Дело оперативного учета
Подборка наиболее важных документов по запросу Дело оперативного учета (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Современные тенденции в преступности среди несовершеннолетних, влияющие на организацию оперативно-розыскного противодействия неонацистским и иным экстремистским организациям
(Гирько С.И., Маслов А.А.)
("Журнал российского права", 2025, N 12)Перед оперативными подразделениями ОВД, в первую очередь подразделениями уголовного розыска, стояла задача выявления и документирования противоправной деятельности взрослых лиц, вовлекающих несовершеннолетних в совершение преступлений и антиобщественных действий. Решение данной задачи опиралось на ст. 210 УК РСФСР, которая устанавливала уголовную ответственность за вовлечение несовершеннолетних не только в совершение конкретного преступления, но и в целом в преступную деятельность, что стимулировало заведение соответствующих дел оперативного учета на указанных лиц. Важно отметить, что по линии оперативно-разыскного противодействия преступлениям среди несовершеннолетних работали в основном наиболее опытные и квалифицированные сотрудники подразделений уголовного розыска.
(Гирько С.И., Маслов А.А.)
("Журнал российского права", 2025, N 12)Перед оперативными подразделениями ОВД, в первую очередь подразделениями уголовного розыска, стояла задача выявления и документирования противоправной деятельности взрослых лиц, вовлекающих несовершеннолетних в совершение преступлений и антиобщественных действий. Решение данной задачи опиралось на ст. 210 УК РСФСР, которая устанавливала уголовную ответственность за вовлечение несовершеннолетних не только в совершение конкретного преступления, но и в целом в преступную деятельность, что стимулировало заведение соответствующих дел оперативного учета на указанных лиц. Важно отметить, что по линии оперативно-разыскного противодействия преступлениям среди несовершеннолетних работали в основном наиболее опытные и квалифицированные сотрудники подразделений уголовного розыска.
Статья: Первый "блокирующий" закон против неправомерной трансграничной иностранной и международной правоохранительной и судебной деятельности в киберпространстве
(Литвишко П.А.)
("Законность", 2025, NN 10, 11)Ввиду различий в правовых системах стран мира, например конвергенции предварительного (досудебного) расследования и оперативно-разыскной деятельности, вариативности содержания понятия "уголовное дело" (в зависимости от юрисдикции оно может включать в себя также материал доследственной проверки, дело оперативного учета, финансового расследования (последнее в странах, где подразделения финансовой разведки наделены следственными, оперативно-разыскными полномочиями), универсальности языка международных документов, наименования процессуальных (следственных, судебных) действий в иностранном и международном праве зачастую не совпадают с используемыми российским правом, а отечественные (негласные) ОРМ в большинстве случаев отнесены к следственным (investigative measure), разведывательным (criminal (law enforcement) intelligence operation) либо охватываются зонтичным международно-правовым понятием специальных методов расследования (special investigative technique), поэтому сами по себе терминологические обозначения условны и не должны быть определяющими при применении закона <1>.
(Литвишко П.А.)
("Законность", 2025, NN 10, 11)Ввиду различий в правовых системах стран мира, например конвергенции предварительного (досудебного) расследования и оперативно-разыскной деятельности, вариативности содержания понятия "уголовное дело" (в зависимости от юрисдикции оно может включать в себя также материал доследственной проверки, дело оперативного учета, финансового расследования (последнее в странах, где подразделения финансовой разведки наделены следственными, оперативно-разыскными полномочиями), универсальности языка международных документов, наименования процессуальных (следственных, судебных) действий в иностранном и международном праве зачастую не совпадают с используемыми российским правом, а отечественные (негласные) ОРМ в большинстве случаев отнесены к следственным (investigative measure), разведывательным (criminal (law enforcement) intelligence operation) либо охватываются зонтичным международно-правовым понятием специальных методов расследования (special investigative technique), поэтому сами по себе терминологические обозначения условны и не должны быть определяющими при применении закона <1>.
Нормативные акты
Федеральный закон от 12.08.1995 N 144-ФЗ
(ред. от 01.04.2025)
"Об оперативно-розыскной деятельности"Дела оперативного учета заводятся при наличии оснований, предусмотренных пунктами 1 - 6 части первой статьи 7 настоящего Федерального закона, в целях собирания и систематизации сведений, проверки и оценки результатов оперативно-розыскной деятельности, а также принятия на их основе соответствующих решений органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность.
(ред. от 01.04.2025)
"Об оперативно-розыскной деятельности"Дела оперативного учета заводятся при наличии оснований, предусмотренных пунктами 1 - 6 части первой статьи 7 настоящего Федерального закона, в целях собирания и систематизации сведений, проверки и оценки результатов оперативно-розыскной деятельности, а также принятия на их основе соответствующих решений органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность.
Федеральный закон от 07.02.2011 N 3-ФЗ
(ред. от 15.12.2025)
"О полиции"
(с изм. и доп., вступ. в силу с 01.01.2026)17) о лицах, в отношении которых заведены дела оперативного учета;
(ред. от 15.12.2025)
"О полиции"
(с изм. и доп., вступ. в силу с 01.01.2026)17) о лицах, в отношении которых заведены дела оперативного учета;
"Теория и практика возбуждения уголовного дела: учебное пособие"
(отв. ред. Л.Н. Масленникова, Т.Ю. Вилкова)
("НОРМА", "ИНФРА-М", 2022)В органах безопасности закреплено положение о том, что порядок и сроки проверки информации о преступлениях и событиях, угрожающих личной и общественной безопасности, определяются в соответствии с нормативными правовыми актами ФСБ России, регламентирующими порядок и сроки ведения дел оперативного учета. При этом форма и содержание такой информации о преступлении не раскрываются <2>.
(отв. ред. Л.Н. Масленникова, Т.Ю. Вилкова)
("НОРМА", "ИНФРА-М", 2022)В органах безопасности закреплено положение о том, что порядок и сроки проверки информации о преступлениях и событиях, угрожающих личной и общественной безопасности, определяются в соответствии с нормативными правовыми актами ФСБ России, регламентирующими порядок и сроки ведения дел оперативного учета. При этом форма и содержание такой информации о преступлении не раскрываются <2>.
Статья: Вопросы взаимодействия подразделений ЭБиПК полиции с контролирующими органами в борьбе с хищениями бюджетных средств при осуществлении госзакупок
(Цепилов А.Е.)
("Российский следователь", 2021, N 6)Среди организационных причин, по нашему мнению, следует выделить отсутствие непосредственного доступа оперативных сотрудников к массивам информации контролирующих органов. Несмотря на то, что в п. 5 ч. 1 ст. 13 Федерального закона "О полиции" закреплено право полиции беспрепятственно по предъявлении служебного удостоверения в связи с расследуемыми уголовными делами и находящимися в производстве делами об административных правонарушениях, а также в связи с проверкой зарегистрированных в установленном порядке заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях, знакомиться с необходимыми документами и материалами, в том числе с персональными данными граждан, нами установлено, что в практической деятельности предъявления удостоверения недостаточно и руководители контролирующих органов требуют направления в их адрес писем или запросов с соответствующей просьбой. Согласно действующим соглашениям и совместным приказам, правом подписи этих документов наделен только руководитель регионального управления МВД России. В ч. 4 ст. 13 Федерального закона "О полиции" закреплено, что запросы уполномоченных должностных лиц полиции должны исполняться в сроки, установленные в запросе, но не позднее одного месяца с момента вручения запроса. В результате изучения дел оперативного учета нами установлено, что 76,0% запросов были исполнены в течение 10 - 15 дней, на 12% запросов ответ поступил в срок от 15 до 30 дней, в 6,8% оперуполномоченные получали информацию ранее 10 дней, а в 5,2% случаев в ответе на запрос было отказано либо ответ вообще не был получен инициатором запроса. Считаем, что такая организация получения информации зачастую приводит к принятию неоптимальных организационных и тактических решений.
(Цепилов А.Е.)
("Российский следователь", 2021, N 6)Среди организационных причин, по нашему мнению, следует выделить отсутствие непосредственного доступа оперативных сотрудников к массивам информации контролирующих органов. Несмотря на то, что в п. 5 ч. 1 ст. 13 Федерального закона "О полиции" закреплено право полиции беспрепятственно по предъявлении служебного удостоверения в связи с расследуемыми уголовными делами и находящимися в производстве делами об административных правонарушениях, а также в связи с проверкой зарегистрированных в установленном порядке заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях, знакомиться с необходимыми документами и материалами, в том числе с персональными данными граждан, нами установлено, что в практической деятельности предъявления удостоверения недостаточно и руководители контролирующих органов требуют направления в их адрес писем или запросов с соответствующей просьбой. Согласно действующим соглашениям и совместным приказам, правом подписи этих документов наделен только руководитель регионального управления МВД России. В ч. 4 ст. 13 Федерального закона "О полиции" закреплено, что запросы уполномоченных должностных лиц полиции должны исполняться в сроки, установленные в запросе, но не позднее одного месяца с момента вручения запроса. В результате изучения дел оперативного учета нами установлено, что 76,0% запросов были исполнены в течение 10 - 15 дней, на 12% запросов ответ поступил в срок от 15 до 30 дней, в 6,8% оперуполномоченные получали информацию ранее 10 дней, а в 5,2% случаев в ответе на запрос было отказано либо ответ вообще не был получен инициатором запроса. Считаем, что такая организация получения информации зачастую приводит к принятию неоптимальных организационных и тактических решений.
Статья: Надзор за исполнением законов органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность
(Тугутов Б.А.)
("Законность", 2023, N 8)В статье рассматриваются теоретические и практические проблемы осуществления прокурорского надзора за соблюдением законодательства об оперативно-розыскной деятельности. Автор предлагает собственную классификацию типичных нарушений, выявляемых прокурорами в этой сфере. Дан перечень нарушений с приведением примеров из прокурорской практики, а также сделан вывод о необходимости разработки указаний и методических рекомендаций по осуществлению надзора в рамках конкретных групп дел оперативного учета.
(Тугутов Б.А.)
("Законность", 2023, N 8)В статье рассматриваются теоретические и практические проблемы осуществления прокурорского надзора за соблюдением законодательства об оперативно-розыскной деятельности. Автор предлагает собственную классификацию типичных нарушений, выявляемых прокурорами в этой сфере. Дан перечень нарушений с приведением примеров из прокурорской практики, а также сделан вывод о необходимости разработки указаний и методических рекомендаций по осуществлению надзора в рамках конкретных групп дел оперативного учета.
Статья: О проблеме проведения гласных оперативно-разыскных мероприятий при выявлении и раскрытии преступлений в сфере экономики
(Петров С.П.)
("Российский следователь", 2022, N 3)Конечно же, подобных нарушений могло бы быть много меньше, если бы прокуратура имела право на санкционирование этого и иных гласных ОРМ. Любой надзирающий за ОРД прокурор имеет возможность сверить сведения, указанные в рапорте, с данными, которые содержатся в деле оперативного учета, обладающем соответствующим грифом секретности. Этот вопрос поднимался Генеральной прокуратурой РФ неоднократно, но воз и ныне там. Прокуроры выявляют нарушения законодательства только после того, как ОРМ проведено, что для регулирования экономических отношений не является эффективным и своевременным.
(Петров С.П.)
("Российский следователь", 2022, N 3)Конечно же, подобных нарушений могло бы быть много меньше, если бы прокуратура имела право на санкционирование этого и иных гласных ОРМ. Любой надзирающий за ОРД прокурор имеет возможность сверить сведения, указанные в рапорте, с данными, которые содержатся в деле оперативного учета, обладающем соответствующим грифом секретности. Этот вопрос поднимался Генеральной прокуратурой РФ неоднократно, но воз и ныне там. Прокуроры выявляют нарушения законодательства только после того, как ОРМ проведено, что для регулирования экономических отношений не является эффективным и своевременным.
Статья: Перспективы совершенствования деятельности участковых инспекторов милиции в Республике Беларусь
(Федчук И.Л., Янчин В.О.)
("Административное право и процесс", 2021, N 9)Помимо этого, положения Инструкции не освободили участковых уполномоченных милиции от значительного объема бумажной работы. Так, они должны заводить и вести дела оперативного учета, контрольно-наблюдательные дела, в которые в виде отдельной (четвертой) части включаются все сведения паспорта административного участка, предусмотренные Инструкцией по организации деятельности УИМ, заполнять контрольные карты на несовершеннолетних, с которыми проводится индивидуальная профилактическая работа, информационно-поисковые карты.
(Федчук И.Л., Янчин В.О.)
("Административное право и процесс", 2021, N 9)Помимо этого, положения Инструкции не освободили участковых уполномоченных милиции от значительного объема бумажной работы. Так, они должны заводить и вести дела оперативного учета, контрольно-наблюдательные дела, в которые в виде отдельной (четвертой) части включаются все сведения паспорта административного участка, предусмотренные Инструкцией по организации деятельности УИМ, заполнять контрольные карты на несовершеннолетних, с которыми проводится индивидуальная профилактическая работа, информационно-поисковые карты.
Статья: Особенности использования результатов оперативно-разыскной деятельности и финансовых расследований по уголовным делам о налоговых преступлениях
(Ефимова В.В.)
("Налоги" (журнал), 2022, N 4)Результаты ОРД по своей сути состоят в переносе информации (сведений) со следов события в материалы дел оперативного учета. В связи с чем верным представляются суждения В.Н. Зайковского о том, что оперативные данные в принципе имеют тот же первоисточник, что и доказательства, - отраженные вовне "следы" события с признаками криминала <2>. Оперативная информация, криминалистически значимая для расследования налогового преступления, выявляется в документах, истребованных у субъектов предпринимательской деятельности и их должностных лиц, в фото-, видео-, аудиоматериалах, а также в различных материальных предметах, изъятых при осуществлении ОРМ, включая данные учета предприятия в электронной форме, в справках оперативного сотрудника, заключениях специалистов документальных ревизий. Практика показывает, что наиболее результативными являются обследования помещений места нахождения офиса неплательщика налогов, в ходе которых представляется возможным установление и изъятие первоисточника информации, криминалистически значимой для доказывания.
(Ефимова В.В.)
("Налоги" (журнал), 2022, N 4)Результаты ОРД по своей сути состоят в переносе информации (сведений) со следов события в материалы дел оперативного учета. В связи с чем верным представляются суждения В.Н. Зайковского о том, что оперативные данные в принципе имеют тот же первоисточник, что и доказательства, - отраженные вовне "следы" события с признаками криминала <2>. Оперативная информация, криминалистически значимая для расследования налогового преступления, выявляется в документах, истребованных у субъектов предпринимательской деятельности и их должностных лиц, в фото-, видео-, аудиоматериалах, а также в различных материальных предметах, изъятых при осуществлении ОРМ, включая данные учета предприятия в электронной форме, в справках оперативного сотрудника, заключениях специалистов документальных ревизий. Практика показывает, что наиболее результативными являются обследования помещений места нахождения офиса неплательщика налогов, в ходе которых представляется возможным установление и изъятие первоисточника информации, криминалистически значимой для доказывания.
"Судебные и правоохранительные органы: курс лекций: в 2 т."
(том 2)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Загорский Г.И., Попов К.И.)
(под ред. Г.И. Загорского)
("Проспект", 2023)Закон об ОРД обязывает руководителей органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, по требованию соответствующих прокуроров представлять им оперативно-служебные документы, включающие в себя дела оперативного учета, материалы о проведении оперативно-розыскных мероприятий с использованием оперативно-технических средств, а также учетно-регистрационную документацию и ведомственные нормативные правовые акты.
(том 2)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Загорский Г.И., Попов К.И.)
(под ред. Г.И. Загорского)
("Проспект", 2023)Закон об ОРД обязывает руководителей органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, по требованию соответствующих прокуроров представлять им оперативно-служебные документы, включающие в себя дела оперативного учета, материалы о проведении оперативно-розыскных мероприятий с использованием оперативно-технических средств, а также учетно-регистрационную документацию и ведомственные нормативные правовые акты.
Статья: Исчисление срока задержания: сравнительный анализ УПК РСФСР 1960 г. и действующего УПК РФ
(Лавдаренко Л.И., Борбат А.В.)
("Российский следователь", 2023, N 7)Так, согласно введенному в УПК РФ понятию фактического задержания оно представлено как "производимое в порядке, установленном настоящим Кодексом, фактическое лишение свободы передвижения лица, подозреваемого в совершении преступления" (п. 15 ст. 5). Исходя из формулировки "в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом" и учитывая использование в определении термина "подозреваемый", можно заключить, что фактическое задержание есть применяемое следователем (дознавателем, органом дознания) кратковременное (в срок до сорока восьми часов) ограничение свободы и личной неприкосновенности в отношении лица, заподозренного в совершении конкретного преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы, после возбуждения уголовного дела путем принятия решения, оформляемого протоколом задержания, т.е. отправной точкой задержания, как и по УПК РСФСР, следует считать оформление соответствующим протоколом состоявшегося фактического задержания. Вместе с тем в части процессуального оформления задержания и исчисления его срока действующий Кодекс предписывает во-первых, учитывать и включать в срок задержания вне(до)процессуальную деятельность в виде доставления, во-вторых, устанавливает продолжительность срока в 3 часа для процессуального оформления задержания. Согласно позиции Конституционного Суда РФ этими нормативными положениями исключается бесконтрольное, вне установленных сроков задержание <7>. Между тем уложиться в предоставляемые Кодексом три часа возможно, если речь идет о процессуальном оформлении уже состоявшегося фактического задержания, когда лицо доставлено в орган дознания (к следователю). Однако, будучи по своей природе неотложной пресекательной мерой, задержание может включать вне(до)процессуальную деятельность в виде оперативного захвата при реализации дел оперативного учета (так называемый захват с "поличным" на месте совершения преступления), захвата и последующего доставления во внезапно возникшей криминальной ситуации, принудительного захвата и доставления или принудительного удержания, которые производились в иных ситуациях сотрудниками правоохранительных органов в рамках предоставляемых им полномочий. Между тем остается открытым вопрос о включении времени осуществления рассматриваемого вида вне(до)процессуальной деятельности в срок уголовно-процессуального задержания: ни УПК РФ, ни иные нормативно-правовые акты не дают на него ответа. Так, УПК РФ, хотя и предписывает, как и УПК РСФСР, указывать в протоколе время и другие обстоятельства задержания (ч. 2 ст. 92 УПК РФ), тем не менее сводит на нет возможность объективного отражения сведений об этих обстоятельствах, акцентируя внимание правоприменителя на доставлении и времени составления протокола (ч. 1 ст. 92 УПК РФ). Исходя из буквального толкования норм, регулирующих задержание, не будет нарушением закона неуказание момента фактического задержания в процессуальных документах. В ходе проведенных исследований установлено, что в практической деятельности в протоколах задержания это время не указывается <8>. Н.В. Азаренок и А.А. Давлетов отмечают, что суды при исчислении срока задержания руководствуются в первую очередь ч. 1 ст. 92 УПК РФ (о соблюдении трехчасового срока составления протокола) и не входят в обсуждение вопроса о моменте фактического задержания <9>. В образцах протоколов задержания, представленных в справочной правовой системе "КонсультантПлюс" на 10 октября 2022 г., отсутствуют сведения о времени фактического задержания. И все же не отсутствие правовой определенности относительно момента фактического задержания является главной проблемой для правоприменителя - этот момент, как правило, очевиден и для задерживаемого лица и для субъектов, осуществляющих задержание. Камнем преткновения при процессуальном оформлении состоявшегося фактического задержания выступает требование о составлении протокола не позднее чем через три часа после доставления подозреваемого в орган дознания либо к следователю. С формально-юридической стороны несоблюдение данного требования в отличие от неуказания в протоколе времени фактического задержания будет являться нарушением закона. Мы согласны с мнением Н.А. Колоколова, что нет логического объяснения предоставления столь короткого срока для принятия одного из важнейших решений досудебного производства - процессуального акта о задержании <10>. Должностным лицом, принявшим такое решение, официально объявляется "...гражданину о том, что он задерживается по подозрению в конкретном преступлении. Именно с этого момента между сотрудником правоохранительного органа государства и гражданином возникает правоотношение, глубинный смысл которого заключается в том, что гражданин утрачивает свободу" <11>. Несмотря на то что задержание является самостоятельной мерой уголовно-процессуального принуждения, одним из вариантов применения которой возможно освобождение задержанного, тем не менее зачастую она используется в качестве обеспечительной меры - пускового механизма избрания заключения под стражу. Решение о задержании не может быть поспешным и необоснованным, если учитывать, с одной стороны, его ключевое значение в раскрытии и расследовании преступлений, а с другой - что оно по своей сути есть кратковременный арест, с большой вероятностью переходящий в длительный в виде заключения под стражу. К моменту составления протокола о задержании следователь (дознаватель) должен располагать, во-первых, возбужденным уголовным делом, в котором должны содержаться все ключевые сведения о преступлении; во-вторых, информацией о задержанном и доказательствами о его причастности к совершенному преступлению - обоснованным подозрением <12>. Даже если имело место так называемое планируемое задержание при реализации дел оперативного учета (захват с "поличным" на месте совершения преступления), может понадобиться больше времени, чем три часа, для осуществления ряда действий непроцессуального характера в виде захвата, доставления к следователю, организационно-обеспечительных мер для производства процессуальных действий и собственно процессуальных действий по юридическому оформлению состоявшегося фактического задержания <13>. Значительно больше времени потребуется для принятия решения о задержании, когда в отношении доставленного в орган расследования лица отсутствуют так называемые безусловные основания для задержания (п. 1, 2, 3 ч. 1 ст. 91 УПК РФ) <14>, например, лицо доставлено по ориентировке или иным основаниям, когда отсутствуют данные, явно свидетельствующие о причастности лица к совершенному конкретно преступлению. Как верно заметил С.Б. Россинский, установленная законодателем конструкция задержания создает для правоприменителя неразрешимую в рамках закона проблему определения момента исчисления его срока <15>.
(Лавдаренко Л.И., Борбат А.В.)
("Российский следователь", 2023, N 7)Так, согласно введенному в УПК РФ понятию фактического задержания оно представлено как "производимое в порядке, установленном настоящим Кодексом, фактическое лишение свободы передвижения лица, подозреваемого в совершении преступления" (п. 15 ст. 5). Исходя из формулировки "в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом" и учитывая использование в определении термина "подозреваемый", можно заключить, что фактическое задержание есть применяемое следователем (дознавателем, органом дознания) кратковременное (в срок до сорока восьми часов) ограничение свободы и личной неприкосновенности в отношении лица, заподозренного в совершении конкретного преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы, после возбуждения уголовного дела путем принятия решения, оформляемого протоколом задержания, т.е. отправной точкой задержания, как и по УПК РСФСР, следует считать оформление соответствующим протоколом состоявшегося фактического задержания. Вместе с тем в части процессуального оформления задержания и исчисления его срока действующий Кодекс предписывает во-первых, учитывать и включать в срок задержания вне(до)процессуальную деятельность в виде доставления, во-вторых, устанавливает продолжительность срока в 3 часа для процессуального оформления задержания. Согласно позиции Конституционного Суда РФ этими нормативными положениями исключается бесконтрольное, вне установленных сроков задержание <7>. Между тем уложиться в предоставляемые Кодексом три часа возможно, если речь идет о процессуальном оформлении уже состоявшегося фактического задержания, когда лицо доставлено в орган дознания (к следователю). Однако, будучи по своей природе неотложной пресекательной мерой, задержание может включать вне(до)процессуальную деятельность в виде оперативного захвата при реализации дел оперативного учета (так называемый захват с "поличным" на месте совершения преступления), захвата и последующего доставления во внезапно возникшей криминальной ситуации, принудительного захвата и доставления или принудительного удержания, которые производились в иных ситуациях сотрудниками правоохранительных органов в рамках предоставляемых им полномочий. Между тем остается открытым вопрос о включении времени осуществления рассматриваемого вида вне(до)процессуальной деятельности в срок уголовно-процессуального задержания: ни УПК РФ, ни иные нормативно-правовые акты не дают на него ответа. Так, УПК РФ, хотя и предписывает, как и УПК РСФСР, указывать в протоколе время и другие обстоятельства задержания (ч. 2 ст. 92 УПК РФ), тем не менее сводит на нет возможность объективного отражения сведений об этих обстоятельствах, акцентируя внимание правоприменителя на доставлении и времени составления протокола (ч. 1 ст. 92 УПК РФ). Исходя из буквального толкования норм, регулирующих задержание, не будет нарушением закона неуказание момента фактического задержания в процессуальных документах. В ходе проведенных исследований установлено, что в практической деятельности в протоколах задержания это время не указывается <8>. Н.В. Азаренок и А.А. Давлетов отмечают, что суды при исчислении срока задержания руководствуются в первую очередь ч. 1 ст. 92 УПК РФ (о соблюдении трехчасового срока составления протокола) и не входят в обсуждение вопроса о моменте фактического задержания <9>. В образцах протоколов задержания, представленных в справочной правовой системе "КонсультантПлюс" на 10 октября 2022 г., отсутствуют сведения о времени фактического задержания. И все же не отсутствие правовой определенности относительно момента фактического задержания является главной проблемой для правоприменителя - этот момент, как правило, очевиден и для задерживаемого лица и для субъектов, осуществляющих задержание. Камнем преткновения при процессуальном оформлении состоявшегося фактического задержания выступает требование о составлении протокола не позднее чем через три часа после доставления подозреваемого в орган дознания либо к следователю. С формально-юридической стороны несоблюдение данного требования в отличие от неуказания в протоколе времени фактического задержания будет являться нарушением закона. Мы согласны с мнением Н.А. Колоколова, что нет логического объяснения предоставления столь короткого срока для принятия одного из важнейших решений досудебного производства - процессуального акта о задержании <10>. Должностным лицом, принявшим такое решение, официально объявляется "...гражданину о том, что он задерживается по подозрению в конкретном преступлении. Именно с этого момента между сотрудником правоохранительного органа государства и гражданином возникает правоотношение, глубинный смысл которого заключается в том, что гражданин утрачивает свободу" <11>. Несмотря на то что задержание является самостоятельной мерой уголовно-процессуального принуждения, одним из вариантов применения которой возможно освобождение задержанного, тем не менее зачастую она используется в качестве обеспечительной меры - пускового механизма избрания заключения под стражу. Решение о задержании не может быть поспешным и необоснованным, если учитывать, с одной стороны, его ключевое значение в раскрытии и расследовании преступлений, а с другой - что оно по своей сути есть кратковременный арест, с большой вероятностью переходящий в длительный в виде заключения под стражу. К моменту составления протокола о задержании следователь (дознаватель) должен располагать, во-первых, возбужденным уголовным делом, в котором должны содержаться все ключевые сведения о преступлении; во-вторых, информацией о задержанном и доказательствами о его причастности к совершенному преступлению - обоснованным подозрением <12>. Даже если имело место так называемое планируемое задержание при реализации дел оперативного учета (захват с "поличным" на месте совершения преступления), может понадобиться больше времени, чем три часа, для осуществления ряда действий непроцессуального характера в виде захвата, доставления к следователю, организационно-обеспечительных мер для производства процессуальных действий и собственно процессуальных действий по юридическому оформлению состоявшегося фактического задержания <13>. Значительно больше времени потребуется для принятия решения о задержании, когда в отношении доставленного в орган расследования лица отсутствуют так называемые безусловные основания для задержания (п. 1, 2, 3 ч. 1 ст. 91 УПК РФ) <14>, например, лицо доставлено по ориентировке или иным основаниям, когда отсутствуют данные, явно свидетельствующие о причастности лица к совершенному конкретно преступлению. Как верно заметил С.Б. Россинский, установленная законодателем конструкция задержания создает для правоприменителя неразрешимую в рамках закона проблему определения момента исчисления его срока <15>.
Статья: О судебном санкционировании оперативно-разыскных мероприятий
(Николюк В.В.)
("Российская юстиция", 2024, N 4)Примеры истребования судьей материалов дел оперативного учета при рассмотрении запросов о проведении ОРМ привели 72, или 60%, респондента "полицейской" группы. Остальные 40% проанкетированных оперативных работников обычно ограничиваются направлением в суд постановления о проведении ОРМ, которого оказывается достаточно для рассмотрения по существу ходатайства оперативно-разыскного органа.
(Николюк В.В.)
("Российская юстиция", 2024, N 4)Примеры истребования судьей материалов дел оперативного учета при рассмотрении запросов о проведении ОРМ привели 72, или 60%, респондента "полицейской" группы. Остальные 40% проанкетированных оперативных работников обычно ограничиваются направлением в суд постановления о проведении ОРМ, которого оказывается достаточно для рассмотрения по существу ходатайства оперативно-разыскного органа.
Статья: Квалифицированная юридическая помощь лицам, в отношении которых проводятся негласные оперативно-розыскные мероприятия, в случаях приобретения такими мероприятиями гласного характера
(Гусев В.А., Герасименко Е.В.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2024, N 2)Для придания "процессуальности" результатам оперативно-розыскного осмотра многие оперативные сотрудники на завершающем этапе ОРМ проводят следственное действие "осмотр места происшествия", в ходе которого изымают предметы, использованные при проведении негласного ОРМ (денежные средства, наркотики, оружие и т.п.). С таким подходом согласуется и позиция Верховного Суда Российской Федерации, который в Определении от 7 декабря 2011 г. N 53-О11-67 указал, что фиксирование результатов оперативно-розыскной деятельности и их дальнейшее использование регламентируются не только ФЗ об ОРД, но и находящимися с ним в тесной взаимосвязи нормами уголовно-процессуального закона. И далее: "Из положений п. 1 ч. 1 и п. 2 ч. 2 ст. 40 УПК РФ следует, что органы, осуществляющие (согласно делу оперативного учета И. был исполнителем проведения оперативного эксперимента) оперативно-розыскную деятельность, обязаны (норма носит императивный характер) выполнить неотложные следственные действия. В соответствии с ч. 2 ст. 176 УПК РФ "в случаях, не терпящих отлагательства, осмотр места происшествия может быть произведен до возбуждения уголовного дела". С учетом требований ст. ст. 40 и 157 УПК России проведение осмотра места происшествия в сложившихся по настоящему уголовному делу условиях возлагается на исполнителя проведения оперативного эксперимента. Поэтому действия И., связанные с проведением осмотра места происшествия в ходе проведения оперативного эксперимента, являются законными" <10>.
(Гусев В.А., Герасименко Е.В.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2024, N 2)Для придания "процессуальности" результатам оперативно-розыскного осмотра многие оперативные сотрудники на завершающем этапе ОРМ проводят следственное действие "осмотр места происшествия", в ходе которого изымают предметы, использованные при проведении негласного ОРМ (денежные средства, наркотики, оружие и т.п.). С таким подходом согласуется и позиция Верховного Суда Российской Федерации, который в Определении от 7 декабря 2011 г. N 53-О11-67 указал, что фиксирование результатов оперативно-розыскной деятельности и их дальнейшее использование регламентируются не только ФЗ об ОРД, но и находящимися с ним в тесной взаимосвязи нормами уголовно-процессуального закона. И далее: "Из положений п. 1 ч. 1 и п. 2 ч. 2 ст. 40 УПК РФ следует, что органы, осуществляющие (согласно делу оперативного учета И. был исполнителем проведения оперативного эксперимента) оперативно-розыскную деятельность, обязаны (норма носит императивный характер) выполнить неотложные следственные действия. В соответствии с ч. 2 ст. 176 УПК РФ "в случаях, не терпящих отлагательства, осмотр места происшествия может быть произведен до возбуждения уголовного дела". С учетом требований ст. ст. 40 и 157 УПК России проведение осмотра места происшествия в сложившихся по настоящему уголовному делу условиях возлагается на исполнителя проведения оперативного эксперимента. Поэтому действия И., связанные с проведением осмотра места происшествия в ходе проведения оперативного эксперимента, являются законными" <10>.