практика Комитета ООН по правам инвалидов

Дело "Рубен Кальеха Лома и Алехандро Кальеха Лукас против Испании". Соображения Комитета по правам инвалидов от 28 августа 2020 года. Сообщение N 41/2017 <16>.

--------------------------------

<16> Как усматривалось из текста Соображений, в сентябре 2009 года Рубен, которому на тот момент исполнилось десять лет, начал обучение по программе обязательного начального образования в 4-м классе обычной государственной начальной школы им. Антонио Гонсалеса де Ламы города Леон, в которой он учился ранее в сопровождении технико-образовательного ассистента. До этого момента Рубен хорошо интегрировался в школе как в отношениях с одноклассниками, так и с учителями. Однако с начала учебы в 4-м классе выделенный Рубену тьютор X. отнесся к нему неприязненно по причине его инвалидности, а именно - дискриминировал его, не уделял ему внимания и жестоко обращался с ним. Согласно свидетельским показаниям матерей двух одноклассников автора, данным 23 января 2012 года в Административном суде N 1 Леона, тьютор хватал Рубена за шею, угрожая выбросить его из окна, а также ударить его стулом. Родителям Рубена тьютор заявил, что тот "неконтактен и опасен", и им посоветовали перевести его в коррекционное образовательное учреждение. Кроме того, автор подвергся физическому насилию со стороны учительницы Y., которая дала ему несколько пощечин. Хотя родители Рубена направили жалобу на эти действия в Управление образования провинции, проверки по ним проведено не было (пункт 2.1 Соображений).

Правовые позиции Комитета: в соответствии с пунктом 1 статьи 24 Конвенции о правах инвалидов государства-участники должны обеспечивать реализацию права инвалидов на образование посредством создания инклюзивной системы образования на всех уровнях, включая дошкольное, начальное, среднее и высшее образование, профессионально-техническую подготовку и обучение в течение всей жизни, внешкольные и социальные мероприятия и для всех учащихся, в том числе инвалидов, без дискриминации и наравне с другими" <17>. Комитет напоминает также, что "обеспечение инклюзивности предполагает процесс системных преобразований, включающих в себя изменение и корректировку содержания, методики, подходов, структур и стратегий в сфере образования в целях преодоления барьеров, с тем чтобы предоставить всем учащимся соответствующего возраста равные возможности получения образования на основе активного участия и создать условия, которые в наибольшей степени отвечают их потребностям и предпочтениям <18>. Кроме того, Комитет отмечает: "право на недискриминацию включает в себя право не подвергаться сегрегации и право на то, чтобы быть обеспеченным разумным приспособлением, и оно должно пониматься в контексте обязанности обеспечивать доступную образовательную среду и разумное приспособление" <19> (пункт 8.4 Соображений).

--------------------------------

<17> Замечание общего порядка N 4 (2016) о праве на инклюзивное образование, п. 8.

<18> Там же, п. 11.

<19> Там же, п. 13.

Комитет напоминает, что "в целях осуществления подпункта "b" пункта 1 статьи 4 Конвенции о правах инвалидов государства-участники должны принимать все надлежащие меры, в том числе законодательные, для изменения или отмены существующих законов, постановлений, обычаев и устоев, которые являются по отношению к инвалидам дискриминационными и нарушающими статью 24. Там, где это необходимо, дискриминационные законы, постановления, обычаи и устои должны отменяться или изменяться на систематической основе и в установленные сроки <20>" (пункт 8.7 Соображений).

--------------------------------

<20> Замечание общего порядка N 4, п. 19.

В соответствии со статьей 15 Конвенции никто не должен подвергаться пыткам или жестоким, бесчеловечным или унижающим его достоинство обращению или наказанию и государства-участники принимают все эффективные законодательные, административные, судебные или иные меры к тому, чтобы инвалиды не подвергались пыткам или жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство видам обращения и наказания. Согласно статье 17 Конвенции каждый инвалид имеет право на уважение его физической и психической целостности наравне с другими (пункт 8.12 Соображений).

С учетом статьи 4 Конвенции на государства-участников возлагается общее обязательство принимать все необходимые меры для обеспечения и поощрения полной реализации всех прав человека и основных свобод инвалидами (пункт 8.15 Соображений).

Оценка Комитетом фактических обстоятельств дела: в связи с утверждениями о нарушении статьи 24 Конвенции о правах инвалидов Комитет отметил, что согласно мнению авторов, административное решение о зачислении Рубена в коррекционное образовательное учреждение "Божья Матерь Святейшего Сердца Иисуса Христа", поддержанное судами государства-участника, нарушило его право на инклюзивное образование. Комитет принял к сведению заявления авторов о том, что это решение было вынесено на основании заключений, подготовленных отделом школьной ориентации по просьбам и в тесном сотрудничестве с тьюторами, которые являлись сотрудниками обычного образовательного учреждения, где он учился, - теми самыми сотрудниками, которые предположительно дискриминировали Рубена и надругались над ним. Комитет отметил также, что государство-участник никак не ответило на эти утверждения. Кроме того, Комитет отметил: согласно утверждениям авторов в представленных материалах нет информации о том, что органы государства-участника провели разумную оценку или углубленный и подробный анализ на предмет определения образовательных потребностей Рубена и мер разумного приспособления, необходимых для того, чтобы он мог продолжать обучение в обычном образовательном учреждении. В этой связи Комитет указал на содержащееся в решении Административного суда N 1 Леона утверждение о том, что "приемлемое решение в различных ситуациях учебного процесса может быть найдено только в индивидуальном порядке и только учителями-специалистами, работающими с [Рубеном] в течение длительного времени". Кроме того, несмотря на то, что до того момента администрация обеспечивала сопровождение в целях инклюзивного обучения Рубена в обычной школе, однако по мере изменений в обучаемости ребенка и его поведенческого развития настал момент, когда администрация более не могла обеспечить необходимые гарантии при помощи имеющихся в ее распоряжении средств, которые "имеются только в том объеме, в котором имеются". Комитет отметил также, что в начале 2010/11 учебного года Рубена не сопровождала технико-образовательный ассистент, поскольку тьютор не счел это необходимым, что такой ассистент была привлечена только по просьбе родителей Рубена позднее и что она заявила следующее - назначенный ребенку тьютор впоследствии "полностью самоустранился и перестал заниматься учебой Рубена" (пункт 8.2 Соображений).

Комитет подчеркнул: судебные органы государства-участника, как представляется, не придали значения заключению клинического психолога Г.К., согласно мнению которого причиной появления у Рубена трудностей в обучении в обычной государственной школе стали отсутствие сопровождения в ходе учебного процесса и дискриминационное и враждебное отношение, с которыми столкнулся автор. Комитет отметил также - в имеющихся материалах отсутствовала информация о том, что были обеспечены все возможные меры разумного приспособления, которые позволили бы автору учиться в обычном образовательном учреждении (пункт 8.3 Соображений).

Комитет счел, что административное решение о зачислении Рубена в коррекционное образовательное учреждение, принятое без учета мнения его родителей, без проведения действительного, а не формального анализа возможности принятия мер разумного приспособления, которые и далее могли бы обеспечить его инклюзивное обучение в обычной системе образования, без учета заключения клинического психолога и информации технико-образовательного ассистента, а также без учета утверждений авторов о дискриминации и надругательствах, которым подвергся Рубен в посещаемом им обычном образовательном учреждении, представляло собой нарушение его прав, предусмотренных в статье 24, рассматриваемой отдельно и в совокупности со статьей 4 Конвенции (пункт 8.8 Соображений).

Что касается утверждений по статье 23 Конвенции, рассматриваемой в совокупности со статьей 4 Конвенции, то Комитет принял к сведению утверждение авторов о том, что государство-участник нарушило их право на семейную жизнь, поскольку его органы ходатайствовали о привлечении родителей к ответственности за уклонение от выполнения семейных обязанностей вследствие того, что они не согласились отдать сына в коррекционное образовательное учреждение "Божья Матерь Святейшего Сердца Иисуса Христа". Комитет учел утверждение авторов о том, что в случае удовлетворения данного ходатайства родители могли потерять родительские права на своего ребенка. Комитет принял к сведению также тот факт, что, согласно имеющейся в представленных материалах информации, 23 мая 2014 года суд применил в отношении каждого из родителей Рубена меру пресечения в виде залога в размере 2400 евро до завершения судебного разбирательства и предупредил о наложении ареста на их имущество в случае невнесения залога. Комитет отметил: данная мера пресечения была отменена только спустя почти год, 20 апреля 2015 года, после признания родителей невиновными. Комитет счел, что внесение такого залога стало для родителей Рубена чрезмерным финансовым бременем, и это усилило напряженность, порожденную обстоятельствами борьбы за права их ребенка на инклюзивное образование, и вне всякого сомнения, негативно сказалось на благополучии каждого из них в отдельности и семьи в целом (пункт 8.9 Соображений). <25>

--------------------------------

<25> Комитет напомнил - в своем докладе о расследовании в отношении Испании, проведенном в соответствии со статьей 6 Факультативного протокола, он настоятельно призвал государство-участник "не допускать преследования в уголовном порядке родителей учащихся-инвалидов, требующих соблюдения права их детей на инклюзивное образование наравне с другими, по статье об уклонении от выполнения семейных обязанностей" <25>. Комитет заключил, что государство-участник не выполнило свои обязательства по статье 23, рассматриваемой отдельно и в совокупности со статьей 4 Конвенции (пункт 8.10 Соображений).

Комитет также принял к сведению утверждения авторов о том, что в 2009/10 и 2010/11 учебных годах Рубен пострадал от действий, представляющих собой дискриминацию и надругательства, в обычной государственной начальной школе им. Антонио Гонсалеса де Ламы города Леон, которые поставили под угрозу его личную целостность и умалили его достоинство в нарушение прав по статье 15, рассматриваемой в совокупности со статьей 17 Конвенции. В частности, Комитет отметил, что: a) согласно свидетельским показаниям матерей двух одноклассников Рубена, данным в Административном суде N 1 Леона, тьютор хватал автора за шею, угрожая выбросить его из окна, а также ударить его стулом; b) авторы утверждают, что Рубен подвергся физическому насилию со стороны одной из учительниц, которая дала ему несколько пощечин (пункт 8.11 Соображений).

Комитет отметил, что в решении Высокого суда автономного сообщества Кастилия-и-Леон признается, что "действительно, сложившаяся в школе в последние годы ситуация не отвечала потребностям [автора], некоторые учителя не проявили ни малейшей готовности к сотрудничеству, иными словами, школа не приняла оперативных и надлежащих мер в связи с действиями учителей (если признать, хотя бы в умозрительных целях, серьезные обвинения, выдвинутые в адрес нескольких учителей [...]) и, возможно, даже можно говорить о ненормальной работе; однако именно таковы были обстоятельства в школе, в которой обучался и получал помощь ребенок" (пункт 8.12 Соображений).

Комитет принял к сведению также утверждение автора о том, что Прокуратура провинции Леон, в которую они дважды подавали жалобы на эти факты, приняла решение не предпринимать действий по жалобе. В частности, Комитет подчеркнул: во вторую жалобу в качестве нового обстоятельства авторы включили информацию из решения Высокого суда автономного сообщества Кастилия-и-Леон о заявлениях матерей одноклассников автора, которые дали свидетельские показания о надругательствах над автором, и заявление этого суда о том, что "возможно, даже можно говорить о ненормальной работе" школы. Комитет счел: исходя из имеющейся информации, органы государства-участника были обязаны провести эффективное и тщательное расследование этих утверждений, что однако не было сделано (пункт 8.13 Соображений).

Выводы Комитета: государство-участник не выполнило свои обязательства по статьям 7, 15, 17, 23 и 24 Конвенции, рассматриваемым отдельно и в совокупности со статьей 4 Конвенции.