Решение Верховного Суда РФ от 30.01.2020 N АКПИ19-964 <Об отказе в удовлетворении заявления о признании недействующими пунктов 70 и 71 Инструкции по организации производства судебных экспертиз в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации, утв. Приказом МВД России от 29.06.2005 N 511>

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

от 30 января 2020 г. N АКПИ19-964

Верховный Суд Российской Федерации в составе:

судьи Верховного Суда Российской Федерации Кириллова В.С.,

при секретаре Т.,

с участием прокурора Степановой Л.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Б.Д. о признании недействующими пунктов 70 и 71 Инструкции по организации производства судебных экспертиз в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденной приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 29 июня 2005 г. N 511,

установил:

приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации (далее также - МВД России) от 29 июня 2005 г. N 511 утверждена Инструкция по организации производства судебных экспертиз в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации (приложение N 1) (далее - Инструкция). Нормативный правовой акт зарегистрирован в Министерстве юстиции Российской Федерации (далее также - Минюст России) 23 августа 2005 г., регистрационный номер 6931, и опубликован в Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти 29 августа 2005 г., N 35, "Российской газете" 30 августа 2005 г., N 191.

Согласно пункту 70 Инструкции хранение материалов, образуемых в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации (далее также - ЭКП) в результате производства экспертиз, организуется в номенклатурном деле. В дело комплектно подшиваются постановления о назначении экспертизы, копии сопроводительных писем, вторые экземпляры заключений экспертов (включая приложения), материалы о заявленных ЭКП ходатайствах в связи с производством экспертизы и результаты их рассмотрения, иные документы, образовавшиеся в результате производства экспертизы.

Пунктом 71 Инструкции закреплено, что срок хранения Журнала учета материалов, поступивших на экспертизу (далее также - Журнал), и номенклатурных дел с материалами экспертиз составляет пять лет.

Б.Д. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением о признании недействующими пунктов 70 и 71 Инструкции, ссылаясь на то, что норма пункта 70 допускает возможность по инициативе правоприменителя хранить материалы экспертного производства отдельно от экспертного заключения, нарушает требования статьи 204 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и не предполагает выдачу материалов и номенклатурного дела в нарушение требований статьи 25 Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Положение пункта 71 Инструкции устанавливает срок хранения Журнала и номенклатурных дел значительно меньше, чем срок хранения уголовных дел, в нарушение положений пункта 2.9 Перечня документов федеральных судов общей юрисдикции с указанием сроков хранения, утвержденного приказом Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации от 9 июня 2011 г. N 112. В обоснование заявленных требований указывает, что в отношении его подзащитного была проведена экспертиза и составлено экспертное заключение 4 марта 2019 г. Произведенные для целей экспертизы фотографии объектов при последующем перенесении в текст заключения потеряли четкость, вследствие чего оценить сфотографированные объекты, а также проверить выводы экспертов не представляется возможным; описание фотографий, произведенное экспертом, не соответствует фотографиям.

По мнению административного истца, оспариваемые положения Инструкции допускают возможность по инициативе правоприменителя (ЭКП) хранить материалы в своем производстве, а не прилагать их к материалам заключения эксперта, направляемым лицу (органу), назначившему экспертизу, для приобщения к уголовному делу, и не предполагают выдачу материалов из номенклатурного дела, что лишает сторону защиты возможности ознакомиться с документами и материалами, непосредственно затрагивающими права и свободы как участника уголовного судопроизводства, так и права защищаемого адвокатом лица.

В судебном заседании Б.Д. поддержал заявленные требования, пояснив, что оспариваемые положения пункта 70 Инструкции носят неопределенный характер, а установленные сроки хранения номенклатурных дел (пять лет) противоречат требованиям уголовного законодательства о давности привлечения к уголовной ответственности в зависимости от тяжести совершенного преступления.

Представители Министерства внутренних дел Российской Федерации Ф., Д. и Министерства юстиции Российской Федерации Б.В. просили в удовлетворении иска отказать, ссылаясь на то, что Инструкция утверждена уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в пределах предоставленных ему полномочий, оспариваемые нормативные положения соответствуют действующему законодательству и не нарушают прав административного истца.

Выслушав объяснения административного истца Б.Д., представителей административного ответчика МВД России Ф., Д., Минюста России Б.В., исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Степановой Л.Е., полагавшей, что административный иск не подлежит удовлетворению, и судебные прения, Верховный Суд Российской Федерации не находит оснований для удовлетворения заявленных требований.

В соответствии с абзацем четвертым статьи 11 Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" (в редакции, действовавшей на день принятия Инструкции) деятельность государственных судебно-экспертных учреждений по организации и производству судебной экспертизы регулируется этим законом, процессуальным законодательством Российской Федерации и осуществляется в соответствии с нормативными правовыми актами соответствующих федеральных органов исполнительной власти.

Государственными судебно-экспертными учреждениями являются специализированные учреждения федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, созданные для обеспечения исполнения полномочий судов, судей, органов дознания, лиц, производящих дознание, следователей или прокуроров посредством организации и производства судебной экспертизы (абзац первый статьи 11 указанного закона, в редакции, действовавшей на день принятия Инструкции).

Пункт 12 статьи 10 Закона Российской Федерации от 18 апреля 1991 г. N 1026-1 "О милиции" (в редакции, действовавшей на день принятия Инструкции) возлагает на милицию в соответствии с поставленными перед ней задачами обязанность проводить экспертизы по уголовным делам и по делам об административных правонарушениях, а также научно-технические исследования по материалам оперативно-розыскной деятельности.

Согласно Положению о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденному Указом Президента Российской Федерации от 19 июля 2004 г. N 927 и действовавшему на день принятия оспариваемой нормы, МВД России является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, к полномочиям которого кроме прочего относится организация и осуществление в соответствии с законодательством Российской Федерации экспертно-криминалистической деятельности (пункт 1, подпункт 9 пункта 8).

Аналогичные полномочия МВД России в настоящее время предусмотрены Положением о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 21 декабря 2016 г. N 699 (пункт 1, подпункт 22 пункта 11) и Федеральным законом от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции" (пункт 18 части 1 статьи 12).

Таким образом, Инструкция утверждена уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в целях реализации требований федерального закона и в пределах предоставленных такому органу полномочий. Порядок принятия, государственной регистрации и опубликования нормативного правового акта соблюден и не оспаривается административным истцом.

В силу абзаца седьмого статьи 9 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" судебная экспертиза есть предусмотренное законодательством Российской Федерации о судопроизводстве процессуальное действие, включающее в себя проведение исследований и дачу заключения экспертом по вопросам, требующим специальных знаний в области науки, техники, искусства или ремесла.

Статья 204 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации регулирует содержание заключения эксперта и прямо предписывает, что в заключении указываются содержание и результаты исследований с указанием примененных методик, выводы по поставленным перед экспертом вопросам и их обоснование (пункты 9 и 10 части первой); материалы, иллюстрирующие заключение эксперта (фотографии, схемы, графики и т.п.), прилагаются к заключению и являются его составной частью (часть третья).

Федеральный закон "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" предусматривает, что материалы, иллюстрирующие заключение эксперта или комиссии экспертов, прилагаются к заключению и служат его составной частью. Документы, фиксирующие ход, условия и результаты исследований, хранятся в государственном судебно-экспертном учреждении. По требованию органа или лица, назначивших судебную экспертизу, указанные документы предоставляются для приобщения к делу (абзац тринадцатый статьи 25).

В пункте 28 Инструкции закреплено, что по результатам исследований эксперт составляет заключение в соответствии с требованиями законодательства, регулирующего соответствующий вид судопроизводства.

Заключение эксперта оформляется в двух экземплярах. Каждая страница заключения, включая приложения, подписывается экспертом и заверяется оттиском печати экспертно-криминалистических подразделений органов внутренних дел Российской Федерации.

Материалы, иллюстрирующие заключение эксперта (фототаблицы, схемы, графики и так далее), прилагаются к заключению эксперта и являются его составной частью (пункт 33 Инструкции).

Пунктом 47 Инструкции установлено, что заключение эксперта и объекты вместе с сопроводительным письмом, подписанным руководителем, выдаются под расписку лицу (органу), назначившему экспертизу, или на основании выданной доверенности (письменного поручения) иному сотруднику либо направляются в установленном порядке средствами почтовой связи.

Второй экземпляр заключения эксперта, включая иллюстрирующие материалы, а также документы, фиксирующие ход, условия и результаты исследований, хранятся в ЭКП в соответствии с пунктами 70, 71 Инструкции (пункт 36 Инструкции).

Таким образом, заключение эксперта и материалы, иллюстрирующие заключение эксперта (фотографии, схемы, графики и т.п.) и прилагающиеся к заключению, являются его составной частью, при этом номенклатурное дело не является составной частью заключения эксперта.

Пункт 70 Инструкции не регулирует порядок составления заключения эксперта и прилагаемых к нему материалов.

Оспариваемые положения пункта 70 Инструкции определяют порядок формирования номенклатурных дел в результате производства экспертиз в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел, при этом указанные нормы не противоречат нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, и не нарушают прав, свобод и законных интересов административного истца.

Доводы административного истца о противоречии положения пункта 70 Инструкции положениям Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" являются несостоятельными.

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации закрепляет, что каждое доказательство, включая заключение и показания эксперта, подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела (часть первая статьи 88), а все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном этим кодексом, толкуются в пользу обвиняемого (часть третья статьи 14).

Федеральный закон "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" определяет правовую основу, принципы организации и основные направления государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации в гражданском, административном и уголовном судопроизводстве и устанавливает, что производство судебной экспертизы с учетом особенностей отдельных видов судопроизводства регулируется соответствующим процессуальным законодательством Российской Федерации (преамбула). Согласно части третьей статьи 6 этого закона лицо, полагающее, что действия (бездействие) государственного судебно-экспертного учреждения или эксперта привели к ограничению прав и свобод гражданина либо прав и законных интересов юридического лица, вправе обжаловать указанные действия (бездействие) в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Несостоятельными являются доводы административного истца о противоречии пункта 70 Инструкции статье 53 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей право адвоката на ознакомление со всеми материалами, касающимися подозреваемого и обвиняемого.

Защитник по уголовному делу (адвокат) не включен в круг субъектов, по требованию которых предоставляются документы, фиксирующие ход, условия и результаты исследований и находящиеся на хранении в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации. Указанные документы предоставляются для приобщения к делу только по требованию органа или лица, назначивших судебную экспертизу.

В соответствии с частью 1 статьи 23 Федерального закона от 22 октября 2004 г. N 125-ФЗ "Об архивном деле в Российской Федерации" федеральные органы государственной власти, иные государственные органы Российской Федерации разрабатывают и утверждают перечни документов, образующихся в процессе их деятельности, а также в процессе деятельности подведомственных им организаций, с указанием сроков их хранения по согласованию с уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в сфере архивного дела и делопроизводства.

Согласно части 1 статьи 21.1 указанного закона сроки хранения архивных документов устанавливаются федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также перечнями документов, предусмотренных частью 3 статьи 6 и частями 1 и 1.1 статьи 23 данного закона.

Приказом МВД России от 30 июня 2012 г. N 655 утвержден Перечень документов, образующихся в деятельности органов внутренних дел Российской Федерации, с указанием сроков хранения. Пунктом 438 названного перечня предусмотрено хранение в течение пяти лет копий заключений экспертов и справок об исследовании.

Таким образом, МВД России вправе было определить перечень и сроки хранения служебных документов, образующихся в процессе их деятельности, что не противоречит положениям Федерального закона "Об архивном деле в Российской Федерации".

Нормативных правовых актов, имеющих большую юридическую силу и устанавливающих иные сроки хранения Журнала учета материалов, поступивших на экспертизу, и номенклатурных дел с материалами экспертиз, не имеется.

Довод административного истца о противоречии пункта 71 Инструкции пункту 2.9 Перечня документов федеральных судов общей юрисдикции с указанием сроков хранения лишен правовых оснований, поскольку указанные нормативные акты имеют равную юридическую силу и не подлежат проверке на соответствие друг другу. Кроме того, пункт 71 Инструкции не регулирует сроки хранения уголовных дел.

При изложенных обстоятельствах оспариваемые нормативные положения не нарушают и не ограничивают прав административного истца в упоминаемых им аспектах, соответствуют нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, и требованию правовой определенности, так как их содержание не допускает неоднозначного толкования.

Вынесенные в отношении административного истца правоприменительные акты не могут служить основанием для признания оспариваемой нормы недействующей, поскольку обоснованность их принятия не может быть проверена в порядке абстрактного нормоконтроля при рассмотрении настоящего дела.

Иные доводы административного истца фактически сводятся к несогласию с установленным в соответствии с законом правовым регулированием порядка предоставления документов, которые хранятся в государственном судебно-экспертном учреждении, для приобщения к делу, и к отстаиванию позиции о нарушении прав защитника в уголовном судопроизводстве, что, как отмечено выше, не может являться правовым основанием для удовлетворения иска.

В силу действующего законодательства разрешение таких вопросов не отнесено к компетенции Верховного Суда Российской Федерации.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в подпункте "а" пункта 28 постановления Пленума от 25 декабря 2018 г. N 50 "О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов и актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами", суды не вправе обсуждать вопрос о целесообразности принятия органом или должностным лицом оспариваемого акта, поскольку это относится к исключительной компетенции органов государственной власти Российской Федерации, ее субъектов, органов местного самоуправления и их должностных лиц.

Согласно пункту 2 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании нормативного правового акта суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленных требований, если оспариваемый полностью или в части нормативный правовой акт признается соответствующим иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу.

Руководствуясь статьями 175 - 180, 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Верховный Суд Российской Федерации

решил:

в удовлетворении административного искового заявления Б.Д. о признании недействующими пунктов 70 и 71 Инструкции по организации производства судебных экспертиз в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденной приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 29 июня 2005 г. N 511, отказать.

Решение может быть обжаловано в Апелляционную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Верховного Суда

Российской Федерации

В.С.КИРИЛЛОВ