СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО АДМИНИСТРАТИВНЫМ ДЕЛАМ

49. Предполагаемое изменение территории населенного пункта путем включения в нее земель лесного фонда должно быть согласовано с уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

П. обратился в суд с административным исковым заявлением о признании не действующим решения городской Думы об утверждении Генерального плана городского округа города на 2021 - 2041 годы (далее - Генеральный план), устанавливающего правила и условия развития территории городского округа города, на которой заявитель зарегистрирован и постоянно проживает, со дня его принятия, полагая, что при его принятии были допущены нарушения нормативных правовых актов, имеющих большую юридическую силу.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении административного искового заявления отказано.

При этом суды исходили из того, что Генеральный план утвержден оспариваемым решением с картой границ по несогласованным вопросам до момента их согласования, что предусмотрено пунктом 1 части 11 статьи 25 ГрК РФ и не может расцениваться как нарушение прав иных лиц. Отсутствие в текстовой части Генерального плана координатного описания границ населенного пункта не влечет никаких правовых последствий, поскольку установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что в оспариваемом нормативном акте указана территория, планируемая к включению в состав населенного пункта, а информация о границе населенного пункта, которая административным ответчиком не признана согласованной в установленном законом порядке, в настоящее время не используется.

Суды полагали, что в несогласованной части проект Генерального плана может быть представлен согласительной комиссией главе местной администрации, а затем в представительный орган местного самоуправления в виде отдельных материалов по несогласованным вопросам, подлежащим дальнейшему согласованию, указывая на возможность утверждения Генерального плана с территориями, отображенными на карте как проектируемые и планируемые к включению в состав населенного пункта.

В кассационных жалобах, поданных в Верховный Суд Российской Федерации, Федеральное агентство лесного хозяйства (далее - Рослесхоз) и П. просили отменить судебные акты, нормативный правовой акт признать недействующим с момента его принятия.

Отменяя судебные решения, Верховный Суд Российской Федерации исходил из следующего.

Одной из целей согласования проекта генерального плана с уполномоченным федеральным органом исполнительной власти является проверка соответствия его содержания в части включения в границы населенного пункта земельных участков из состава земель лесного фонда законодательству в сфере лесных отношений. Данная процедура согласования соответствует особенностям правового режима лесного фонда, вытекающим из его жизненно важной многофункциональной роли и значимости для общества в целом.

Включение земель лесного фонда в границы населенных пунктов существенно меняет правовое положение соответствующих земель и лесных участков как в части охраны лесов, так и в части имущественных отношений, непосредственно затрагивая интересы Российской Федерации (часть 1 статьи 8 и статья 81 ЛК РФ, пункт 2 статьи 9 ЗК РФ).

Таким образом, предполагаемое изменение территории населенного пункта путем включения в нее земель лесного фонда должно быть согласовано с уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, поскольку утверждение генерального плана влечет перевод земель из одной категории в другую. В связи с указанным орган местного самоуправления не вправе приступить к утверждению проекта генерального плана без положительного заключения на него. Этому корреспондирует обязанность уполномоченного федерального органа исполнительной власти отправить соответствующее заключение на представленный ему проект генерального плана в установленный законом срок.

Отсутствие положительного заключения Рослесхоза на проект Генерального плана, а также наличие в указанном документе территориального планирования проектируемой границы населенного пункта противоречит части 5.1 статьи 23 ГрК РФ, может привести к нарушению прав Российской Федерации как собственника земель лесного фонда и законных интересов граждан, имеющих право на благоприятную окружающую среду.

Лесные участки из земель лесного фонда в силу прямого указания закона находятся исключительно в федеральной собственности, что обусловливает необходимость обязательного согласования проекта генерального плана городского округа, предусматривающего включение в границы населенных пунктов, входящих в состав городского округа, земельных участков из земель лесного фонда, с уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти в порядке, установленном этим органом на основании части 8 статьи 24, пункта 2 части 1 статьи 25 ГрК РФ.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты были отменены, решение городской Думы признано не действующим со дня его принятия.

Определение 14-КАД24-3-К1

50. Владелец транспортного средства вправе получить государственную услугу по регистрации транспортного средства через представителя на любом этапе ее предоставления, в том числе в случае самостоятельной подачи заявления об оказании такой услуги посредством Единого портала государственных и муниципальных услуг.

Ф. приобрела в собственность автомобиль. В этот же день через Единый портал государственных и муниципальных услуг она подала заявление в отдел Госавтоинспекции МВД России (далее также - уполномоченный орган, Госавтоинспекция) о внесении изменений в регистрационные данные транспортного средства в связи с изменением собственника (владельца), которое было зарегистрировано и принято к рассмотрению.

В назначенный день ее представители Л. и К., действовавшие на основании нотариально удостоверенной доверенности, прибыли в уполномоченный орган для прохождения административной процедуры. Однако сотрудник отдела Госавтоинспекции отказал в проведении регистрационных действий и оказании государственной услуги на основании пункта 4 части 5 статьи 20 Федерального закона от 3 августа 2018 г. N 283-ФЗ "О государственной регистрации транспортных средств в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее Закон о государственной регистрации транспортных средств), мотивируя отказ тем, что неявка заявителя Ф. повлекла невозможность установления ее личности, а прибывшие вместо Ф. представители с заявлением о предоставлении данной государственной услуги не обращались.

Ф., полагая, что оспариваемый отказ является незаконным, обратилась в суд с административным иском.

Решением суда первой инстанции в удовлетворении требований отказано.

Судом апелляционной инстанции названный судебный акт отменен, принято новое решение об удовлетворении административного иска.

Судом кассационной инстанции апелляционное определение отменено, решение суда первой инстанции оставлено в силе. Суд кассационной инстанции посчитал, что неявка Ф. в назначенное время в регистрационное подразделение и необращение с самостоятельным заявлением о совершении регистрационных действий ее представителей свидетельствуют о несоблюдении административным истцом порядка регистрации транспортных средств.

Соглашаясь с доводами кассационной жалобы Ф., Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации указала следующее.

В силу части 3 статьи 10 Закона о государственной регистрации транспортных средств регистрационные действия совершаются по обращению владельца транспортного средства или его представителя, а в установленных законом случаях - по инициативе регистрационного подразделения.

Пункт 3 статьи 2 Федерального закона от 27 июля 2010 г. N 210-ФЗ "Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг" определяет, что заявителем может быть физическое лицо либо его уполномоченные представители, обратившиеся в орган, предоставляющий государственные услуги, с запросом о предоставлении государственной услуги, выраженным в устной, письменной или электронной форме.

Основанием для начала административной процедуры является обращение заявителя в регистрационное подразделение с заявлением и документами, предусмотренными пунктом 27 Административного регламента Министерства внутренних дел Российской Федерации предоставления государственной услуги по регистрации транспортных средств, утвержденного приказом МВД России от 21 декабря 2019 г. N 950 (далее - Административный регламент), или получение заявления о предоставлении государственной услуги с помощью Единого портала государственных и муниципальных услуг с приложением документов в электронной форме (пункт 63 Административного регламента).

Должностное лицо устанавливает личность заявителя, а при обращении его представителя - личность и полномочия представителя заявителя (пункт 66 Административного регламента).

В статье 15 Закона о государственной регистрации транспортных средств определено, что должностное лицо регистрационного подразделения вправе потребовать от лица, обратившегося для совершения регистрационных действий, представления в том числе заявления владельца транспортного средства о совершении регистрационных действий и документа, удостоверяющего личность физического лица, являющегося владельцем транспортного средства, а в случае обращения представителя владельца транспортного средства - также документа, удостоверяющего личность представителя владельца транспортного средства, и документа, подтверждающего его полномочия. Документ, удостоверяющий личность владельца транспортного средства, не представляется, если полномочия представителя владельца транспортного средства основаны на нотариально удостоверенной доверенности (пункты 1 и 2 части 1).

Аналогичные положения в отношении представления документов, удостоверяющих личность, содержатся в пункте 27.2 Административного регламента.

С учетом этого Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации пришла к выводу о том, что действующее правовое регулирование позволяет владельцам транспортных средств участвовать в отношениях по получению государственной услуги по регистрации транспортных средств через представителя на любом этапе ее предоставления. Правовые последствия предоставления государственной услуги возникают именно у владельца транспортного средства и не зависят от того, владелец или его представитель обратился в уполномоченный орган с заявлением и явился для прохождения последующих административных процедур.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила кассационное определение, оставив в силе определение суда апелляционной инстанции.

Определение N 45-КАД24-17-К7

51. Страховщику не может быть отказано в предоставлении копий документов из материалов дела об административном правонарушении, которые необходимы для проведения автотехнической экспертизы в целях исключения возможности незаконного получения страхового возмещения и определения размера страховой выплаты.

Страховая компания направила в Управление Госавтоинспекции по субъекту запрос о предоставлении копий материалов дела о дорожно-транспортном происшествии с участием трех автомобилей, а именно: схемы дорожно-транспортного происшествия, объяснений участников, цифровых фотографий с места дорожно-транспортного происшествия.

В обоснование запроса указано, что информация необходима в связи с обращением собственника одного из автомобилей с заявлением о выплате страхового возмещения для организации проведения автотехнической и автотрасологической экспертиз в целях исключения инсценировки заявленного события и возможности незаконного возмещения ущерба.

В предоставлении указанной информации было отказано со ссылкой на то, что страховщики не наделены правом на ознакомление с материалами дела об административном правонарушении; страховая компания вправе запрашивать только те документы, которые необходимы для решения вопроса о страховом возмещении с учетом характера ущерба, причиненного конкретному потерпевшему; в компетенцию страховщиков не входит определение характера и степени вины лица в связи с дорожно-транспортным происшествием.

Не согласившись с отказом, страховая компания обратилась в суд с административным иском.

Решением суда первой инстанции в удовлетворении требований отказано.

Судом апелляционной инстанции названный судебный акт отменен, принято новое решение об удовлетворении административного иска.

Судом кассационной инстанции апелляционное определение отменено, решение суда первой инстанции оставлено в силе.

Отменяя решение суда первой инстанции и кассационное определение и оставляя в силе определение суда апелляционной инстанции, Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации исходила из следующего.

Органы внутренних дел посредством электронного взаимодействия предоставляют страховщикам, профессиональному объединению страховщиков по их запросам необходимые для реализации положений Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об обязательном страховании гражданской ответственности; здесь и далее - в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) сведения о водительских удостоверениях лиц, допущенных к управлению транспортными средствами, о транспортных средствах, состоящих на государственном учете, и зафиксированных сотрудниками полиции дорожно-транспортных происшествиях (абзац второй пункта 1 статьи 30).

Положением Банка России от 19 сентября 2014 г. N 431-П установлены Правила обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (приложение 1; в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений; далее - Правила).

Согласно пункту 4.19 Правил страховщик вправе самостоятельно запрашивать органы и организации в соответствии с их компетенцией, определенной законодательством Российской Федерации, о предоставлении документов, предусмотренных пунктами 4.1, 4.2, 4.4 - 4.7, 4.13 и 4.18 Правил. Страховщик вправе запрашивать предоставление только тех документов, которые необходимы для решения вопроса о страховом возмещении с учетом характера ущерба, причиненного конкретному потерпевшему.

В соответствии с пунктами 1 - 3 статьи 12.1 Закона об обязательном страховании гражданской ответственности в целях установления обстоятельств причинения вреда транспортному средству, установления повреждений транспортного средства и их причин, технологии, методов и стоимости его восстановительного ремонта проводится независимая техническая экспертиза по правилам и методике, которые утверждаются Банком России.

Положением Банка России от 19 сентября 2014 г. N 433-П утверждены Правила проведения независимой технической экспертизы транспортного средства, согласно пункту 2 которых экспертиза проводится не только на основании документов о дорожно-транспортном происшествии, переданных потерпевшим страховщику, но и иных документов, оформленных по факту и обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия.

Единая методика определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденная положением Банка России от 19 сентября 2014 г. N 432-П (действовала на момент возникновения спорных правоотношений; далее - Методика), является обязательной для применения, в частности, страховщиками, экспертами-техниками, экспертными организациями при проведении независимой технической экспертизы транспортных средств, назначаемой в соответствии с законодательством Российской Федерации в целях определения размера страховой выплаты потерпевшему и (или) стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в рамках договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

Установление обстоятельств и причин образования повреждений транспортного средства основывается в том числе на анализе сведений, зафиксированных в документах о дорожно-транспортном происшествии: справке установленной формы о дорожно-транспортном происшествии, извещении о страховом случае, протоколах, объяснениях участников дорожно-транспортного происшествия и так далее, их сравнении с повреждениями, зафиксированными при осмотре транспортного средства (абзац четвертый пункта 2.2 Методики).

Из приведенных положений нормативных правовых актов следует, что в целях реализации обязанностей страховщика по установлению факта страхового случая и определению размера убытков, подлежащих возмещению по договору обязательного страхования, страховая компания вправе запросить у административного ответчика имеющиеся в его распоряжении документы, а органы Госавтоинспекции обязаны направить копии таких документов при условии обоснования страховщиком их необходимости для решения вопроса о выплате потерпевшему страхового возмещения.

Из материалов дела усматривается, что запрашиваемая информация была необходима для проведения автотехнической экспертизы в целях исключения случая незаконного получения страхового возмещения, так как повреждения автомобиля имеют признаки, указывающие на невозможность их образования в совокупности вследствие одного дорожно-транспортного происшествия. С учетом этого Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации пришла к выводу об отсутствии правовых оснований для отказа страховой компании в предоставлении ей соответствующей информации.

Определение N 67-КАД23-12-К8

52. При назначении осужденному лицу дополнительного наказания, за исключением ограничения свободы, срок административного надзора начинает исчисляться со дня постановки такого лица на учет в органе внутренних дел по избранному месту жительства или пребывания.

По вступившему в законную силу приговору суда от 15 августа 2019 г. Х. осужден за тяжкое преступление по части 2 статьи 205.2 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с администрированием сайтов с использованием электронных или информационно-коммуникационных сетей, в том числе сети Интернет, на срок 3 года.

Решением суда от 21 февраля 2022 г. удовлетворен административный иск исправительной колонии, в отношении Х. установлен административный надзор на срок 8 лет. При этом суд посчитал, что срок административного надзора в силу пункта 1 части 3 статьи 5 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. N 64-ФЗ "Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы" (далее - Закон об административном надзоре) следует исчислять со дня постановки административного ответчика на учет в органе внутренних дел по избранному месту жительства или пребывания.

Считая выводы суда первой инстанции правильными, суд апелляционной инстанции применил положения пункта 2 части 1 статьи 5 названного федерального закона и дополнил резолютивную часть решения указанием о невключении в срок административного надзора периода, истекшего после отбытия наказания.

Кассационный суд общей юрисдикции, изменяя судебные акты нижестоящих судов в части исчисления срока административного надзора, исходил из того, что после освобождения 26 апреля 2022 г. из мест лишения свободы по отбытии основного вида наказания Х. должен отбывать дополнительное наказание в виде запрета в течение 3 лет заниматься определенной деятельностью, по исполнении которого начинает исчисляться восьмилетний срок, установленный законом для погашения судимости, в связи с чем судимость административного ответчика будет погашена 28 апреля 2033 г.

Рассмотрев кассационную жалобу Х., Верховный Суд Российской Федерации пришел к выводу о необходимости ее частичного удовлетворения по следующим основаниям.

В силу пункта 2 части 1 статьи 5 Закона об административном надзоре административный надзор устанавливается в отношении лиц, указанных в части 2 статьи 3 данного федерального закона, на срок, установленный законодательством Российской Федерации для погашения судимости, за вычетом срока, истекшего после отбытия наказания.

В соответствии с пунктом 3 части 2 статьи 3 названного закона административный надзор устанавливается в отношении совершеннолетнего лица, освобождаемого или освобожденного из мест лишения свободы и имеющего непогашенную либо неснятую судимость за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления, предусмотренного статьями 205 - 205.5 УК РФ.

Частью 4 статьи 3 Закона об административном надзоре предусмотрено, что в случае назначения лицу ограничения свободы в качестве дополнительного вида наказания, а также при замене неотбытой части наказания в виде лишения свободы принудительными работами либо ограничением свободы срок административного надзора исчисляется со дня отбытия наказания в виде принудительных работ либо ограничения свободы.

Кассационный суд общей юрисдикции не учел, что указанная выше норма является специальной и не может быть применена в отношении лиц, которым назначены иные виды дополнительного наказания, в том числе запрет заниматься определенным видом деятельности.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 35 постановления от 16 мая 2017 г. N 15 "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении судами дел об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы" обратил внимание судов на то, что при назначении лицу ограничения свободы в качестве дополнительного вида наказания, а также при замене неотбытой части наказания в виде лишения свободы принудительными работами либо ограничением свободы срок административного надзора исчисляется со дня отбытия наказания в виде принудительных работ либо ограничения свободы.

Приведенные законоположения и разъяснения Пленума Верховного Суда судом кассационной инстанции не приняты во внимание, что повлекло установление административного надзора на срок, превышающий срок погашения судимости лица, совершившего тяжкое преступление.

Согласно преамбуле к постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 7 июня 2022 г. N 14 "О практике применения судами при рассмотрении уголовных дел законодательства, регламентирующего исчисление срока погашения и порядок снятия судимости" содержащиеся в этом постановлении разъяснения даны судам в целях обеспечения единообразного применения законодательства, регламентирующего исчисление срока погашения и порядок снятия судимости, при рассмотрении уголовных дел.

Статья 47 УК РФ, примененная судом кассационной инстанции, также не содержит норм, регулирующих вопросы административного надзора. Следовательно, у кассационного суда общей юрисдикции отсутствовали правовые основания для применения по административному делу положений уголовного законодательства об исполнении наказания и о порядке погашения и снятия судимости.

На основании изложенного Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда отменила определение суда кассационной инстанции в части установления в отношении Х. административного надзора до 28 апреля 2033 г., оставив в указанной части в силе определение суда апелляционной инстанции.

Определение N 42-КАД24-1-К4