саратова от 27 января 2022 г. по делу N 1-13/2022 или в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 15 мая 2018 г. N 09АП-16416/2018 по делу N А40-124668/2017 <4> суды приняли решение о признании криптовалюты "иным имуществом" (по смыслу ст. 128 ГК РФ), ссылаясь на то, что в силу высокого уровня развития информационных технологий возможно широкое толкование данного термина.
(Бандурина Н.В.)
("Законы России: опыт, анализ, практика", 2025, N 8)Отнесение криптовалюты к иному имуществу закреплено в основном в судебных актах. Например, в приговоре Кировского районного суда г. Саратова от 27 января 2022 г. по делу N 1-13/2022 или в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 15 мая 2018 г. N 09АП-16416/2018 по делу N А40-124668/2017 <4> суды приняли решение о признании криптовалюты "иным имуществом" (по смыслу ст. 128 ГК РФ), ссылаясь на то, что в силу высокого уровня развития информационных технологий возможно широкое толкование данного термина.
Нормативные акты
Справочная информация: "Имущественные налоговые вычеты и налоговые вычеты при переносе на будущие периоды убытков, учитываемые в целях налогообложения дохода физических лиц"
(Материал подготовлен специалистами КонсультантПлюс)Размер вычета по суммам, полученным налогоплательщиком в налоговом периоде от продажи иного имущества
(Материал подготовлен специалистами КонсультантПлюс)Размер вычета по суммам, полученным налогоплательщиком в налоговом периоде от продажи иного имущества
"Налоговый кодекс Российской Федерации (часть вторая)" от 05.08.2000 N 117-ФЗ
(ред. от 28.11.2025)в размере доходов, полученных налогоплательщиком в налоговом периоде от продажи иного имущества (за исключением ценных бумаг, цифровой валюты и имущества, полученного в результате выкупа цифровых финансовых активов и (или) цифровых прав, включающих одновременно цифровые финансовые активы и утилитарные цифровые права), находившегося в собственности налогоплательщика менее трех лет, не превышающем в целом 250 тысяч рублей;
(ред. от 28.11.2025)в размере доходов, полученных налогоплательщиком в налоговом периоде от продажи иного имущества (за исключением ценных бумаг, цифровой валюты и имущества, полученного в результате выкупа цифровых финансовых активов и (или) цифровых прав, включающих одновременно цифровые финансовые активы и утилитарные цифровые права), находившегося в собственности налогоплательщика менее трех лет, не превышающем в целом 250 тысяч рублей;
Статья: Проблемы обращения взыскания на цифровую валюту
(Мрдеян А.М.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 3)В литературе высказываются различные точки зрения относительно правовой природы цифровой валюты: одни авторы относят цифровую валюту к иному имуществу, в частности к цифровым правам <6>, другие - к обязательственным правам <7>, третьи определяют цифровую валюту как уникальный объект гражданского права, занимающий промежуточное положение между вещью и имущественным правом <8>.
(Мрдеян А.М.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 3)В литературе высказываются различные точки зрения относительно правовой природы цифровой валюты: одни авторы относят цифровую валюту к иному имуществу, в частности к цифровым правам <6>, другие - к обязательственным правам <7>, третьи определяют цифровую валюту как уникальный объект гражданского права, занимающий промежуточное положение между вещью и имущественным правом <8>.
Статья: Наложение ареста на криптовалютные активы в уголовном процессе Российской Федерации: возможные пути развития
(Луданина А.В.)
("Актуальные проблемы российского права", 2023, N 6)При этом отметить, что до сих пор нет единого мнения по поводу того, относятся ли криптовалюты к имуществу в понимании гражданского законодательства <8>. Дискуссии на эту тему велись не только в сфере уголовного судопроизводства, но и в иных отраслях права. Так, арбитражные суды при рассмотрении споров о банкротстве не сразу начали включать криптовалюты в конкурсную массу должника, поскольку не все суды признавали криптовалюты имуществом <9>. Что касается уголовного процесса, то ответ на данный вопрос пришел из решения одного из районных судов Санкт-Петербурга. Так, суд удовлетворил ходатайство следователя о наложении ареста на 24 криптокошелька с валютой "эфириум" по делу о неправомерном доступе к компьютерной информации (ч. 2 ст. 272 УК РФ) и о краже в особо крупном размере (п. "б" ч. 4 ст. 158 УК РФ) <10>. Суд отметил, что "основным отличием криптоденег от денег является только способ их возникновения, а поскольку понятие криптовалюты не закреплено законодательно, обозначение криптовалют как иного имущества в ходатайстве об аресте допустимо. Криптовалюты используются как средство платежа, инвестиций и накопления сбережений, то есть имеют материальную ценность, соответственно, признаются судом как иное имущество и свидетельствуют о наличии предмета преступления по смыслу примечания к ст. 158 УК РФ, на который может быть наложен арест" <11>.
(Луданина А.В.)
("Актуальные проблемы российского права", 2023, N 6)При этом отметить, что до сих пор нет единого мнения по поводу того, относятся ли криптовалюты к имуществу в понимании гражданского законодательства <8>. Дискуссии на эту тему велись не только в сфере уголовного судопроизводства, но и в иных отраслях права. Так, арбитражные суды при рассмотрении споров о банкротстве не сразу начали включать криптовалюты в конкурсную массу должника, поскольку не все суды признавали криптовалюты имуществом <9>. Что касается уголовного процесса, то ответ на данный вопрос пришел из решения одного из районных судов Санкт-Петербурга. Так, суд удовлетворил ходатайство следователя о наложении ареста на 24 криптокошелька с валютой "эфириум" по делу о неправомерном доступе к компьютерной информации (ч. 2 ст. 272 УК РФ) и о краже в особо крупном размере (п. "б" ч. 4 ст. 158 УК РФ) <10>. Суд отметил, что "основным отличием криптоденег от денег является только способ их возникновения, а поскольку понятие криптовалюты не закреплено законодательно, обозначение криптовалют как иного имущества в ходатайстве об аресте допустимо. Криптовалюты используются как средство платежа, инвестиций и накопления сбережений, то есть имеют материальную ценность, соответственно, признаются судом как иное имущество и свидетельствуют о наличии предмета преступления по смыслу примечания к ст. 158 УК РФ, на который может быть наложен арест" <11>.
Статья: Процедура перехода криптовалюты в порядке наследования с участием нотариуса
(Гасанов З.У.)
("Нотариус", 2025, N 2)По нашему мнению, для признания криптовалюты как "иного имущества" и в целом "имущества" необходимо разработать собственную эмиссию криптовалюты с формированием нормативно-правового регулирования, в том числе касающегося процедуры принятия и открытия наследства.
(Гасанов З.У.)
("Нотариус", 2025, N 2)По нашему мнению, для признания криптовалюты как "иного имущества" и в целом "имущества" необходимо разработать собственную эмиссию криптовалюты с формированием нормативно-правового регулирования, в том числе касающегося процедуры принятия и открытия наследства.
Статья: Цифровая валюта как легализуемое имущество
(Арзамасцев М.В., Никулина В.А.)
("Журнал российского права", 2025, N 5)Вывод: для целей применения ст. 174 и 174.1 УК РФ легализуемую цифровую валюту следует считать иным имуществом, а ее продажу квалифицировать как сделку. Такой предмет легализации может представлять собой доход как от одного предикатного преступления, так и от организованной или продолжаемой преступной деятельности. Размер отмывания следует устанавливать по первоначальной стоимости цифровой валюты, а не по сумме денежных средств, в которые она конвертирована.
(Арзамасцев М.В., Никулина В.А.)
("Журнал российского права", 2025, N 5)Вывод: для целей применения ст. 174 и 174.1 УК РФ легализуемую цифровую валюту следует считать иным имуществом, а ее продажу квалифицировать как сделку. Такой предмет легализации может представлять собой доход как от одного предикатного преступления, так и от организованной или продолжаемой преступной деятельности. Размер отмывания следует устанавливать по первоначальной стоимости цифровой валюты, а не по сумме денежных средств, в которые она конвертирована.
Статья: Цифровая собственность как новая категория частного права: критический анализ существующих подходов
(Волос А.А.)
("Закон", 2025, N 1)Так, теоретически можно обосновать, что криптовалюта является "иным имуществом" по смыслу ст. 128 ГК РФ. В ряде случаев применительно к процедурам несостоятельности (банкротства) физических лиц <15> или процессу наследственного правопреемства можно предложить практические рекомендации по включению такого цифрового актива в имущественную (соответственно конкурсную или наследственную) массу. Одновременно с этим реальное осуществление прав, которое будет выражаться в получении актива кредиторами или наследниками, зависит от самых разных факторов, прежде всего от того, насколько технически имеется вероятность получения доступа к криптокошельку и можем ли мы этот цифровой актив выразить в денежном выражении. По сути, все упирается в способы осуществления гражданских прав по передаче криптовалюты и возможность ее выражения в денежных средствах. В противном случае исполнить решение суда государственными принудительными мерами в деле о несостоятельности (банкротстве) или о наследстве будет сложно.
(Волос А.А.)
("Закон", 2025, N 1)Так, теоретически можно обосновать, что криптовалюта является "иным имуществом" по смыслу ст. 128 ГК РФ. В ряде случаев применительно к процедурам несостоятельности (банкротства) физических лиц <15> или процессу наследственного правопреемства можно предложить практические рекомендации по включению такого цифрового актива в имущественную (соответственно конкурсную или наследственную) массу. Одновременно с этим реальное осуществление прав, которое будет выражаться в получении актива кредиторами или наследниками, зависит от самых разных факторов, прежде всего от того, насколько технически имеется вероятность получения доступа к криптокошельку и можем ли мы этот цифровой актив выразить в денежном выражении. По сути, все упирается в способы осуществления гражданских прав по передаче криптовалюты и возможность ее выражения в денежных средствах. В противном случае исполнить решение суда государственными принудительными мерами в деле о несостоятельности (банкротстве) или о наследстве будет сложно.
"Влияние экономических характеристик (показателей) на правовое положение юридических лиц: монография"
(Ефимов А.В.)
("Проспект", 2024)Показательным является пример с криптовалютой. Рассматривая место криптовалюты в системе объектов гражданских прав, А.И. Савельев в 2017 году отмечал, что лучше всего криптовалюта подходит под понятие иного имущества. Вместе с тем он справедливо подчеркнул, что проблема квалификации криптовалюты как иного имущества "заключается в том, что она сопровождается неопределенностью относительно правового режима, применимого к соответствующим договорам. Иными словами, определить на основании данной квалификации, какой именно договор должен опосредовать отношения, связанные с обменом криптовалюты на фиатные деньги или товар (купля-продажа, мена, непоименованный договор), или, например, ответить на вопрос о применимости к отношениям о займе криптовалюты положений главы 42 ГК РФ "Заем и кредит" нельзя" <1>. Общественный резонанс в связи с правовым режимом криптовалюты вызвало Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15 мая 2018 года N 09АП-16416/2018 по делу N А40-124668/2017 <2>, в рамках которого криптовалюта была признана иным имуществом в целях его включения в конкурсную массу. Однако такая точечная квалификация не позволяла в целом оценить правовой режим криптовалют. Представляется, что определение правового режима криптовалюты гораздо важнее простой ее квалификации как иного имущества. В ситуации с использованием понятия "иное имущество" нарушается принцип numerus clausus (Typenzwang), что порождает проблемы при правоприменении, когда правоприменительный орган так или иначе должен применить к какому-то "иному" объекту существующее право, т.е. какой-то конкретный правовой режим. Применение к "иному" объекту конкретного правового режима, который уже установлен пусть и для каких-то других объектов, обесценивает само понятие "иное имущество", поскольку реальное значение имеют только обозначенные, поименованные правовые режимы.
(Ефимов А.В.)
("Проспект", 2024)Показательным является пример с криптовалютой. Рассматривая место криптовалюты в системе объектов гражданских прав, А.И. Савельев в 2017 году отмечал, что лучше всего криптовалюта подходит под понятие иного имущества. Вместе с тем он справедливо подчеркнул, что проблема квалификации криптовалюты как иного имущества "заключается в том, что она сопровождается неопределенностью относительно правового режима, применимого к соответствующим договорам. Иными словами, определить на основании данной квалификации, какой именно договор должен опосредовать отношения, связанные с обменом криптовалюты на фиатные деньги или товар (купля-продажа, мена, непоименованный договор), или, например, ответить на вопрос о применимости к отношениям о займе криптовалюты положений главы 42 ГК РФ "Заем и кредит" нельзя" <1>. Общественный резонанс в связи с правовым режимом криптовалюты вызвало Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15 мая 2018 года N 09АП-16416/2018 по делу N А40-124668/2017 <2>, в рамках которого криптовалюта была признана иным имуществом в целях его включения в конкурсную массу. Однако такая точечная квалификация не позволяла в целом оценить правовой режим криптовалют. Представляется, что определение правового режима криптовалюты гораздо важнее простой ее квалификации как иного имущества. В ситуации с использованием понятия "иное имущество" нарушается принцип numerus clausus (Typenzwang), что порождает проблемы при правоприменении, когда правоприменительный орган так или иначе должен применить к какому-то "иному" объекту существующее право, т.е. какой-то конкретный правовой режим. Применение к "иному" объекту конкретного правового режима, который уже установлен пусть и для каких-то других объектов, обесценивает само понятие "иное имущество", поскольку реальное значение имеют только обозначенные, поименованные правовые режимы.
Статья: Роль криптовалюты в незаконной организации и проведении азартных игр с помощью информационно-телекоммуникационной сети Интернет
(Абазехова З.И.)
("Уголовное право", 2025, N 3)Оценка криптовалюты для определения ее роли в процессе квалификации деяния происходит в зависимости от конкретной задачи, поставленной автором. При рассмотрении вопросов, связанных с установлением размера и ущерба при квалификации посягательства на цифровую валюту, М.А. Филатовой "предлагается рассматривать цифровую валюту как иное имущество в целях защиты от общественно опасных посягательств" <15>. При определении особенности квалификации преступлений, связанных с обращением криптовалюты, Е.А. Русскевич, И.И. Малыгин заключают, что она может являться как средством совершения преступления, так и предметом преступного посягательства <16>.
(Абазехова З.И.)
("Уголовное право", 2025, N 3)Оценка криптовалюты для определения ее роли в процессе квалификации деяния происходит в зависимости от конкретной задачи, поставленной автором. При рассмотрении вопросов, связанных с установлением размера и ущерба при квалификации посягательства на цифровую валюту, М.А. Филатовой "предлагается рассматривать цифровую валюту как иное имущество в целях защиты от общественно опасных посягательств" <15>. При определении особенности квалификации преступлений, связанных с обращением криптовалюты, Е.А. Русскевич, И.И. Малыгин заключают, что она может являться как средством совершения преступления, так и предметом преступного посягательства <16>.
Статья: Административная ответственность арбитражного управляющего в праве России и государств постсоветского пространства: тенденции развития регулирования в контексте цифровизации
(Пучков В.О.)
("Арбитражные споры", 2022, N 1)Так, в Кассационном определении Судебной коллегии по административным делам ВС РФ от 20.04.2018 N 78-КГ17-101 реклама криптовалюты была признана незаконной, поскольку таковая в контексте статьи 27 Федерального закона от 10.07.2002 N 86-ФЗ "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)" <53> является денежным суррогатом. Однако впоследствии, давая толкование положениям статей 174 и 174.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, Пленум ВС РФ признал криптовалюту иным имуществом для целей реализации соответствующих уголовно-правовых запретов <54>.
(Пучков В.О.)
("Арбитражные споры", 2022, N 1)Так, в Кассационном определении Судебной коллегии по административным делам ВС РФ от 20.04.2018 N 78-КГ17-101 реклама криптовалюты была признана незаконной, поскольку таковая в контексте статьи 27 Федерального закона от 10.07.2002 N 86-ФЗ "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)" <53> является денежным суррогатом. Однако впоследствии, давая толкование положениям статей 174 и 174.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, Пленум ВС РФ признал криптовалюту иным имуществом для целей реализации соответствующих уголовно-правовых запретов <54>.
Статья: Цифровые права и цифровая валюта: сравнительно-правовое исследование
(Зайнутдинова Е.В.)
("Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения", 2024, N 1)Неоднозначность в вопросе легализации оборота цифровой валюты и самого существования оборота цифровых прав отражается на правоприменительной практике. Так, в деле N 22-5295/2020 Петроградский районный суд г. Санкт-Петербурга решил, что криптовалюта не может быть отнесена к вещам, в том числе имуществу. Апелляционная инстанция согласилась с позицией первой инстанции, пояснив, что криптовалюту нельзя считать электронными деньгами или валютой <7>. Третий кассационный суд общей юрисдикции указал, что криптовалюта могла быть принята в качестве средства платежа, суд мог обозначить ее как иное имущество <8>. На практике возникали и иные прецедентные дела. Например, известное дело Царькова, в котором суд первой инстанции отказался включать криптовалюту в конкурсную массу должника, в то время как суд апелляционной инстанции, признав криптовалюту иным имуществом <9>, подтвердил ее оборотоспособность. Проблемы на практике возникают в связи с доказыванием принадлежности криптовалюты, выбором приемлемых способов защиты прав <10>.
(Зайнутдинова Е.В.)
("Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения", 2024, N 1)Неоднозначность в вопросе легализации оборота цифровой валюты и самого существования оборота цифровых прав отражается на правоприменительной практике. Так, в деле N 22-5295/2020 Петроградский районный суд г. Санкт-Петербурга решил, что криптовалюта не может быть отнесена к вещам, в том числе имуществу. Апелляционная инстанция согласилась с позицией первой инстанции, пояснив, что криптовалюту нельзя считать электронными деньгами или валютой <7>. Третий кассационный суд общей юрисдикции указал, что криптовалюта могла быть принята в качестве средства платежа, суд мог обозначить ее как иное имущество <8>. На практике возникали и иные прецедентные дела. Например, известное дело Царькова, в котором суд первой инстанции отказался включать криптовалюту в конкурсную массу должника, в то время как суд апелляционной инстанции, признав криптовалюту иным имуществом <9>, подтвердил ее оборотоспособность. Проблемы на практике возникают в связи с доказыванием принадлежности криптовалюты, выбором приемлемых способов защиты прав <10>.
Статья: Актуальные проблемы противодействия деятельности криптовалютных пирамид
(Мурадян С.В.)
("Имущественные отношения в Российской Федерации", 2024, N 2)Уголовная ответственность за организацию деятельности по привлечению денежных средств и (или) иного имущества в качестве специального состава преступления предусмотрена ст. 172.2 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ). Логично, что предметом такого преступления выступают денежные средства или иное имущество физических и юридических лиц. Сразу же возникает вполне объективный вопрос: будет ли криптовалюта признаваться таковой? Вопрос о том, можно ли считать криптовалюту иным имуществом, до сих пор открыт и широко обсуждаем <11>. В рамках настоящего исследования остановлюсь лишь на том, что, на мой взгляд, здесь вполне применима позиция, изложенная в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 7 июля 2015 года N 32 "О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем", согласно которому предметом легализации являются денежные средства, а криптовалюта выступает лишь одним из способов легализации. Соответственно, можно предположить, что в условиях правовой неопределенности предметом преступления при организации деятельности некоторых криптовалютных пирамид будут денежные средства, а криптовалюта будет лишь одним из способов обеспечения механики функционирования финансовых пирамид в условиях цифровой экономики.
(Мурадян С.В.)
("Имущественные отношения в Российской Федерации", 2024, N 2)Уголовная ответственность за организацию деятельности по привлечению денежных средств и (или) иного имущества в качестве специального состава преступления предусмотрена ст. 172.2 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ). Логично, что предметом такого преступления выступают денежные средства или иное имущество физических и юридических лиц. Сразу же возникает вполне объективный вопрос: будет ли криптовалюта признаваться таковой? Вопрос о том, можно ли считать криптовалюту иным имуществом, до сих пор открыт и широко обсуждаем <11>. В рамках настоящего исследования остановлюсь лишь на том, что, на мой взгляд, здесь вполне применима позиция, изложенная в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 7 июля 2015 года N 32 "О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем", согласно которому предметом легализации являются денежные средства, а криптовалюта выступает лишь одним из способов легализации. Соответственно, можно предположить, что в условиях правовой неопределенности предметом преступления при организации деятельности некоторых криптовалютных пирамид будут денежные средства, а криптовалюта будет лишь одним из способов обеспечения механики функционирования финансовых пирамид в условиях цифровой экономики.