Практика Комитета ООН против пыток

--------------------------------

<8> Комитет ООН против пыток (далее также - Комитет) действует на основании Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания от 10 декабря 1984 г. (далее также - Конвенция). Российская Федерация является участником указанного международного договора и в качестве государства - продолжателя Союза ССР признает компетенцию Комитета получать и рассматривать сообщения лиц, находящихся под его юрисдикцией, которые утверждают, что они являются жертвами нарушения государством-участником положений Конвенции.

Дело "Рауль Анхель Фуэнтес Вийота против Испании". Решение Комитета ООН против пыток от 22 апреля 2025 года. Сообщение N 1108/2021. Автор сообщения утверждал, что ни одна из его жалоб на жестокое обращение и акты пыток не была рассмотрена. В ходе разбирательства он неоднократно заявлял, что подвергался пыткам и другим видам жестокого обращения, однако судебные власти проигнорировали его утверждения и не выполнили свою обязанность провести расследование. Комитет пришел к выводу, что представленные ему на рассмотрение факты свидетельствовали о нарушении отдельных положений Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания.

Правовые позиции Комитета ООН против пыток: в соответствии со статьей 12 Конвенции Комитет должен решить, имеются ли разумные основания полагать, что в отношении автора были совершены действия, равносильные пыткам, и если да, то выполнили ли власти государства-участника свое обязательство по проведению быстрого и беспристрастного расследования в этой связи. Оперативность расследования имеет особое значение как с точки зрения недопущения продолжения вышеупомянутых актов в отношении жертвы, так и в силу того, что, как правило, физические следы пыток, если только они не имеют необратимых и серьезных последствий, исчезают достаточно быстро, что объясняется методами их применения (пункт 7.2 Решения).

Комитет напоминает, что статья 13 Конвенции не требует официального представления жалобы на применение пыток в соответствии с процедурой, предусмотренной внутренним законодательством, а также не требует, чтобы жертва прямо заявила о своем желании возбудить уголовное преследование в связи с этим преступлением; одно лишь заявление жертвы о доведении соответствующих фактов до сведения государственных властей представляется достаточным для возникновения обязательства рассматривать такое заявление в качестве хотя и косвенного, но недвусмысленного желания жертвы добиваться проведения быстрого и беспристрастного расследования, как того требует данное положение Конвенции (пункт 7.5 Решения).

Расследования преступлений, связанных с пытками или жестоким обращением, должны быть направлены на установление характера и обстоятельств предполагаемых деяний, выяснение личности лиц, которые могли быть причастны к ним, предоставление жертвам адекватного возмещения ущерба и борьбу с безнаказанностью за нарушения Конвенции (пункт 7.5 Решения).

Комитет напоминает, что одной из причин, по которой на преступление пытки не должен распространяться срок давности, является то, что пытки имеют необратимые последствия, и признание срока давности лишило бы жертв возмещения ущерба, компенсации и реабилитации, на которые они имеют право. У многих жертв не наблюдается уменьшения причиненного вреда с течением времени, а в некоторых случаях может наблюдаться даже усугубление такого вреда в результате посттравматического стресса, требующего медицинской, психологической и социальной помощи, которая нередко оказывается недоступной для тех жертв, которые не получили возмещения. Государства-участники должны обеспечивать, чтобы все жертвы пыток или жестокого обращения вне зависимости от того, когда произошло нарушение или было ли оно совершено прежним режимом или с его молчаливого согласия, могли реализовать свои права на использование средств правовой защиты и получение возмещения (пункт 7.6 Решения).

Оценка Комитетом ООН против пыток фактических обстоятельств дела: в свете описанных автором действий, от которых он, по его словам, пострадал во время содержания под стражей без связи с внешним миром, медицинских заключений и того факта, что автор неоднократно делал заявления о применении пыток, Комитет сделал вывод о наличии prima facie <9> доказательств применения пыток, которые не были опровергнуты государством-участником. Комитет отметил, что непроведение расследования утверждений автора несовместимо с обязательством провести оперативное расследование, как это предусмотрено статьей 12 Конвенции (пункт 7.2 Решения).

--------------------------------

<9> На первый взгляд (лат.).

Комитет принял к сведению утверждение автора о том, что в ходе судебного разбирательства по его делу Верховный Суд постановил, что вина автора была установлена независимо от того, каким образом были получены его показания, при этом не рассматривая вопрос о том, имели ли пытки место в действительности. Комитет счел, что, даже принимая во внимание аргумент государства-участника о том, что в ходе судебного разбирательства, в результате которого была установлена вина автора, были заслушаны все судебно-медицинские эксперты, из информации по делу, представленному Комитету, и замечаний государства-участника не следовало, что были предприняты быстрые и беспристрастные следственные действия в связи с утверждениями о применении пыток или жестокого обращения с целью установления характера и обстоятельств соответствующих деяний, а также личности тех, кто мог быть к ним причастен (пункт 7.5 Решения).

Выводы Комитета ООН против пыток: представленные факты свидетельствовали о нарушении прав автора по статьям 12, 13 и 14, рассматриваемым в совокупности со статьей 1 Конвенции.

Дело "Адольф Нийонгабо против Бурунди". Решение Комитета ООН против пыток от 11 апреля 2025 года. Сообщение N 1007/2020. Автор сообщения утверждал, в частности, что государство-участник не провело быстрого и эффективного расследования утверждений о пытках. Комитет установил нарушение отдельных положений Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания.

Правовые позиции Комитета ООН против пыток: любое лицо, лишенное свободы, должно иметь возможность оперативно получать независимую юридическую и медицинскую помощь и вступать в контакт с родственниками в целях предупреждения пыток (пункт 8.2 Решения).

Комитет напоминает, что в положении статьи 14 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания не только признается право на справедливую и адекватную компенсацию, но и предусматривается обязательство государств-участников обеспечивать получение жертвой пыток соответствующего возмещения. Комитет напоминает, что это возмещение должно обязательно охватывать весь ущерб, причиненный жертве, включая реституцию, компенсацию и меры, гарантирующие неповторение нарушений, с учетом обстоятельств каждого конкретного дела (пункт 8.7 Решения).

Оценка Комитетом ООН против пыток фактических обстоятельств дела: принято к сведению утверждение заявителя о том, что в течение примерно четырех часов его избивали четыре сотрудника полиции, которые наносили ему сильные удары ботинками и кусками кабеля по ягодицам, ногам, рукам и спине. Комитет отметил также: a) что автор сообщения испытывал страдания из-за отсутствия надлежащего ухода и антисанитарных условий содержания под стражей; b) что сотрудники полиции не позволили персоналу Международного комитета Красного Креста оказать заявителю медицинскую помощь; c) что он содержался в ненадлежащих условиях в помещении тюрьмы и был лишен, в частности, доступа к медицинскому обслуживанию в течение двух с половиной лет. Комитет также установил, что в течение двенадцати дней, проведенных в помещениях полиции и Национальной службы разведки, заявитель не имел возможности видеться с адвокатом и со своими родственниками. С учетом этих обстоятельств Комитет заключил, что факты в той форме, в которой они изложены заявителем, представляли собой пытки по смыслу статьи 1 Конвенции (пункт 8.2 Решения).

Комитет установил, что государственные власти не приняли никаких мер для расследования актов пытки, которым подвергся заявитель, и назначения надлежащего наказания за них, несмотря на его жалобы, поданные в суд и прокуратуру (пункт 8.3 Решения).

Комитет обратил внимание на то, что, с учетом отсутствия какой-либо соответствующей информации об обратном со стороны государства-участника, наличия фактов описанных в сообщении ужасающих условий и жестокого обращения достаточно для установления того, что государство-участник не осуществляло систематического контроля за содержанием под стражей и обращением с лицами, арестованными, задержанными или заключенными в тюрьму каким бы то ни было способом на любой территории под его юрисдикцией, с целью избежать любых случаев пыток и что это несоблюдение привело к причинению вреда автору сообщения (пункт 8.4 Решения).

Несмотря на то что он заявлял о пытках судьям и через посредство официального иска на имя прокурора и предстал на допросе с явными следами пыток, спустя девять лет после заявленных событий расследование так и не было проведено (пункт 8.5 Решения).

Ввиду того, что в данном случае быстрое и беспристрастное расследование проведено не было, несмотря на очевидные материальные доказательства применения к автору сообщения пыток, которые остались безнаказанными, Комитет пришел к выводу о том, что государство-участник нарушило свои обязательства по статье 14 Конвенции (пункт 8.7 Решения).

Выводы Комитета ООН против пыток: представленные факты свидетельствовали о нарушении государством-участником пункта 1 статьи 2 и статей 11 - 14, рассматриваемых в совокупности со статьей 1, а также статьи 16 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания.

См. также нижеприведенное дело "Жаклин Кастильо Ортис против Мексики". Решение Комитета ООН против пыток от 17 апреля 2025 года. Сообщение N 1114/2021.